Пока что ты любишь меня.

Это была вторая самая неудобная поездка на поезде в Хогвартс, которую когда-либо испытывал Джеймс, если не считать шестой год и инцидент с брюками на Зельях. Но на самом деле он никогда не хотел думать об этом, поэтому он предпочел бы пойти на самое неловкое. Он и Регулус стояли у окна, его рука свободно обнимала младшего Блэка. Сириус и Ремус сели напротив них, Ремус выглядел сбитым с толку, Сириус — мятежным. Между их ног лежала куча конфет и игра в снэп, которая так и не началась. И Питер, и Лили сидели у двери, Питер выглядел более сбитым с толку, чем остальные, а Лили сидела на краю своего сиденья, словно не знала, стоит ли ей присутствовать здесь. Джеймс пока не осмеливался взглянуть на Регулуса. — Что ж, — сказала Лили, нарушая напряженное молчание, — поздравляю вас двоих. — Спасибо, Лилс. Я… — Лицо Джеймса мгновенно смягчилось, когда он улыбнулся ей. Она действительно была хорошим человеком, и он любил ее. — Не поздравляйте его, — прервал его Сириус, наклоняясь вперед на своем сидение. Джеймс видел, как Ремус вцепился пальцами в мантию Сириуса, удерживая его. — Очевидно, они лгут. — Разве? — брови Лили приподнялись. Если Джеймс думал, что тишина была нагнетающей раньше, то это было ничто по сравнению с тем, какой она была сейчас. Он взглянул на Питера, который издал что-то вроде прерывистого вздоха, а затем сказал: — Ты… Думаешь, что Сохатый и Регулус… Могут быть вместе? — Ну, я имею в виду… Это имеет смысл, — Лили пожала плечами. — Какого черта, — спросил Сириус сквозь зубы, — В этом есть смысл? Лили откинулась на спинку сидения, на ее губах играла крошечная улыбка, и Джеймс не был уверен, врала ли она сейчас или была серьезна. Если это было первое, он понимал, что они упустили еще один хитрый ум, добавленный к годам потенциально потраченных впустую шалостей. — Я имею в виду, он не может полюбить тебя, — сказала она Сириусу. — Грубиянка, — огрызнулся он. — А Регулус играет в квиддич, что должно было стать твоей первой подсказкой, — Лили пожала плечами. — Да ладно, я не… — При этих словах Джеймс почувствовал, как его щеки вспыхнули, и от него не ускользнул легкий румянец на щеках Регулуса. — Кроме меня, — бросила вызов Лили, — С кем ты встречался или, по крайней мере, пару раз целовались в темном коридоре, кто не входил в команду факультета? Ну что ж… Она его поймала. — Да, но я имею в виду… Это не обязательное условие, — неубедительно закончил Джеймс. — Конечно, Поттер. Но Регулус также умен и добр, когда захочет, но не слишком мил. Отдает больше, чем получает, если его побеспокоить. И неплохо выглядит, — фыркнула она. Джеймс смотрел, как лицо Регулуса становится все розовее и розовее и подумал, может, если бы не железная хватка, которой он удерживал слизеринца, тот бы сбежал. Вместо этого он был вынужден терпеть пристальный взгляд и внимание, которые он так ненавидел. Но хорошо. Это был выбор Регулуса. Он настоял на своем. — Смотри, — сказал Джеймс через мгновение. — Это очевидно, и если бы ты отвел взгляд от лица Лунатика на время, достаточное для того, чтобы заметить других людей… — Так вот, что это такое? — протянул Сириус, скрестив руки на груди и откинувшись назад, едва не ударив Ремуса локтем в грудь. — Ты злишься, потому что я не уделял тебе достаточно внимания? Так ты хочешь сфальсифицировать поцелуи с моим братом… — Не всё о тебе, — раздраженно сказал Джеймс, — Он и я заинтересованы друг в друге. — когда выражение лица Сириуса осталось неподвижным, полным вызова, Джеймс сказал, — Мы можем сделать на это ставку. Все, что угодно. — Хорошо. Если я смогу доказать, что вы двое не встречаетесь, я получу то, что ты копил, в своём маленьком мешочке в чемодане, — глаза Сириуса блеснули. Джеймс постарался не улыбнуться торжествующе, на его лице появилось выражение раздражения и легкого ужаса. — П-прекрасно, — сказал он. — Прекрасно. Потому что это не розыгрыш, — он крепче сжал Регулуса в объятьях. — И вообще, Джеймс не собирается встречаться со слизеринцем, чтобы отомстить тебе, — услужливо добавил Питер. — Во всяком случае, он пойдет за Дори. Или мной. Джеймс моргнул, едва сдерживая смешок. Он не осмеливался взглянуть на Эванс, которая, как он был уверен, теперь все поняла. — Эванс, разве Маккиннон тебя не ждет? — Так и есть — сказала Лили. — Мне просто нужно было понять, о чем идет речь. — Я провожу тебя, — услужливо сказал он. — Я имею в виду, что нам все равно нужно обсудить дела факультета. Оба брата Блэк запротестовали, но с твердым взглядом они остались на месте, и Джеймс последовал за Лили в коридор. Как только он собирался открыть рот и спросить, как Лили это поняла, она повернулась к нему. — Вы двое мило смотритесь вместе. Думаю, ты ему поможешь. Джеймс сдулся. Небольшая его часть была разочарована тем, что ему не удалось обмануть даже ее. Он знал, что сможет убедить ее держать рот на замке, хотя бы для того, чтобы не расстроить Сириуса, и он хотел, чтобы кто-нибудь доверился ему. — Эм. Хорошо. Спасибо, — пробормотал он. — Однако в конце концов он это выяснит. Я просто надеюсь, что вы двое разберетесь первыми. — она фыркнула. — Итак, ты знаешь… — Джеймс моргнул, пытаясь понять то, что она сказала. — Что вы двое не встречаетесь? — предложила она и покачала головой. — Поттер, ты же знаешь, что я не идиотка. — Да ладно, Сириус так же умен, как и остальные… — И он знает, что ты полон дерьма, — ответила она. — Я просто хочу посмотреть, кто продержится дольше. В любом случае, мне нужно вернуться к… — Подожди, — сказал он и ухватил ее мантию. — Что ты имела в виду под разобраться первыми? — Я уверена, ты поймешь это, Джеймс. В конце концов, ты так поступил со мной. Я полагаю… Регулус беспокоит меня больше всего, но я уверена, что все будет хорошо. — Лили вздохнула и протянула руку, чтобы погладить его по щеке. Она ушла, а Джеймс остался в коридоре, растерянный больше, чем когда-либо прежде.

