Ты мне нравишься таким, какой ты есть

POV Хибари И что это вообще было? Сейчас я не понимаю, я ли это был несколько минут назад или кто-то другой. Вообще, что на меня нашло. Наверно, я повел себя ужасно, так раскаиваюсь, но, неужели, мне показалось, что Тсуне было сложно остановиться, что он чувствует и правда ко мне или не ко мне нечто большее, чем дружба. Я какой-то частью себя не мог признать, что это все правда. Я даже не знаю, не вру ли себе, не даю ли ложную надежду. В один момент мне кажется, что все ясно и понятно, но потом меня начинают одолевать сомнения. А что, если я, вернув память, пойму, что ничего не чувствую к Тсуне? Мне кажется, я нанесу ему такую боль, какую он точно не заслуживает. Может, лучше оставить все как есть? Нет, от этого еще хуже, я же замечаю, как он страдает. Но как бы ни пытался, ничего вспомнить не могу. Наверно мне нужно что-то предпринять, но вот что. Я замечаю, что его тянет, что меня влечет, но правильно ли это, может это не я, а созданный образ сейчас или наоборот раньше. Не хочу скрывать, что у меня даже не закралось сомнений в своих действиях, если бы он меня не остановил, то мы бы оказались близки. Странно, но меня не пугает это, мне страшно, что потом он раскается в том, что подарил себя не тому человеку, но будет уже поздно, слишком поздно. Как бы я хотел, чтобы все было просто и понятно, но это жизнь, здесь не может быть идеального варианта, во всем найдется какой-то недостаток. Что же принесет завтрашний день, не станет ли он решающим или все будет по-прежнему. Почему у меня чувство, что я скоро найду ответы на все вопросы, возникающие в моей голове. Странно это все, но как бы хотелось, чтобы в действительности все оказалось именно так, чтобы я мог честно посмотреть в глаза Тсуне и сказать,что чувствует к нему настоящий я, а не тот, кто я сейчас. Но для этого должно случиться чудо, но какова вероятность? Наверно, малозначительна. Но пока она есть, стоит бороться... the End POV Хибари На следующий день, стоило лишь пробить двенадцать часов, как пришло известие о том, что на сегодня назначена миссия. Время затишья кончилось и пора вмешаться Вонголе, чтобы ликвидировать угрозу на корню. Задача казалась вполне выполнимой, хотя нельзя сказать, что уж очень и легкой. При всем уровне противника, проблем бы не возникло, если бы в их рядах было все нормально, чего не предвиделось. Гокудера хоть и оправился, но пока не мог принимать участия, Ямамото странно себя вел и проявлял излишнюю заботу, так что с этих спрос был небольшой. В результате всего оказалось, что кроме Тсуны да Хибари послать и некого, да все и не сомневались, что этого достаточно, точнее делали вид. Как оказалось, противник был сильнее в разы, чем о нем говорили, а так как толку от Хибари в его нынешнем состоянии не было особого, уже через какое-то время силы Тсуны были на исходе, а враг завладел положением, чувствуя свое преимущество. Бросив взгляд на беспомощно озирающегося Хранителя Облака, мужчины рассмеялись, и сильно толкнув Саваду в сторону, повернулись к Хибари. - А нам наш босс говорил, что ты силен. И где этот хваленный Кея, - спросил один из врагов, беря, за шкирку Хибари и со всей силы ударяя в живот. - Ты жалок. Ну чтож, смотри, как мы разделаемся с Савадой. На какой-то миг Кея потерял сознание от боли, от удара, от того, как неудачно упал на землю, а когда очнулся, перед глазами все плыло, но появилась такая злость, раздражение, что хотелось всех разорвать в клочья. Увидев ссадины, разбитую губу у Тсуны, то, как замахивается на него один из нападавших, Кея про себя выразился весьма не литературно и в считанные минуты сократил отделявшее расстояние, а затем со всей