несовершенные | редактируется

« а я уже привык тебя не набирать

моя душа в р е х а б

пока твоя л е т а т ь

      Квартира у Станиславы огромная, трехкомнатная, но сегодня в ней не протолкнуться. У Селивановой вечеринка, на которую она пригласила своих друзей и знакомых. В число знакомых входили и ребята из центра для трудных подростков.       В просторной гостиной становилось душно, из-за скопившихся подростков. Кто-то танцевал, кто-то выпивал, кто-то принимал наркотики, а кто-то скучающе стоял у стены и наблюдал за тем, как бывший парень лобызается с какой-то девушкой.       Этим кем-то была Сита.       Макар никогда не относился к Волковой, как любящий парень. Относился к ней, скорее как к легкой девочке, с которой хорошо в постели, как к коллеге, что снимет любую его дурную идею и смонтирует в лучшем виде. Нефедов считал Ситу легкой, сильной девушкой. И какие-либо отношения с ней заводить он не собирался, а блондинка требовала много внимания, часто ревновала к Даше и часто выводила из себя. Сита терпела много и долго ждала когда Макар наиграется с Дашей, была как побитая собака. Вышвырнутая Макаром собака, которая всегда возвращалась и много раз пыталась уйти сама. А Макар собственник и делить с кем-то свою игрушку не хочет. Отношения Макара и Ситы — больные. Волкова для Нефедова, как наркотик, который он так отчаянно пытается бросить, и каждый раз на всегда. А для Ситы Макар был светом, без которого она сбивалась с пути.       Макс остановился возле знакомой блондинки. Он протягивает ей банку энергетика, Burn, со вкусом яблока и киви. Антипов запомнил, что яблоко-киви любимый вкус Ситы. — Держи, — протягивает и неловко улыбается, когда замечает куда смотрит блондинка. — Спасибо, — отвечает отстраненно, затем взгляд на Макса переводит и улыбается. — У тебя все хорошо? — Максим смотрит на Волкову и отпивает глоток из бутылки пива.       Открытая банка газированного напитка противно зашипела. Ситора на одногруппника смотрит и кивает. — Все хорошо, — она делает глоток энергетика и берет парня за руку. — Здесь шумно очень, — старается перекричать громкую музыку и ведет его за собой. — И музыка говно.       Антипов соглашается и охотно идет за Волковой, крепче сжимая ее маленькую ладонь в своей руке. Сита приводит Макса в просторную комнату в светлых тонах. Однако, свет в комнате не горел, не горели и две лампы на тумбе и столе. Единственными источниками света были лишь неоновые вывески. Сита запирает за Максом дверь и направляется к окну, оставив бутылочку энергетика на тумбе. — Красиво, — оценил парень, оглядывая неоновую вишенку, затем всматривается в незамысловатую фразу на стене, что светила красным светом. — Да, — блондинка раскрыла окно и закурила, она выпускает дым и протягивает сигарету одногруппнику, — как бы сейчас я глупо не выглядела, но я рада, что Стася позвала вас. — Тухляк у вас здесь, — бурчит, принимая сигарету, затягивается. — нихера вы веселиться не умеете, — подытожил Макс, выпустив сигаретный дым, стряхивает пепел с сигареты и передает ее вновь блондинке. — А то-то вы умеете, — язвит, — видела я вашу «тусу». — Насмешливо тянет она и, затягиваясь в последний раз, недокуренную сигарету в окно выкидывает. — Дрянь всякую в рот тащите, а потом вас полощет. — Глоток из банки энергетика делает и поправляет подол красного платья.       Волковой идут шелковые платья и прямые волосы. И Макс это подметил сразу. — Всего-то, — отмахнулся Антипов, уместившись на краю.       Сита парадирует одногруппника, затем отмахивается и валится на кровать, уставившись в потолок. Она хлопает рядом с собой, тем самым позвав к себе Антипова. Максим же валится рядом, будто в голове у мажорки порывшись. Сам же обдумывает сказанные тогда Антоном слова под мостом, как же он был тогда чертовски прав. Наверное, после того случая он и зауважал футболиста, как и большая часть их группы. — Слушай, — Ситора ближе к Максу подвигается, — а спой мне, ну или зачитай. Как там у вас правильно называется? — вопрос был риторическим, а глаза у девчонки стали по пять рублей, она выжидающе смотрела на Максима. Он же в мыслях сравнил ее с тем котом из Шрэка. — Щас. — Вот и как ей отказать? Парень достает из кармана телефон и открывает недавние заметки, а блондинка в экран заглядывает и бегает глазами по тексту.       У Макса действительно талант к музыке. У него отличный голос и есть слух, а еще текст он пишет сам, от души. Это чувствуется в каждой строчке. Сита наблюдает за каждым его движением, внимательно слушает, а после того, когда Макс закончил, озвучивает вердикт: — Круто, — она нахмурилась, подбирая слова, — давай запишем? Слепим конфетку, — однако Антипов упрямо качает головой, откидывая телефон куда-то на кровать. — Не-а, — буркнул, — нахрена? — Макс, — он слышит свое имя, а позже ощущает пухлые губы Ситы на своих. Волкова не настаивает, целует совсем невесомо, лишь слегка только коснувшись. Девчонка отстраняется на несколько сантиметров и выдыхает, готовая извиниться за свои действия, но Макс не дает. Он притягивает ее к себе и теперь уже целует сам, наваливаясь сверху. Целует требовательно, с напором, закусывая нижнюю губу.

