Мужчина, которого моя мать привела домой...

***

Приходилось мириться с тем, что Гарри придется делить с матерью, по крайней мере иногда, но это не означало, что Том отдаст его кому-то другому. Эти мальчишки, игравшие в футбол, на которых Том уже не обращал внимания - большая ошибка - подбежали к ним. Том подозрительно смотрел на их новый футбольный мяч. Он был весь в магии Гарри. Вероятно, этот человек просто создал его для них, пока Том был занят «игрой» с этой глупой маггловской девчонкой. – Здравствуйте, добрый мистер, хотите поиграть с нами? О, как это действовало ему на нервы. Какая наглость у них была обращаться к его Гарри так небрежно. Он сердито посмотрел на них самым злым взглядом, который у него был в запасе. Он хотел, чтобы поблизости были змеи, чтобы позволить им их укусить. Они заслужили это за то, что возжелали то, что им не принадлежало. Но что еще хуже, Том видел по выражению лица Гарри и его магии, что старший волшебник действительно хотел сказать «да». Однако он продолжал смотреть то на Тома, то на них. – Том, ты не против, если я сыграю несколько раундов? Да, именно так. – Не против, Гарри. Его рот выдал его. Радостное выражение лица Гарри почти того стоило. – Ты тоже хочешь поиграть? Полный надежды взгляд Гарри на этот раз встретил решительное «нет». Он не мог каждый раз поддаваться этим прекрасным глазам... Том сел на краю поля. Они разделились на две команды. У Гарри было два участника, а у противоположной команды - 5. Гарри сказал, что это справедливо, потому что он старше. Сначала они обсудили правила. Команда, которая забьет 3 гола раньше другой, победит. Том был уверен, что это будет Гарри, что-то другое было невозможно, когда рядом был такой идеальный Гарри. Сначала Том был доволен тем, что смотрел, как играет Гарри. Восхищался его длинными ногами и тем, как быстро он бегал по полю. Насколько он был искусен. Завораживало, как легко Гарри лавировал между другими игроками, мяч прилипал к его ногам, словно по волшебству, хотя Том чувствовал, что в этом не было ничего особенного. Каждый раз, когда Гарри делал искусный ход, Том чувствовал, как его пронизывает дрожь - он чувствовал такую гордость, словно сам совершил эти подвиги. О, боль, когда Гарри смеялся вместе с мальчиками. Затем его сердцебиение ускорилось. Гарри выглядел прекрасно, даже вспотевшим. Его волосы поймали солнечный свет, когда он откинул голову назад, вытирая пот со лба. Том старался сохранять нейтральное выражение лица, беспокоясь, что кто-то заметит, как пристально он смотрит. Но он не мог оторвать глаз, не когда рядом был Гарри, такой полный жизни, энергии и магии. Дело было не только в мастерстве (хотя он, несомненно, был хорош), но и в том, как Гарри себя вел, как его глаза сверкали решимостью, как раздавался его смех, когда он шутил с мальчиками. Сердце Тома забилось в груди, когда Гарри проделал потрясающую игру, обойдя двух защитников и забив мощным ударом, который отправил мяч в сетку. Он не мог не улыбнуться, гордость разлилась в его груди. Он хотел подбодрить, выкрикнуть его имя, но боялся, что голос выдаст его эмоции. С решительным сердцем Том огляделся. Игровая площадка была заполнена магглами. Никого из тех, на кого он хотел произвести впечатление. Так почему его должно волновать, что они думают о нем? Важен был только Гарри. Он решил больше не сдерживаться. Он БУДЕТ держать Гарри рядом с собой. По крайней мере, пока тот ему не надоест... – Вперед, Гарри, вперед! Он был вознагражден ослепительной улыбкой. Их глаза встретились, всего на секунду, и Том почувствовал прилив чего-то теплого и электрического. Его руки схватились за траву под ним, внимание Гарри на нем заставило его почувствовать головокружение. Затем чары были разрушены товарищами по команде Гарри, они дали пять и даже обняли его. Том кипел, когда они, потные, обвились вокруг Гарри и даже повалили его на землю, когда матч завершился, и все закончилось тем, что они смеялись в куче. Том больше не мог смотреть, как они висят на его Гарри, поэтому он встал, отряхнул грязь со своих брюк и присоединился к ним на поле. Только Гарри был там и тепло его принял, в то