Ведьмино счастье

«Боги, это был всего лишь сон. Слава, Гриффин!», - придя в себя, но не открывая глаза и ощущая под собой кровать и подушку, думала Дарси: «Ок, Дарс, пора вставать, наверное, уже куча времени. И почему-то хочется пирожков с яблочным повидлом. А, они мне снились, пока этот дурак не пришел. Надо позвонить Сторми, пусть узнает у Валтора к чему сняться дураки. Нет, сначала пирожки, потом дураки. Давай, поднимайся!», - и автоматически начала шарить по прикроватной тумбочке в поисках очков, одновременно надевая их и открывая глаза. – Айси?! – садясь в постели, вскрикнула девушка и тут же поморщилась и хныкнула от сильной боли в груди. – Ну наконец-то, – развернулась к ней стоявшая у приоткрытого окна колдунья, – Что, больно? – обеспокоенно спросила она, подходя к сестре. – Д-да, – выдавила Дарси чуть не плача. – А как ты думала? Жить тоже больно, может, даже больнее чем умирать. Тогда также было? – Что было? Что со мной происходит? – давила она себе на грудную клетку. – Постарайся дышать, давай не хнычь, всё с тобой нормально. Будет, я надеюсь. – Как-то не оптимистично, – корчилась, но язвила Дарси, на что Айси манерно закатила глаза. – Дыши, я сказала, потом поговорим. Через силу глубоко вдохнув и выдохнув, Дарси все-таки удалось привести дыхание в норму и боль утихла. – Что со мной? – повторила вопрос Темная ведьма, сфокусировав взгляд на сестре. – Вообще-то, я надеялась, ты мне всё объяснишь, – присела к ней на кровать Айси. – Айси, мне сейчас не до шуток, я чуть коньки не отбросила секунду назад. Что ты здесь вообще делаешь? – сказала и снова поморщилась от боли Дарси, но уже не такой сильной. – Хорошо, только говори пока поменьше и потише, а то нас услышат. – Кто услышит? Кто здесь ещё? Дарко? *Бум, бам, хлоп, пиф* – Дура, ты чуть в меня не попала! – Блииин, всего чуть! Получай, Джеймс Дин, хренов! *Пиф-паф, дзинь, хлоп* – Что там происходит?! – округлила глаза на дверь из спальни в гостиную Дарси. – А, не волнуйся, Сторми развлекает гостя, – усмехнулась Айси. – Ривен?! – Ну да, ты что ничего не помнишь? – вновь обеспокоенно смотрела на сестру Льдинка. – Я думала это сон! – Если бы, но нет, это малиновое чудо и правда в нашей гостиной, – с сожалением вздохнула Айси, – Тебе дать время на подумать? Потому что я не смогу ответить на все твои вопросы, и ТЫ должна будешь ответить на них мне, – спросила Айси, но увидела, что сестра итак уже о чем-то глубоко задумалась и решила чуть-чуть помолчать. – Ты сказала: «жить больно», что это значит? – То и значит. Твой пульс в отключке был 63. Я не сильна в этом, но мне кажется это нормально. Я смеряла свой и он был 68. – Пульс? Что ты несешь? У меня нет… – не договорила Дарси, так как приложила большой палец к запястью и почувствовала пульс. – Есть? – слегка улыбалась Айси. Дарси ошарашенно кивнула. – Отлично. Теперь твоя очередь рассказывать. – Но, но как? – Это я и хочу от тебя услышать. Но можно по порядку. Например, как в твоей жизни снова появился этот щенок, и почему он плавно перекочевал в мою, звоня второй раз на этой неделе? *Бум-бам, тарарах, хлоп* – Чокнутая! Ты прожгла мне штаны! – Я только пристрелялась! – Не отвлекайся, – одернула она, снова смотрящую на дверь Дарси, – Сторми сегодня в хорошем настроении. Зачем ему экстренно понадобился твой адрес? И что между вами произошло, что ты упала в обморок? Но самое интересное, как тебе удалось избавиться от заклятия? Ни за что не поверю, что Тьма простила тебе предательство и вернула жизнь, избавив от полусуществования, которое она в тебе поддерживала лишь с одной целью – служение ей. Дарси щелкнула пальцами, огонек горел, как и раньше, магия была наместе, и она, взглянув на сестру, дважды пожала плечами. – Отлично, просто супер. Но может ты все-таки напрягешь мозги и сообразишь, что