я начну новую жизнь

как ни странно, пепельноволосый в постели просыпается в одиночестве. о присутствии хена подсказывали только смятая простынь и след на подушке. чонгук аккуратно поворачивает голову в сторону окна, - шторы скрупулезно прикрыты, но глазам удается сфокусироваться на голубом небе, покрытым серой дымкой. щурится, вглядываясь в представленную картину сквозь туман не отпустившего из объятий морфея, и думает о сизом дыме, что накануне вечером частицами оседал в легких. небесная марево действительно напоминало о сигаретном мираже. парень выбирается из-под одеяла и выгибается дугой назад. позвонки благодарно хрустят и расслабляют окаменевшие мышцы. поднимается на ноги и подходит к окну. ткань штор летит в стороны. чонгук открывает окно, откуда тут же в теплое помещение пробирается игривый сквозняк, замораживающий неприкрытое тело, голые ступни. когда хлопковая ткань приятно ложится на кожу, чон выходит в коридор. с стороны ванной комнаты слышен шум воды. тэ точно находился там. гук идет по прохладному полу прямиком на кухню с надеждой найти в недрах кухонного гарнитура крепкий кофе. мысль о чужих вещах не смеет в эту минуту появиться в его голове. если честно, у парня в эту минуту сознание больше напоминало полотно или младенца, что еще не видел мир. снова трет глаза пальцами, распугивая все сны, копящиеся в недрах черепной коробки, сосредотачиваясь на поисках. на полках по счастливому стечению обстоятельств преспокойно лежит неоткрытая пачка нерастворимого напитка. чонгук вытаскивает ту из темного угла тумбы и улыбается чуть пьяно, словно только один вид и предвкушение горечи на языке заставляют охмелеть. потратив еще минуты, парень удивляется найденной турке. конечно, кофемашины у хена не было, так как тот к напитку чувствовал тоже самое, что и к физике – уважение, но злостное отторжение. только ради кого лежала эта пачка, - видимо недавно купленная, - в шкафу? гук, все еще пребывая в полудреме, не задается лишними вопросами. может быть потом, если вспомнит, то поинтересуется у старшего, что до сих пор скрывался за закрытой дверью душевой кабины. будучи как дома, пепельноволосый подключает чайник и ставит на огонь заполненную водой турку. тихие шаги. шлепки босых ног о пол и шарканье о порог предупреждает о появлении хозяина квартиры. чонгук не видит старшего, крутясь около холодильника и чашек, но чувствует любопытный взгляд. шорох приближается, и младший оказывается во власти чужой ауры – даже со спины можно ощутить схожесть той с чем-то теплым, чувственным, будь то надежное касание или банальное пуховое одеяло. тэхен опирается бедром о кухонный гарнитур, складывая руки перед собой в замок. внимательно наблюдает за движениями нежных рук, переставляющих тарелки с одного места на другое; за профилем сонного парня. усмехается. гук же боковым взглядом следит за влажными прядями, свисающими вдоль лица, позже все же поднимая глаза на улыбающееся лицо. ⠀⠀⠀ - можно я тебя поцелую? – без «доброго утра» хен "бьет" в лоб, вызывая на лице донсэна улыбку. пепельноволосый уж точно не был против именно такого привета. ⠀⠀⠀ - давно уже мог все сам сделать, - закатывает демонстративно глаза. длинные пальцы ловят вертлявый подбородок, разворачивают лицо и находят губам иное применение, кроме как «цокать». целует невинно и по-детски, напоследок прикусывая после сна припухлые уста, - ну или же после очень долгих ласк друг друга сегодняшней ночью, - и нежно оттягивая. след растекается в насыщенно красный цвет. – вот мне всегда интересно, хен. ты такой уверенный, но практически каждый раз спрашиваешь одно и то же перед тем, как прикоснуться ко