танцуй с ним до утра

нерукотворная

целуй его

м о я г о р д а я »

      У Ситы холодные руки и Макс вздрогнул, ощущая чужие прикосновения под футболкой. Сам же он не спешил исследовать тело одногруппницы, ему пока хватало пухлых губ со вкусом никотина смешенного с энергетиком, что она пила ранее; хватало сжимать чужую талию и всматриваться в стеклянные голубые глаза. Она пальцами проводит вдоль позвоночника, а затем тянет края чужой футболки вверх, вынуждая снять. И Макс поддается, вытянув руки, облегчает ей задачу.       Футболка летит в дальний угол комнаты, а подол шелкового платья неприлично сползает к бедрам. У Максима множество шрамов на теле и несколько крупных родинок, Сите нравится каждый его шрам и совсем не важно от падения он или от той глупой игры на смерть.       Макс целует в шею, прикусывая кожу и оставляя бардовые отметины. И Волкова совсем не против, поскольку позволяет и не пытается остановить. Она заерзала под Антиповым и потянулась к платью, ухватив края тянет его вверх. Шелковое платье на бретельках падает где-то возле изголовья кровати, оставляя девчонку только в кружевных трусиках.       У Ситы до безумия красивое тело, над которым явно много работали. У нее маленькая аккуратная грудь, стройная подтянутая фигура. Кожа у Ситы бледная с россыпью мелких родинок. Макс бессовестно оглядывает каждый изгиб женского тела, затем отстраняется, прикрыв ладонями лицо, тяжело вздыхает и отрицательно качает головою. — Это не правильно, — выдыхает, протирая глаза.       Блондинка приподнимается на локтях и хмурит брови. — Что именно? — Ты Филу нравишься, наверное. — Макс говорит тихо, а Сита пухлые губы в улыбке тянет и присаживается на кровати, совсем не стесняясь своей наготы. — Я так не могу. Не правильно спать с девушкой кото... — А тебе? — она уставилась на Макса, застав того врасплох.       Он заметно занервничал и, явно, погрузился в собственные мысли, ища ответ который устроил бы всех. Безусловно, Сита — красивая, даже очень. Он не отрицает своей симпатии, но и дружба Белова ему важна тоже. — Фил твой лучше бы с двумя другими девками разобрался, прежде чем третью притягивать. Ленка — неотъемлемая часть его жизни. Нет... — она выдыхает шумно воздух, уловив смятение Макса. — Может я там дала какой-то намек, я не отрицаю. Но иметь с ним что-то большее, я не планировала. Извлечь, может, какую-нибудь выгоду — да. Но вот так, нет.       Антипов хмурится. — У них же с Ленкой все. — Уверенно заявляет, заставляя Ситу вновь широко улыбнуться. — Плохо ты дружка своего знаешь. У них каждый раз все, а потом они на мировую идут на удобный матрас Фила. — Удобный матрас? — Ну, он так говорил. Сама я не проверяла. — Сита хмурится, спуская ступни на прохладный пол. — Понятно, все с тобой, Макс.       Встает с кровати и направляется за платьем, напевая строчку из зачитанного Максом отрывка недописанного трека. Когда-нибудь, Антипов его обязательно допишет. — Что именно? — он встает следом за одногруппницей и идет следом. — Я точно уверять не буду. — Сжимая шелковую ткань в руках начинает она, обернувшись к нему лицом. — Скажем так, у тебя другой вкус. Поскольку, на заданный мной вопрос, ты не нашел ответа в своей черепной коробке. Очень жаль, потому что ты мне нравишься, наверное. — Она пожимает плечами и принимается выворачивать платье.       