я не люблю чай

***

На улице уже стемнело. Ночная жизнь только стала пробуждаться в ожидании толпы людей, которые захотят провести этот вечер в приятной, а может и не очень, компании, несмотря на будний день. Намджун в кои-то веке встретился со своими приятелями из университета, с которыми он делил одну кружку, одну комнату, и возможно одно и то же нижнее белье. Времена были тяжелые, а спрос на работу был крайне низок. поэтому юному преподавателю пришлось выживать потом и кровью. Ночной клуб со странным названием «Зимняя пташка» был довольно просторным: людей было пока не так много, поэтому и астросфера была так же более свежей, считал Ким, осматриваясь в новом месте и недоверчиво поглядывая на своих друзей. — Что интересно, у свиней цикл сна почти такой же как у людей, — решил прервать тишину между парнями молодой человек с острым носом и каштановыми волосами. — Когда начинаешь фразу словами «что интересно», то нужно соответствовать, — пассивно-агрессивно, но без какой-либо злобы, ответил своему другу брюнет среднего роста в желтых очках. — А откуда ты, Юнги, вообще знаешь это место? Оно не кажется популярным, а ты вроде в заведения, подобными этому, не хочешь? — довольно четко и с легкой ухмылкой на лице спросил Намджун, обращаясь к тому, что пониже. — Мне его посоветовал твой братец. Он, оказывается, тот ещё тусовщик. Предлагал мне какие-то фесты, где люди обкуриваются и напиваются дешёвым тёплым пивом в усмерть, но я сразу же отказался. Вы ведь, пацаны, знаете, я не люблю тёплое пиво, — Юнги сел за барную стойку и призвал к себе бармена щелчком пальцев. — Я думал, Тэхен пай-мальчик и вообще не ходить по клубам. Да я, кстати, и то же самое думал про тебя, Моня. После того случая, когда тебя чуть не поцеловал тот паренёк, ты перестал ходить по клубам или барам. Неужели, втюрился? — с ухмылкой произнёс Хосок, поправляя свои, только окрашенные в ореховый оттенок, волосы. — Да что вы заладили с этими клубами. Я устроился преподавателем, поэтому и не собираюсь часто с вами расхаживать. Я не Юнги, который открыл свою студию звукозаписи и сидит орешки щёлкает целыми днями, — с ноткой обозлённости произнёс Намджун, попивая свой чистый виски со льдом. — Да и к тому же, та ситуация никак не связана с тем, почему я перестал с вами видеться. У меня действительно много работы. Но... — Ну-ка, говори, скупердяй! — чуть стукнул кулаком по столу Хосок, который явно был уже навеселе. Видимо, парень выпил пару тройку шотов ещё в своей панорамной квартире на последнем этаже в одном из самых престижных районов города. — Этот парень, его зовут Чан, Бан Чан, и он... Он учится на факультете, где преподавал профессор, которого я заменяю. Я точно его узнал, потому что он со своими друзьями был очень громким даже при музыке в ту ночь. А он, на ваше удивление, вечно тусит со своими друзьями, которых я видел, — быстро протараторил Намджун, будто для него это непосильная ноша. — Так... То есть... Он тебя тоже запомнил? Или... НЕТ! ТЫ ЕМУ РАССКАЗАЛ?! — проявил свои экстрасенсорные способности Юнги, глаза которого округлились от шока не меньше, чем глаза Хосока. — Ну... Я... Я чувствовал себя таким уверенным утром. Я надел чёрную водолазку и туфли, которые как раз разносил. Мне было очень удобно, понимаете? Я оставил его после пары, чтобы поговорить насчёт его этого... Поведения, но занесло меня хуй пойми куда, — Ким только сейчас осознал, насколько тупой поступок совершил со своим студентом, которого ему придётся обучать ещё два месяца. — Вам было комфортно? Конечно вам было, вы так пялились на меня, будто я как бомжара был одет, — Намджун услышал знакомый голос и ощутил крепкую руку на своём плече. Боясь поворачиваться, парень вновь посмотрел на своих друзей, в глаза которых мог любой прочитать сильнейший ахуй. — Ну что ж вы так? Я случайно проходил мимо этого клуба... Ладно, мне нужно было зайти в «7-ELEVEN», потому что только в этом районе продаются самые вкусные вафельки. — У тебя завтра семинар, а ты в девять вечера шляешься по каким-то непонятным районам в поисках несчастных вафель? — Намджуну хватило все таки смелости повернуться и убедиться в своих догадках о том, что рука, лежащая на его плече принадлежит Бан Чану. — Ой, а вы вообще с друзьями бухаете. Подумаешь, вафельки, я хоть не пью чистый виски со льдом, зная, что просыпаться завтра в 9 утра, — Чан сел на барный стул рядом с Намджуном, оглядывая его белую, расстёгнутую на пару пуговиц сверху, и, слегка просвечивающую, а затем перевёл взгляд на шокированных данным шествием Хосока и Юнги. — Ой, я не представился, меня зовут Чан. Намджун мой временный преподаватель. — Так и хочется убрать из последнего предложения «временный» и «преподаватель», — ехидно смеясь, стал толкать Чона локтем в живот, Юнги. — Ещё, блять, слово, придурок, и я удалю тебя арматурой, — Намджун выглядел уже не таким доброжелательным, как утром, а наоборот, довольно злым. У парня была привычка втягивать скулы, когда он сильно злится или нервничает.