мне. зачем? если бы я не хотел, то давно бы уже сказал. язык на месте. ⠀⠀⠀ - правда? а ну, покажи, - чон бросает уничижительный взгляд, показывая специально нахмуренные брови. тэ улыбается еще шире. – просто до сих пор не могу поверить, что ты со мной рядом. каждый раз проверяю - вдруг со мной мое сознание играет. к тому же понятие рамок «личного пространства» никто не отменял, гук-а. как и понятие «чужого». где ты взял кофе? а? младший выгибает бровь и искажает лицо поломанной улыбкой. немного неловко, он смущен, но что уже сделано, то не вернуть, да? ⠀⠀⠀ - я чист, как младенец, хен, - давит из себя очаровывающую улыбку. – на мне вины нет. и о каких понятиях может идти речь, когда буквально мы в отношениях? как там говорится... «что твое, то мое», да? ⠀⠀⠀ - ужасная вредина, - тянет старший, прикусывая губу и подходя ближе к парню, носом упираясь в висок и спускаясь к шее. ⠀⠀⠀ - конечно же, я шучу, но мне очень нужно кофе, тэ-хен. иначе я усну снова прямо здесь, а мне еще хосок-хена сегодня провожать на самолет, - передергивает плечами и смеется, упрямо смотря на темную пенку в турке. – мне щекотно! ⠀⠀⠀ - ничего не знаю, - целует невесомо покрытую мурашками кожу. – я просто обязан наказать наглого вора, которого осознанно впустил в свою квартиру. ⠀⠀⠀ - между прочим, хен! – гук поднимает ладонь и останавливает кима хваткой за бок. пальцы крепко держат чуть влажную ткань футболки. – ты меня бросил в постели. я имею право каким-то образом тебе оштрафовать за это. где ты был? почему оставил? тэ поднимает взгляд на потолок. улыбка на устах уже кажется теперь взволнованной, а не заигрывающей и флиртующей. хен характерно двигает губами, пытаясь обуздать эту неловкость, что щекочет кончики пальцев и живот снова, как утром. глаза устремляются в родное (вредное) лицо, пока язык толкается в щеку. старшему уж очень сложно признаться. ⠀⠀⠀ - возникла… проблемка, - снова отводит взгляд. гук меняет выражение лица, надевая маску непонимания. о какой проблеме может идти речь, если только наступило утро? ⠀⠀⠀ - в смысле? ⠀⠀⠀ - проблема, характерная для всех мужчин. ответ расплывчат, как отражение деревьев и зданий в реке ханган во время ливня. все слишком переливчато и потому совершенно непонятно. но все же резко выходит солнце и разгоняет дождевые тучи, а у чонгука озаряется лицо пониманием. его взгляд тянет вниз, но пока он пытается справиться с смехом, что гремит в горле. парень отворачивается к турке с закипающим кофе. ⠀⠀⠀ - хен, ты взрослый человек, - бросает взгляд на того через плечо. – и я тоже. сказать, что у тебя был стояк, вроде не так сложно. ⠀⠀⠀ - на самом деле, я просто не привык рассказывать то, чем занимаюсь за закрытыми дверьми. ⠀⠀⠀ - эй, это абсолютно естественно, - отставляет турку на поднос. в воздух поднимается кофейное амбре, забивающееся в нос, липнущее к языку и коже. чон подходит к старшему и дотрагивается кончиком носа до чужой щеки, продолжая смотреть в глаза. мимолетный образ губ, легкое касание к тем. хмурит брови на секунду. – поверь, если бы ты сказал, что душил змею, было бы еще ужаснее. ⠀⠀⠀ - в следующий раз так и скажу, гук-а, - младший щурит глаза, после прикрывая веки, пока сознание растворяется в новом поцелуе со вкусом кофе, распыленного по комнате. за столом пара завтракает исаак-тостами. тэ угощает, по своим словам, фирменно приготовленным беконом, позже улыбаясь на яркие комплименты. вкус мяса действительно раскрывался острыми специями, взрывался нужной кислинкой и хрустел на зубах. ким, будучи старшим (и от романтического чувства в душе), делится половиной своей порции кимчи с гуком, что, в свою очередь, отдает