Лучше бы ты сд*х, Джек Роллинз!

Брок через оптику наблюдал, как Гамаль Фавзи пил то ли чай, то ли кофе, сидя за столиком и любуясь мутными водами Нила. Казалось он был чем-то озабочен – на его лбу пролегла глубокая складка. Возможно он обдумывал новые сделки и подсчитывал прибыль от них, кто разберет этого зажравшегося и обезумевшего от вседозволенности ублюдка! Брок переместил бинокль чуть в сторону, чтобы получше изучить сад возле дома миллиардера. И тут его сердце забилось быстрее: из дома вышел Джек. Вернее как вышел – его вывели: позади топал крепкий детина, превосходящий Роллинза габаритами. По дорожке они направились к тому месту, где сидел миллиардер. Когда Джека подвели к Фавзи, тот махнул рукой охраннику, чтобы убирался. Видимо настолько был уверен в том, что Джек пальцем его не тронет. В который раз Брок задался вопросом: чем он так держит пленника, что Джек, который мог бы играючи свернуть ему шею, терпит явно опостылевшие поползновения в свою сторону. Фавзи что-то сказал Джеку и тот сделал небольшой шаг в его сторону. Фавзи постучал рукой по свободному месту на диванчике, который вполне мог уместить двоих крупных мужчин. Джек, чуть поколебавшись, сел. Улыбаясь, Фавзи придвинул ему чашку и подтолкнул сигару, собственноручно помог прикурить. Джек затянулся, после чего сделал глоток. Это напомнило Броку их редкие совместные утра, когда они проводили ночь вместе, а утром завтракали. Джек не ел ничего, только пил кофе. И курил. Сигары. «Блядь!» - выругался мысленно Рамлоу, у него от тоски по прошлому сжалось сердце. Фавзи что-то говорил Джеку, тот отвечал. А Брок любовался: легкий утренний ветер шевелил джековы волосы, зачесанные назад, легкая белая рубашка то закрывала, то открывала вид на могучую шею, на которую Фавзи положил свою лапищу и заставил Джека придвинуться ближе. Потом присосался к ней как вампир. Джек не дергался, хотя судя по тому, как он морщился, Брок понял, что это ему совсем не нравится. Стоило Фавзи отлипнуть, лицо Джека снова приняло бесстрастное выражение. Фавзи положил ему свою руку на пах, а затем сместил ее вниз и принялся мять член через легкие штаны. Отвернул ворот рубашки второй, свободной, рукой и впился в грудь Джека губами. Так продолжалось несколько минут, и все это время Брок скрипел зубами. Ему не нравилось, что кто-то лапал Джека, а тот не мог поставить урода на место, хотя обычно не разменивался и бил в морду любого, кто делал то, что выходило, по мнению Роллинза, за рамки приличия (поэтому Брок долгое время побаивался к нему приближаться с предложением потрахаться, хотя на жопу Джека залипал не по-детски). Наконец Фавзи отлип от пленника и что-то недовольно проговорил. Джек поднялся с дивана и встал перед миллиардером, приспустил свои штаны до колен. Фавзи ухватился за его член и стал теребить его своими пальцами, смотря при этом прямо в глаза Джеку, и попутно что-то продолжал спрашивать. Джек не отвечал и от этого Фавзи энергичнее заработал рукой. Он старался причинить Джеку боль. Как можно больше боли. От каждого его движения Джек морщился и его грудная клетка ходила ходуном. Но он не отталкивал Фавзи, молча снося все. А Фавзи расходился, и теперь он не только стискивал член, но и оттягивал его вниз и в стороны, дергал со всей силы и все о чем-то допытывался, а, не получая нужного ему ответа, продолжал мучить Джека. Броку даже смотреть на то, как бывший любовник согнулся пополам от боли, было тяжело. Хотелось вскочить на ноги и броситься туда, чтобы убить Фавзи со всей жестокостью. Брок уже обдумал парочку душераздирающих способов, какими он прикончит египтянина, когда доберется до него. Через довольно продолжительное время Фавзи отпустил Джека и тот упал на гравий дорожки, загнанно дыша и закрывая член руками, чтобы хоть немного унять боль. Фавзи злобно оскалился и изо всей силы ударил ногой Джека по ягодицам. А потом еще и еще. Тот попытался закрыться и Фавзи ударил его по руке, а потом надавил на кисть каблуком ботинка, наверняка ломая кости, развернулся и в раздражении зашагал прочь, ни разу не обернувшись. Минут через пять Джек с горем пополам одной рукой натянул на себя штаны и попытался встать, но у него ничего не получилось. Он еще некоторое время пролежал, сжавшись в комок, и пошевелился лишь, когда к нему подошел какой-то мужчина в светлой рубашке и джинсах. Судя по всему европеец. Навряд ли охранник – слишком уж субтильным выглядел, хотя и высоким. Мужчина присел на корточки перед Джеком и что-то начал ему говорить. Джек лежал безучастно, но когда мужчина закончил свою речь, он встал на колени, шатаясь при этом, как после попойки. Не найдя точку опоры чуть снова не повалился, но мужчина подхватил его. Таким образом вместе они доковыляли до дома. Гамаль Фавзи был в ярости: после того, как объявился Рамлоу, американца словно подменили. Если раньше была надежда, что его полувставший член в конце концов извергнет семя во время любовных утех с ним, самим Гамалем Фавзи, то теперь эта надежда таяла как дым. У американца вообще не вставало. Даже на пол сантиметра. Член висел, не подавая признаков жизни. От злости Фавзи чуть не оторвал ему его причиндалы и только нежелание расстаться со своим рабом, с которым досыта еще не наигрался, заставило его разжать руку и от бессилья избить ногами по чему придется. В раздражении Фавзи