Знание — сила!

      Противный визг тормозов заглушает шелест ливня, удар, вспышка боли и спасительная тьма беспамятства. «Кто здесь?» — спрашиваю беззвучно тьму, почувствовав чье-то присутствие. Ответом стал целый водопад образов. Вот он-я, будучи маленьким мальчиком, еду в машине с родителями по горному серпантину. Мама с папой ругаются. Мне от этого плохо. Я люблю обоих! Свет фар встречной машины, отец дергает руль. Страшный удар, еще один, картинка кувыркается, больно, кажется он-я кричит. Потолок, обычный беленый потолок больницы, пищат приборы, скашиваю глаза и вижу капельницу. Новая порция воспоминаний — похороны родителей, добрая двоюродная тетя, занимающаяся сиротами, приводит в детский дом*. Черная депрессия, травля детишками его-меня, бедный ребенок. А ведь всего-то из-за пережитого на нервной почве мальчик по ночам из-за кошмаров начал писаться. Увы, хоть через год это и прошло, но славу и кучу обидных прозвищ он заработал. Занятия в соседней школе, интернатская жизнь изгоя и необычные явления — выбросы детской магии. Одинокий одиннадцатый день рожденья и неожиданно пришедшее летом письмо. В буквальном смысле, нет, не на своих ножках, его принесла лично чопорная дама, представившаяся как Минерва МакГонагалл, профессор школы чародейства и волшебства «Хогвартс». Вот тут я изрядно прибалдел, это что же, я стал попаданцем, верней вселенцем в мир Гарри Поттера вышедший из-под пера незабвенной матушки Ро? Офигеть.       Последний информационный пакет, доставшийся от бывшего владельца тела, это явственно подтвердил. Поход в волшебный квартал, закупка всем необходимым к школе, строго по списку и в минимально допустимом количестве. Как-никак сирот чуть ли не на общественных началах спонсируют, а фонды не резиновые. Мизерные, надо сказать, фонды. Учебники и мантии были у старьевщика приобретены, как и котел. Телескопа личного вообще не купили, мол с кем-нибудь скооперируешься, малыш. Почти месяц в ожидании чудесной сказки, скрашенный чтением учебников. И вот он, счастливый день первого сентября! Волшебная платформа, чудесный раритетный паровозик. Поездка до «Хогвартса» под болтовню соседей по купе. Страшный в своей лохматости и размерах Хагрид, лодочки, плывущие сами по себе в промозглом тумане. Величественный седой замок, от которого буквально веет мощью и историей, украшенный огнями святого Эльма. Суровая профессорша, призраки, от которых я-он чуть заикой не стал. Зал с проекцией неба и сотнями, если не тысячами парящих свечей. Убогие вирши, выданные распределяющей шляпой, дрожащие колени и дичайшее желание найти друзей, как закономерный результат — мальчонка попал на факультет Пуффендуй. Радостные аплодисменты ребят, сидящих под черно-желтым стягом с изображением барсука, ощущение неимоверного счастья и чуть ли не обретения семьи. Разговоры, пир, уютная гостиная факультета, спальня на четверых с кроватями-нишами в стенах, от вида которых у меня возникли ассоциации с капсульными отелями. Вот отсутствие мебели, если за таковую не считать ученические сундуки и крючки-вешалки меня не порадовало. Первые занятия, исчезающая ступенька, полет и смерть. Печально.       Редкий случай. С одной стороны, мальчик очень хотел жить, а с другой, поняв, что смерть вроде как не конец, в нем загорелось желание найти родителей. Вот и нашел он своеобразный выход, верней его магия спонтанно нашла. Притащила душу из-за грани реальности, ну или что-то такое сделала, ни я, ни он, как-то не в курсе подробностей. Зато с детской точки зрения проблема решена. Тело живет, значит, вроде как, и он не совсем ушел, и маму с папой искать можно. Как? Да уж как-нибудь. Его подобное не слишком волновало. Ребенок же.       Вообще, как это ни обидно, я, будучи маглом, находился в полной власти мелкого. Он может и сам не особо это понимал, но я вот, после слияния, или как там просмотр его воспоминаний назвать, беспомощность перед мальчишкой ощущал явственно. Впрочем, было во всем этом два положительных момента. Первый — в результате нашего с ним взаимодействия во мне словно угольки разожгли, как понимаю, я теперь стал магом. Хиленьким правда, ну да лиха беда начало, из искры, как известно, возгорится пламя, главное теперь есть что развивать. Второй сильно положительный момент — время. На дворе 1981 год, так что в скором времени жуть всея магической Англии развоплотится, а великий Альбус будет сильно занят. И пусть про этот промежуток времени мне ничего по сути неизвестно, но логика подсказывает: есть все шансы спокойно отучиться ни во что не влипнув. Тем более барсуки традиционно считаются тюфяками и нейтралами, что мне только на руку.       