силы ударил мужчин. - Забью до смерти, - прошипел Облако на раз, два, три отшвыривая врагов, которые судя по крикам, явно подвернули и или сломали что и потеряли сознание. Но их состояние мало волновало Кею, а вот то, что Савада от слов Хранителя стал трястись и отступать, нервировало. - Кея? - произнес Тсуна, не веря своим глазам, чувствуя, что ноги подкашиваются, что вот-вот упадет. Так бы и произошло, если бы в последний момент его не поймал Хранитель. - Ты все помнишь? - Даже слишком многое, - прошептал Хибари, сильнее прижимая к себе Саваду, игнорируя тот факт, что все тело болит. - Что ты там говорил про свои чувства? Как видишь, я вернулся.... - Ты и это помнишь, - чувствуя, что от страха и радости одновременно сейчас отключится, спросил Тсуна, непроизвольно закидывая руки на плечи Кеи, начиная проводить пальцами по шее. - Забью до смерти, если кому-то расскажешь, как я пек пироги, - прошептал Облако на ухо Десятому, а затем провел языком по мочке уха парня. - Так что там про чувства? - Если ты все помнишь, то знаешь, какие они, - сказал Тсуна, сходя с ума от прикосновений, от того, что вот он, его любимый, желанный мужчина. - Ты распинался не передо мной, а перед этой няшной хренью, так что будь добр..., - уже немного обозленно произнес Кея. - Люблю я тебя, люблю таким, какой ты есть. Что не понятного??? - взорвался Тсуна и хотел еще что-то сказать, но его надеждам было не суждено сбыться. Страстный поцелуй с привкусом крови как собственной, так и любимого человека, разрушил все планы. От проникновения языка, от той волны удовольствия, которую приносила эта далеко не невинная ласка, Савада сошел с ума, не стал мешать пальцам, оказавшимся под рубашкой, так удачно задравшейся вплоть до поясницы. Сознание подкидывало мысли, но сейчас было не до чего то разумного. До Тсуны не сразу дошло, что Кея остановился, что он уже которую минуту смотрит на него в ожидании чего-то. - А ты меня не хочешь спросить? Что я чувствую? - поинтересовался Облако, не выпуская из объятий Десятого. - Хочу. Хибари, ты...., - начал говорить Тсуна, но запнулся. - Любишь меня? - Забью до смерти, если еще раз спросишь, - с угрозой произнес Облако, смотря немигающим взглядом на парня. - Хочешь сказать, что сомневаешься? Стал бы я тебя спасать, если бы не любил. Конечно, я тебя люблю и давно по идее, но, знаешь ли, до потери памяти меня это не сильно радовало... - И что изменилось? - тихо спросил Савада, чувствуя, как сердце начинает сильнее биться в ожидании ответа. - Я изменился. Понял, что ты, какой бы помехой не был, все равно для меня важнее всех, - произнес Кея, начиная снова целовать любимого в шею. - Найдем место поукромнее? - Да, - на выдохе ответил Тсуна, чувствуя, как кожа горит от губ Облака, как кружится голова. - Тогда сегодня ты сегодня будешь впервые в нашем доме, - шепотом сказал Хибари, беря возлюбленного за руку и идя с ним так в сторону своей квартиры. - Наш? - поинтересовался Тсуна, получив в ответ усмешку и очередной поцелуй. - Забью до смерти, - выразил мысль весьма доходчиво Облако спустя пару минут. - Моя квартира теперь и твоя. Ты думаешь, что я тебя из нее выпущу лишний раз.... Обойдешься. Как пара дошла, они не помнили, впрочем, как и то, с какой скоростью они избавились от лишней одежды, раскидав ее по всей квартире. Сейчас было все не важно, думать они будут потом, а сейчас каждый пытался зацеловать сильнее, доказать, что любит больше, оставить больше следов. Савада забыв о всякой стеснительности, гладил спину любимого, опускаясь к его бедрам, ставил засосы на шее, выгибался под ласками, позволял Хибари проводить дорожки поцелуев по самым чувствительным местам. Когда Кея