прошагал к дому, где столкнулся с психологом. Тот все видел через окно. Англичанин покачал головой. - Так вы только отвратите его от себя, - произнес он. - У меня такое чувство, что я зря трачу на вас деньги! – взвился Гамаль Фавзи. – Пользы никакой абсолютно! Этот америкашка ни разу не кончил! А теперь так вообще импотента из себя строит! - Если вы не доверяете моему опыту и я вам больше не нужен, выпишите мне чек и я уеду. - Займитесь лучше своими прямыми обязанностями, доктор, - Фавзи махнул в сторону Джека и скрылся из вида. Психолог вздохнул и отправился к Джеку. Ну вот как объяснить деспоту, что такой сильный человек, как американец, который хоть и не лидер по натуре, все равно не прогнется под его желания так просто. Ну не зря же он все таки стал замом в одном из лучших подразделений. Навряд ли бывший командир наградил его должностью за постельные утехи, которые тот ему оказывал. Психолог был уверен, что американец честно заработал свою должность. Поэтому исходя их психотипа данного субъекта, необходимо было действовать аккуратно, постепенно вложить ему в голову те мысли, которые он будет принимать за свои. Людей такого сорта нельзя сломать, но их можно вынудить поверить в полуправду, если быть достаточно убедительными. Правда для подобного нужно время, с наскока ничего не получится. И у них уже начало получаться и если бы не досадная оплошность в виде бывшего командира, который всколыхнул в своем заме ген упрямства, в душе того не появилась бы надежда. Да, американец вдруг стал надеяться на подсознательном уровне, что бывший любовник-командир вытащит его, как, наверняка, бывало ни раз в прошлой, боевой, жизни. «Боевое братство во всей красе, помноженное на желанного любовника, черт его возьми!» Что ж, придется убивать надежду, выкорчевывать ее, так сказать. Рано или поздно это получится сделать. Если предотвратить дальнейшие встречи с Рамлоу дело пойдет гораздо быстрее. Или… - психолог призадумался, ему вдруг пришла в голову гениальная идея. Или же заставить американца разочароваться в своем командире. Правда, как это сделать, еще только предстояло придумать. Между тем психолог помог добраться Джеку до кабинета, в котором обычно проводил свои сеансы. Вот и теперь он собирался устроить внеочередной сеанс, чтобы постараться исправить глупость Фавзи. Задача предстояла не из легких: заставить поверить Джека, что срыв господина был всего лишь досадным недоразумением, вызванным плохим поведением его самого. А вообще Гамаль Фавзи желает Джеку только добра, но как и у всех нормальных людей у него случаются курьезы, особенно когда он столько сил и саму душу вкладывает в их отношения, а Джек этого не ценит и рад видеть Рамлоу, которому он в принципе не сдался. Для сессии психолог заставил Джека расслабиться, уложив на кушетку, включил успокоительную музыку и использовал слова-образы, которые внушат Джеку, что Фавзи хороший человек, а Рамлоу – самовлюбленный сластолюбец, заводящий романы направо и налево. Ясно как день, что Джек был для него всего лишь удобной подстилкой, и выбрал он его потому, что Джек находился рядом, а искать ему кого-то для сброса напряжения после операций было лень. - Он случайно увидел тебя и поскольку считает, что ты бросил его, то постарается сделать все возможное, чтобы вернуть. А потом бросить. Так поступают все эгоистичные люди, Джек. Без этого он не сможет спокойно жить, а вовсе не из-за того, что ты ему нужен. И пускай Джек не поверит в это ПОКА, но в дальнейшем, если его изолировать от контактов с бывшим любовником, который действует на него в отрезвляющем ключе, это станет непреложной истиной, особенно после того, как повторять ему об этом несколько раз в день. «Вода камень точит», - подумал психолог, отмечая, что ему также нужно будет поговорить и с Фавзи, чтобы выработать общую стратегию. - Если вам нужен американец, то вы должны прислушаться к моим словам. - У меня кровь бурлит, когда я вижу, как он реагирует на Рамлоу. На меня он ни разу так не смотрел. - Это пока. В будущем я вам обещаю, американец станет смотреть на вас как на божество. - Вы пытались убедить меня в этом несколько месяцев назад, но я так и не заметил изменений! Сколько мне еще нужно ждать?! – вскричал раздраженный Фавзи. - Вы не правы, - осторожно вставил психолог. - Да что вы?! – с издевкой протянул Фавзи, глядя пристально в глаза англичанина. - До вечера в клубе, американец был покорен. - Это потому, что я крепко держу его за яйца, - Фавзи сжал свою руку в кулак с такой силой, что пальцы хрустнули, - в переносном смысле, разумеется. Он знает, чем неповиновение может закончится. Поэтому терпит. Но всего лишь терпит. А вы обещали мне, что он будет желать меня не меньше, чем своего Рамлоу! – Фавзи притопнул ногой. – Отвратительно! - Не сгущайте краски, господин Фавзи. Все идет по плану, просто возникли непредвиденные задержки. - И как же нам с этим справиться? - Есть один способ. - Да? И какой? - Вы должны заставить американца разочароваться в своем бывшем любовнике. И для этого они снова должны увидеться. - Я не собираюсь позволить им еще хоть раз пересечься! – Гамаль скрипнул зубами. – Иначе он его никогда не забудет. - Дело не в том, забудет или нет. А в том, какая память о нем у него останется. Фавзи вкинул брови и посмотрел на доктора. - У меня есть план, - улыбнулся тот.