***

Молодые люди уже поуспокоились и, как ни странно, разговорились, попивая рюмку за рюмкой, бокал за бокалом. В это дело и втянулся самый младший, который пришел самым последним. Он иногда замечал удивленные взгляды старших, которые выражали лёгкий шок от того, насколько опытен этот мальчишка. Да, по сравнению со статными на вид мужчинами, Бан выглядел и правда как мальчишка, в кепке, чёрной майке и серых спортивных штанах, которые были ему чуть великоваты, но смотрелись моментами очень сексуально. — Кстати, Намджун, я тут подумал и решил, что я все таки должен заплатить за тот неудачный поцелуй. Понимаешь, твои слова о том, как ты был взволновал, и твой проницательный взгляд, заставили меня изрядно подумать насчёт своего поступка, — брюнет крутил между пальцами пустую рюмку из-под водки (именно, этот малый тот ещё алкоголик) и посматривал на блондина, сидящего рядом. — Что ты хочешь сказать? Чем ты мне можешь отплатить, если мне ничего от тебя нужно, ведь я вовсе не был взволновал в тот вечер. Это была всего лишь игра, не думай так много. Тем более, сейчас ты мой студент, и мы вообще не имеем права выпивать вместе, — Ким посмотрел прямо в глаза младшего, прожигая его взглядом с легкой уверенной ухмылкой. — Я тебя поцелую. Я не хочу быть в долгу, а уж тем более перед преподом. Завалишь меня бля, а мне потом спасайся из твоих загребущих лап, — вымолвил Чан, жмуря свои карие глаза, и уже не обращая на более громкие смешки со стороны Юнги и Хосока из-за двусмысленности фразы младшего. — Что?... Поцелуешь?... Мне... Это вообще не надо, Чан, знай границы. Понимаю, пошутить можно было, но это уже лишнее. Давай не будем переходить границы и не будем больше мусолить эту тему, ладно? — голос Намджуна иногда проседал и становился чуть выше из-за волнения, которые ему доставили слова Бана. Однако, брюнет будто не слышал слов своего преподавателя — парень лишь со звоном наконец поставил эту несчастную рюмку на барную стойку и притянул к себе блондина, растрепав его волосы в поцелуе. По правде говоря, сердце Намджуна готово было совершить звонок в 911, но не из-за омерзения и чувства незащищенности, а наоборот — от переизбытка чувств. Чан не хотел останавливаться на банальном поцелуе в губы, ведь по правилам той самой игры, партнеры должны одарить друг друга самым лучшим поцелуем в их жизни, что и собирался сделать брюнет. Бан мастерски переплетал свой язык с языком Кима, словно его целью было связать морской тугой узел. Но Чан никогда не любил слишком страстные поцелуи, ему нравилось разнообразие в виде обычных чмоков в щеки или в губы, от которых тот никак не мог оторваться. Но тело Чана хотело большего, поэтому его руки сами забежали под свободную рубашку Намджуна, которая была чуть влажная от пота. В любой другой ситуации Ким бы давно уже отстранился и вовсе ушёл из этого клуба, но сейчас ему не хотелось останавливать сие действие, поэтому он схватил младшего за руку и поволок его в сторону уборной, чтобы окончательно не уничтожить своих друзей, которых вот-вот схватит то ли инсульт, то ли инфаркт.