Молитва вечной любви

      Иногда то, что мы хотели забыть и пытались оставить в прошлом, там не остаётся. Оно привязывается, словно колючий репейник: самостоятельно оторваться не сможет, а стоит только дотронуться, как сразу их тонкие иглы пронзают тонкую и нежную кожу.       Иногда прошлое возвращается за тобой и следует попятам, как самый ужасный в мире кошмар. И нужно приложить неимоверную силу, чтобы отложить и запечатать эти самые воспоминания в далёкий-далёкий ящик, какими бы счастливыми когда-то они не были.

~~~

      Шаг за шагом, минута за минутой. Время текло медленно, словно отсчитывая каждую секунду до чего-то, что нельзя будет повернуть вспять. Хотя… Можно ли хоть что-то вернуть даже на несколько мгновений назад? Ответ очевиден.       Переходя очередной небольшой мостик, Вэй Усянь смотрел лишь себе под ноги. Задумавшись, он и не обратил внимания, как ноги его сами принесли к тому самому месту, что было связано с Лань Чжанем. Порой интересно, как наше тело и подсознание могут скооперироваться, чтобы натолкнуть мозг на былые, уже и позабытые воспоминания. Вот только нужны ли эти воспоминания в данный момент и не принесут ли они новую волну недавних чувств, сдавливающих до боли что-то глубоко в груди?       Подняв глаза наверх, на колышущиеся листья, Вэй Усянь глубоко вздохнул. Да, это было именно то дерево, под которым Ванцзи и Вэй Ин впервые поцеловались на территории Пристани Лотоса. Из-за чего у них потом и возникли проблемы в лице названного брата, главы клана Цзян.       Вэй Ин провёл пальцами по шершавой коре дерева, затем по холодным веткам, до которых смог дотянуться. Сорвал один лист, перекручивая его в пальцах. Каждое касание, каждое ощущение здешней природы наталкивало на то, что здесь вовсе ничего не изменилось с последнего визита в Пристань Лотоса. Словно кто-то или что-то сохраняло всё, как было много лет назад. Ветер всё так же волновал вершину дерева, шатая ветви из стороны в сторону. Обратив внимание на это неспокойствие, Усянь вновь поднял голову наверх.       «А что, если вновь залезть туда?» — пронеслось в мыслях.       Прикинув в голове куда можно поставить для начала ногу, Вэй Ин начал действовать. Шагнув на нижний выступ, он подтянулся руками, оторвав ноги от надёжной и твёрдой земли, карабкаясь медленно вверх. По низу росли крепкие ветви, доверие к которым было трудно подорвать. Но вот с каждым переступом это самое доверие уменьшалось под едва слышный хруст дерева. И, наконец, забравшись на ту ветку, на которой он, казалось, сидел в прошлый раз, Вэй Усянь устроился, аккуратно свесив ноги, одновременно придерживаясь для равновесия ствола дерева одной рукой.       — Неужели прошло столько времени, что дерево настолько выросло? Деревья вообще могут за шесть лет так увеличиться? Ветка точно была ниже, — Вэй Ин посмотрел вниз. Было одно весомое «но». В прошлый раз Усянь слез с такой высоты благодаря Ванцзи, а сейчас возле него не было никого, кто смог бы помочь. А кричать ночью «помогите» было бы очень постыдно для заклинателя с его репутацией. А может быть, в этом и не было бы ничего страшного именно потому, что у него такая репутация. Потерев затылок, он решил отложить решение такой задачки, как спуск вниз на «потом». И, положив одну ногу вдоль ветки, а вторую скрестив с первой, облокотился на ствол дерева, закинув руку за голову и прикрыв глаза.       — Эх, Лань Чжань, Лань Чжань… — оставшись наедине с самим собой, Вэй Ин беспомощно даже не пытался избавиться от тяжёлых мыслей, возвращающих его на несколько дней ранее. Сколько же времени вообще прошло? Природные часы внутри давно потеряли счёт и минутам, и часам, и секундам. И, не подлежащие восстановлению, верно указывали, что прошло уже достаточно времени после расставания, но так ли оно? Конечно, мозг может стереть все те моменты, которые были бы слишком болезненны для человека, но вопреки этому Усянь помнил все детали настолько подробно и в красках, что даже удивительно для его памяти.       