Обмен принес еще одну порцию интересной информации. Насколько я понял по ощущениям, мы махнулись аурами. Сложно это описать, но попробую объяснить. Душа это в первую очередь некий фундамент, нерушимое ядро, закрепленное в материальной оболочке, причем само оно вроде как вполне себе энергетическое образование. Верней сказать псевдоматериальное, так как ужасно плотное, что ли. У меня почему-то возникла ассоциация с чем-то вроде нейтронной звезды. Впрочем, не важно, главное, что на этой основе есть три, скажем так, оболочки, в известных мне терминах — ауры. Первая, внутренняя, отвечает за физическое состояние тела. Вторая — магическая компонента. В моем случае, до контакта с мальчишкой, данные слои были усушены и сейчас только начали разворачиваться. Откуда они брали энергию или пресловутую ману — без понятия, просто началась выработка магии и все тут. И третий, внешний пласт — ментальный слой. Конечно, четко выраженной границы не имелось, да и вообще срединный слой чем-то вроде сети сосудов и капилляров два других пронизывал, опять же сами они вроде как на фракции что ли делились. Сложно в общем это все. Главное отличие — мое ядро было свободно от материальных оков, а у мальчишки нет. Подозреваю, его при помощи магии удержали, чары там или зелья какие медицинские.       Открываю глаза, во рту кошачий туалет, картинка плывет, в черепе штамповочный цех с перевыполнением плана работает. Живой. Смутное пятно появляется в поле зрения, в рот что-то вливают, какая горькая гадость, но сил нет, да и понимаю — надо пить. Давлюсь, но зелье глотаю. Становится легче, боль не уходит, но отступает, становится терпимей. Новая порция лекарства и глаза закрываются. Да здравствует здоровый сон. Странно было спать и ощущать, как во мне разгорается пламя магического источника. По душе словно мириады электрических разрядов мечутся, этакие микромолнии. За каждым канал остается, по которому мана начинает циркулировать. И главное - непередаваемое ощущение зуда во всем теле. Очень необычно.       Колдомедицина творит чудеса, всего три дня, и я был полностью здоров физически, да и энергетически вполне так ничего. Магии во мне стало в разы больше, хоть до оригинала я на четверть где-то не дотянул. А ведь Джон, как маглорожденный, был весьма посредственным по силе колдуном. Ох и нелегко же мне придётся. Ничего, как говорится были бы кости, а мясо нарастет. Барсуки оказались действительно дружными ребятами, каждый день кто-то с факультета не по разу забегал проведать. Книжки принесли, конспектами поделились, вкусненьким втихушку от мадам Помфри подкармливали. Я, несмотря на свои тридцать с гаком, от такого аж поплыл и чуть не прослезился. Похоже, детское тело и ментальный обмен сказались на мне сильнее, чем я думал. Хотя бесчувственной скотиной и в прошлой жизни не был. Просто мужчины не плачут.       К концу недели, после часовой диагностики и порции укрепляющих, тонизирующих и просто витаминных зелий меня наконец выпустили из школьного лазарета. Аллилуйя! Хоть и было чем заняться, и ребята навещали, но сутками напролет читать лежа в кровати скучно. А главное, мне разрешили колдовать! Плевать, что пока не умею. Научусь еще. Староста лично встретила и чуть не за ручку проводила в гостиную факультета. Логично, замок тот еще лабиринт, опять же забота о первачке. Одно слово — барсуки. Череда похлопываний, расспросы, факультетские и школьные новости, если бы не необходимость делать домашние задания, до вечера бы в свою комнату не попал. И вот он, важный миг. Испытывая неслабый мандраж, беру в руки палочку и чувствую, как она начинает тянуть с меня магию. Не слишком-то приятное ощущение, надо сказать, какая-то чуждость присутствует. Делаю взмах, увы, чуда не случилось, жиденький пучок искорок срывается с конца и, не пролетев и метра, гаснет. Мало того, что слабак, так еще и палочка не совсем подходит. Плохо, ну да кто сказал, что будет легко? Прорвемся!       