время как некоторые старшие мальчики насмехались и подшучивали над Гарри из-за того, что у него больше нет чирлидерши. Том не понял, что они имели в виду, но ему было все равно. Это были слова бесполезных магглов в любом случае. Хотя его легкие горели после нескольких минут бега по полю, он не пожалел о своем решении. Возможность разделить свою радость с Гарри после каждого очка - конечно, Том был в команде Гарри - была великолепна. Ему нравилось, как Гарри кружил его или даже сажал на плечи, чтобы бегать. Это было... здорово. Он хотел погреться в восторге Гарри подольше, но его глупое нетренированное тело не могло конкурировать с энергией более тренированных старших парней, поэтому пришлось признать поражение. Гарри покинул игру вместе с ним. Тома раздражало, что Гарри, скорее всего, продолжил бы, если бы не Том. Однако он забыл обо всех своих тревогах, как только Гарри одарил его искренней улыбкой. Он взял Тома за руку и повел его к скамейке, на которой они сидели, когда впервые пришли сюда. Они устроились на скамейке, просто сидели там молча. Том не был первым, кто нарушил бы тишину, даже если бы он чувствовал, что это становится неловким. Когда Гарри отпустил его руку, Тому захотелось протянуть руку и взять ее обратно. Долгое время царила тишина, пока Том медленно восстанавливал дыхание. День, который измотал его больше, чем он хотел бы признать. – Мне очень понравилось проводить с тобой время сегодня, Том. Играть с тобой. Видеть тебя таким счастливым. Том кивнул, легкая улыбка даже украсила его губы, которую Гарри даже заметил и проворковал. Мальчик не мог сдержать румянца, который окрасил его щеки в розовый цвет. Ему тоже нравилось играть с Гарри, хотя он мог бы обойтись и без надоедливых детей, требующих внимания Гарри. – Кстати, Том, я хотел тебе рассказать раньше, но забыл. Лихорадка, которая у тебя была, была не обычной. Она была вызвана магией. Это случается с исключительно одаренными магическими детьми, когда у них много магии, но их эмоции слишком сильны, поэтому их магия реагирует. Если ты что-то переживаешь, ты всегда можешь поговорить со мной и, конечно, со своей мамой. Том был ошеломлен этой информационной перегрузкой. Просто моргая, он пытался все обработать. Он чувствовал много смешанных эмоций. Гордость за то, что его назвали сильным волшебником, злость на себя за слабость к эмоциям и просто благодарность Гарри за то, что тот объяснил ему это. – Поскольку это не может быть развеяно так просто - помимо того, что ты избавляешься от излишков энергии с помощью заклинаний, что тебе не разрешено в твоем возрасте, твое тело перегружено. Это проходит само собой, но я ускорил процесс, выкачав ненужную магию. – Спасибо. Том был действительно благодарен за помощь Гарри, но в то же время он чувствовал себя уязвимым и слабым. Он не хотел, чтобы Гарри видел его беспомощным ребенком. Том хотел, чтобы его считали сильным и уважаемым Гарри. Том был так поглощен своими мыслями, что не заметил попыток Гарри вернуть его внимание. Только когда рука мягко погладила его по спине, он вернулся в реальность. К сожалению, рука тут же была убрана обратно, оставив после себя лишь покалывание. – Эй, Том, я знаю, что ты меня избегаешь... – Гарри сделал паузу, возможно, ожидая ответа, но Том только напевал, чтобы он продолжал. Это было бы только оскорблением интеллекта Гарри - в чем Том не сомневался - притворяться, что это не так. – Я хотел спросить, доставил ли я тебе неудобства или могу ли я что-то сделать, чтобы исправить ситуацию? Том хотел сказать, что есть способ... Гарри их покинуть. Но в глубине души он знал, что не имел этого в виду. Он не хотел этого. Он хотел, чтобы Гарри остался. Навсегда. Поэтому он просто покачал головой, не зная, что сказать. Гарри ведь ничего плохого не сделал. Он вел себя слишком идеально, был слишком идеальным, вот в чем проблема! Не было способа объяснить это, не выглядя жалким из-за страха быть брошенным, из-за страха оказаться слишком ничтожным для такого человека, как Гарри... Вместо этого он решил сменить тему. – Как ты согласился на это? Разве это не женская работа - заботиться о детях? Разве тебя