Наруто даттебае перезагрузка.

Горизонт небосвода раскинулся по просторам тишины безымянной деревни. Мальчишка стоял и забвением в душе молча глотал чувства озарившегося внутри душевного урагана бушующих эмоций. Ветер жалобно выл привнося местечно более уныния и нежелательных мыслей Небесные лазурные очи расширились. Кулаки сжались словно в стальных тисках. Одновременный с желанием подавить боль и тоску. Покинутое разрушенное селение веяло холодом. — Деревня… Огромное поле разрушений , раскинулось на широты, когда бывало великой циливизации, разрушенные, подвергшихся мародерству чужих странников вызывали глубокий опечаток отрицательных эмоций. Тишина и унылая обстановка, давали заряд гнетущей атмосфере. Беспорядок придавали приток чувств стоящему на пороге мальчишке смотрящему некогда жилому дому. Вгрызаясь взглядом в пустоту этой местности невольно сжимая в руках фотографию то от чего заставило его скривится от ярости. Счастливая семья сидела за столом. Двое сыновей. Красивая жена и статный муж с длинными усами в форме шиноби, что приблизил ближе своих сыновей искренно улыбался , жена стоящая рядом ласково гладила непослушные волосы младшего сына. Фотография была помята и невольно была скрашенная пятном крови. Фото было словно печальной скорбью и мраком окутавший это местечко. Представляя в голове все возможности образы трагедии семьи Узумаки ужаснулся насколько может быть беспощадным мир. — Ведь это может быть последним мгновением когда они еще были еще счастливы в такой промежуток невозможно угадать что память на фотографии стерется затухшим пеплом. Медленно и настороженно проходя и изучая в поиске всевозможной информации Наруто лишь потупил взор. Все было поломано и окутано неведомой пустотой. Теплая надежда что они возможно успели спастись бегством. Солнце тускло высвечивала мрак оставляя много тени не позволяя свету проникнуть внутрь. По мере того Наруто уловил присутвие но обернулся уловив знакомый лик, что скорее тоже был не в восторге от происходящего… Трещина на стекле явила блондину его отражение. Мало по малу это его не волновало. На данный момент, порыв одинокого холодного ветра ясно донес, реальный курс дел. — Коноха разрушена?! Как? — заорал Саске, возможно его переклинило, Узумаки впервые видит его таким же импульсивным, как он сам. Узумаки продолжал тупо смотреть на развалины деревни. Безжизненные, словно утопленные временем, тускло мерцали руины, Коноха походила на неправильный сон, словно страшный сон, изображая именно то что Узумаки боялся потерять. Покинутое место веяла абсолютной атмосферой, прохлада и отрешенность преобладали над гаммой общего вида. — Саске и один собрат прекратили свои разборки и вмиг озарились и устремили свой взор на эхо войны. В оставшихся без хозяев пустых домах печально смотрят на мир глаза-окна. От их взгляда становится тоскливо на душе, сердце готово выпрыгнуть из груди. И, кажется, что вот-вот услышишь мольбу: «Не проходи мимо, остановись, поговори с нами». Стены пустых домов помнят и лица своих хозяев, их разговоры, радости, печали, прощание с родной деревней, звонкие голоса бегающих по деревенской улице детей. А сейчас здесь тишина. В деревне, кажется, даже птицы поют тоскливее. В такое время даже на красоту родного края не обращаешь внимание. Всё побеждает чёрно-белый цвет». Ледяная пелена разрушенной деревни узорами усеяна. Закованные в земле похоронены вдали холода. Узумаки отвлекся и перевел взгляд на шум что создали за его спиной. — Ты… *** Алоглазый не заметил, свет после недавних событий, перетряски сражений, с богиней, потерять сознание. И затем чудное мгновение, в положении твердого земли и негромких недалеких возгласов юных голосов. Пробудился от негромкого крика. Вздрогнув, взвился с поверхности, опасаясь, что это иллюзия, мгновение что исчезнет в тумане белом, и покажет результаты его ошибок. Кадры сменяются всплывает иллюзия и сменяется реальности сражения неубиваемой богиней. В памяти вновь пронеслись картины прошлого: белое кимоно что в памяти недавних цепи событий, Кагуя, желающие прикончить выживших. Но за поднимающимся век, мир начинало светать. Из ушей снова раздалось тонкое «занк-занк», потом тихий стук шелеста металлического. Обито судорожно раскрыл веки синее яркое небо, вдали яркое красивое солнышко, что лучи дают свет и тепло — его тело было выброшено скорее по его домыслам, в какой то мир, будь альтернативный или прошлый. Не задерживаясь больше на сырой почве, встал с земли. — Нет, конечно, я ощущал, как учащенно бьется в груди сердце. Но минуту назад, когда, оно колотилось еще быстрее. Кровь не шумела оглушающе в ушах, и мир не подернулся зыбким маревом, не подкосились ноги, только тихонько саднило плечо. «Что теперь делать?» — «Ничего уже нельзя поделать!» Мысли раздвоились и понеслись параллельными курсами, но в разные стороны. «Как это глупо, неправильно и просто не может быть правдой. — Деревня была разрушенна. — Монотонно произнес Бывший Враг. — Что случилось вы его заново отстроили? — Ничего не понимаю. Пейн его знает как он рушил. — Обмолвил слова Учиха и спустился на склон лицезреть хаос, погрузивший в тишину. — Незнаю… — Наруто молчал.       — Сам не понимаю. Мадара мелкий, Саске с катушек слетел, я мелкий, Коноха разрушена полностью. Я ничего не понимаю, — пробормотал последнее Наруто и продолжил осматриваться, ведь иначе кто-то может напасть, а они этого даже не заметят. — Хотя по моим воспоминаниям я помню что я умер от стержня Оуцуцуки. — Что за чертовщина? Немыслимое и без понятия. — Была та особенная темнота, перед смертью.       Минута молчания длилась недолго: Саске снова бил Мадару, Наруто обдумывал ситуацию, Какаши был ещё в бессознательном состоянии. Вскоре Обито вспомнил одну технику, которую хотел когда-то применить…       — Кажется, я догадываюсь, что случилось. Мы умерли и попали в параллельный мир.       — Откуда ты знаешь?       — Когда я был джинчурики Десятихвостого, то мог с помощью силы Джубби открывать порталы как и Кагуя. Возможно, когда мы сражались против неё, она отправила нас сюда, таким образом избавившись, — ответил спокойным голосом Обито.       — Но как? — спросил Наруто, а Саске с Мадарой от такой новости даже застыли. Узумаки был удивлен услышанным, а Учиха, с причёской (как Узумаки её прозвал ещё в академии) утиная попа, наконец угомонился и начал вслушиваться в слова Обито.       — Я уверен, что это проделки Кагуи. Только откуда тут Мадара? — Обито посмотрел на мелкого Учиху.       — Ага, я тоже не знаю, но он только молчит, — указал пальцем Наруто на стоящего рядом Мадару.       — Вот, значит, как. Мадара, ты что-нибудь помнишь? — спросил его Обито, уже не надеясь на положительный ответ.       — Нет, — как всегда коротко ответил Учиха, бывший ужас всего мира. Наруто ведь уже говорил, что невозмутимость и немногословие передаётся у этого клана с молоком матери? Да? Ну и ладно.       — Что произошло? Где Кагуя? Мы живы? — наконец раздался голос последнего члена их невольной команды.       — «Лучше бы это был сон. Ками-сама, пусть это будет сон», — мысленно молился Хатаке. Но, как всегда, желания не оправдались, и он всё ещё был здесь, а не дома с любимой книгой авторства Джирайи.       — Мы умерли и попали сюда, — ответил Обито, — Кагуя была сильнее нас, да простит меня Четвертый и все остальные. Наруто, Саске простите. Я не хотел, чтобы все так закончилось, — извинился Учиха, чувствуя вину за всё содеянное.       — Ты не виноват, Обито. Главное, что сейчас ты всё понимаешь. Все мы совершаем ошибки. И ещё, тобой ведь манипулировал Мадара… Правда он, похоже, потерял память. И старый Мадара, я надеюсь, никогда не вернётся, — вздохнул Какаши, смотря, как Саске вновь дерётся с «сильнейшим из Учих».       — Спасибо, возможно, это наш второй шанс, и я смогу стать Хокаге, — пошутил Обито. Хотя… Ведь в любой шутке только доля шутки, да? И, как говорится, надежда умирает последней. Вдруг у него действительно получится осуществить мечту?       — Не хочу тебя огорчать, но Конохи тут нет. Кто-то её разрушил, — Наруто, даже не зная кто сотворил подобное, уже ненавидел этих людей.       — Какаши-сенсей, вы знаете кто это может быть? — вскоре спросил неугомонный блондин, который не мог стоять на месте ни секунды. И как только он дождался пробуждения Хатаке?       — Не знаю, — коротко ответил пепельноволосый. Все пятеро смотрели на отдаленную скалу Хокаге и всю разрушенную Коноху.       — Пи***, — коротко прокомментировал Обито, смотря на руины Конохи, разрушенную резиденцию Хокаге и многочисленные брошенные вещи. — Найду того, кто это сделал — башку оторву! — Узумаки злился, злился от того, что на данный момент беспомощен и ни чем, не может помочь. Он любил родную деревню и был очень зол на Пейна, когда тот напал на Коноху. Столько людей бы умерло, если бы Нагато (мировоззрение которого Наруто смог поменять) не воскресил всех погибших. Тишина. Ни звука. И лишь воет ветер да слышны тихие колыхания листвы. Это была бы красивая музыка для ушей, но разруха и смерть, царившие здесь, всё портили.       — Пошли, найдем выживших. Может, нападение было недавно, — Дал идею Какаши, тщетно надеясь на невозможное.       — Саске, Мадара, вы останетесь здесь, а мы пока пойдем на разведку, — принял решение Обито, и тройка шиноби отправилась в разрушенную деревню скрытую в листве.       Коноха была ПОЛНОСТЬЮ разрушена. Всё вокруг свидетельствовало, что нападение было давно: в одних местах валялись остатки трупов шиноби, в других — валялись брошенные фотографии детей. Здание, напоминающее академию, было тоже разрушено. Кажется, нападение было неожиданным, одному всё тут не разрушить, если только не вмешался Орочимару. Смотреть на это было физически больно. Они все любили Коноху, но видеть вместо оживленной деревни полную разруху… Это невыносимо.       — Они пожалеют об этом, — Невозможно описать, как Узумаки был зол. Обито с Какаши же тихо офигевали от происходящего: сильная деревня листа была мертва, тут нет даже признаков жизни. Смотря на всё это, у Обито появилась идея, и он решительно пообещал себе:

Суна, год назад

      В одном из многочисленных кабинетов резиденции Казекаге собралось небольшое число людей. Все собравшиеся здесь были многоуважаемыми людьми, как и старейшины, что сейчас разговаривали о самой главной проблемой Сунагакуре.       — Баки, конечно, сильный воин и преданный шиноби, но, как мне кажется, есть более достойный кандидат, — скрестила перед собой руки Чиё, оглядывая совет старейшин. После того, как пришли известия от Сасори и Кушины о том, что Казекаге мёртв и координаты его местонахождения, тут же была отправлена экспедиция по возвращению тела на родину. Также был созван совет старейшин, который должен был решить дальнейшую судьбу Сунагакуре.       — Только не говорите… — побледнел один из собравшихся. Чиё мило улыбнулась.       — Именно. После всего, что она сделала для джинчурики, да и для самой деревни, я думаю, что она достойна стать Казекаге.       — Но ведь она слишком своевольна, её даже покойный Четвёртый не мог остановить! — вскочил другой старейшина.       — Если она станет Казекаге, то…       — Жить в Суне станет куда интереснее! — рассмеялась старуха, заставив многих вздохнуть. Все понимали, что именно послужило толчком к такой симпатии по отношению к Кушине Узумаки.       — Если Кушина станет Казекаге, то Суна сможет подняться с колен! Её упрямству можно позавидовать, а силой духа лишь восхищаться. Мы сможем стать сильнее с техниками клана Узумаки. Сможем потягаться даже с Кумогакуре!       Неожиданно резиденция пошатнулась, а снаружи раздались крики. Заподозрив неладное, старейшины выбежали на балкон и были шокированы тем, что увидели. Перед резиденцией стояла она, а рядом с ним оказалось несколько людей, в которых тут же узнали семью Четвёртого и Узумаки Кушину.       — Ну, что я говорила?! — взяла ситуацию в свои руки Чиё. — Она теперь и Кьюби контролирует! Два биджу вместо одного!       Старейшины переглянулись и тяжело вздохнули, понимая её правоту.       — Похоже, ты их перепугала, — усмехнулся Акасуна, кивая в сторону балкона. Кушина лишь улыбнулась и помахала им рукой. Она была рада, что вернулась домой.       — Да ну их, — отмахнулась Кушина, — пусть привыкают.

Коноха, настоящее время

Звезды ярко сверкали на полотне ночного неба, синей крупинкой небес, что отдавались незабвенными эхом в веру чуда и в стойкое убеждение, что не все потеряно. Неполадку от Конохи расположились пришлые в лесном спокойствии, ярко растрескиваются огонек, полыхающего теплого костра. Наруто, Саске уставшие погрузились в сон. Предпочитая наконец отдохнуть что произошло в прошлом и успокоить нервы спокойным надзором сидящих и подкладывающих дрова мужчин. Пепельноволосый молча устремил взгляд в костер с периодичностями сторожа, сверкая порой в сторону новыми приобретенными глазами. Алый рассвет его глаз что конкретного поменял его взор. На вопрос Какаши, Обито лишь усмехнулся предполагая ,что возможно последствие чакры Рикудо. Что повлияло на полностью приживленность силы клана Учиха к новому копирующему ниндзя. Не утратив порой свои собственные. Мадара молча сидел черный омут его отражались на огне. Что полыхал тихо медленно словно озарение перед тенью окутавшее его настоящее светом. Тьма что погубило прошлое пронзив его всего , лишая души. Умерев и застряв в окопах прошлом. Родившись на свет новым иным Мадарой. На очередной раз Обито усмехнулся. — Отвечая на очередной вопрос друга ,понимая, что это им новый шанс дарован с небес!