Месяц спустя
Спустя такое долгое время, многое между ними изменилось. Теперь когда они вдвоём, переходят на ''ты''. Да и сами разговоры стали более дружескими. Они обменялись номерами телефонов. Также встречи стали проходить не только в субботу. Многое изменилось. И такой исход событий нравился, как Эндрю, так и Алексу. Но парню не нравилось то, что в последнее время они перестали продвигаться. Остановились на дружбе, а ему хотелось большего. И вот в одну из встреч, он решил перейти эту черту.***
За окном шум и гам: люди шумят, собаки лают, птицы трепещут. Всё и вся показывают, что сегодня день рабочий и последний. Это же пятница. Школьники идут домой отдыхать, но не наша банда. Вместе они шли от школы до дома Алекса, и о чём-то интересно болтали. Идея позаниматься сегодня, была идеей Эндрю. — Вы ведь устали за эту тяжкую неделю. Так ещё у вас бумажная работа на дом, поэтому лучше сегодня, чем мучить вас в субботу. — Приятно знать, что ты хороший и понимающий человек, Эндрю. Мужчина вставил ключи в замок, сделал пару поворотов, и дверь теперь открыта. Усталой походкой Алекс зашёл в квартиру, и уже по привычке предложил гостю пару махровых тапочек. Эндрю с привычным «спасибо» принял их. Оба в гостиной. Эндрю положил рюкзак рядом с диваном, и на него же сел. Алекс расстегнул пару верхних пуговиц. — Не против, если я быстренько переоденусь? — Н-нет. Что ты? Конечно, нет, — парень немного покраснел, и пытался это скрыть, смотря куда-то в стол. — Вот и славно. Блондин направился в спальню, выйдя из которой был уже в привычной нам и Эндрю одежде. Он прошёл к кухне, и наполнив чайник водой, поставил его закипать. — Думаю, от кружки чая ты не откажешься? — И правда. Нет откажусь. Алекс сел рядом с ним, после чего взял бумаги в руки. — Хмм… Окей. Думаю, ещё пару таких занятий, и ты уже сможешь заменить меня в школе. — Нет. Не дождёшься. Твои уроки лучшие, и мне не хочется их терять. — Спасибо за комплимент. Алекс опустил руки, и уже полностью расслабился. — Настолько устал? — Да. Эта неделя и правда была немного тяжкой. Парень положил голову на плечо Эндрю. Оба сидели молча. Так продолжалось до того момента, пока чайник не начал свистеть. — А вот вода вскипятилась. Алекс быстро поднялся с дивана, словно печка уже горит. Он плавно и медленно залил в кружки воду, и жидкость начала приобретать нужный цвет. Немного сахара, пару печенек, и вот он снова у дивана. — Я залил, как обычно. — Мой любимый с персиком, и с двумя ложками сахара? — Именно. Подождав минуту, они принялись к чаепитию. Алекс попивал обычный черный чай, а Эндрю, как мы уже знаем, свой любимый персиковый чай. На столе, рядом с кружками, стояла тарелка с печеньем двух видов. Разве может быть момент прекраснее этого. Одним словом — умиротворение. Алекс выпил половину кружки, и остановился. Поставив предмет на стол, и прикрыв глаза, он снова положил голову на плечо, уже друга. Тот же, в свою очередь, просто наблюдал. Он глядел на это спокойное и любимое личико. Эти изгибы. Он любил всё, на что он смотрел. Ресницы, глаза, нос, щёчки, и губы. Губы, которые притягивали сильнее магнита. «Разве не момента лучше, чем этот?» — искрой пронеслось у Эндрю в голове. Действия не заставили ждать. Он медленно положил ладонь на его щёку. Глаза Алекса раскрылись, и прозвучал вопрос: — Что такое? И только он договорил, как почувствовал прикосновение сладких, как персик, губ. Когда Алекс понял, что происходит, то сразу пытался оттолкнуть его. — Эндрю… Подожди. Парень не останавливался, лишь набирал обороты. Он схватил блондина за талию, и притянул ближе к себе. — Нам нельзя, Эндрю. — Почему же? Парень остановился, и пронзительно смотрел на учителя. — Это против правил, да и к тому же ты мой ученик. Я не могу. — Скажи, Алекс. Как давно ты знаешь, что я люблю тебя? — М-месяц. — И ты был со мной всё это время. Почему? Алекс молчал. — Ты ведь мог тогда уйти. Что тебе помешало? Эндрю поцеловал его ладонь. — Я… Я не знаю. — Тогда, почему согласился быть моим репетитором? В этот раз поцелуй перешёл к ключице. По коже Алекса начали ходить мурашки. — Я не знаю. — И тогда последний вопрос. Он остановился в сантиметре от его губ, и пристально смотрел ему в глаза. — Хочешь чтобы я остановился? Пошло секундное молчание, и затем желанный ответ. — Нет. После ответа, их губы слились в страстном поцелуе. Их языки кружились в танце, подобный вальсу. Пламя внутри каждого разгоралось всё сильнее и сильнее. Вещи летели на пол. Они перебрались в спальню. А дальше стоны, и больше ничего. Только они, и только вдвоём.