Собери мои осколки

      Если бы Майкрофта спросили, с чего началась эта история, то он бы назвал не тот день, когда неожиданно позвонил его младший брат, он бы сказал про те неисчислимые серые будни, тянущиеся из глубин их детства. Всё началось ещё тогда, когда в подростковом возрасте Майкрофт, будучи непомерно занятым учёбой, понял, что живущий с ним под одной крышей Шерлок — это… И даже не смог бы сказать, кто он такой. Младший брат. Родственник. Член семьи, который любит пиратские игры и комиксы. Вроде, как-то так. Так говорят.       Каждый день начинался с того, что юный Холмс собирался на учёбу, вспоминая, ничего ли он не забыл, затем уходил в школу и, возвратившись, сидел допоздна над учебниками. Потом институт, и та же самая вереница рутины. В соседней комнате жил Шерлок, с которым он не общался, не пересекался, а тот, кажется, даже не обращал на это внимания. Майкрофт мог лишь издали наблюдать за его повадками, манерой общения, когда, например, оба сидят в гостиной, и младший брат обсуждает с родителями ток-шоу. Или когда пересекаются за завтраком, и Шерлок добавляет в кофе молоко, напоминая маме, что не любит американо.       Майкрофт мог припомнить пару ситуаций, когда Шерлок в слезах и порванной рубашке закрывал перед ним дверь, когда украл у родителей деньги, а потом выяснилось, что на новую толстовку. Он был среднестатистическим парнем, интересы которого варьировались от рисования граффити на стенах до чтения книг до самого утра. Обычный такой кудрявый школьник. Хорошист. Обычный Шерлок. Потом Майкрофту исполнилось двадцать один, он закончил университет и уехал в Лондон. На этом история делает паузу, и продолжение начинается только спустя пять лет.

***

Апрель. Четыре часа после полудня.       Двухэтажный дом, просторный, как дворец, был пуст. Каждая пылинка здесь знала своё место и не потерпела бы перемен. За стеклянными дверцами шкафа была аккуратно сложена керамическая посуда, а на нижней полке, с деревянными, находился домашний бар. Дом был одинок, как и сам его владелец, и это можно было понять по зубной щётке, уныло стоящей в стакане, по скромному содержимому холодильника, по единственной чашечке на блюдце, скучающей на широком обеденном столе. Майкрофт не мечтал о том, что однажды разделит с кем-то эти высокие стены, не думал о семье, он просто любил простор, и такая нескромная для одиночки обстановка была ему по нраву.       Здесь не было и домашних животных, ведь молодому человеку некогда было ими заниматься — кажется, как однажды в его жизни началась школа, так с того времени у него и не нашлось свободной минуты для личной жизни. Раз в неделю приходила домохозяйка, выделяя целый день на уборку хором, и так же молча уходила, думая о том, до чего же чудак Майкрофт Холмс.       В замочной скважине провернулся ключ, открылась входная дверь. Уставший с работы вернулся хозяин, оставив на вешалке своего верного спутника при выходе в свет — зонт-трость. Суббота, выходной день, но Майкрофт так же неизменно был на работе, ведь какой смысл ему оставаться дома? Здесь было тоскливо, скучно, а он не любил бездействия, ему всегда необходимо было чем-нибудь себя занять, поэтому всю работу он всегда выполнял сразу же, заблаговременно.       Окинув взглядом серые стены, что хоть и покрыты яркими обоями, но для него были выцветшими, Майкрофт направился на кухню и, заварив кофе, сел за стол, ненадолго переведя дух. В голове мысли о прошедшем дне, перед глазами очень много цифр, бумаг, договоров, и даже на удивление, ведь он не какой-то там бухгалтер, а государственный служащий, просто день сегодня выдался очень «бумажным».       Из коридора послышался звонок телефона. Майкрофт выпрямился, возвращаясь в реальность, вспоминая, где его оставил, и направился к тумбочке в прихожей. — Да, слушаю, — сказал он. — Майкрофт, — послышался привычный каждый день ему голос, — Вы сегодня снова были на работе, это похвально… Но может, Вам всё же стоит немного отдохнуть? — робко, но обеспокоено произнесла женщина. — Останьтесь завтра дома, не стоит приходить каждый день. А-то ещё поселитесь на рабочем месте, — отшутилась она. — Леди Смоллвуд, мне совсем не сложно работать внеурочно. — Тогда, надо полагать, Вам не будет сложно уделить время и себе. Это не наставление, а рекомендация, Майкрофт, не поймите меня неправильно. — Да, конечно, — ответил тот. — Приму к сведению.       Разговор закончился, и молодой человек на секунду задумался. Возможно, его коллега права. Майкрофт подумал, что давно не навещал родителей, они, наверное, уже соскучились, мама бы даже испекла пирог к его приезду. Не меньше них он не видел и своего младшего брата, но это уже по другой причине.       Шерлок был гуманитарием, но почему-то его потянуло на химфак. Переехал в Лондон, дали комнату в общежитии. Несмотря на трудности в учёбе, каждый семестр был закрыт на хорошо и отлично — умел выкручиваться. Вроде участвовал в научных конференциях, вроде выступал от имени университета — всё это Майкрофт знал лишь приблизительно, со слов родителей. Репутация Шерлока была перед ним чиста, и не было причин для беспокойства. Как жил брат — его это не особо волновало; объявится — будет рад, не объявится — да и Бог с ним.       Отвлекаясь от составления планов на выходной день, Майкрофт решил «подумать об этом завтра» и улёгся на диван с недочитанной книгой в руках, которая, к слову, ему не очень нравилась, но он не привык не завершать дела.       Вновь раздался звонок телефона. Даже дома рабочий день мог не заканчиваться.       К удивлению, дисплей высветил номер Шерлока, а таких ситуаций было по пальцам пересчитать. Сердце волнительно встрепенулось — к гадалке не ходи, что-то случилось. Майкрофт с пару секунд смотрел на экран, пытаясь предугадать вероятные события, и принял вызов. — Да, слушаю, — в привычной манере ответил он, но затем добавил: — Шерлок, что такое? — Привет, — послышался юный голос. — Слушай, мне нужна твоя помощь. — Я уже понял. Что случилось? — Давай обсудим это при встрече. Вечером сможешь? — Во сколько? — В шесть, в кафе «Speedy’s» на Бейкер-стрит. — Хорошо. — Буду ждать.       Раздались гудки.