Отложив палочку, взялся за домашние задания. С точки зрения взрослого человека, в свое время пару высших образований получившего, ничего сложного. На память никогда не жаловался, так что проблемы были не в том, что и как писать, а в том, чем. К бумаге в виде рулона особых претензий нет, конечно, я больше к тетрадям привык, но в общем-то это мелочи. Вот перо и чернила доставили массу незабываемых ощущений. Я не столько писал, сколько аккуратно рисовал. И вот что интересно, каждая черточка стоила мне крошечной капельки магии. Сразу вспомнилось куча прочитанного в прошлой жизни народного творчества, где горемыки вроде меня активно пользовались ручками и карандашами. Фиг вам, господа, маги может и ретрограды, но уж от перьев явно бы в пользу более продвинутых инструментов отказались, не обладай те какими-то пока что неясными функциями. Правда, на кой черт эти микроскопические по сути траты магии нужны, я лично без понятия, но что они явно имеются и все не так просто было ясно. В общем, на каждое эссе пришлось по часу времени убить, в результате непривычные к подобному пальцы ныли, глаза слезились, язык болел. Последнее стало результатом укуса. Вместе с телом мне моторная память перепала, а прошлый владелец тушки имел дурную привычку кончик языка прикусывать, когда над чем-то сосредоточенно корпел. Вот я и перестарался немного.       Начались учебные будни. Первокурсников, словно матери-гусыни, всюду сопровождали старосты. Мне, по понятным причинам, уделялось повышенное внимание, а ну как я снова убиться попытаюсь. Никто из первачков не кочевряжился и взрослость демонстрировать не пытался. Во всяком случае, на нашем факультете идиотов не нашлось. До октября ходили кучкой под присмотром, в октябре нам доверили самостоятельно добираться до столовой, классов и библиотеки. Правда, с условием в одиночку не перемещаться. Ноябрь ознаменовался полным снятием контроля, что меня изрядно порадовало, поскольку развязывало руки. Сама учеба была обычной, в отличие от изучаемых предметов. Почти на каждом занятии нам давали не только теорию, но и уделяли время практике. Отчего урок длился целый час. В принципе, везде, где не требовалось использовать палочку, я мог бы учиться на одни превосходно. Как-никак взрослый разум — огромное преимущество. Но зачем выделяться и привлекать внимание? Образ старательного, но, увы, слабенького и не хватающего звезд с неба студента, мне весьма импонировал.       Неприветливым ноябрьским воскресным утром добрался до восьмого этажа и порадовался наличию картины с тролльим балетом. Мысленно перекрестившись, чтоб Выручай-комната была реальной, сосредоточился на желаемом и начал мимо эпичного полотна фланировать. На третьем проходе в стене возникла дверь. Выдохнув, ибо даже не заметил, как дыхание задержал, с заполошно колотящимся сердцем потянул за ручку и, зажмурившись, шагнул внутрь. Поймав себя на каком-то детско-девчачьем поведении разозлился и, наконец, открыл глаза. Как там, в рекламе: Шок — это по-нашему. Вот очень точно суть отражает. Уходящий вдаль стеллаж, заставленный книгами, массивное и даже на вид удобное кресло, плюс тяжелый, широкий стол с парой магических светильников. Сделал несколько шагов, сосчитал количество книг в отмеренный промежуток вошедших, прогулялся, посчитал. Присел за стол, чертовски удобное кресло, задумался.       Итак, просьбу дать упорядоченный набор литературы для получения максимально полного, всеобъемлющего и качественного образования выручай-комната выполнила. Что ж, это даже не рояль, это целый орган в кустах. Вот только грубый подсчет дает порядка восемнадцати тысяч книг. Даже если по одной в день читать, дел на какие-то несчастные полвека. Что, естественно, устраивать не может совершенно. Тут еще не стоит про такой момент забывать, знать - не значит уметь. Чисто книжное, полностью теоретическое образование далеко не везде применимо. К тому же, без идеальной памяти от такого количества книг не слишком много толку будет.       