Виртуальность реально притягивает

Генри вернулся через неделю после девятнадцатого дня рождения Луны, то есть через два месяца после исчезновения. Вечером девушка помогала матери с уборкой кухни, когда он зашел в дом через черный вход, заросший щетиной и весь помятый. - Привет, - обыденно поздоровался он и уже собирался пройти дальше, но Луна поинтересовалась: - Ты ничего не забыл? – и встала перед ним, уперев руки в бока. Пару секунд он молчал, но потом все-таки поздравил подругу с днем рождения и отдал ей завернутый в бархатную тряпицу подарок. Им оказался довольно крупный медальон, с круглым черным камнем, оплетенным серебром. Это Черная Луна, подумал Генри, но не сказал об этом вслух. Очень многие вещи он утаивал, боясь или не решаясь сказать. - И где ты шлялся на этот раз? – спросила Луна у Джонса после того, как восторги стихли. - В Праге был, снова, - соврал он, - Решил погулять, голубей покормил. А вы как тут без меня справлялись? - Ну, твоя мать выгнала Ларри. Опять. Вчера уехала на Майорку снимать стресс, – ответила девушка, тщательно скребя алюминиевую кастрюлю. - Да уж. Вернется – будет снимать стресс от Майорки. Куда, уж поверьте моему опыту, поехала с Ларри, - Генри пошарился в холодильнике, достал оттуда кусок рыбы, когда Мерседес погнала его мыться. - Идите, молодой человек, сначала приведите себя в божеский вид, а уж потом лезьте за стол. Генри только пожал плечами и смиренно пошел к себе, чтобы помыться и сменить одежду. Стоя у запотевшего зеркала, он смотрел в глаза своему отражению. Царапины покрывали его руки и плечи, а холодный и злой взгляд был острее ножа. Кто знал, чего ему стоило это ожерелье? Это молчание… Позже, когда вся прислуга сидела за картами, Генри и Луна наблюдали за ними. - Ты ведь не в Чехии был? – спросила Луна между двумя глотками чая. - Почему ты так решила? – Генри подсматривал в карты садовника и бровями делал Мерседес знаки. Сговор существовал с тех пор, как мальчику стукнуло восемь. - Интуиция. Так да или нет? – Луна отвлекала молодого человека, но его это нисколько не раздражало. Они вышли из кухни, едва Кэл, садовник, гневно бросил карты и удалился к себе во флигель. - Неважно. Я вернулся. И я готов продолжить работу над своим проектом. Как он? - Я не могу этим заниматься, не понимая, как и что я должна делать. С собой его не поносишь, просто разговаривать с ним? Поиск информации в инете его вряд ли разовьет. Тебе ведь нужно, чтобы он стал социальным, а не самым умным в комнате. Давай ты сам это сделаешь? Без моего участия. - Сдаешься? Ну, что же. Я сам займусь этим. Забудем пока, хорошо? Я сам плохо понимаю, зачем мне это. А хотя нет. Это мне для того нужно, чтобы имя родителей не перекрывало мое собственное. - Хорошо, забудем. Я, кстати, в колледж документы отправила. В Бостон. Психология. - Молодец, а баллов САТ для стипендии тебе хватит? Ты же знаешь, я всегда могу тебе помочь. - Нет, не нужно. Спасибо за предложение, но у меня все замечательно. Я прохожу по баллам. Я за мать хочу попросить. Ей сейчас деньги будут нужны, - но про себя Луна думала, что Генри лучше самому себе помочь. Его секреты не давали ей покоя, да и непохоже, что парень счастлив. - А что случилось? - Мы были у врача. У нее рак. - Боже… Какая стадия? - Еще не очень поздно, но год она все равно нормально работать не сможет. А я не могу все бросить. Знаю, это эгоистично, но я не хочу стать такой, как она. Если я не поступлю сейчас, то останусь без образования. Без хорошей работы. - Когда нужно начинать лечение? - Через две недели. А я уеду через месяц. Не хочу ее бросать, но мы обе знаем, что я буду недалеко. Ты позаботишься о ней? - Конечно, о чем вопрос? У вас есть сбережения на первое время? - Мы разделили деньги. Большая часть идет на лечение, а я найду работу в Бостоне. Все будет хорошо. Надеюсь. Генри взял ее за руку, и она ему улыбнулась. Затем они присоединились к играющим в покер. Остаток вечера они старались не думать о будущем, которое ждет их за дверью. Настал момент, когда Луна должна была