Мезальянс

      Ино очнулась в своем теле, досадно цокнув языком. Она подняла голову и резко откатилась в сторону, пролетевший мимо кунай успел полоснуть щеку. Куноичи зашипела, злобно уставившись на Белоглазого, зигзагами приближающегося к ней.       «Умно», — подумала она, по инерции потянувшись в сумку, а потом досадно вспомнила, что все свое оружие отдала Шикамару.       Ино подобрала с пола валявшийся кунай и встала в защитную стойку.       — Потанцуем, куколка.       — Не танцую, — огрызнулась она, отбивая атаку Белоглазого.       Его движения были отточенные и быстрые, он нападал резко, не жалея сил и противника. Ино ловко уворачивалась, понимая, что физическое превосходство явно играет не на ее стороне. Отступать было некуда, еще шаг и она упрется в стену. Ино пригнулась, уклоняясь от мелькнувшего возле лица лезвия; разворачиваясь, она ударила Белоглазого под дых, быстро присела, делая подсечку.       Падая, он успел схватить ее за плечо, тем самым повалив на себя. Ино зашипела, больно ударяясь коленом об пол.       — Держу, — крикнул Шикамару, и Белоглазый перестал дёргаться.       Ино слезла с него, восстанавливая дыхание.       — Ты в порядке? — Спросил Гаара, неожиданно возникая за спиной.       Куноичи кивнула. Четверо лежало без сознания, только Белоглазый ненавистно взирал на шиноби, особенно на нее. Ино незаметно сжала пальцы Кадзекаге, затылком ощущая его теплое дыхание. Он сжал ее пальцы в ответ и как-то тяжело, как ей показалось, выдохнул.       — Ну и кто вы такие? — Спросил Киба, присаживаясь на корточки возле преступника.       Белоглазый молчал.       Ино не стала следить за допросом, она вышла на улицу и села на упавшее дерево. Солнце садилось, усиливался ветер, спутывая распущенные волосы. Девушка перевязала их резинкой и откинула за спину.       И что это было?       Куноичи обняла себя за плечи, пустым взглядом наблюдая за закатом. Пальцы покалывало после нежного прикосновения, она посмотрела на них и тут же сжала в кулак. Колено саднило после падения, доставляя жуткий дискомфорт.       — Я так испугалась, — услышала она голос Кагуи и обернулась.       Гаара шел рядом с ней, придерживая ее за плечи. Они присели напротив, а Ино захотелось вернуться обратно в хижину и лично устроить допрос каждому, из-за кого ей пришлось тащиться сюда.       — У тебя кровь, — воскликнула Кагуя, прижимая руки к лицу.       Куноичи коснулась щеки, только сейчас вспомнив о ране.       — А я и не заметила, — она беззаботно улыбнулась.       — В доме была вода, я сейчас.       Девушка поспешила в хижину, оставив Ино наедине с Гаарой. Тот пристально вглядывался в размазанные брызги крови, похрустывая пальцами. Куноичи собралась сказать что-то едкое, лишь бы он не смотрел на нее таким взглядом, но губы Кадзекаге мягко коснулись щеки.       Ино замерла, не в силах пошевелиться. Она думала лишь о том, что их мог кто-то увидеть, но тело реагировало иначе. Оно готово было сорваться в такие желанные объятия, наплевав на все.       Гаара быстро отстранился, делая вид, что ничего необычного не произошло.

***

      Уже стемнело, и шиноби вынуждены были сделать привал. Гаара остался дежурить у догорающего костра, греясь и размышляя. Ино спала рядом с Шикамару, целомудренно соблюдая дистанцию. Гаара с упоением наблюдал, как равномерно вздымается и опускается ее грудь, укрытая плотным жилетом, как по лицу бегают тени от огненных языков. Взгляд задерживается на тонкой линии пореза, и челюсть сжимается непроизвольно.       Не уследил.       Он вспоминает, как первым ворвался в дом, словно чувствуя, что еще минута ожидания обернётся плачевно. Кровь вскипела в венах, когда ее тело безжизненно грохнулось на пол. Он тогда еще не знал, что это была всего лишь техника ее клана. Ему хотелось броситься к ней, убедиться, что живая — дышит, что кожа все такая же теплая.       Но долг связывал. Скрепя зубами, он велел песку защищать ее тело, а сам бросился спасать Кагую, побледневшую от липкого страха. Он чуть не применил свою смертельную технику на белоглазом ублюдке, но крик Шикамару отрезвил, вернув в реальность.       Живая.       Это все, что ему стоило знать. Борьба прошла, как в тумане, песок все сделал за него, пока бирюзовые глаза неотрывно следили за движениями куноичи. Даже, казалось бы, загнанная в угол, она не сдавалась, не просила помочь ей, а самоотверженно рвалась вперед. Гаара был уверен, что даже без помощи Шикамару, она бы вышла победительницей.       Повинуясь необъяснимому порыву, он подошел к ней настолько близко, что тонкий цветочный аромат безжалостно ударил в ноздри. Ее пальцы осторожно сжали его собственные, нерешительно, будто спрашивая разрешения, и он позволил электричеству пройтись по всему телу.       А потом был поцелуй — неожиданный порыв, всплеск, его губы на ее щеке и привкус крови на языке. Гаара облизал губы, еще сохранившие солоноватый вкус.       Он перевел взгляд на Кагую, спящую совсем близко — беззащитную тростинку, тянущуюся к нему, как к солнцу. Она была из тех девушек, которых только на руках носить — милая, добрая, готовая не просто всегда выслушать, но и в омут прыгнуть, если понадобится. Гаара нерешительно убрал спутавшиеся прядки с ее лица. Ее бы защищать — такую хрупкую, только докоснись — сломается, прогнется, как ветвь на ветру.       Вот она — та девушка, что сможет подарить ему ту любовь, что грезится во снах.       Как жаль, что его сердце уже пленил сладкий цветочный аромат.