Пришлось подумать над формулировкой уточнения к запросу и вновь туда-сюда пошататься. В принципе, ничего не изменилось, только на столе две книги появилось. Обе за авторством основательницы факультета умников Кандиды Когтевран. Первая, что примечательно, была ее учебником по ментальной магии для первого курса. Скорей даже изрядно разжиревшей брошюрой. Вторая книга была практическим пособием по артефакторике, этакая книжица из серии «Сделай сам». Все бы ничего, да только написано было хоть и по-английски, слава Магии, но только не современным языком, печаль-беда-огорчение. Пришлось третий раз погулять, увы, выручай комната переводить ничего не стала, лишь добавила на стол толстенный самоучитель. Который, к тому же, еще и вынести не получилось. Развеялся, гад, прямо в дверях. Пришлось топать в обычную библиотеку и там спрашивать мадам Пинс об аналогичном талмуде. Хвала Мерлину, искомое нашлось и даже в нескольких вариантах. Забрал все три, мало ли где как разные темы объясняют.       Халявы не перепало, так что для того, чтобы узнать, как учиться, пришлось сперва научиться учиться, такая вот не смешная тавтология. Сермяжная, мать его, правда жизни. Ладно, в свое время английский выучил, три языка программирования на серьезном уровне освоил, уж как-нибудь справлюсь. Рождественские каникулы заставили задуматься о лете. Как-то не хотелось мне в приют ехать. Понятно, что в школе меня не оставят, с друзьями, чтоб у них пожить, тоже как-то не складывается. Приятелей, вон, целый факультет, ну да барсуки, тут это норма, но чтоб прям друзья-друзья, увы, нет такого. Сам виноват, конечно, но что поделать, мозги взрослые, отпустить тормоза и побыть немного ребенком могу без проблем. Да только совсем в детство впадать как-то не хочется, да и не выходит, честно говоря. Как бы банально ни звучало, но все упирается в деньги.       Расспросы старшекурсников позволили прикинуть смету расходов. Примерно сотня галлеонов снять на лето комнату в магическом квартале. С питанием сто двадцать-сто тридцать золотых монеток или если по курсу переводить порядка шестисот пятидесяти фунтов. И где их можно заработать, будучи малолетним пацаном? По нынешним временам, это, между прочим, вполне приличная зарплата взрослого работяги. Первым делом сунулся к деканше, миссис Спраут не порадовала. Все, что мне доступно вырастить из магического, в лучшем случае будет стоить галлеон за килограмм продукции, а делянку в теплице, чтоб с нее полтора центнера собрать, она мне выделить не может физически. Даже с учётом того, что я к лету три урожая сниму, потолок- полсотни галлеонов.       Неплохим вариантом был поход в запретный лес, там чего только полезного не водилось, одних волос и клочков шерсти магических зверюшек можно было не то что на сотню, на тысячу галлеонов набрать. Вот только мертвым деньги не нужны. А с моими текущими магическими возможностями данный исход был весьма реален. Опять же, знаний недостаточно для подобного похода. Не вариант. Был бы зельеваром Снейп, рискнул бы предложить ему свои услуги. Увы, Слагхорну работничек из серии подай-принеси и пошел вон не мешайся был не нужен. Оставался вариант варить зелья самостоятельно. Можно, конечно, попробовать, но, опять же, что-то серьезное требует вложений в ингредиенты, нет гарантии, что получится, да и с реализацией проблемы. Разве что антипохмельное для старшекурсников делать и что-то косметическое для младших девчонок. Благо немного лишних ингредиентов всегда можно на уроке стащить и частично в теплицах добыть.       Итоги аккуратных и не слишком расспросов, оценка собственных возможностей, вывод: нужно пахать на трех фронтах одновременно. Пустующих классов, которые можно под лабораторию приспособить, имелось в избытке, так что место для варки зелий нашлось легко. Нужные рецепты в учебниках были, ингредиенты честно скомуниздил. Процесс пошел и в первые же выходные принес три галлеона. Повезло, у старшекурсника с нашего факультета день рождения случился и тот сумел протащить в школу изрядное количество алкоголя. С утра поработал Ангелом-спасителем, возвращая к жизни мающихся бодуном студентов. Дебют был успешным, но чуда не произошло и к лету зелья принесли лишь двадцать восемь золотых монеток. Тут и конкуренция роль сыграла, и сложность с поставками огненной воды была. Да и сами старшекурсники какие-то квелые оказались, если сравнить с тем, как мы, по молодости, отрывались в общаге — просто поголовно трезвенники-язвенники.       