Макс точно не скажет, как решил завлечь Волкову в новый поцелуй. Сита даже растерялась, но поддалась вперед, охотно отвечая и прижимаясь к нему всем телом. Платье, что она так крутила в руках, вновь оказалось на полу.        — Больше дискуссий не намечается? — выдыхает в губы и как только Макс отрицательно кивает, вновь целует теперь уже требовательно, обвивая руками мужскую шею.       В голубых глазах у нее черти беснуются и пляшут, а руки тянутся к ширинке. Пуговица на штанах Макса противная и поддается не сразу, но все же терпит поражение. Ненужная вещь отправляется на пол, а блондинка отвечает на короткий поцелуй Антипова.       Макс приподнимает Ситу под бедра, укладывая на кровать, сам же наваливается сверху. Он целует шею, возвращаясь к губам, руки скользят по телу одногруппницы. От груди к бедрам и обратно.       Макс проводит пальцами по внутренней стороне бедра, а по коже Ситы мурашки пробегают от близости. Она ловит губами его губы и целует, прижимаясь все ближе, цепляет пальцами кружевную ткань и пытается их стянуть с себя. В этом ей помог Максим, он выпрямляется, перехватив инициативу в свои руки.       Макс входит без предупреждения и Сита хмурится, закусывая нижнюю губу и сжимая пальцами покрывало. Он остановился на несколько секунд, давая ей привыкнуть.       Первый толчок заставляет Волкову выгнуться, тихо простонать и сильно сжать пальцами мужские плечи и оставляя еле заметные следы от ногтей. Мужские пальцы сжимают бедра, а его лоб упирается где-то в районе ее плеча. Второй толчок, тот самый после которого с губ Ситы срывается его имя. Она прикрывает глаза и, закусив нижнюю губу, двигает бедрами навстречу.       Комната наполняется женскими стонами и поскрипыванием кровати. Где-то на кровати пропищит телефон, сообщая о приходе нескольких сообщений, однако, обладателям нет до них дела.       Сита точно решила, что с Макаром их дорожки расходятся. Макс же думает о том, что то что между ними сейчас происходит — происходит в отместку напыщенному недопарню Ситы, в целом, сейчас его это устраивает, а устроит ли завтра? — Останешься? — она дышит рвано, проводя пятерней по его коротким волосам. — Останусь, — соглашается, целуя в ключицу, проводя ладонями по талии.       Утром Сита просыпается в теплых объятиях Макса. И должна отметить, что это утро лучше предыдущих. Антипов спокойно сопит рядом, затем хмурится и, убрав руку с талии блондинки, отворачивается к стене. Сита тянется за платьем и, ухватив вещь в руки, спешит надеть. Рука автоматически тянется к телефону. @nefedovm: Уединимся? @nefedovm:Че за игнор, Си? @nefedovm:Волкова, уже не смешно. @nefedovm:Ты опять за старое? @nefedovm:Я же предупреждал тебя по поводу Дашки. @nefedovm:Миллион раз прости. @nefedovm:Я у Стаси в гостиной. @nefedovm:Куда ты подевалась? @nefedovm:Волкова, я волнуюсь. @nefedovm:Ответь. @nefedovm:Скажи хотя бы слово. @nefedovm:Ты не одна? @nefedovm:Ситора. @nefedovm:Ладно. @nefedovm:Ты, наверное, дома и уже спишь. @nefedovm:Сладких снов.       И как только сообщения были прочитаны, Макар не заставил себя долго ждать. @nefedovm: Доброе утро. Я уже думал в морг звонить придется. Ну так что?       