Перо страсти

Мелкий светящийся фейри достал сегодня орка хуже надоедливого комара, он отмахнулся раз, второй. Без вопросов, Посверкунчик хороший товарищ, но под течку он хотел чесать свою задницу обо все подряд, вместо того, чтобы цепляться к дамочкам своего рода. Все фейри легкомысленные и никто не требовал бы от него верности, но Посверкунчик все равно избегал их общества. Третьей в их компании с Посверкунчиком была Лапочка, эльфийка с нежными умелыми ручками, ей приходилось взламывать замки, ремонтировать тонкие механизмы и успокаивать взбесившееся либидо фейри. Но, как назло, Лапочка уехала в город, передать заказ, и оставила надоедливого Посверкунчика на Ломаку. Чертова личинка-переросток жука-светлячка уже пыталась насадиться на кончик пера, пока Ломака писал Лапочке жалобную записку. Она должна была внять просьбе и поторопиться, ну, хотелось надеяться. Только заснуть Ломаке в эту ночь так и не удалось. Посверкунчик летал над головой и причитал о своей несчастной судьбе и бесчувственном болване, не способном оказать помощь в трудную минуту. – Ладно-ладно. Но если тебя придется отпаивать зельем, чтобы ты не сдох, я не виноват, – ворча, орк поднялся с постели и направился к столу. Посверкунчик уже плюхнулся на столешницу, выпятив свою маленькую попку и распластав крылышки. – Я – монстр, и больше гожусь, чтобы пришлепнуть кого-нибудь. Умоляющий писк фейри и умильное виляние мелкой задницей никого бы не оставило равнодушным. Ломака зажег свечи и взялся за перо. Сначала он просто поводил опушенным кончиком от шейки до белоснежных ягодиц Посверкунчика, гладил и гладил между ними, вызывая у того стоны и нетерпеливую дрожь. Фейри трясся так сильно, что с крылышек осыпалась золотистая пыльца. Он взялся тонкими ручками и развел ягодицы в стороны, показавшийся розовый анус показался Ломаке таким крошечным. Да проще белке в глаз на бегу попасть, чем трахнуть эту малюсенькую дырочку. Но раз ввязался и раздразнил, поздно уже отступать. Макнув незаточенное перо в плошку с маслом, орк приставил его конец к малюсенькому анусу. Твердая обычно рука слегка дрогнула: – Так, малыш, теперь помогай мне, давай сам, – в ответ на возмущенный писк Ломака только вздохнул. – Я проткнуть тебя не хочу. Ты просто наденься на него, а потом я помогу. Трепеща крылышками и натужно кряхтя Посверкунчик стал натягиваться на гладкий кончик пера. С прерывистым вдохом он наконец остановился и слабо пискнул. Огр намочил свой волосок в чернилах и чиркнул по торчащему из попки концу пера, стер выступивший от напряжения пот. Если он угробит фейри, Лапочка его уроет. Осторожными движениями Ломака потянул перо и подтолкнул его обратно, ему казалось, что он почти не прилагает усилий, но Посверкунчик тонко вскрикнул. Орк вытянул перо, кляня себя за неуклюжесть, надо же было уродиться таким монстром толстокожим. Только фейри сбегать не собирался, еще шире ножки раздвинул. Пришлось опять макнуть перо в масло и продолжить пытать крохотного друга. Теперь вроде пошло лучше, Ломака старался дальше пометки перо не совать, а Посверкунчик не менял позы, чтобы не нервировать его. Только стонал и мелко трясся. Ломаке казалось, что вечность прошла пока чертов фейри кончил и сполз с пера. Он отдышался и упал на спину, распластавшись и всем своим видом демонстрируя как ему хорошо. Ломака смотрел на крошечного мужчину на столе и тоже возбуждался, хотя дело было скорее ювелирным чем чувственным. Но видимо он надышался пыльцой фейри в течке или что-то такое. Ломака достал из штанов член, хотелось спустить скорее и лечь уже спать. Он прикрыл глаза и представил крутогрудую девицу из трактира напротив, но помогло мало. Девиц определенно надо представить больше количеством. Почувствовав какое-то копошение на члене, Ломака недовольно открыл один глаз. Посверкунчик оседлал головку его члена, склонился и сунул маленький кулачок прямо в уретру. Ломака чуть на задницу не упал так остро и хорошо это было, еще бы рука у малыша была подлиннее, ну уж что есть. Теперь наяривать приходилось осторожнее, чтобы не стряхнуть крошечного помощника. Только вся осторожность, так по члену и пошла, все равно поток спермы сбил Посверкунчика. И он плюхнулся на стол, весь облепленный перламутрово поблескивающей в свете свечей слизью. Отсмеявшись, Ломака выполоскал фейри в бадье, не обращая на возмущенные вопли про намокшие крылья, там же вымыл руки и пошел спать. Посверкунчик уже похрапывал сверху на его одеяле. Погружаясь в сон, орк подумал, что надо как-то договориться с языкатой маленькой бестией, чтобы Лапочке ничего не говорил. А то противная эльфийка им потом спуску не даст, задразнит и еще перестанет заниматься течками фейри, раз уж у двоих ее мужиков и у самих все отлично получается.