улететь. Мерседес была слишком слаба, поэтому попрощалась с ней девушка в больнице. Провожали Луну Генри, водитель, горничная и личный врач семьи Джонс. Напоследок обняв подругу, наш будущий гениальный изобретатель засунул девушке в рюкзак конверт с деньгами на первое время. Она искренне отказывалась от излишней помощи, считая, что тот и так сделал достаточно. - Я надеюсь в скором времени тебя увидеть, - прошептал он ей на ухо. Он не знал, что время и жизнь уже все решили за них… Примечание: я переписываю фанфик, и у меня сюрприз)) Первый семестр Луны едва не привел ее к больничной койке. Несмотря на то, что девушка перед поступлением усердно готовилась, нагрузку вряд ли можно было сопоставить с самостоятельным обучением. Плюс она уделяла очень много сил, да и времени, работе. В общежитии она познакомилась с Тайрой. Светловолосая девушка-старшекурсница стала ее соседкой и предложила занять ее место в газете колледжа, потому что была занята подготовкой к свадьбе. Так Луна решила, когда увидела мужчину девушки – привлекательный, но побитый жизнью, брюнет слегка за тридцать. Он часто заезжал за ней, Тайра хватала рюкзак, который никогда не разбирала, и исчезала, иногда неделями не появляясь в комнате. Денег в газете платили не очень, но эта прибавка к стипендии помогала Луне отправлять деньги матери, и честно говоря, Луне нравилось быть голосом правды, пусть даже и писать приходилось о кафетерии, преподавательских успехах (ее даже научили секретному коду, по которому читатели узнавали о приближающихся проверочных работах) и мелких преступниках. Затем Луне показалось, что у нее как-то слишком много свободного времени. И она стала работать официанткой в вечернюю смену. Упав в обморок на лекции, она не обратила внимания, но Тайра, увидев торчащие кости бедер Луны, нашла в телефоне соседки по комнате номер ее друга, о котором та часто рассказывала. Генри понадобилось несколько часов, чтобы приехать и увидеть картину самостоятельно. И она его не обрадовала. - Луна! – Генри поприветствовал подругу, которая протирала столики в пустом пока баре. Девушка обернулась и как-то нервозно улыбнулась. Это была самая колкая улыбка, которую он когда-либо видел. - Ты не посидишь пока? Я должна закончить, - голос Луны стал крепче в отличие от ее телосложения. Он подошел к ней и мягко отцепил тряпку от ее пальцев. - Ты никому ничего не должна, - Генри усадил ее за столик, снял для себя стул. Глядя подруге в глаза, он взял ее за руку. – Тебе не кажется, что ты взвалила на себя слишком многое? – Почему-то это сказать ему было проще, чем рассказать ей… что она его единственная. - Я делаю, что могу. У меня полно сил! - Ты истощена, Луна! – он выпалил и поджал губы, ожидая ее сопротивления. - Нет! Нет! Ты не знаешь! Я работаю, я учусь. Тебе легко говорить, у тебя трастовый фонд больше, чем весь бюджет маминого города в Мексике! А у меня нет ничего, я пытаюсь бороться, но нет никакого просвета! И мама умирает… - в конце тирады девушка почти рыдала, по ее щеке плыла одинокая слеза, она кричала. - Все хорошо? – настороженно спросил Кевин, крупный мужчина в полосатой рубашке и майке с логотипом рок-группы, одной из тех, что Генри не мог понять. - Да, - глотая слезы, произнесла Луна и уронила голову на локти. Генри гладил ее по волосам, пока слезы не иссякли. Девушка и не заметила, что настолько устала. - Эй, у меня есть идея, - тихо сказал парень, - почему бы мне не поступить к вам сюда? Здесь же есть технико-биологическое направление, а? Засяду тут, присмотрю за тобой, хм? Как ты к этому относишься? - Ты уверен, что хочешь заниматься этим здесь, а не у себя дома? - Ты здесь. Я здесь. Это все, что нужно, - в этот момент Луна была готова поцеловать друга. - А мама? – вспомнила она. Тайра сидела в кресле, поджав ноги, и пролистывала новостную ленту, то и дело отправляя Константину смски о странных случаях, когда в комнату вошли Луна и Генри. - Привет, - поздоровалась она, - Так это ты – тот самый Генри? - Что значит тот самый? – хмурясь, спросила