Лярва

      — Привет! — открыв ключами дом и зайдя в помещение, Таббо закрыл дверь. Грузно осел, тихо охая.       На улице уже было достаточно темно, а потому Таббо спешил домой, дабы не оказаться на улицах их города. Поскольку место это было одним из самых многочисленных по населению в королевстве, то в принципе понятно, почему тут есть мафия и бандиты. Днём всё довольно мирно, а вот ночью намного проще действовать, да и скрываться тоже. А также пользоваться магией, что запрещено повсеместно.       — Привет путешественникам! — вынырнул из стены Томми, чем напугал Тоби, который только-только выпрямился с тяжёлой коробкой. Призрак присвистнул, отступив в сторону, дабы не заграждать другу дорогу. Тот быстро нырнул с грузом на руках в зал, где с гулким грохотом поставил ношу на столешницу. — И чем это тебя нагрузила та семья?       — Во-первых, это твоя семья, а, во-вторых, это кое-что, о чём думал весь сегодняшний день, — устало ответил Таббо, доставая толстую книгу.       — Роман?       — Лучше. Энциклопедия, — сказал ему блондин, усаживаясь на диван. И это было ошибкой. Ему стало настолько лень двигаться, что даже дотянуться до ниточки торшера не получалось.       — Ого, кто-то всё же примкнул к «ненавистной мифологии», — передразнил голос Таббо Томми, закрывая шторы в зале, а после включая свет.       — Не смешно, я правда не люблю всё это… Но некоторые обстоятельства вынудили меня прибегнуть к крайним мерам, — фыркнул Тоби, однако он говорил это, улыбаясь.       Лярва закатила глаза, ещё раз передразнивая Таббо, а после подлетела к другу, укладываясь на острых коленях.       — Как-то жёстко, — прокомментировал он, и блондин ответил сверху.       — Тогда двигайся и не мешай, — голос сквозил ноткой обиды, и Томми поддался вперёд, касаясь губами фаланг пальцев, испещрённых мозолями от использования арбалета и лука. Книга, закрывающая до этого прекрасное лицо, чуть опустилась, являя разъяренный взгляд и яркий румянец.       — Прекрати, я же сказал, чтобы ты не мешал!       Но Томми лишь повторил свои действия, наблюдая вздрагивание блондина напротив, и это раззадоривало.       — Томми, сейчас книгой по башке огрею, мало не покажется! — предупреждал неугомонного призрака Таббо, но тот его даже не слушал, продолжая увлеченно покрывать пальцы блондина поцелуями. Несколько секунд спустя по полупрозрачной голове прилетел удар тяжёлой книги. Не сильно, но ощутимо.       — Остановись, ты перегибаешь, — щёлкнув друга по носу, сказал Тоби.       — Говорит тот, кто в нос друзей чмокает, — потирая ушибленное место, как-то разочарованно подметил призрак, неумело стрельнув глазами в сторону Таббо.       — И?       — А это значит лишь одно! — более воодушевлённо изрёк Томми, прерываясь, чтобы, быстро поднявшись на коленях друга, чмокнуть того в нос. Таббо покраснел, вжимаясь в спинку дивана. — Мне тоже так можно.       Тоби хотел было что-то начать отрицать, но после решил заткнуться. Взаимные чувства? Возможно, это было именно этим… Таббо ещё до смерти друга не мог оторвать взгляд от губ шебутного парня, от его красивых ресниц и теплых рук, что покоились на его собственных ладонях, когда наступали поистине ужасные дни. А потому, окинув Томми уставшим взглядом и что-то проворчав, блондин просто поудобнее устроился.       — И где возмущение? — спросил неугомонный призрак, вызывая протяжённый вздох полный отчаяния и вселенской боли.       — Я устал, отстань, — сказал Таббо, потирая руками покрасневшие веки. Их тут же отвели от лица.       — Не надо заносить грязь в глаза, — поучительно произнёс Томми, вызывая такой диссонанс, что, волей не волей, но не засмеяться в голос было крайне сложно. И да. Таббо не справился с этим.       — Чего смешного? — не понимал призрак, растерянно хлопая глазами.       — Ты комик от природы, — плакал Тоби со смеху, — ранее сам тер пыльными, в крови или в чем-то там ещё свои глаза, а теперь. О боги! Ха-ха-ха!       Таббо почувствовал, что горизонтали меняются, но он не мог остановиться. Смех постепенно перерастал в истерический, и Томас начал переживать за психическое состояние друга.       — Таббо? — он, находясь на друге сверху, наклонился чуть ближе, так чтобы их глаза пересекались взглядами, чтобы до носа оставалось буквально пара сантиметров.       — Д-да? Ха-ха-ха! — смеялся он, как псих, а потому Томми, не найдя лучшей альтернативы у себя в голове, дал хлесткую пощёчину, и Таббо затих.       Прошло пару секунд. Призрак, всё ещё волнуясь, не трогал Тоби, ожидая, когда тот сам повернётся. Спустя пять минут на Томаса уставилось уставшее, печальное и покрасневшего от слёз лицо блондина.       — Я сошёл с ума? Верно, Томми? Или, может, я всё ещё сплю, и это просто долгий сон? — заикаясь говорил парень, прикрывая ладонью свои голубые глаза. — Не может все оказаться так прекрасно. Здесь не может такого быть. Я год… Год молился, я… я… я сломался, и только сейчас что-то появилось… Какой же это бред.       