Однажды приходит пора прощаться даже с самыми близким.

Первое, что увидел Вэй Усянь сразу после того, как проснулся — потолок до боли знакомой комнаты, обои, словно с тоской смотрящее на него. Сразу же перед глазами всплыли те деньки, когда он мог ночи напролёт рассматривать комнату, поедая семена лотоса, или распивать вино в компании своего брата. Невольно Усянь вспоминал все, что происходило в этой самой комнате. «Нет, это бред, это не может быть тот же самый потолок, это реконструкция», — спешно оборвал себя Вэй. Долго рассматривать стены комнаты он не мог, и взгляд его перекинулся на шиди. Спокойное лицо Ваньиня смущало, он явно уже не первые минуты наблюдает за ним, и эта мысль заставляла Вэя нахмуриться. Что могло случиться, что Цзян Чен все это время просидел рядом с ним? Только он собрался открыть рот и спросить, что он здесь делает, как Цзян Чен прервал его, подняв ладонь. — Да, ты в Пристани Лотоса, никто не собирается сажать тебя в клетку и пытать, бить тебя Цзыдянем, и выгонять не собираюсь. — Теперь ты вновь официально часть клана Цзян, и, ради бога, не спорь со мной. Ваньинь выдавил дружелюбную ухмылку и сказал о том, что лекари скоро будут его осматривать. Спешно попрощавшись с Вэем, он вышел за дверь. Поёрзав на постели, Усянь стал с тревогой поглядывать на дверь комнаты, словно ожидая подвоха от Ваньиня, вдруг это всего лишь жестокая шутка, и сейчас в комнату забежит собака? Но ничего не случилось, и Усяню стало спокойнее. Похоже, Цзян Чен и впрямь не шутил. Задумчиво разглядывая комнату, он и не заметил, когда пришёл лекарь. Быстро осмотрев Вэй Ина, он сильно нахмурился и учтиво произнёс: — Господин Вэй, ваше тело находится в очень плачевном состоянии, боюсь, мне придётся назначить вам курс трав, медитаций и постельный режим. Предугадав следующий вопрос, он сказал: — Вы живы лишь благодаря тому, что в этом теле есть хоть и слабо развитое, но все же функционирующее золотое ядро. — Прошу простить мне мою грубость, но сейчас вы не опаснее ребёнка. Оставив необходимые лекарства на столе, мужчина покинул комнату. Все это время Вэй слушал слова лекаря с низко опущенной головой, слова Цзян Чена эхом отдавались в его голове. «Теперь я снова дома», — прошептал Усянь.