Люциан

Небольшие снежинки кружились в танце вокруг фонаря и медленно приближались к земле. В этом танце я заметил две одинаковые снежинки. Они летели рядом. Они танцевали и сопротивлялись безжалостному ветру. А ветер всё пытался разделить их, оторвать друг от друга. Вскоре ветру надоело играть со снежинками и он бросил всё попытки разделить их. И снежинки вместе упали на землю. Эти снежинки напомнили мне нас с Грейс. Я закурил очередную сигарету. Сколько их было? Пять? Десять? А может быть и двадцать. Я не считал. Не считал сигареты сидя на лавочке для влюблённых. Не считал дни. Сколько их прошло с того момента как я струсил... В этом круговороте снежинок я совершенно потерялся. Я был один, как и раньше. Но теперь, всё изменилось. Я больше не хотел быть один и умер в тот день, когда бросил Грейс... Но я спасался мыслями, что так будет лучше...А будет ли? Грейс доверилась мне. Она доверяла мне даже тогда, когда её избили четыре девушки, в лице моих знакомых. Она доверилась мне, когда познакомила с умирающей тётей. Она доверила мне свою невинность и мы стали близки не только душой, но и телом. Она была таким наивным и добрым ребёнком. И приревновав меня к вернувшейся Паулине, разбила руки в кровь. Она любила меня и её не напугала часть правды обо мне. Не напугало, когда я трясущимися руками вонзил нож в мёртвое сердце. И её не напугало, когда на вечеринке мои глаза горели красным от ненависти к Кэму, который решил отобрать у меня и Грейс. Так почему я сбежал? Потому что понял, что не могу контролировать себя. Я очень боялся что причиню ей вред. Ведь вечеринка отлично показала то, что я в любой момент мог сорваться и причинить боль любому, кто встанет у меня на пути. Даже если этот кто-то будет самым любимым человеком. Сухие губы скривились в странной улыбке. Любимый человек. Я думал о ней и улыбался как идиот. Я так любил её и сбежал. Сбежал так быстро, что она так ничего и не поняла. Я соврал что скоро вернусь, но я так и не вернулся. Я бродил по тёмным и холодным улицам в обличье призрака. Так было легче. Легче скрыться от всех, но не от себя самого. Единственно что осталось у Грейс в память обо мне, было кольцо. Кольцо моей семьи. Грейс была моей семьёй и я хотел чтобы оно осталось с ней. И возможно, она передала бы его своему сыну. Подумав об этом я помрачнел. Я хотел бы детей. И встретив Грейс, я понял, что хочу чтобы матерью моих детей была она. Я представлял её с большим животом, а потом и с коляской. Представлял как наш ребёнок начал ходить, говорить...но этому не суждено было быть. Ведь я монстр. А она... она встретит хорошего парня и у неё будет всё о чём я только мог и не мог мечтать. Поэтому я внушил одному не самому хорошему, но влиятельному человеку, что меня никогда не было. Я думал, что он поможет Грейс забыть обо мне. Я надеялся, что она забудет обо мне... Я пропал. Исчез. Растворился. Меня больше нет. Я не мог умереть, но без неё я и не жил. Я просто существовал. Но, каждый день в старом разрушенном доме мелом я рисовал палочку. 94 палочки.