случилось, или ты променяла их на сердце? – пыталась вывести из обморока сестру Айси и легонько похлопала ей по щекам, видя, что та опять куда-то проваливается, закрывая глаза, – Это важно, Дарс! Я не могу отстать от тебя, потому что не знаю, что с тобой может произойти дальше. О таком не пишут в книжках по магической медицине. – Дай мне воды и пять секунд, – приходила в сознание иллюзионистка. Айси вышла на кухню, по пути приморозив двух детей в гостиной к дивану, и вернулась со стаканом, готовая слушать рассказ о невероятных «приключениях» Темной ведьмы и специалиста. ============================================================ – … И вот тогда я поняла, что тот оберег, который он мне показывал, не простой оберег, а темный амулет, вернее, амулет от темной магии. Я понимаю, что в это сложно поверить, но это так, Айси. Я проверила, проверила несколько раз, он настоящий и очень сильный. Я не исследовала его досконально, но уверяю тебя, даже на первое ощущение ему больше сотни лет. И он был у него всегда. Теперь ты понимаешь, почему он так плохо поддавался моему гипнозу? Как мы могли быть такими слепыми? – Откуда он у него? Он же специалистишка без роду, без племени. Украл? – Нет, он говорит, что от матери, и я ему верю. У них какая-то связь с этим медальоном, будто он заговорен именно на представителей его, как ты говоришь, рода. К созданию этой вещицы приложило руку не одно поколение ведьм, причем ведьм не слабых. Там очень сложная, многослойная магия и от этой магии идет разная энергия, разная и очень темная. – И он не знал о силе медальона? – В том то и дело, что нет. Он ничего не знал и думал, что это обычная безделушка. Возможно, если бы он знал о нем, он бы как-то выдал себя раньше или что-то ещё, и мать решила не говорить ему об этом. Видимо, их семейке было, что скрывать. – Его, например. Может, его, как ущербных в Спарте, хотели сбросить со скалы, а мать пожалела дитятю и отправила в мир, подарив медальончик, – фыркнула Айси. – Знаешь, может ты отчасти и права. Об отце он тоже ничего не знает и, возможно, он был светлым, а ведьме и её сыну с такой родословной дорога заказана: ты же знаешь, как патриархальны могут быть устои на разных планетах. К тому же Ривен темный, хоть и не такой темный, как его медальон. Тьма его обожает. – Ок, с этим мы разобрались. Что было дальше? Зачем ему понадобился твой адрес? – После того, как он узнал, что медальон волшебный и каким именно волшебством обладает, он решил, что любит меня и, чтобы сообщить эту радостную весть, ему и понадобился мой адрес. – А раньше ты не могла с этим разобраться? Или… не хотела? – подозрительно прищурилась Айси. – Что?! Соображай! На мне было заклятие, и всё, чего я хотела, это вернуться домой. – Ну не знаю, на балу мне показалось, что заклятие тебе не сильно-то и мешает. – Это было для дела, чтобы вы повелись. Тем более ты должна понимать, что любить и целоваться это две разные вещи, не всегда зависящие друг от друга. – Понимать-понимаю, но боюсь представлять, какими ещё прямо независящими от любви вещами вы занимались два месяца. Надеюсь, убеждение нас со Сторми в том, что «Джеймс» твой парень, закончилось там же, где началось, а не продолжилось где-то в его спальне. – Уж поверь. – Ок, я сделаю вид, что не заметила твоих слегка красных щечек. Продолжим. И сказал он тебе, что любит тебя и что? Ты на радостях в обморок грохнулась? – Я не знаю, я не уверена, что это был обычный обморок. Я словно куда-то провалилась. Я вообще подумала, что умерла. Потом я открыла глаза и решила, что всё это сон. А потом ты и пульс. – Нет, ты сейчас, что пытаешься мне впарить? Сказку про Царевну Лягушку или первую часть Шрека? Учти, я то и другое смотрела с Нордом. Ты хочешь сказать, что тебя расколдовал... поцелуй любви? – Он не целовал меня! – Я