***

      Машина Майкрофта остановилась по указанному адресу за пять минут до назначенного времени. Сам он машину не водил, хотя у него были права, — это дело он предпочитал отдавать шофёру. Молодой человек зашёл в кафе и обвёл взглядом помещение. Среди присутствующих он искал тёмного кудрявого юношу, возможно, в толстовке, и с простым видом — Шерлок не был любителем выделяться из толпы. Взгляд столкнулся с голубыми глазами, за угловым столиком сидел его брат. Майкрофт ровной поступью направился у нему, и его встретила добродушная улыбка, давно забытая. — Привет, — поднялся из-за стола Шерлок и протянул ладонь.       Ответно пожав руку, Майкрофт окинул брата взглядом с головы до ног и попытался скрыть свой прищур, вызванный подозрительностью.       Шерлок был сам не свой, и поначалу Майкрофт попытался списать это на долгие годы, которые они не виделись, но улавливаемая им информация так быстро проносилась в голове, что приходилось замедлять поток сознания, чтобы из каждой детали сделать вывод. Доброжелательность и некая наивность в действиях были Шерлоку к лицу и были привычными. Удивление вызывало то, что Майкрофт видел перед собой не типичного для общих представлений студента, а утончённого в манерах, одетого в дорогую одежду юношу. На руках аккуратный маникюр, кожа идеально гладкая, чистая, и даже кудри будто были уложены прядочка к прядочке. Сидящая по размеру джинсовая куртка, но под ней, неизменная для стиля, толстовка — такая же аккуратная, как и весь образ этого парня. Пара серебряных колец на пальцах, цепочка на запястье — всё подобрано предельно грамотно, создавало завершённый образ и в конечном счёте веяло аурой какой-то нереальности, словно Шерлок пришёл не из общежития, а сошёл с глянцевой обложки. — Мм, слушай… — чуть задумчиво начал Шерлок, но затем поднял глаза и в один момент сменил тему: — Как твои дела вообще? — подперев щеку ладонью, спросил он, размешивая сахар в чашечке кофе. — Всё в порядке, работаю. — Это здорово, — улыбнулся тот. — Я тоже учусь.       Белые зубы, рельефная шея, длинные тёмные ресницы… Всё было настолько правильным, что оттого казалось неестественным. Но не меньше цепляла внимание манера речи. Слащавая, с придыханием, голос мягкий, чистый, как будто зов сирен. Шерлок, конечно, практически сразу же исправился, придав ему больше непосредственности, но всё же Майкрофт успел уловить интонацию.       В голову закралась одна мысль, и с лица тут же исчезла простота, сделав его выражение каменным. — Ты пришёл не за этим. Что ты хотел? — почти монотонно проговорил Майкрофт.       Шерлок некоторое время сидел молча, закусив нижнюю губу, смотрел куда-то вдаль, но потом выпрямился. — Я живу не в общежитии, снимаю квартиру неподалёку, — сказал он. — Месяц назад хозяин попросил меня съехать, потому что его дочь поступает в университет и собирается переехать в квартиру вместо меня. Я решил этот вопрос, договорился с одним человеком об аренде, но он недавно позвонил и сказал, что уже нашёл новых жителей. В общем, такое дело… Могу я временно пожить у тебя? У меня горят сроки.       Внимательно выслушав, Майкрофт проигнорировал вопрос, не сводя глаз с брата: — Это всё, что ты хочешь мне рассказать?       Было понятно, что сейчас его интересуют далеко не пожелания арендодателя.       Шерлок закатил глаза. — Ну, не начинай, — протянул он, понимая тот неприятный факт, что придётся выложить все карты на стол. — Что ты, как всегда… Ты поможешь мне? Я съеду от тебя через месяц. — Допустим.       Повисло напряжённое молчание. Юноша тяжело выдохнул, откидываясь на спинке кресла, нарочно не сталкиваясь взглядом с братом, но потом, собравшись с мыслями, вновь сел ровно. — Если я скажу тебе, есть гарантия, что об этом не узнает никто, кроме тебя? — Да.       «Какой-то неубедительный ответ, » — подумал Шерлок, но, впрочем, откуда ему знать, какой ещё звучал бы убедительно. — Я работаю в сфере предоставления услуг. Вот, да. Это всё, что тебе нужно знать.       