на чужую тарелку круглую яичницу. парни жадно причмокивают от вкусностей, тяжелеющих в желудках. чонгук время от времени отмахивается от аромата кофе в сторону старшего специально, улыбаясь на взгляд, в котором читалось знакомое «вредина». да, он такой, и меняться точно не собирается. позже младший увлекается новым тостом, кажется, вовсе не замечая наблюдающего за ним хена. или все-таки замечает? ⠀⠀⠀ - почему ты так смотришь, хен? у меня что-то на лице? – тут же светлая салфетка прижимается ко рту, стирая соленой сок с уголков. ким усмехается и крутит головой. ⠀⠀⠀ - нет, там ничего нет, - опускает глаза в тарелку, мажа палочками в масле по дну. – я просто… думал кое-что. ⠀⠀⠀ - что-то важное? ⠀⠀⠀ - определенно, да, - снова смотрит на донсэна, залпом допивающего кофе. цепляется за застывшее лицо и глядит в упор. – я думал над тем, как я мог выбрать не тебя тогда. чонгук хмурится и с стуком ставит кружку на стол. рука начинает пульсировать точно в керамику, точно посуда сейчас сама запляшет по поверхности. ⠀⠀⠀ - ты чего, хен? – неуверенно, полным сомнения и смущения голосом. тэ улыбается нежно, опираясь подбородком на подставленные ладони. глядит на младшего, наслаждается, словно один образ круглых глаз, светлой кожи и целованных губ могут дать успокоительно внутривенно. ⠀⠀⠀ - я просто счастлив, что ты сейчас со мной, а не где-то там, - кивает, продолжая пялиться на внимательное и серьезное лицо. – мне просто хорошо сейчас. чонгук убирает посуду со стола. знает, что должен подойти к мужчине, но ступает медленно, пальцы переплетая между собой. нервничает, соглашаясь с кем-то на бессознательном уровне, – беспокоиться и чувствовать дрожь на кончиках пальцев будет самой естественной реакцией. парень подходит к черноволосому и кладет руку на плечо, несильно сжимая. продолжает неосознанно хмурить брови, но самостоятельно решает склониться и оставить чувственный поцелуй. ким сразу же закрывает глаза, потому что темнота затягивает в пучину острых чувств, вызываемых нежными прикосновениями к собственному лицу. ⠀⠀⠀ - знаешь, тэ-хен, ты меня всегда удивлял, - чон пристраивается рядом с чужими тарелками на поверхности стола. качает ногами, снова сплетая собственные пальцы, вслушиваясь в незаметный стук железных палочек в длинных пальцах. черноволосый смотрит на парня, заканчивая постепенно завтракать. – всегда такой уверенный и бросаешься вот такими словами, - вздыхает, осматривая кухонный гарнитур. карие глаза утягивали в водоворот, а чон еще не планировал тонуть. – знаешь ли, что ставишь таким образом людей в неловкое положение. твоя аура всегда была очень давящей! ⠀⠀⠀ - хочешь сказать, что я похожу на эгоиста? – бровь медленно приподнимается в уголке, а глаза предупреждающе сужаются. вот еще недопонимая им не хватало. чонгук тяжело вздыхает. ⠀⠀⠀ - нет, и сам знаешь, - но тэ продолжает смотреть вот так, что хочется подставить руки над головой и сказать «я в домике». – я к тому, что вот ты сейчас сказал об этом, а у меня мурашки бегут. а нечто, что находится вот здесь, - тыкает в грудь себе. – теперь кричит «останься и наплюй на все планы». и что прикажешь мне с этим делать? старший поднимается на ноги, откладывая аккуратно палочки. салфеткой быстро протирает рот и приближается к парню, чтобы заключить того в крепкие объятья, где точно было безопасно, комфортно. правда, сердце в эту секунду у обоих оттачивали быструю чечетку – подобные признания стреляет в голову точным снайперским выстрелом. промахнуться можно в единичных случаях. этот не был таковым. гук прижимается щекой к пульсирующей мышце на шее. закрывает глаза и считает про себя ритм чужого