Веки прикрывало предплечье в рукаве зелёной рубашки, но даже оно уже не впитывало слёзы.       Томми был в растерянности, и, увидев такого Таббо, он опешил. Нет, он уже понял размах горя Тоби, после его смерти. Снотворное, разрыв отношений со многими товарищами и друзьями, замкнутость и… Нет, лярва просто не ожидал увидеть такое и понять, что всё это не было ложью или выдумкой, что всё это правда.       Аккуратно подавшись вперёд, Томми с трудом отлепил руку дорого для него человека от собственных глаз. Тихие вздохи стихли, но слёзы текли.       — Томми, прости, я сейчас, — начал бормотать что-то несвязно Таббо, смотря на призрака нечитаемым взглядом. Но как только рука потянулась к таблеткам сразу стало ясно, что план его человека не является верным. Оглушительная оплеуха прилетала по щеке Таббо.       — Таббо, прекрати! — встряхнул, схватив за плечи, Томми. — Это реальность! Ты же понимаешь это? Неужели, ты мне больше не веришь?       Таббо повернулся и уставился покрасневшими, но пустыми глазами на призрака, словно это не второй является мертвецом, а первый.       — Я не верю не тебе, я не верю… реальности. Я боюсь, что всё это просто бред и, что я просто сошёл с ума, — проглатывая слёзы, отвечал Тоби.       Томас замолчал, да и Тоби тоже. Уставившись в потолок, его взгляд не замечал призрака перед собой, и лярва, желая хоть как-то привлечь внимание дорогого человека, вздохнул, прокрутив в голове, что это для их общего блага, чтобы впоследствии приблизиться на крайне маленькое расстояние от лица, так, чтобы носы соприкасались.       Но Таббо по-прежнему находился где-то у себя в мыслях, лишь рассеянный взгляд перевёл на духа.       Прикрыв глаза, он подался вперёд, целуя в плотно зажатые губы, которые от прикосновения резко вспыхнули, обжигая. Таббо как-то сдвинулся вверх и замер, уткнувшись в подлокотник дивана.       Одного краткого, не долгого, даже больше похожего на простое соприкосновение, Томми хватило, чтобы привлечь внимание. Да и Таббо, он думал, тоже.       И правда, посмотрев на взъерошенного блондина со сбившимся дыханием, он заметил, как ярко-голубые глаза, округлившись, застыли на месте, а губы были приоткрытыми и покрасневшими.       Томми хотелось ещё раз наклониться и поцеловать, но он заткнул свои хочухи, заталкивая их куда-то на задворки разума. Сейчас не надо всё делать по воле импульсивности, надо понимать, что сейчас грань тонкая, что по этому льду надо аккуратно пройти к Таббо, достучаться до него и не утонуть в его собственной же печали. Нить уже начинает двигаться и стоит поторапливаться, так как так долго закручиваются нити лишь в том случае, если грядет настоящее цунами из эмоций хозяина духовного сосуда.       — Тоби, посмотри мне в глаза, — взяв аккуратно ладонями лицо блондина и повернув к себе, так чтобы васильковые глаза не смотрели никуда более, Томас заговорил проникновенным шёпотом. — Тоби, я реален. Если не веришь реальности, если не веришь мне, то поверь этому, — он коснулся светящегося духовного сосуда, что кишел эмоциями. — И этому, — уже коснулся нити, что дрогнула, замедляясь в своём закручивании. — И если ты не веришь даже им, то смотри, — он спокойно взял в руки книгу, покрутил и, чуть подумав, стукнул ей по лбу Таббо. — Или можно даже так, — Томас взял и просто щёлкнул пальцами по месту удара. Таббо запоздало зашипел, обиженно зыркнув на Томми. — Другое дело, — улыбнулся призрак, заметив оживление в глазах и, как нить прекратила закручиваться, донося до призрака лишь осадок тяжёлой печали и горечи.       — Зачем ты меня поцеловал? — посмотрел на лярву со смущением, однако без криков возмущения Тоби. Томас этому поначалу удивился, а после усмехнулся, понимая к чему ведут их кошки-мышки.       — Изначально, чтобы привлечь внимание, — спокойно встав и дойдя до кресла, на котором был плед, ответил призрак, вызывая тихую печаль, которая мелкой дрожью прошлась по нити, отдаваясь в сосуде Томми неприятным ощущением, но он всё равно продолжал тянуть. — Но, — взяв в руки тёплое, мягкое и тонкое одеяло, он повернулся ухмыляясь, — если ты так хочешь, то могу повторить.       Таббо округлил глаза, с шоком глядя на Томми, но тот, кашлянув в кулак, дабы не засмеяться, укрыл блондина пледом говоря:       — Шутка. Я не буду заставлять тебя.       И, паря в воздухе, он чуть пододвинулся, устраиваясь около головы Таббо.       — Спи, тебе необходимо отдохнуть, — прикрывая глаза и целуя в лоб смущенного блондина, утверждал, а не спрашивал Томми.       — Только если так, — притягивая к себе призрака, ответил голубоглазый. — Просто…       — Я тебя понимаю, спи уже, — поглаживая напряжённую спину, под его ладонью она расслабилась и, уткнувшись в плечо носом, Таббо задремал, постепенно засыпая. — Сладких снов, Тоби.