не волнует твоя репутация и то, чтобы тебя считали мужественным, а не слабаком? Слова просто лились из него, и остановить их было невозможно, открывая больше, чем он мог бы раскрыть при обычных обстоятельствах - если бы он не пытался сменить тему и увести ее от опасных территорий. Том не мог себе представить, как он будет сопровождать ребенка на игровую площадку. Зачем любому уважающему себя мужчине это делать? Гарри моргнул, как будто эта концепция была ему совершенно чужда, а затем любезно улыбнулся: – Нет, Том, мне все равно, что обо мне думают другие. Единственное мнение, которое имеет значение, - это мнение близких мне людей, таких как ты и твоя мать. Когда Гарри обратился к Тому, он положил свою руку на его меньшую. Как ни странно, это заставило Тома почувствовать волнение. Гарри считал его кем-то близким! – Более того, для меня это особенно является свидетельством силы и характера мужчины. Разве не похвально следить за своим ребенком и следить за его безопасностью? Том не знал, нравится ли ему, когда Гарри более или менее называет его своим ребенком. Было приятно, когда его считали своим, но с другой стороны, он не хотел, чтобы Гарри видел в нем ребенка. Он не был похож на этих плаксивых мальчишек, он хотел, чтобы к нему относились как к взрослому. – Кроме того, я всегда хотел большую семью с множеством детей... Голос Гарри звучал меланхолично и тоскливо. Тому не нравилось слышать, как Гарри говорит так грустно, и не нравилось то, что подразумевали его слова. Он рискнул взглянуть на мужчину с такими одинокими глазами, что это напомнило Тому взгляд, который он видел в зеркале... По крайней мере, до того, как пришел Гарри... Пытался ли Гарри найти семью с другой женщиной раньше? Были ли у него дети? Том не знал, почему эти мысли так необъяснимо злили его. Хотел ли Гарри иметь собственных детей от его матери? Бросит ли он тогда Тома? Том представил себе мини-версию Гарри, смотрящую на него. На короткое мгновение его сердце остановилось, а затем забилось быстрее. Почему ему нравилась эта мысль, когда Том не хотел ни братьев, ни сестер? Отбросив все эти бесполезные мысли, Том искал нужные слова для ответа. Не приняв окончательного решения, он шевельнул губами - такое случалось только с Гарри. – Не волнуйся, теперь у тебя есть Я, и я буду твоей Семьей. Том не мог остановить свою магию, которая выплеснулась наружу и собственнически окружила магию Гарри. Затем он резко вскочил на ноги и крикнул: – Тебе больше никто не нужен! Как будто плотину прорвало, и вся неуверенность и страхи по поводу ухода Гарри выплеснулись из него. Для Тома даже не имело значения, что Гарри и он были окружены незнакомцами. В этот момент он смотрел только на старшего волшебника. Магия Гарри тут же отреагировала и смешалась с его, успокаивая его ярость. Ему пришлось содрогнуться от приятного ощущения. Том подумал, что никогда не устанет чувствовать, как их магия взаимодействует. Теперь Гарри тоже встал, только чтобы встать на колени перед Томом, чтобы их глаза были на одном уровне. Он нежно положил руки на плечи Тома. – Теперь я понял. Ты боишься, что я уйду, да? Что мои намерения не будут долгосрочными? Том не знал, как Гарри мог так хорошо его читать, честно говоря, ему даже было все равно почему, это было просто приятно. Хотя Том и раньше ненавидел, когда кто-то угадывал его намерения, с Гарри все было по-другому. Тому удалось лишь кивнуть, не веря, что его голос не дрогнет и не запнется. – Тогда я сделаю так, что у тебя больше никогда не будет повода сомневаться в этом. Прежде чем Том успел сообразить, что Гарри имел в виду, Гарри внезапно схватил Тома на руки, как принцессу, - чего он не делал с Бетти (взять хотя бы эту бесполезную маггловскую девчонку!) и более или менее побежал - конечно, махая руками и выкрикивая прощания направо и налево, кто знает, сколько новых друзей Гарри завел сегодня - прочь с игровой площадки. Вероятно, много, судя по его милой личности, которая даже Тома очаровала. Том даже не заметил, куда Гарри его ведёт, слишком поглощённый купанием в близости Гарри, чтобы что-либо заметить. Он мог слышать его сердцебиение. Это