Луна. - Ничего, - Тайра вернулась к новостям. Только с новообретенной подругой ей проблем не хватало. - Да, давай собирайся, - сказал Генри, - Где твой чемодан? А все, нашел. - Вы куда это? - Знаешь, я тут решил сюда поступить и снял дом. И подумал, чего Луне жить в общаге и питаться в забегаловках, когда я так хорошо готовлю. - Ой, не смеши, - Луна бросила в Генри подушкой. - Вот именно, - тот без проблем поймал ее. После общежития и его протекающих коридоров, дом казался просто роскошным, пусть даже и был раза в три меньше дома Джонсов. - Вот здесь у нас кухня, это гостиная. Тут будет обитать Дан. - Дан? - Так я назвал его. - Мм, ты уже начал делать для него тело? - Пока у него есть процессор и жесткий диск, заменяющие мозг. С ним уже можно поговорить, но он не может сочувствовать и быть осознанным. Просто выдает какие-либо факты, не имея своего мнения. Я не знаю, как научить его этому. Быть хорошим… киборгом, - на этом слове Генри усмехнулся, - Не хочется, знаешь ли, стать автором Скайнета. Луна рассмеялась и поставила сумку с вещами на пол. - Ну я могла бы стать, как Сара Коннор. Пиф-паф, берегись плохой киборг! Но сейчас о насущном… Где я буду спать? И у тебя есть томатный соус для спагетти? Вечером Луна и Генри сидели на диване, у столика, на котором стоял странный прибор. Небольшая шкатулка с колонками. Пока Дан был лишь звуковым интерфейсом, что-то вроде Сири или Гуглпоиска. Нет, это вовсе не то, чего парень хотел. Он непрестанно думал, его разрывало от идей, но все было не так. Для начала ему нужно было тело. Генри даже думал о коматозниках с умершим мозгом. Интересно, позволят ли ему это сделать. А потом можно было бы попробовать проводить опыты с перенесением сознания и искусственными органами… Вариант был лишь один. Нужное ему тело нашлось через пару месяцев напряженных поисков. Мужчина попал в аварию, так гласила запись в медкарте. Мозг умер сразу по прибытии в больницу, но семья (у Мэттью Дональдсона, так гласила его медкарта, были очень упертые родители-христиане) не позволяла отключить систему жизнеобеспечения, предпочтя смирению глупую надежду. План, придуманный Генри, не был гуманным, но в его голове все выглядело четко, логично, а самое главное, оправданно. Свет в отделении интенсивной терапии отключили ровно в двадцать три часа. Через секунду включилась аварийная система. Генри знал, что основное электричество подадут через семь минут. Он украл коматозника. - Ты украл коматозника?! – негодовала Луна, сидя за рулем микроавтобуса, когда Генри попросил ее помочь перевезти тело и подключить необходимые аппараты. - Не волнуйся. Семье выплатят компенсацию за якобы пожар в отделении и выдадут прах. Им скажут, что тело пострадало в огне. - Это же христиане! Ты знаешь, что с ними будет, когда они узнают, что тело нельзя захоронить?! – Генри был абсолютно глух к любым проявлениям веры, кроме науки. Луне ничего не оставалось кроме того, чтобы смиренно вести машину и посекундно высказывать в адрес «гениального ученого» обидные ругательства. Впрочем, ему было все равно. То, что ему было нужно, он уже получил. Дома для будущего тела Дана обставили комнату на втором этаже. Луна обмыла парня, цинично отметив, что тело Генри выбрал что надо. Черные волосы, острые скулы делали его похожим на азиата. Синие тени на щеках и под глазами, он был таким худым… Луна отметила, что он даже слегка похож на парня Тайры, Константина. Мозг был уже мертв, а мышцы за время в коме могли атрофироваться. Генри решил рискнуть и провести опыт с подселением сознания прямо сейчас. Поиск нейрохирургов, готовых рискнуть своей карьерой ради науки и денег, дался ему легче. В Канаде и Индии он нашел двух специалистов-ренегатов, осужденных на большие сроки за опыты на людях. Они были опасными психами, этого не отнять, но вместе с тем, их опыты делали серьезные шаги в области изучения мозга и сознания. Ну и убили дофигищу людей, разумеется. Они поубивали много народа. Луна запаслась терпением, монтировкой под подушкой и патронами к папиному револьверу.