Волкова нахмурилась и принялась писать ответ. @sitoravv_: Доброе. Я у Стаси. Нужно поговорить, я подъеду к тебе через часа два. @nefedovm: Жду.       Голова Евгении буквально раскалывалась по швам. Уже ночью Стася провела ее в комнату, но та оказалась закрытой. К счастью у Селивановой нашелся ключ, которым дверь она и открыла. Поскольку, кровать была занята, шатенка повела Женю к дивану с наказом не смущать спящих. Федоровой наказ был не нужен, лишь бы добраться скорее до мягкой поверхности.       Женя ухватывается за голову, тихо шикнув. Она оглядывает комнату и только потом замечает, как Сита пялится в телефон что-то усердно печатая. Позади Волковой виднелась мужская спина и Федорова решила, что это Макар — тот самый парень Ситы. — Вот блин, — пыхтит блондинка, отрывая взгляд от экрана своего смартфона, она замечает одногруппницу, что с интересом разглядывала ее и спящего спиной к ней Макса. — Не думала, что ты тут будешь, — решила начать диалог Евгения, замечая растерянность подруги. — Тоже самое могу сказать и про тебя, — тихо шипит Волкова, потирая переносицу. — Ты че тут делаешь?       Женя пожала плечами. — Стася сказала тут можно переночевать. — Она вновь с интересом смотрит на сопящего Макса. — Макар твой? — Нет, — резко отвечает. — А кто? — вновь вопрос от Евгении. — Какое тебе дело?       Более спрашивать Женя не стала, хотя так хотелось. Федорова видела в Сите подружку, с которой хотелось делиться секретами, однако сама рассказывать про их с Геной отношения не стала. Пару раз порывалась рассказать, но вовремя себя останавливала. Нет, не потому что не доверяла, а потому что Дрочер не хочет, чтобы кто-то знал. — Доброе утро, — бурчит сонно Макс. Лицо Женьки в удивлении вытянулось, она принялась открывать и закрывать рот, словно рыба, которую выбросило на сушу.       Сита закусила нижнюю губу и обернулась, наблюдая за тем, как парень хмурит брови. — Вы че трахаетесь? — риторический вопрос от Жени. Она губы в улыбке тянет, наблюдая за до чертиков серьезными лицами одногруппников. Федорова и думать не могла, что Сита предпочтет Макса. Ей всегда казалось, что Фил тот самый, кто стену, что выстроила Сита, пробьет. Затем пазл выстроился в цельную картинку. Как же она могла не заметить, как Макс постоянно на Волкову глазел? Как она могла пропустить беспокойство Ситы, когда Антипов с моста прыгал? Какие-то мелкие знаки внимания в адрес друг друга — значили многое. — Погоди. Вы типа мутите? А как же Макар? — все не унималась девушка. — Пока только трахаемся, — Сита переводит взгляд на Макса, что закутался в одеяле, чтобы глаз скрыться от любопытной Жени. — Тебе ли не все равно? — Я так понимаю информация секретная? — Информация личная, — фыркнула Волкова. — Должна ей и остаться, — поддакнул Макс. — А теперь давай ты выйдешь, мне еще одеться нужно. — Поняла я, — с улыбкой до ушей, Федорова направилась к выходу из комнаты. — Как думаешь, когда об этом будут знать все? — Волкова с вопросом уставилась на Антипова, который вылез из одеяла и уже застегивал штаны. — Ну не знаю. Может день или два. — Он сел на кровать и тяжело вздохнул. — Как она вообще тут очутилась? Ее же тут не было.