Странности

Д е т с т в о. Мне пять. Вокруг много детей. Пахнет маслом, манкой и вафлями. Я люблю когда нам дают вафли. Все смеются и играют. Мне не весело, практически никогда не весело. Джек подбегает ко мне и бьёт по голове. Я злюсь, он играет. Джек задирает меня, он-глупый. Я ни с кем не говорю. Я сижу у окна и жую вафлю. За окном осень, жёлтые листья кружатся и падают, солнце практически не греет. Утром был дождик, природа плакала. Я не плачу, никогда не плачу. Джек бесцеремонно прерывает мои мысли и дёргает меня за кофту. Я снова злюсь, он дурак. Я вскакиваю и бью Джека по лицу снова и снова, он плачет. Воспитательница кричит и ругает меня. Она наказала меня. Я не плакал. В детском доме холодно и грустно, особенно зимой. Сегодня смотр детей. Не люблю эти дни. Люди приходят и выбирают нас будто вещи. Каждый хочет себе самого красивого ребёнка. Няня сказала, что я красивый, жаль что внешность человека часто бывает полностью противоположна его душе. Но няня добрая, она иногда приносит мне вафли. Пришла очередная пара взять себе ребёнка. Они заметили меня и позвали. Они выглядели богачами. Мужчина был среднего роста, его волосы блестели, а живот свисал из-за затянутых ремнём брюк. Он был не сильно заинтересован. Женщина была чуть выше, одета облегающее платье, её бюст чуть ли не выскакивал из него. Женщина: -Какой миленький мальчик. Дорогой, посмотри на его тёмные кудри. Боже его голубые глаза так и манят. -Деточка, как тебя зовут? Я молчал. Воспитательница посмотрела на меня грозным взглядом. Я нехотя сказал: -Алекс. На лице женщины изобразилось недовольство, и она сказала: -Нет. Мы назовём тебя Стив. Дорогой, как тебе? Стивен Франк. По моему замечательно. Они забрали меня, но моя жизнь в их семье продлилась недолго. Они были глупыми аристократами, которые любили устраивать бестолковые встречи с такими же придурками. Сколько же таких вечеров я сорвал, они постоянно бесились, а это забавляло меня. Единственный с кем я поладил в этой семье стал пёс, он также не хотел оставаться в этой там, как и я. Они не выдержали и сдали меня обратно через месяц, честно сказать они были упорны. Мне повезло тем, что они были богаты. У них было много книг, я нашёл там красивую азбуку. Я украл её. Знаю, это плохо, но думаю, они не заметили этой пропажи, а я быстро научился читать. Книги- это единственное, что отвлекало меня от этой бесполезной жизни и не требовало ничего взамен. С тех пор меня пытались усыновить ещё 5 семей, но никто не мог выдержать меня. Я рос, меня увлекали книги, поэзия и музыка. Странно для мальчика из детского дома. Пусть Джек и был глупым, но мы подружились. Я стал разговаривать, но не слишком часто, лишь с теми, кто мне интересен или с теми от кого мне что-то нужно. Я приобщал Джека к искусству, а он меня к дворовой жизни. Мы вместе воровали яблоки. Я научил его играть на гитаре, так как фортепиано его не увлекало. Да, у нас в детском доме были старый рояль и гитара (на них я и научился играть). Часто меня просили играть на концертах и утренниках. Я играл. Мне исполнилось 15 и к нам снова пришли смотреть детей. Это была весёлая пара средних лет. Их глаза были наполнены добротой. Я знал, что все берут детей помладше, но какого было моё удивление, когда они пришли в нашу группу. Женщина посмотрела на нас с сожалением, но только потому, что не могла забрать нас всех. Они поздоровались и улыбнулись. Я хотел улыбнуться в ответ, но сдержался. Женщина заметила это позвала к себе. Я подошёл. На её губах снова заиграла улыбка и она спросила: -Милый, как тебя зовут? Её нежные руки дотронулись до моего лица, а я закрыл глаза. Обычно я так делал когда хотел усмирить свой гнев, но на этот раз я не захотел отвернуться или уйти. Я закрыл глаза от невероятной нежности и тепла её рук, они пахли ванилью. Наконец я ответил: -Меня зовут Алекс. Мужчина улыбнулся и посмотрел на жену. Между ними как будто прошёл зрительный диалог. Они кажется всё сразу поняли и спросили меня: -Хочешь жить с нами? Не знаю почему, но я немного остолбенел, у меня никогда этого не спрашивали, просто брали и вели. Вдруг я услышал голос няни: -Ну же, Алекс! Я улыбнулся и кивнул. Я попрощался со всеми, но сложнее всего было расставаться с няней и Джеком. Няня заплакала и поцеловала меня в лоб. Джек хотел заплакать, но сдержал слёзы. Я обнял его. Мне было ужасно больно в тот момент, что-то горячее пробежало по моей щеке. Я вытер слезу, но это было самое малое, ведь мне хотелось завыть. Не знаю почему мы так распрощались, я не надеялся на многое, но всё же. Я собрал вещи и вышел со своей новой семьёй. По дороге до машины они представились. Женщину звали Джессика, а мужчину Патрик. Он нежно потрепал меня за волосы и пригласил в машину. Они жили в небольшом районе, езды в час. Пока мы ехали я смог подробно рассмотреть их до мельчайших деталей. Между ними была такая нежность, что мне хотелось улыбаться, но я сдерживался. Я был очень внимателен к деталям, они могут сказать о многом. Руки Патрика были грубыми, видно, он работал руками. Он был ростом примерно 178см, глаза серо-голубые, волосы тёмные, короткие, в некоторых местах в волосах на голове и небольшой бороде прорезывалась седина, ему было около 40. На нём был коричневый свитер, тёмные джинсы и чистые ботинки. Очки красовались на прямом носу. Джесс была немного ниже мужа. Как я заметил ранее, от неё пахло ванилью и её руки были такие мягкие и нежные, что каждое прикосновение было невероятно. Её глаза были голубыми, практически синими, лишь в некоторых местах прорезались голубые крапинки. Длинные тёмные ресницы немного прикрывали глаза, кожа была чистая, ни единой морщинки, хотя ей было чуть меньше лет чем мужу. Тёмные волосы блестели, они были расчёсаны, но не уложены и опускались небрежными волнами по её плечам. Она была в чёрных брюках, белой футболке и вязаном кардигане (цветом похожим на свитер мужа). Они начали говорить со мной и расспрашивать, я не готов был много рассказывать о себе, и они это видели. Тогда они завели разговор о своей семье, семье Барнз. Я узнал что Патрик учёный философ, увлекался резьбой по дереву и любил что-то мастерить. Джесс раньше работала в питомнике, а сейчас увлекается живописью, но помогает питомникам финансово и частенько бывает там. Мне было странно от того, что они усыновили меня, ведь у них было помимо меня 3 детей. Старшего звали Марк, ему было 18, он уже учился в институте на программиста (он был компьютерный гений), среднего звали Том, ему было 12, он учился в 5 классе, а младшей была Лолита ей было 7, она только пошла в первый класс. Ещё у них был большой рыжий пёс, которого Джесс привела из питомника, его звали Ральф. Когда мы подъехали, я оглянулся вокруг. Это был милый район с частными домами. Дом Барнз был огромный, сделан из красного кирпича, в нём было три этажа. Они открыли калитку и пригласили меня во двор. Я робко вошёл, он был очень просторный, кажется Джесс любила цветы (у них был сад). Новые родители просили меня не стесняться и чувствовать себя как дома. Мы вошли в дом, пахло яблочным пирогом. Меня встретили мои новые братья и сестра.