Hunting trophy

«Я не хотел всего этого.» — последнее, что удается сказать, прежде чем Патриция забирает у меня свет. Эта женщина, безо всякого зазрения совести, оттолкнула меня и взяла управление в свои руки. Снова. Я и не заметил сразу, как стал постепенно отдаляться из центра «комнаты», куда-то вглубь, в место, где находились остальные личности, которых я некогда собственноручно и вытеснил, а теперь сам приник к ним. Было ясно одно: орда больше не нуждалась во мне. Ни мой «расчётливый разум», ни «бесподобная физическая подготовка», ни даже «удивительный самоконтроль» — качества, которые так любила нахваливать во мне Патриция (собственно чем и подкупила) больше не были настолько ценны. Не стоило мне быть падким на лесть. Я видел, как у света крутились несколько фигур — новые члены орды, играя им словно бейсбольным мячиком, словно это было какой-то игрушкой. Каждый хотел побыть у «руля» — это естественно. Развернувшись на 180 градусов, я решил оставить все как есть и забиться в какой-нибудь угол, пытаясь пережить это словно страшный сон. Происходящее стало слишком утомительным и даже находясь в нетелесном состоянии, казалось, мог чувствовать, как болит голова, от чего рефлекторно потер виски. Я почти добрался до тупика, когда обнаружил мирно спящего Кевина. Он не подозревал, что происходит снаружи и что делает сейчас его тело. Не подозревал, на что оно способно. Хотя, возможно, это было к лучшему. Сомневаюсь, что он обрадовался бы, увидев вокруг себя кучку трупов, некогда бывших живыми людьми, которые всего лишь исполняли свой долг. Еще меньше он обрадовался бы, узнав, что эту кучку трупов создал именно он. Хотя, вернее сказать, его альтер эго, но кто в это поверит? Все свое сознательное существование я был одержим лишь одной мыслью. Это было моей целью и смыслом жизни — защитить Кевина. К чему же я пришел теперь? Стою над ним, мысленно извиняясь за происходящее, будто именно я во всем этом виноват. Хотя, возможно, так и есть. Я позволил идеям Патриции, словно ядовитый плющ, проникнуть в разум и обвить собственные мысли. Я наставил Хедвига на неправильный путь, научив его воровать свет у других, тем самым укрепляя свою позицию. Именно я поверил в этого монстра и абсолютно безрассудно позволил ему уничтожить все, чего добивался все эти годы, защищая Кевина — нормальную жизнь. «Кевин Венделл Крамб. " — прозвучало откуда-то извне и затем повторилось несколько раз. Мне представилась возможность наблюдать, как некогда управляющий всем зверь, смиренно оттиснулся на второй план, уступая свет настоящему хозяину тела, что каждый раз, пробуждался даже из самого крепкого сна, когда она звала его. Я сразу узнал голос той самой девушки, что, по каким-то необъяснимым причинам, вновь и вновь появляется в нашей жизни. Неужели ей и вправду небезразлична судьба Кевина? Она тоже хочет защитить его? Что же, в этом мы с ней похожи. Хотя, после всего произошедшего, я бы на ее месте и на пушечный выстрел к нам не подошел. Однако, Кейси неумолимо продолжает стремиться к нам, будто мы с ней связаны невидимой нитью. Верно, она тоже «сломленная», как и Кевин. Я замечаю какую-то суету в центре и вижу, как свет поочередно выхватывает каждая личность, в надежде продержаться как можно дольше. Внутри возросла тревога и я понял — Кевин умирает. В последней надежде выхватываю свет у Хедвига и встречаю заплаканные карие глаза. Резкая боль пронзает тело и вижу как из свежей раны сочится алая кровь. Меня чуть ли не сводит от судороги, когда замечаю абсолютно испачканную одежду. — Теперь все придется отстирать, Кейси, — в отчаянном жесте хвастаюсь за руку девушки, но это не вещь привела меня в безнадежье. Пусть я чувствовал сейчас боль, а осознание грядущей смерти, что уже подкрадывалась и дышала в затылок, болью саднило в сердце, мне нравилось оставаться на свету. Хоть ненадолго. Мне нравилось ощущать, как трепетно она держала мою руку, как слезы капали с ее щек и как чуть сухие губы касались моего лба. Даже если эти цепкие пальцы Кейси, нервно касающиеся кожи, пытались удержать в этом мире вовсе не одну из двадцати трех личностей, а именно Кевина, мне все равно нравилось представлять, будто именно мою смерть она будет оплакивать. Будто именно меня будет вспоминать или иногда видеть во снах. Это приятно осознавать, что есть хоть кто-то, кому твоя жизнь небезразлична. Да, Кевину повезло с ней. Кто-то забирает у меня свет и я снова оказываюсь поодаль от остальных. Вижу, как Кевин, набравшись сил, в последний раз занимает свое законное место и все вокруг меркнет. *** Я не помнила, что происходило дальше. Какие-то люди в черной одежде и с оружием носились вокруг и суетились. Несколько человек подбежали ко мне, но никак не могли привести в чувство. В какой-то момент показалось, что я умерла вместе с ним. Моя душа словно отделилась от тела и ждала момента, когда за ней придут либо ангелы, либо демоны. Смотрю на бездыханное тело Кевина и еле сдерживаюсь, чтобы не разорвать глотку от душераздирающего крика, но лишь до боли кусаю нижнюю губу и закрываю глаза. Меня с трудом оттащили от него и повели к машине. Я рассеянно бегала взглядом и везде натыкалась на скорбящих по душам родных. Джозеф отчаянно тормошил отца, будто пытаясь разбудить его, но глаза Дэвида больше не откроются и не посмотрят на парня с отеческой любовью. Уста мужчины больше не выразят поддержку и не пожелают удачи. Крепкие руки больше не обнимут при встрече или на прощанье. Мать Элайджи, склонившись над телом единственного сына, в смирении приняла его учесть, не выразив ни одной эмоции, будто всегда знала, что именно к этому все придет. Единственное, что мне никогда не удастся вычеркнуть из памяти — это взгляд Элис. Не могла сказать точно, но в ее глазах определенно прочитывалось: «Забудь все». Да, так будет легче.