***

— Вы знаете, возможно, они на самом деле не лгут, — сказал Питер, когда они возвращались к Гриффиндорской башне. Джеймса и Лили вместе с другими старостами вызвали на собрание. Это означало, что Регулус тоже был с ними. — Ты не можешь серьезно поверить в это. Хвост… Ты… Ты знаешь Джеймса семь чертовых лет. Ты знаешь, что это неправда! — Не знаю, — тихо сказал Ремус, заставляя Сириуса замереть на месте. — Я не говорю, что ты ошибаешься, Бродяга. Я просто говорю… — Не надо. Не предавай меня, Лунатик. Мое сердце маленькое и хрупкое, и я не могу принять всех своих приятелей, любовь всей моей жизни предает меня прямо сейчас. Ремус закатил глаза, но притянул Сириуса для поцелуя, когда Питер фыркнул и протиснулся мимо них. Портрет открылся, затем захлопнулся, и Сириус позволил Ремусу загнать себя в укромный угол. Поцелуи длились недолго, а затем Ремус отстранился и обнял его лицо ладонями. — Ты хочешь, чтобы я спросил Дамблдора, может ли он восстановить меня в должности? Тогда я смогу получить достоверную информацию? — Это замечательно, но нет. Я знаю, что это будет большим стрессом для тебя из-за лун и всего такого. Честно говоря, это просто… Похоже, что шутка зашла слишком далеко, — Сириус вздохнул, но ухмыльнулся своему парню и потянул Ремуса за кудри. — Что если… — Пожалуйста, не говори, что это не шутка, — сказал Сириус. — Потому что это означало, что Джейми не удосужился сказать мне, что ему нравится мой брат. Это значит, что он тайком ходил с Регсом… Мерлин знает сколько времени и не сказал ни слова. — Что хуже? — настаивал Ремус, — Джеймс солгал тебе, чтобы подшутить, или солгал о том, кто ему нравится? — Ремус прикусил нижнюю губу, а затем произнес слова, которые Сириус действительно не хотел слышать. — Потому что ты знаешь, что мы скрывали нас от него почти целый год. — С нами все по-другому, ясно? Потому что мы были друзьями, понимаешь. Это могло нарушить атмосферу компании… — Сириус измученно застонал, прижавшись лбом к ключице Ремуса, и вздохнул несколько раз подряд. — Это то, что ты сказал ему, когда он начал встречаться с Лили, — заметил Ремус. — Я был тогда молод и наивен, — пробормотал Сириус. — Шесть месяцев назад? — со смехом спросил Ремус. — В самом деле… Я знаю, что ты с Регулусом не всегда сходитесь во взглядах, но… — Ремус, — сказал Сириус и отстранился, — Он… Как они. Как мои родители. Он… Он, вероятно, хочет взбунтоваться, но он сделает это только с чистокровным, потому что знает, что это сойдет ему с рук, — в голове Сириуса начало вертеться. — И это, мой дорогой Лунатик, его погубит! Ремус выглядел немного неуверенным, когда Сириус оторвался от него и побежал по коридору. — Куда ты собираешься? — Положить этому конец.