тебе, конечно, верю, – приблизилась к её лицу вплотную Айси и будто обнюхала, хотя почему будто, так и есть, – И давно ты пользуешься мужским парфюмом? – Ладно, но он не целовал меня тогда, когда я упала в обморок, я клянусь тебе. – И? – нетерпеливо помотала головой Айси. – Что и? – сделала такое же движение Дарси. – Я слушаю твои размышления по этому поводу. Заклятие не может сняться само по себе. – Я не знаю. Магия, как видишь, есть, да и невозможно разорвать договор с сущностью. – Но можно заключить с ней новый? – Нет, это делается только единожды. Да и как бы я смогла одна? Даже тебе это теперь не под силу. Тут что-то другое, но я, пока, не знаю что. – Почему? – в задумчивости потерла подбородок Айси, разговаривая с любимой пустотой. – Что почему? – Почему ты упала в обморок не раньше, не позже, а именно тогда, когда он сказал, что любит тебя? – И этого я не знаю, Айси! – вскрикнула Дарси и тут же поморщилась. Все-таки её ещё не совсем отпустило, – Хотя подожди. Он сказал, что любит меня больше жизни. Больше жизни, понимаешь? – глаза Дарси заблестели, озаренные догадкой. – Йеху! Поздравляю тебя! – саркастически порадовалась Айси и даже потрясла кулачками, как помпонами, типа от счастья, – А теперь давай, выкладывай быстрее, ты не единственная моя проблема, у меня ещё вон две сидят, примороженные задницами к дивану, и третья уже, наверняка, дома свела с ума Дарко. – Он сказал, что любит меня больше жизни. Меня, именно меня. Видимо Тьма… напугалась, что он умрет, если я не буду с ним, поэтому и сняла с меня заклятие, чтоб я могла полюбить его, ведь именно по этой причине я отказывала ему. – Боги, Дарс, ну и хрень. Я не уверена, что щенок не треснул тебя головой об косяк, пока тащил до спальни: когда я пришла, ты была уже здесь. С какой стати Тьме, самой Тьме, – потрясла она руками как после молитвы, – бояться за жизнь какого-то специалиста пусть и с хорошей родословной? – Как ты не понимаешь? Он Тьме, как сын родной, и она, естественно, не захотела терять своего любимого питомца и рисковать им, какой бы пустой ни была его угроза, да даже не угроза, а просто высокопарные, избитые слова. А, может… – Дарси задумалась. – Что может? Голосую за «может»! Я приму любую другую версию, кроме этой чуши. – Нет, я не думаю, что это чушь, по крайней мере, других версий у меня нет. Но может, тут ещё сыграла свою роль связь, которая есть между мной и Ривеном, созданная никем иным как опять же Тьмой. Не смотри на меня так, это длинная и старая история, она тебе не понравится. И через эту связь, после того как Ривен признался, что любит меня, я стала Тьме как-то ближе что ли и тоже роднее. Возможно, я даже частично соприкоснулась с его родом, так как он, буквально, позвал меня в него и, может, сила его медальона, через связь, незначительно, но начала распространяться и на меня и защищать от темной магии, в моем случае от магии, наложенной самой Тьмой. Короче, Тьму обступили со всех сторон, и ей пришлось отпустить меня. Да, – закончила Дарси и, довольная собой, откинулась на подушки у спинки кровати. – Ага, – сидела Айси, сгорбившись, уперевшись локтями в коленки и подперев ладонями щеки, – Так все и было. Отличная история, Дарс. Роулинг отдыхает. Я телепортирую тебе пару зелий, как вернусь домой, принимай их на ночь по чайной ложке, глядишь, ум за разум заходить перестанет. – Ой-ей, – скорчила рожицу Дарси, – У тебя есть идеи лучше? Давай, я слушаю! – Нет у меня идей, сестренка, но есть один серьезный вопрос. Что ты теперь будешь делать со щенком? – внимательно посмотрела Айси на Темную ведьму. – Не знаю, – запрокинула на секунду голову Дарси и зажмурила глаза, – Я запуталась, сильно запуталась. – Он любит тебя, – положила Льдинка руку на руку сестры. – Я знаю. – Он всегда любил тебя, – встала с кровати Айси