добрался до возбужденной плоти любимого, Десятый прикусил губу, но не стал противиться, наслаждаясь тем, как пальцы, а затем и губы ласкают его член, как все тело горит от нахлынувшего желания, как не в силах сдерживаться, он кончает. Проходит несколько минут и Тсуна опрокидывает на спину Хибари, ловит его немного удивленный и одновременно восхищенный взгляд на себе, еще сильнее заводится и начинает целовать соски Хранителя, обводить их языком, затем спускаться ниже, к животу, чувствуя, как напряжен любимый. Едва оказавшись между ног Кеи, парень не сомневаясь и минуты, начинает ласкать член Хибари, беря его в рот настолько глубоко, насколько может, слыша стоны мужчины, ощущая его нескрываемое удовольствие. Резкое отстранение и прикосновение к бедру дают понять, что отступать уже некуда, да и кто собирался это делать. Немного не приятные ощущения, когда палец Хибари оказался в теле Тсуны, сменился наслаждением, когда мужчина добавил второй и обнаружил нужную точку, а затем и третий, сводя движениями Десятого с ума, который раздвинул ноги в порыве страсти и стал насаживаться самостоятельно. Выдержке Кеи пришел конец от такого и он быстро вошел в Тсуну, заставив того охнуть и укусить Хранителя в плечо, заглушая стон вызванный болью. Но Хибари не мог просто остановиться и продолжил двигаться, понимая, что все слишком быстро, не так, как должно быть в первый раз, но он хотел Тсуну, хотел брать его именно так, неистового, немного жестко, оставляя следы по всему телу, входя под разными углами, меняя темп. От громкого стона и того как Савада выгнулся, когда Хибари задел простату мужчины, Кея сошел с ума и стал еще быстрее двигаться доводя любимого до оргазма. После такого бурного первого раза, Хибари и подумать не мог, что его ожидает весьма приятный сюрприз от Десятого, который весьма доходчиво намекнул на ушко, что не против повторить, а затем смело опустился вниз и доказал повторно свое желание на деле, в этот раз лаская член более смело, заставляя Кею толкаться ему в рот, забывая о всякой осторожности, нормах поведения в первую ночь. Тсуна был не такой уж скромник в постели, что не могло не радовать Облако, который в тайных фантазиях так это все и представлял, но не мог и подумать, что все это может быть в реальности. Когда Тсуна встал на четвереньки и чуть раздвинул ноги, Кея взвыл от желания и не стал упускать шанс, резко входя в Тсуну, а затем, останавливаясь чтобы мужчина сам стал насаживаться, а затем снова начиная двигаться в такт, доводя любимого до безумия, чувствуя каждой клеточкой тела, как хорошо им вдвоем, как они понимают желания друг друга. Когда же Савада изъявил желание попробовать и другие позы, сел верхом на Хибари и стал двигаться, будто проделывал это уже не раз, Хранитель на секунду усомнился в том, так ли был невинен ли Тсуна. Но когда он увидел растерянность любимого, вызванную задумчивостью Облака, когда они лежали утомленные в объятьях друг друга, вопрос отпал, но Савада бы не был собой, если бы снова не удивил. - Я знаю, о чем ты думаешь, любимый. Да, я, наверно, перестарался и теперь ты думаешь, что я был до тебя с кем-то и вообще развратный, но ты мой первый..... - тихо произнес Тсуна, краснея и закрываясь одеялом. - И да, мне нравится вот так. Я так и представлял наши ночи с тобой. Я тебе, наверно, такой не нравлюсь.... - Ты мне нравишься такой, какой ты есть и я не сомневаюсь, что ты не был ни с кем до меня, а теперь спи, отдыхай, а то забью до смерти, - произнес Кея, а Десятый лишь улыбнулся и закрыл глаза. Никогда еще угроза смертью не казалась милой и приятной.... Моя музыка BORN – Psycho Diva Born – Felony Nega – Yoru ni Aru Kibou, Asa ni Kuru Zetsubou