успокаивало. Если он не был так заинтересован в том, чтобы насладиться этим в полной мере, конечно, ему пришлось бы не спать, иначе он был уверен, что уснул бы. Даже тошнотворный опыт Apparition ощущался как сон, убаюканный таким образом. Однако как только Гарри опустил Тома, его пузырь лопнул. Он уже скучал по теплу и не мог вести себя как ребенок, требуя ласки и объятий. Однако великолепный пейзаж отвлек его. Цветочное поле раскинулось, как яркий гобелен, море цветов всех оттенков красного, розового, фиолетового и даже золотого, мягко покачивающихся на вечернем ветру. Заходящее солнце окутывало пейзаж теплым золотистым сиянием, отбрасывая длинные тени, которые танцевали среди лепестков. Небо над ним было окрашено в мягкие оттенки оранжевого и лавандового, сливаясь с углубляющейся синевой сумерек. Воздух был благоухающим сладким ароматом цветущих цветов. Вся сцена ощущалась как тихий, вечный момент безмятежности. Но для Тома ничто не сравнится с красотой Гарри, который стоял справа от него и с удовольствием наблюдал за его реакцией на окружающую обстановку. Даже облитый потом после футбольного матча, Гарри выглядел непринужденно ошеломляюще, его кожа блестела под угасающим солнцем. Пряди его черных как смоль волос липли ко лбу, но это только добавляло ему грубого очарования. Его грудь поднималась и опускалась с каждым вдохом, румянец напряжения вызывал глубокое тепло на его щеках. Была какая-то первозданная красота в том, как он выглядел прямо сейчас, как будто пот и усталость только делали его более человечным, еще более пленительным. Но что действительно поразило Тома, так это то, как Гарри посмотрел на него - мягкие глаза, маленькая искренняя улыбка играла в уголках его губ. В этот момент все остальное померкло. Цветочное поле, закат, звуки и запахи - все это растворилось на заднем плане. Все, что имело значение, - это взгляд, полный привязанности и тепла, как будто Том был единственным человеком в мире, который действительно имел значение. Взгляд Тома мог только молча следить, как Гарри внезапно опустился на колени прямо перед ним. Он застыл на месте, когда теплая рука старшего волшебника взяла его и нежно поцеловала - дольше, чем он делал с Бетти (не то чтобы Том считал секунды или что-то в этом роде, зачем ему это, он же не ревновал) - не разрывая зрительного контакта. Том задумался, как он выглядит для Гарри в этот момент. Похож ли он на самый красный цветок на этом поле. Внезапно он смог посочувствовать Бетти, похожей на помидор, но быстро отбросил эту мысль. Он слишком часто думал о той бесполезной маггловской девчонке. Зачем ему помнить ее, когда Гарри так очевидно принадлежит ему? Том был настолько ошеломлен, что даже не заметил, как магия Гарри выплеснулась наружу волнами. – Настоящим я клянусь своей жизнью и магией, что сделаю все возможное, чтобы быть рядом с Томом Марволо Реддлом, и я не оставлю его по своей воле. Том чувствовал себя подавленным в позитивном смысле. Он не мог не дать своей магии вырваться на свободу. Она счастливо переплеталась с магией Гарри, в то время как сам Том бросился в протянутые руки мужчины. Рыдания раздирали его маленькое тело. Все напряжение и страхи покидали его. Теперь ему больше не придется волноваться. Он сделает так, чтобы Никто Другой не заставил Гарри покинуть его, и тогда ничто не сможет их остановить. Смех сорвался с его губ, и он вдруг не смог остановиться. Он был таким же головокружительным, как описано в его медицинских книгах, как действие наркотиков. Опьяненный магией Гарри и его присутствием. Том никогда не хотел быть трезвым от этого снова, уже зависимый. Гарри даже не указал в клятве, что она будет длиться только в течение всего времени его отношений с матерью, так что она будет иметь постоянную силу. Собственничество укоренилось в его сердце. Гарри теперь был официально его. Том всегда хранил свои вещи и никогда их не отдавал. Он будет заботиться о Гарри. Том был великодушен, Гарри делал его счастливым, поэтому Том делал Гарри счастливым в ответ. Мужчина никогда не почувствует необходимости нарушать свое обещание. Они останутся вместе. Навсегда. Навсегда вместе.

***