и подошла к окну, будто хотела скрыть лицо, – Он не говорил мне этого, но это было видно по нему в тот день, когда я разговаривала с ним в подземелье. Я пришла к нему, пока ты ходила куда-то по моему приказу; уже не помню, какую нелепость я там тебе приказала. Он спрашивал, где ты, что я с тобой сделала, короче волновался за тебя, сам запертый в темнице – горько усмехнулась старшая Трикс, – А я сказала ему, что ты использовала его. Влюбила в себя приворотным заклятием и выбросила за ненадобностью, – снова усмешка, – Он не поверил мне… не сразу. Сказал, что ты другая, не как я. Тогда я рассказала ему про День Розы и про шлем. По сути, это была правда, но… Ты и сама прекрасно знаешь, что не вся правда во благо. В общем, он не сам до всего догадался, куда уж ему смертному, это я ему все рассказала и даже немножко приврала. А потом, потом ты прибежала со слезами, и я поняла, что щенок тебя кинул. Я была рада, безумно рада. Это ведь была не первая моя попытка вас поссорить: однажды я опоила его зельем, «Жидкой яростью» кажется, простенькое такое и… – Я знаю про зелье, – ничего не выражающим голосом оборвала Дарси сестру. – Знаешь? Ммм… Сторми рассказала? Ну да, кто же ещё. Ты была нужна мне Дарси. Нужна вся, и я не собиралась делить тебя ни с кем. Ты должна была думать только о захвате Магической Реальности, а ты думала о щенке. Я… Я боялась, что ты предашь меня, бросишь ради него. Я была готова на все, но и ты, видимо, тоже. Да, я победила тогда в той «войне», ты осталась со мной, щенок исчез из нашей жизни, но какой ценой я победила. Я чуть не погубила тебя, Дарс. Я тогда впервые испытала страх за кого-то кроме себя. Ты не представляешь, как я боялась проводить обряд договора с сущностью, зная, что она может попросить взамен твою жизнь. И она попросила. Почти. Я рыдала, я думала, что ты умерла, когда у тебя пропал пульс, но потом ты очнулась и… я убежала, ты помнишь? Я убежала, потому что не хотела, чтобы ты видела меня такой… слабачкой. Боги, я была такой самовлюбленной дурой. И тут, вчера, мне звонит этот твой принц на драндулете, просит твой адрес. И, я дала ему твой адрес, Дарси. Не спрашивая зачем, я дала ему твой адрес. Не знаю, о чем я думала, на что надеялась. Уж точно не на твое чудесное исцеление, в которое с трудом верю и сейчас. Я, наверное, думала, что хоть так смогу как-то сгладить свою вину перед тобой и щенком, облегчить душу. С годами это все больше мучало меня, хотя зачем я тебе это говорю, ты, наверняка, теперь ненавидишь меня и жалеешь, что не можешь продлить моих мучений. Прости меня, Дарси. Я никогда не просила у тебя прощения, поэтому прости меня за все, что я когда-либо сделала тебе. Я понимаю, что теперь наши отношения никогда не будут прежними, но я люблю тебя, сестренка. Люблю больше жизни, – ещё раз усмехнулась Айси и замолчала, все также, как и 5 минут назад, смотря в окно. – Айси, – попыталась встать Дарси, но лишь жалобно хныкнула. Сегодня постельный режим ей обеспечен. – Не вставай, Дарс, – развернулась к ней Айси. – Я всегда знала про зелье, позже, но я догадывалась и о том, что кто-то «помог» Ривену понять случившееся, ещё позже, я убедилась в этом, когда он проболтался, что говорил с тобой и когда нес какую-то чепуху про выдуманное явно не ним приворотное заклятие. И я простила тебя, Айси. Я много раз по разным причинам думала, что не смогу простить тебя за что-то, но каждый раз неизменно прощала, как и ты, наверняка, не раз прощала меня. Какие бы мы ни были, но мы сестры, Айс, и мы очень похожи. И я счастлива, что наши отношения больше не будут прежними, я хочу, чтобы они были другими, такими, какими мы их начнем создавать с сегодняшнего дня. Айси пошла к сестре, но, не дойдя двух шагов, кинулась ей на шею, ещё раз прося за все прощения. Неизвестно, сколько