Грядку и семена мадам деканша выделила, а работу на ней даже как личный проект обещала зачесть. Небольшой приятный бонус. Хотя экзамены меня как-то не слишком напрягали. Не скажу, что прям уж так пахать на деляночке пришлось, но урожай мне доставался потом и в буквальном смысле кровью. Удалось выклянчить у Спраут семена условно опасных травок, нечто вроде осоки, так что рыхление, которое эта зелень очень любила, заканчивалось минимум парой порезов еженедельно. Замешивать драконий помёт с другими видами навоза было не столько противно, сколько тяжело, весьма знаете ли вязкая субстанция выходила. Сама-то профессор магией пользовалась, а мне руками работать приходилось. Наградой за труды стали шестьдесят галлеонов и превосходно по гербологии автоматом. Не зря пахал, ой не зря.       Третьим фронтом приложения усилий стало копошение в Выручай-комнате в вариации склада забытых и потерянных вещей. Благо они были не материализованными иллюзиями и их можно было без проблем вынести. Работал, соблюдая максимальную технику безопасности. Исключительно в перчатках из драконьей кожи и к фонящим предметам, особенно подозрительным диадемам, не лез. Пусть я магию и не вижу, но чувствую прекрасно. В чем-то это на абсолютный музыкальный слух похоже. Любой волшебник может чары ощутить, как и не страдающий глухотой человек музыку услышать, но вот почувствовать фальшь или особо высокие ноты дано не каждому. Вообще-то всё равно риск был немалый, а гадская магия комнаты упорно отказывалась рассортировывать содержимое. А как бы было хорошо попросить отделить зерна от плевел и просто ценное в мешок запихать.       В итоге недостающие галлеоны я получил продав старьевщикам кучу старых мантий, штанов, поясов, рубашек, плащей и прочего барахла. Были и относительно современные учебники, но не много. Собственно, из подобного ассортимента, да еще конспектов, основная часть завалов и состояла. Украшений нашел мало и все они мной ощущались как наделенные магией, брать не рискнул. В процессе раскопок набралась горка поломанных волшебных палочек. Некондиционная мебель и прожженные котлы попадались регулярно. В более-менее целом шкафу разместил батарею пузырьков и флаконов с найденными зельями. Да много чего было, включая статуэтки и парики. На летние каникулы уезжал груженый, как целый караван мулов. Спасибо парням с седьмого курса, в благодарность за регулярное приведение в чувства после вечеринок они мне десяток мешков зачаровали на расширение пространства и облегчение веса. Понятно, что студент это вам не мастер артефактов, способный в обычный средне-размерный чемодан чуть не гектар земли упаковать, но на пять-семь кубометров их хватило.       Экзамены сдал на удовлетворительно с парочкой выше ожидаемого, продемонстрировав старательную посредственность, ну да ничего иного от меня и не ожидали. Вечером перед отправлением в Лондон зашла деканша, вручила письмо, шнурок и над сундуком поколдовала. Первое полагалось вручить директрисе детдома, уж не знаю, что за чары были наложены, наверно что-то с доверием связанное и рассеянным вниманием. Веревочку полагалось таскать с собой, желательно повязав на руку или ногу. Невидимкой для обычных людей, сиречь маглов, она меня не сделает, но интереса ни я, ни сундук ближайшие три-четыре месяца вызывать не будем. Главное окружающих не эпатировать. В общем своеобразно позаботились о сиротке. До детдома мне, видимо, самому добираться предстояло. Маги такие маги, слов нет. Ничего, что одиннадцатилетнему пацану вообще-то через треть страны пилить? Как-то так получилось, что Джон не в столичном детдоме обретался. То ли забыли про этот момент, то ли вообще не придали значения. Ладно, пусть их. После исчезновения Волан-де-Морта все до сих пор в мыле бегают и адекватностью не страдают. Суды над Пожирателями идут, авроры всех трясут и вообще один сплошной дурдом, если по газетам судить. Так-то в школе еще ничего. Зато в случае чего, будет какое-никакое оправдание, почему это летом нахожусь в неположенном месте.