И вновь библиотека. Источники. Цзинши. Гу Су Лань… И он. Лань Чжань раньше даже боялся моргнуть лишний раз, беспокоясь, что Вэй Усянь вновь исчезнет, не оставив и слова на прощание. Сливаясь в долгих и непрерывных поцелуях, влюблённые забывались на часы, а то и дни, выпадая из реального мира и попадая в свой, недавно созданный. Касания губ на руках, плечах, ключицах… Все эти следы до сих пор загорались тёплыми вспышками, словно у кожи была своя собственная память, которую нельзя было стереть никакими испытаниями в виде времени. И даже уже сошедшие синяки от порывов грубости начинали едва заметно пульсировать и ворошить в голове те потаённые «заначки», что откладывались для случаев недолгой разлуки влюблённой пары. Однако былая нежность всегда сменяется холодом и со временем всё становится ненужным, бесполезным и даже напрасным. Как бы ни хотелось верить, но подобное больше не повторится.       — Я же пришёл сюда не для того, чтобы снова заниматься такими размышлениями, так? — Усянь, встряхнув головой, почесал кончик носа и глубоко вздохнул. — Нужно идти дальше, оставить это на некоторое время. Сейчас есть дела и посерьёзнее!       Вэй Ин оглядел Пристань Лотоса. Хоть высота была и не такая значительная для каких-либо построек, но благодаря расположению мостов на территории Усянь мог следить за неспящими заклинателями. Вон там двое стояли на посту, ещё один был возле входа на Пристань рядом с Вэнь Нином. Бедного Призрачного Генерала видимо не решались оставить без присмотра. Хоть Цзян Чэн и понимал, что никакого вреда в данное время он нанести не сможет, но всё равно не хотел оставлять кого-то из былого клана Вэнь на пороге своего дома без присмотра.       А вон там возле комнаты Вэй Усяня и сам Цзян Чэн ходит в сопровождении двух заклинателей ордена. Он активно жестикулирует, видимо, рассуждая на тему чего-то, на что он очень сильно возмущён. Хихикнув, Вэй Усянь вновь задумался о том, как забавно его брат даёт волю эмоциям. Цзян Чэн частенько так делал и раньше, когда Вэй Ин шкодничал во времена учёбы. Да и не только учёбы.       Переместив взгляд левее, смотря в сторону тренировочных полей, к которым к слову тоже был приставлен караул, Вэй Ин нахмурился, вглядываясь внимательней. Рядом с постовыми заклинателями стоял кто-то серый, маленький, низкий и, судя по всем действиям, вечно им мешающий. Однако юноши всё же не решались вывести животное за пределы Пристани, остерегаясь недовольства главы. Вэй Усянь привстал, отклоняясь от ствола дерева, сев в очень неустойчивую для высокой ветви позу без каких-либо поддержек. Зато такое положение могло помочь всмотреться на несколько сантиметров ближе. Это же…       — …Яблочко?! Вот ты где! Ну конечно! Рядом с тренировочными полями растёт много сочной травы. Какое умное животное, надо же, — всплеснув руками, Вэй Ин пошатнулся, однако резко схватился за ветку под собой, удержав равновесие. Посмотрев вниз, юноша мысленно продумал, куда он может поставить ногу, чтобы начать спуск, однако ему помешал раздавшийся хруст ветки под ним. — А вот это плохо…       Не успев схватиться за что-нибудь покрепче, Вэй Ин уже практически смирился с синяками и ушибами в лучшем случае. Ветка, предательски обломившись у самого ствола, сбросила сидевшего на ней заклинателя, отправив его в недолгий полёт.       Всё происходило так быстро, что глаза не успевали найти объект, за который можно было бы зацепиться. И вот, приготовившись встретиться с землёй, Вэй Ин зажмурил глаза… Как сразу же его обхватили руки, не допустив и шанса на несчастный случай.       «Не может быть…», — в тот раз, шесть лет назад, Вэй Ин сам по своему желанию прыгнул ему в руки, полностью доверившись Второму Нефриту. После такого же мгновенного чувства полёта руки прижали его к своей груди, заключив в крепкие объятия, не отпуская от себя ни на миллиметр. Однако сейчас касание было совершенно другим. Человек, поймавший Вэй Ина, не сдвинулся ни на шаг, оставшись на одном месте. Он не колыхнулся в сторону, словно поймал лёгкое-лёгкое пёрышко. Как будто и не был живым.       — Г-Господин Вэй, В-Вы не ушиблись? — Вэнь Нин продолжал держать Усяня на руках.       — Ого… Хорошая реакция! Вэнь Нин, только можешь меня опустить?       — Ой, п-простите, д-да, к-конечно! — А-Нин засуетился, но всё-таки быстро поставил заклинателя на землю.       — Как ты оказался рядом так быстро? — оказавшись на твёрдой поверхности, Вэй Ин поправил ханьфу и стряхнул пыль с верхнего слоя одежд.       — Я услышал хруст ветви, п-поэтому подбежал быстро, к-как только мог, — Вэнь Нин опустил глаза, видимо, решив, что принёс большие неудобства своему господину.       — Потрясающая скорость! Вэнь Нин, твой слух с каждым разом становится всё лучше и лучше, — на похвалу адресат лишь кивнул, таким образом, поблагодарив.       Посмотрев в сторону тренировочного поля, Усянь оглянулся на место, где ранее стоял Цзян Чэн, однако последнего Вэй Ин там уже не увидел. Скрывшись с поля зрения, глава клана, видимо, не подозревал о том, что Вэнь Нин перейдёт смертельный для него порог.       — Вэнь Нин, говорят, можно делать всё, пока не видит начальство. Не хочешь немного прогуляться по Пристани, пока Цзян Чэн занят своими делами?       — Г-Господин Вэй, я не д-думаю, что это х-хорошая-…       — Пойдём-пойдём! — и, потянув за руку Вэнь Нина, Вэй Ин побежал в сторону тренировочного поля.

~~~

      Приблизившись к мишени, Вэй Усянь провёл рукой по имевшимся на ней отверстиям. Основное количество находилось в центре. Конечно, не чётко в середине самого маленького круга, но на его границах. Меньшая половина окружала второй и третий круг, что означало, что стреляли на этом месте не особо талантливые адепты — поле для профессионалов находилось рядом и имело более новые и усовершенствованные снаряжения и оружия.       — Вэнь Нин, в клане Цзян была игра среди детей. Каждый брал листок бумаги, рисовал на нём фигурку. Животное, например, и прицеплял её к мишени. Так было намного интереснее стрелять и соревноваться между собой, когда взрослые не брали детей с собой на Ночные охоты.       — З-здорово, Г-Господин Вэй!       Взяв одной рукой практически белоснежный лист бумаги, а второй кисть, Вэй Ин начал выводить аккуратные линии вдоль поверхности. Каждый изгиб возвращал его в те времена, когда он и Цзян Чэн бегали вместе по Пристани Лотоса, развесив заранее на каждом столбе такие рисунки, а затем стреляли в них, оставляя отверстия повсюду. За что, конечно, получали нагоняи от Мадам Юй, после которых оба шкодника боялись появляться на её глазах ещё пару дней.       Вернувшись из царства воспоминаний, Вэй Ин посмотрел на свой рисунок… кролика.       «Даже здесь…», — подумал он, закрыв глаза и вздохнув, после чего смял лист и выкинул его в сторону. Усянь оставил детскую идею, смирившись с обычной, классической мишенью с тремя не особо красочными кругами.       — Г-Господин Вэй, я понимаю ваши чувства. Н-но только здесь Вы сможете вылечиться. Душевные раны т-тоже необходимо лечить, как и физические, — Вэнь Нин внимательно следил за творчеством Усяня, заметив нарисованное животное до того, как его выкинули.       — Будто у меня не было состояний хуже, — тихо ответил заклинатель, пробубнив себе под нос и скривившись от вопроса.       Не так давно он тренировался в стрельбе из лука. Правда, теперь он делал это не так часто. В Облачных Глубинах были тренировочные поля, однако его на них не пускали, отговариваясь тем, что юным адептам заниматься там нужнее, чем Усяню. Конечно, Вэй Ин понимал, что это лишь очередной запрет Лань Цижэня, введённый для неудобства этого проказника. К счастью, здесь запретов не было. Сейчас за ним никто не следил, а поблизости был лишь Вэнь Нин. Потому можно было расслабиться и спокойно заняться тем, чем Вэй Ину на самом деле нравилось. То чувство, когда видишь, как стрела летит строго в центр мишени, как она рассекает воздух и со свистом оставляет след в деревянном круге.       — Н-но у Вас почти всегда была поддержка лекарствами. И всегда была п-помощь моей сестры.       — Я смогу справиться сейчас без поддержки. Тем более, когда даже нет доверия самому, казалось бы, близкому человеку. Вэнь Нин, давай сменим тему?       — Г-глава клана Цзян позаботился о Вас ночью.       — Ему пришлось. Но я удивлён, что Цзян Чэн разрешил мне войти сюда после всего случившегося.       Вэй Усянь взял лук в руки. Уперев его между большим и указательным пальцем, Вэй Ин приложил стрелу и натянул тетиву. Он закрыл один глаз, прицеливаясь ровно в центр мишени — красный круг небольшого диаметра.       Вдох. Выдох. Выстрел.       И стрела, покачиваясь от ветра, впилась точно в центр мишени, оставив далеко позади все сомнения по поводу опытности стрелка.       — Г-Господин Вэй, он бы не сделал этого, если бы на самом деле плохо к Вам относился. Н-несмотря на то, что он не переносит клан Вэнь, г-глава клана позволил мне зайти и рассказать о произошедшем. Лишь бы п-помочь Вам и знать о случившемся. Затем он разрешил остаться мне у ворот, не выгоняя за пределы П-Пристани Лотоса.       Вэй Ин молчал, внимательно слушая монолог и сжимая лук в руке до едва различимого треска дерева. Некоторые слова А-Нина вовсе не хотелось воспринимать за правду.       — Г-Глава клана Цзян просто не желает п-показывать своё настоящее отношение к Вам, но до сих пор относится к Вам, к-как к брату.       Вэй Усянь вновь промолчал. Нет. Он не верит. Не сможет поверить, что Цзян Чэн смог простить его где-то глубоко-глубоко в душе. Его действия ни за что невозможно простить. Он не заслужил этого прощения. Вэй Ин не был уверен в словах Вэнь Нина, хотя знал, что тот соврать не сможет. Может, это просто слишком серьёзная шутка? Но ничего не оставалось, кроме как поверить, так как Цзян Чэн никогда не сможет подтвердить сказанное Вэнь Нином, спроси Усянь у него подробности этих прошедших суток.       — Хорошо, я тебя услышал, Вэнь Нин. Сделаем так, — Вэй Ин вновь взял новую стрелу и, натянув тетиву, нацелил лук вверх, к чистым небесам. — Я запущу стрелу и к тому моменту, как она приземлится, я должен принять решение. Если же нет, то я сделаю то, что планировал ранее — уйду.       — Г-Господин Вэй-…       — Всё в порядке, мы делали так и раньше, — слукавил Усянь. Конечно, он только сейчас придумал эту «проверку» на своих внутренних весах справедливости и принятия решений.       И, отправив легко стрелу вверх, словно подкинув монетку, Усянь прикрыл глаза. Говорят, человек знает исход ещё до того, как раскроет ладонь. Каждый надеется на один из вариантов, потому открывать секрет, спрятанный в руке бессмысленно. Уже всё решено.       «Даже после такого предательства Цзян Чэн вновь мне помог, а родной муж не смог разобраться, ошибившись в своих же чувствах…», — единственная фраза, что пришла в голову после слов Вэнь Нина.       Может, Вэй Ин погорячился и в самом деле не прав именно он? Может, Лань Чжань имел в виду совершенно другое? Возникло небольшое недопонимание, и в результате получился конфликт.       Как будто разбившись на две части, на два берега бурной реки, Вэй Усянь склонялся то к одной стороне, то к другой, верно свободному маятнику. В попытках склонить весы в пользу одного из двух вариантов, вовсе ничего не получалось. С каждой секундой находились новые и новые оправдания для первой стороны, а с последующим мгновением рождались и свежие обоснования, вступающие в конфронтацию с предыдущими.       Стрела приземлилась в середине поля, разрезав песок и оставив маленькую ямку. Усянь закрыл глаза, тяжело потерев виски как при головной боли. Вэнь Нин в ожидании следил за движениями и поведением молодого господина. Решение уже было принято.       Открыв глаза, он прошептал так тихо, что слышал лишь один говорящий:       — Цзян Чэн, теперь я точно здесь навсегда.