времени бы это могло продолжаться, но вскоре из гостиной опять послышались звуки падающей мебели и дикие вопли. *Бум, бах-бабах* – Айси, Айси, спаси меня! Айси, она отмерзла. Эта ненормальная отмерзла. Айси, спаси! – Прими же смерть, как мужчина! А-ха-ха… *Пиу-паф-молния* – Тебе уже лучше, Дарс? Я выйду, а то эти Чип и Дейл ждут меня на помощь, – отпустила сестру и встала с кровати Айси. – Ты можешь позвать Ривена? – попросила Дарси, поймав Айси за руку. – Конечно. Хочешь все ему рассказать? – Скорее объяснить, так, в общих чертах, без магических заморочек. Иначе он не отстанет, ты же его знаешь. И насчет Сторми, я думаю, Сторми тоже не обязательно всё знать. Оставим эту маленькую тайну и дальше втайне от нашей маленькой сестренки. – Хорошо, – улыбнулась Айси, – Я что-нибудь придумаю. – Спасибо, – улыбнулась в ответ Дарси. – Ну мы же сестры, – театрально закатила глаза Айси и неожиданно обернулась у выхода, – Ты любишь его? – Не знаю, – пожала плечами Дарси, у которой эта фраза и это движение сегодня были ответами на половину вопросов, но, задорно ухмыльнувшись, добавила, – Но я могу! ============================================================ – … И вот так ты, аки светлый рыцарь, расколдовал меня от злого и древнего проклятия, которое иногда случается с ведьмами, если они в кого-то очень сильно влюблены, а им не отвечают взаимностью. – Ух ты, правда? – завороженно смотрел на колдунью Ривен, слушая невероятную сказку, сочиняемую Дарси на ходу. – Ну конечно, дурачок, – улыбнулась ему Дарси и, не удержавшись перед его забавно вытянутой мордочкой, погладила по щеке. «Сказка – ложь, да в ней намек. Вот тебе добрый молодец Ривен урок, намек и объяснение. Ох, пора заканчивать на сегодня с этими сказками». – О чем ты думаешь? – взял за руку у него на щеке колдунью Ривен. – О тебе, – честно ответила ему ведьма, – О нас. – О нас?! – удивился парень в жизни не слышавший от неё таких слов. – Ага. Думаю, как мы теперь будем жить без той кружечки? Она ж была с динозавриками, как ты, в смысле, как я люблю. – Это не смешно, Дарси, – состроил бровки домиком специалист, чем вызвал очередной приступ умиления у чересчур сентиментальной сегодня ведьмы. – Что это у тебя? – напряженно посмотрела она на шевелюру парня. – Где? – начал что-то искать у себя на голове Ривен. – Да вот же. Наклонись, я покажу, – оттолкнулась она спиной от спинки кровати и сама наклонилась, упорно делая вид, что что-то видит, – Смотри, а лучше не смотри, – быстро произнесла Дарси и, сильно зажмурившись, как в первый раз, просто прижалась к губам специалиста, отпрянув через три секунды. – Так смешнее? – смеясь, откинулась она обратно. – Если учитывать, как смешно ты целуешься, то да, так смешнее, – улыбался герой, – Смотри и запоминай, а лучше не смотри, – в свою очередь придвинулся к ней мужчина и поцеловал. – Дарси? – отрываясь, звал парень, пытаясь начать разговор. – М? – отозвалась девушка, которой совсем не хотелось больше сегодня говорить. Она удерживала руками лицо парня и, закрыв глаза, легко целовала его, даже не пытаясь справиться с непонятно откуда взявшимся, давно забытым наваждением. Думать и бороться тоже не хотелось. – Так нельзя, – старался думать и бороться вместо неё Ривен. – Всё ещё плохо? Покажи ещё раз, – обвила его шею руками колдунья и попыталась повалить на кровать, но Ривен быстро выставил назад руки и не дал этого сделать. – Дарси, прекрати. Нам надо поговорить, – серьезным тоном, не терпящим пререканий, сказал специалист и слегка оттолкнул ведьму. – Блин, Ривен, я тебе обязательно это когда-нибудь припомню, – пыталась собрать мысли в кучу и остыть ведьма, – Что ж тебя вечно тянет на разговоры? Ну о чем мы ещё не поговорили? Давай потом? – Нет, Дарси. «Ты» и «потом» это несовместимые понятия, и я должен получить ответы