***

Что было такого в том, чтобы немного подержаться за руку, а? Руки Регулуса были хорошими и мягче, чем Джеймс ожидал бы от ловца. Он был ниже Джеймса, что ему очень нравилось, и на него действительно было неплохо смотреть. А поскольку им нужно было сохранить уловку только ради Сириуса, им не нужно было открыто об этом говорить. На самом деле, дела шли неплохо. Им ещё не пришлось симулировать поцелуй, и Сириус перестал приставать к Джеймсу. Джеймс на самом деле прекрасно завтракал за гриффиндорским столом, обмениваясь взглядами с Регулусом через холл, когда пришла почта. Было немного рано, и Джеймс был поражен, увидев рыжевато-коричневый цвет совы его родителей, кружащийся вокруг них, но не исключено, что они что-то забыли во время каникул. Только… Он уронил письмо. Слава богу, это не был красный Ревун, но ни один из его родителей в последнее время не имел привычки писать заметки. Джеймс был на седьмом курсе, в конце концов, он не нуждался в проверке. Но он узнал неопрятные каракули отца на лицевой стороне и предложил Мани немного сока, прежде чем тот улетел. — Что это? — спросил Сириус, набив рот бобами и тостами. — Без понятия, — Джеймс закатил глаза. Он потянул печать и уставился на слова. Ему потребовалось время, чтобы осмыслить написанное, но когда он это сделал, его взгляд упал на Сириуса, который торжествующе ухмылялся. — Ты… Не посмел… — Не посмел сделать что? — спросил Сириус, заложив руки под подбородок, — О, ты имеешь в виду, что я не писал твоим маме и папе и не говорил им, что вы с Регулусом, похоже, становитесь чем-то… Серьезным, — ухмыльнулся он своему усталому старому каламбуру. — Возможно, нашим семьям следует встретиться и обсудить это, прежде чем вы вдвоем примете какие-либо опрометчивые решения. — Мы держали это в секрете, Сириус, — прорычал Джеймс. — Ну, ты так влюблен, — парировал Сириус, — Я не думал, что ты будешь возражать, кто знал. Я имею в виду, ты кричал чертовы сонеты Эванс за ужином весь прошлый год, так что… Если ты думаешь, что я позволю тебе обращаться с моим дорогим братом хуже, чем с ней… Джеймс вздохнул, его голова закружилась, но он положил письмо в карман и встал. — Ты прав, — сказал он, и Сириус зажмурился. Джеймс бросил взгляд на Питера и Ремуса, которые решительно смотрели на свои тарелки с завтраком, — Я должен признаться в любви публично. И я не собирался пока тебе говорить, но я мог бы сделать это сейчас, потому что мне нужно обсудить это с моими родителями, — он почти усмехнулся. — Но поскольку я собираюсь пригласить Регулуса переехать ко мне на лето, возможно, сейчас самое подходящее время для встречи… Наших семей.  — Я… Но мы с тобой хотели… — Серые глаза Сириуса моргнули, глядя на Джеймса. — Ну, я полагал, что ты и Лунатик изменили эти планы, — прямо сказал Джеймс, совсем не имея в виду этого, потому что он знал, что это неправда. Но он не позволял Сириусу взять над собой верх. Он был не единственным в этой маленькой компании, решившим быть более упрямым, чем Сириус. — В любом случае, мне сначала нужно поговорить с Регулусом. Поскольку ты не дал мне шанса, прежде чем устроить… Это. Сказав это, Джеймс развернулся на каблуках, подошел к столу Слизерина, за которым на него смотрел румяный Регулус, и протянул руку. — На пару слов? — Эм… — пробормотал Регулус. — Это важно, — сказал Джеймс. Когда Регулус встал, Джеймс притянул его к себе и прошептал ему на ухо. — Извини, но у меня нет выбора. Если только ты не хочешь отказаться от этой ставки сейчас. Регулус едва заметно покачал головой, а затем повернул голову и коснулся губами Джеймса. Воцарилось коллективное молчание, но Джеймс не обращал внимания на это и не обращал внимания на бешеный румянец на его щеках, когда он вытаскивал Регулуса из холла.

