рождество Луз Носеды или как Эмити Блайт в гости шла.

За окном было не видно почти ничего, кроме снега, который, казалось, и не собирался переставать идти. Все, что могло бы помочь узнать, где ты, было покрыто огромным слоем белого снега. На каждом доме висело множество новогодних гирлянд, в самих домах горел свет и было слышно, как люди готовятся к Рождеству, которое должно было вот-вот наступить. Луз сидела на подоконнике, наблюдая за детьми, которых выпускали на улицу только в виде огромных круглых человечков, обмотанных шарфами. Родители не забывали даже одеть очередную пару носков и самых плотных и теплых курток, застегнутых на все пуговицы. Больше всего Луз не понимала родителей этих детей, которые лишь сидели в теплых домах, смотря на своих детей. Луз оглянулась. Ее дом был также обвешан десятками гирлянд, которые, как ей казалось, смотрелись прекрасно. На столе стояла чашка с еще горячим какао, которое так великодушно сварил ей Каспбрак, приходивший проверить ее и в очередной раз прочитав лекцию о том, что в такую погоду можно моментально заболеть. Но даже его сейчас не было здесь, а Луз осталась дома одна. Она аккуратно спустилась с подоконника, взяв чашку с какао, и поднесла чашку ко рту, делая глоток. Девочка закрыла глаза от удовольствия, когда горячий напиток прошелся по глотке, мигом согревая ее. Сделав еще один глоток, Носеда перевела взгляд на небольшую елочку, которую совсем недавно бережно украшала, стараясь сделать все чтобы это понравилось одному прекрасному человеку. Она часто наблюдала за людьми и их традициями. Каждый из них мог похвастаться тем, как они "оригинально" украшают их елку, либо как у них все хорошо. На самом деле, большинство людей слишком похожи на друг друга, а их традиции и действия почти ни чем не отличаются. А те единственные, которые чем-то отличаются от обычного серого общества считают себя самыми простыми. Большинство из серого общества считают, что девушка не может любить девушку и наоборот. Но если Луз не относится к этому обществу, нормально ли то, что она влюбилась в девушку? Немного поразмыслив, Луз остановилась на мысли, что в Эмити Блайт не влюбиться просто не возможно, поэтому это не ее вина. Продолжая держать чашку с горячим какао, девочка подошла к елочке, аккуратно толкнув пальцем красную елочную игрушку. Стеклянный шарик был посыпан небольшим количеством звездочек, отчего тот казался более красивым и завораживающим. Луз улыбнулась, с большим интересом продолжив рассматривать новогодние игрушки, не забывая пить какао. Закончив рассматривать последний шарик, который, кстати, был золотой и стеклянный, на нем была нарисована елочка, очень похожая на ту, которую сегодня украшала Луз, девочка пошла в свою комнату. Положив подушку и одеяло на подоконник, который, к счастью, оказался большим и широким, она залезла туда, устроившись поудобнее и, сделав последний глоток, поставила пустую чашку на стол. Носеда, которая совсем недавно была уверена в том, что не сможет даже глаза сомкнуть за весь день, легко и быстро провалилась в сон.        Конечно, из всех вариантов, что были у Эмити, ей надо было выбрать именно "все будет хорошо, я успею". Из всех мыслей, что были у Эмити, ей надо было выбрать именно "магазины не могут не работать поздно тридцать первого!". Сейчас она неслась по освещенному фонарями городу, едва успев забежать в магазин, чтоб купить для Луз ее любимую шоколадку и длинную гирлянду с ее любимыми цветами, которой так не хватало Луз. Еще Эмити купила ей другой подарок, который она завернула в рождественскую упаковку, чем она очень гордилась - хоть что-то она не оставила на последний момент. Блайт очень любила Рождество и, черт возьми, знала насколько это важно для Носеды. Девочка часто говорила Эмити, как хочет устроить ей лучшее Рождество, который та никогда не забудет. Времени было в обрез, а Эми бежала к дому Лу, постоянно оббегая замерзшие лужи и, к счастью, даже не поскользнулась ни разу. Наконец оказавшись около небольшого одноэтажного домика, чья крыша была покрыта толстым слоем снега. На двери висела небольшая снежинка, аккуратно вырезанная из куска бумаги. Блайт усмехнулась, заметив, что наклеена на дверь она на том месте, куда бы дотянулась Луз. Беверли потянулась к снежинке, дотронувшись пальцем до бумаги. Улыбнувшись, она постучала в дверь. Ответа долго не было, но вскоре за дверью раздался тихий голос. - Кто? - Луз встала на носочки, пытаясь посмотреть в глазок. - Эмити. - девочка улыбнулась, когда та отперла дверь, посмотрев на Блайт. Лу раньше видела то самое письмо одного мальчика из города Эмити. Твои волосы - угли в январском костре, и я в нем сгораю. Лу взглянула в глаза Блайт, когда в ее голове пронеслись эти слова. Она внезапно почувствовала это на себе. Посмотрев только на улыбку, появившуюся на прекрасном веснушчатом лице, Луз поняла, что не может оторвать взгляда. - Прости, я, возможно, опоздала. - Блайт подошла ближе, смотря прямо в глаза Лу. - Все нормально. - Лу улыбнулась, пройдясь взглядом по Эмити, замечая небольшой пакетик в ее руках. - Что это? - Это? - Эми тоже перевела взгляд на пакет. - А это ты откроешь в полночь. - В двенадцать-ноль-ноль? - девочка не отводила взгляд от красивого пакетика, из которого была видна зеленая коробочка. - Да, в двенадцать-ноль-ноль. - Блайт усмехнулась, заметив ту самую небольшую елочку, стоящую напротив стола. - Ты нарядила елку? - А еще повесила гирлянды по всему дому. - Луз начала показывать все украшения, которые она сегодня так старательно развешивала. - Это будет самое волшебное и запоминающееся Рождество. - Да