сердца. кажется, на него объятья с хеном влияют также, как и поцелуи. только вот жжения в животе не вызывают. там не просыпаются тысячи бабочек, не расправляют свои прекрасные, но хрупкие, крылья, и не щекочут усиками внутренние органы. да, они начали отношения совсем недавно, но скрываемые столь долгое время ощущения, накопленные учащенные стуки сердца и желания до прикосновений вырываются из тел, стоит только второму появиться на горизонте или мыслям забурлить внутри черепной коробки, как лапша в рамене на плите. и все, мир словно останавливается, задерживается в наступивший миг и не сдвинется, пока рука не найдет ту, что сама в темноте, сквозь толпу пробирается; пока перед глазами не появится человек, усмиряя беспокойство и жажду хотя бы увидеть. оба знали, что потратили слишком много времени на других, пусть и приобретая нужный опыт, но все это значит отдаление момента снова оказаться рядом друг с другом. чонгук пальцами гладит черную шевелюру, касается нежно, но нутром тянется ближе, безотчетно для себя притягивает, заставляя тела чуть ли не срастись в одно целое. ему кажется, будь он дикобразом, будучи в надежных руках тэ, точно бы собственноручно сломал все иглы и отбросил в сторону, лишь бы подольше быть обласканным длинными пальцами в любовных касаниях. ⠀⠀⠀ - не смогу отпустить, - шепчет старший. ⠀⠀⠀ - тебе придется, иначе хо-хен на меня обидится, что я его не проводил. ⠀⠀⠀ - я не в этом смысле, гук-а, - притирается к виску и ласково целует. – ты наверняка уже очень скоро уедешь в токио. мы снова будем порознь. сейчас я очень счастлив тебя видеть, но, - отстраняется и оглаживает пальцами от бровей по скулам к острому подбородку. – знаю, что потом буду тосковать очень сильно. вот такими «перерывами» видеться невыносимо. старший прижимается к парню еще раз и закрывает глаза, утопая в апатичном настроении. сознание уплывает на волнах печальных эмоций, только спасательный круг, в виде чоновых рук, снова тянет к берегу. ⠀⠀⠀ - хен, это временная трудность. да, скоро мне придется уехать, но это ведь значит, что я вернусь? ⠀⠀⠀ - ты спрашиваешь или утверждаешь? ⠀⠀⠀ - я обязательно вернусь, - а тэ отвечает на уровне языка тела, стискивая еще сильнее. будущие минуты молодые люди проводят в ванной комнате, чистя зубы и кидаясь в друг друга пастой. отчего-то вспомнилось то, что именно так они поступали, оставаясь друг у друга на ночевках. как одна из деталей, присущая встречам, без которых дела могут пойти по одному месту. но вот, смех и пена ставят все на свои места, отправляя парней в хороший на события день. чонгук позволяет киму себя обнимать и целовать неожиданно в шею, после делясь мурашками через касание к груди или запястью. спрашивает себя, когда позволил старшему перейти черту и постоянно касаться, но только запутывается в череде воспоминаний и прожитых событий. его устраивает и успокаивает отчего-то другая мысль – он позволил, и назад уже это разрешение точно не заберет. чону было проще сказать, когда ким к нему не прикасался и не обращался с нежным зовом, смотря этими чертовски глубокими глазами в самую душу. тэ довозит младшего на автомобиле к дому, внутри которого бегал проспавший будильник хосок. чонгук узнает об этом только после того, как подарит прощальный поцелуй, как выйдет из машины и поднимется на пятый этаж. там старший брат будет просить о помощи в упаковке сухих вещей в открытый чемодан, причитая на собственное желание досмотреть серию дорамы. ох, как это не любит! гук улыбается ему счастливо. вместе с приходом ким тэхена, в жизни установились столпы спокойствия и комфорта. теперь мир выглядит безопасным и надежным.