***

Всё было улажено. Джеймс был чертовски утомлен, пытаясь справиться с занятиями — не сидеть с товарищами было достаточно, чтобы немного скучать — и как он собирался разговаривать со своими родителями. Они казались… Менее взволнованными, но более смущенными, и все же, может быть, дело было не в этом, поскольку он был Джеймсом Поттером и не делал ничего наполовину. Регулус был в ярости, когда узнал о том, что сделал Сириус, но в конце концов решил, что он предпочел бы терпеть насмешки однокурсников и, ну… На самом деле, насмешки всего Слизерина, чтобы одолеть Сириуса. Он даже предложил Джеймсу больше денег, но Джеймс отказался. — Это мой тупоголовый приятель завел нас дальше, — сказал Джеймс. — И в этот момент я бы предпочел выиграть, а не получать деньги. — Ты скажешь мне, на что пойдут эти деньги после? — Регулус прикусил ноготь большого пальца, глядя, как проходят несколько первокурсников. — Я… Полагаю, это не повредит. Пока нет, но… — Джеймс облизнул губы, затем взъерошил волосы. — Меня охватывает любопытство, — признал Регулус, и Джеймса внезапно поразило, как мило это звучало. — Почему ты так полон решимости убедить Сириуса, что мы пара? Я имею в виду… Наверняка мог быть кто-то более раздражающий, чем я, — Джеймс немного шаркал ногами. — Может быть, Эванс, но она сейчас слишком увлечена Маккиннон, — сказал Регулус с кривой усмешкой, — И… Это… — он остановился и отвел взгляд. Джеймс отреагировал, не особо задумываясь, сомкнув пальцы на запястье Регулуса и потянув его. Регулус оглянулся немного огорченный. — Просто… Он не думает, что кому-то вроде тебя понравится такой, как я. — Что… Кто-то вроде меня? Что ты подразумеваешь? — спросил Джеймс. Румянец Регулуса потемнел. — Это ты. Популярный, привлекательный, хороший практически во всем, даже не пытаясь. Такой хороший, что мне хочется кинуть в тебя проклятье, — сказал Регулус сквозь стиснутые зубы. Через секунду он вздохнул и расслабился. — А я просто… Ты знаешь меня. — Я не… — Джеймс моргнул. — Пожалуйста, не притворяйся дураком, Поттер, — настаивал Регулус. — Мы с тобой оба знаем, что если бы тебе не нравилось так сильно злить Сириуса, ты бы не стал беспокоиться. Я имею в виду, у тебя куча денег, они тебе не нужны. Это было правдой, да. Но тот факт, что Регулус так низко думал о себе… — Лили не лгала, — быстро сказал он. — Когда говорила все это о тебе. Ты заслуживаешь того, чтобы тебя любили. Сириус тоже это знает. Он заботится. Он хочет, чтобы ты был счастлив. Заводить его — это просто… Бонус. — Ты идиот, — Регулус секунду смотрел, затем его лицо расплылось в редкой искренней улыбке. Джеймс засмеялся. — Да ладно… Все это знают, — он убрал руку с запястья Регулуса и снова взъерошил волосы. — Так… Мы сделаем это? — Подделаем публичные отношения, а затем симулируем ещё больший публичный раскол. Не может быть слишком сложным, правда? — Регулус пожал плечами. — Нет, — сказал Джеймс, скалясь ему. — Я не думаю, что это будет так сложно.