сейчас. Например, меняет ли как-то произошедшее с тобой отношения между нами? – Меняет. Всё? – снова потянулась к нему колдунья. – Нет, не всё, – отвернул голову Ривен, – Да что с тобой происходит? – Какая разница? – Ты не в себе, – отбивался бедный специалист. – Что я от этого не «такая красивая» или как ты там говоришь? – Да ты видела себя в зеркало, красавица? Ты бледная, будто с того света, – в надежде вернуть прежнюю холодную ведьму, отвесил ей «комплимент» парень, не догадываясь, как близко он был к правде. – Хочешь, я могу погрузить комнату во мрак? – пропустила все мимо ушей иллюзионистка и дважды щелкнула пальцами, видимо, блокируя дверь и накладывая на неё заклятие тишины. Она собиралась щелкнуть и третий, напустить темноту посреди бела дня, но Ривен, устав призывать ведьму к разуму, схватил с тумбочки недопитый стакан воды и вылил его ей на голову. – Ты дурак что ли?! – вскрикнула ведьма и, как здоровая, соскочила на ноги. – С возвращением, – улыбался герой, – Может, теперь поговорим? А потом я тебе сам помогу закончить начатое. – Да пошел ты! Ещё одна подобная выходка и ты будешь месяцами спать на раскладушке под дверью спальни, ты понял?! – эмоции захлестнули Дарси, и она с легкостью бросалась из крайности в крайность. Она давно такого не испытывала, да она никогда такого не испытывала. Сердце непривычно бешено колотилось и подливало масла в огонь. Сейчас, целуя Ривена, она испытала нечто другое, не то, что испытывала, целуя его на балу или в его гостиной. Это не было простым удовлетворением низменных, плотских желаний, это было что-то чуждое ей, но безумно приятное, и она не хотела это прекращать. Ей снова нужен был Ривен, больше Ривена, но на этот раз Ривен ей не уступал, и это мгновенно привело потерявшую над собой контроль и привыкшую получать, что хочет, колдунью в бешенство. – Да понял, понял, – откровенно ржал над Дарси Ривен и, закончив смеяться так же внезапно как начал, спросил, – Ты специально оговариваешься или у тебя просто мозги не на месте? – Что оговариваюсь, придурок?! – Ну вот это всё «как мы теперь будем жить» или «я тебе это припомню»? Ты говоришь так, будто мы вместе. – Разве ты не этого хочешь?! – А ты хочешь? – Уже не так сильно, как минуту назад, – наконец, выплеснув эмоции и испарив воду, спокойно села бок о бок со специалистом, морально опустошенная, но язвившая ведьма. – Капец, – выдохнул Ривен, смотря куда-то перед собой, – мы ещё не начали встречаться, а ты уже вытрепала мне нервы, точно я женат на тебе 30 лет. – А ты думал, в сказку попал? Впрочем, я не такая настырная, как ты, – сняла блокировку двери ведьма, – Ты волен идти. – Нееет, что ты, ты совсем не настырная, – издевательским тоном протянул Ривен и, вымучено улыбнувшись, посмотрел на ведьму. Она тоже смотрела на него, но как-то рассеяно. Он чувствовал, что что-то изменилось в ней, будто она разрушила защиту, которую возвела вокруг себя. Она не врала, это точно, но и по своей привычке не могла сказать о чувствах прямо. Глубоко вздохнув, он решил смириться, что она у него такая странная и загадочная, ведь, пусть это его временами и раздражало, именно поэтому он когда-то выбрал её. Хотя он не был уверен, кто кого выбрал: эта ведьма привораживала его и без заклятий, – Я люблю тебя. Дарси неопределенно хмыкнула и сфокусировала на нем взгляд. Он был такой забавный, уставший, встрепанный после боев со Сторми, но такой родной. Теперь уже она не хотела его отпускать и надеялась, что когда-нибудь, тоже скажет ему, что любит его. Скажет скорее, чем она думает. – Ооо, ну ладно, не смотри на меня так, а то я привыкну. Иди сюда, – поманил ведьму Ривен, и Дарси, не дожидаясь, снова сама поцеловала его, правда, без прежней страсти, зато с более осмысленными чувствами. Но целоваться боком было неудобно, а