Шерлок неуверенно крутил в пальцах ложечку, не поднимал глаз. Он знал, что конкретика Майкрофту не нужна — он и так всё додумает, и также знал, что брат будет далеко не рад этой новости. Возможно, даже разочарован. Но, как считал Шерлок, это не его жизнь, не его выбор, и уж точно не ему решать. — Хорошо, — на удивление послышался спокойный голос Майкрофта, на секунду вызвав облегчение. — Ты можешь переехать ко мне, но при условии, что оставишь свою работу. Шерлок резко выпрямился. — Что?       В эту секунду он понял, что слишком самонадеянно было посчитать, будто брат смирится с подобными обстоятельствами и примет в дом незваного гостя. Строгость его внутренних принципов была неизменна, Шерлок вдруг припомнил за ним эту черту. — Нет, это исключено, — ответил он. — Тогда прости. — Ты понимаешь, что ставишь мне ультиматум? — на лице Майкрофта рисовалось хладнокровие, словно его это совершенно не заботило. — Слишком много чести, чтобы всё было по-твоему. Этого не будет, — отрезал юноша. — Ты сам меня попросил. — И я не просил вмешиваться в мою жизнь. То, чем я занимаюсь, где работаю, тебя касаться не должно. Я спрашиваю ещё раз: ты можешь мне помочь? — Кажется, я уже ответил.       Тот смотрел на старшего брата с прищуром, чувствуя неприязнь или даже обиду. Наверное, такого исхода и следовало бы ожидать, когда он только взял в руки телефон и набрал давно забытый номер.       Демонстративно вскинув брови, Шерлок быстрым движением достал купюру из внутреннего кармана и, расплатившись за кофе, вышел из-за стола, больше не находя смысла в этом диалоге. Оставшись один, Майкрофт молча поджал губы. Хлопнула входная дверь.       Не надолго задумавшись, вскоре молодой человек вышел вслед за братом.       Шерлок стоял на улице, закуривая сигарету. Увидев Майкрофта, показавшегося в дверях кафе, он увёл неприязненный взгляд и двинулся в сторону дома. — Шерлок, постой, — послышалось вслед.       При всём своём желании уйти, он понимал, что человек за спиной — пока что единственная возможность выйти из ситуации. Он обернулся в надежде, что в последний момент всё разрешится. Скромной походкой к нему подошёл Майкрофт и остановился напротив, некоторое время подбирая слова, хотя в таком неловком положении застать его можно было редко — Холмс был невероятно дипломатичен — так вынуждала его работа.       Майкрофт поднял голову и проговорил: — Ты ведь понимаешь, что, если кто-то узнает об этом, произойдёт невероятный скандал? — Пока что об этом не знает никто, кроме тебя, — беззаботно ответил Шерлок, поднимая вверх согнутую в локте руку. — И сотни твоих клиентов. — Ну, допустим, — юноша небрежно повёл кистью, развеивая дым сигареты. — За репутацию свою беспокоишься? — Нет, за тебя.       Шерлок громко хмыкнул. На его лице застыло неверие, проявляющееся в иронической улыбке. — Аа… Это всё, что ты хотел мне сказать? — с некой фамильярностью повторил он фразу брата. — У меня времени в обрез, — указал он на запястье, где должны находиться часы, — поэтому, если диалог закончен, позволь, я пойду.       Шерлок был неизменен в своих театральных повадках, думал сейчас Майкрофт. Казалось, каждое слово он мог откомментировать целой тирадой, каждую свою фразу сопроводить демонстративным жестом, а на каждую ситуацию найдётся своеобразная неповторимая реакция. Надо было ему идти в актёрское, но есть одна закономерность всех столиц мира — если ручей жизни ведёт тебя туда, то он, так или иначе, превратится в сточную канаву и захватит своим губительным влиянием. Такова цена выживания, и в Лондоне она превышала цену морали. Однажды ввязавшись в политику, Майкрофт тоже не смог бы назвать себя самым добропорядочным человеком. На деле он не был безнравственным, но порою жизнь вынуждала его поступки быть именно такими. — Хорошо, — словно вынося вердикт, сказал старший Холмс, — можешь пожить у меня. Без ультиматумов. У тебя ведь всё равно нет других вариантов, так?       В глазах Шерлока загорелась искренняя благодарность, тут же словно гора упала с его плеч. На мгновение даже показалось, что он улыбнулся, но вдруг принял невозмутимый вид и ответил: — Не зазнавайся. Конечно, есть. Просто мне не очень нравятся.