повалить его она уже была не в силах, и Ривен, на редкость не проявляющий никакой инициативы, словно боявшийся спугнуть девушку, позволил ей утянуть себя вниз. И все бы было ничего, если бы в комнату не вошла Айси, только что-то отправившая куда-то Сторми и настороженная тишиной. – А ну слез с моей сестры, кобелина проклятая! – негромко для крика, но очень зло и очень внезапно сказала Айси, подлетая к уже подскочившему в страхе специалисту и прижимая его ребром предплечья под горло к стене, – Да я тебе сейчас знаешь, что сделаю, чтоб неповадно было?! – Это не я, это не я! Она сама! Она домогалась. Я, я, я только потом. Честно! – тараща глаза, зачем-то оправдывался Ривен, забыв, что он уже, в общем-то, взрослый мальчик и что магия Айси не действует на него так же, как и магия Дарси, но все равно, старшая Трикс, с такой-то рожей как сейчас, внушала ему неподдельный ужас. – Дааарс? – посмотрела Айси на сестру боковым зрением, не отворачиваясь от специалиста, и произнесла её имя так, будто хотела получить ответ, так все было на самом деле или нет. Дарси заливалась смехом, смеясь то ли над парнем, то ли над глупой ситуацией. – Ахах, отпусти его Айси, он не виноват, – наконец, смогла вымолвить она. Айси отступилась от парня и, криво ухмыльнувшись, щелкнула пальцами, окатив сестру ледяной водой, взявшейся с потолка. – Да вы что сговорились что ли?! Двое ненормальных! Пошли прочь отсюда оба! – О чем это она? – наблюдая за скачущей по комнате мокрой курицей сестрой, спросила специалиста Айси. – Сам не знаю, – соврал Ривен, – Зато, кажется, начал понимать, почему Дарко и Валтор так прикладываются к виски. Я бы тоже щас выпил. – Что ты сказал? – обернулась на него Льдинка, прищурив глаза, – А впрочем, у меня нет на это времени. Слушай сюда, специалист. Ты мне не нравишься, очень не нравишься. Но по какому-то нелепейшему недоразумению ты нравишься Дарси, и мне придется мириться с этим и надеяться, что это не продлиться долго. И если хоть раз, хоть один гребаный раз, она пожалуется на тебя или хотя бы заикнется, что ты козел, коим ты на самом деле и являешься, просто она пока этого не видит, тебе несдобровать. Я достану тебя из-под земли, и никакой амулет не защитит тебя и твою голову от обычного, магловского топора. Усёк? Молодец. А теперь у тебя есть две минуты, чтобы убраться отсюда, пока не вернулась Сторми, которая настроена не так толерантно к тебе, как я. Вперед! – махнула она ему на выход. – Айси, там не было с яблочным повидлом, были только со сливовым джемом и вишней! Я взяла и тех и других, – донеслось откуда-то из прихожей. В комнате повисла гробовая тишина. Ривен, и без того чуть не поседевший, уронил челюсть, Дарси перестала скакать и вытряхивать кубики льда из-под футболки, а Айси, спокойно посмотрела на незапертую дверь и также спокойно произнесла слова, которые бы следовало проорать: – Млять, она что телепортировалась туда-обратно? Писец тебе пришел, специалист. Я тебе больше не смогу помочь. – Ривен, окно! – очнулась второй Дарси и указала специалисту на открытое окно, ведь она всего-то жила на седьмом этаже. Что тут прыгать-то? Ривен, заложив два пальца в рот, громко свистнул, и к окну тут же подлетел его ветролет, лично оснащенный им этой функцией. Он сделал шаг к окну, но развернулся и, подбежав к Дарси, быстро чмокнул её на прощанье, на что Айси закрыла глаза двумя руками. Через секунду он уже выпрыгивал в окно, резко давя на газ и кидая что-то про позвоню вечером. Зашла Сторми, окинула спальню и оставшихся в ней взглядом и невозмутимо пожала плечами, ведь все было как обычно: мокрая, растрепанная Дарси, закрывшая лицо руками Айси и распахнутое настежь окно, в которое дул свежий ветерок, разнося по комнате пробуждающий аппетит запах свежей выпечки. – А где мальчишка в прожженных штанишках?