verum in mortem

! Чтобы прочувствовать атмосферу, к прослушиванию рекомендуются песни: - Самый дорогой человек - Нервы - lovely - Billie Eilish & Khalid - Спи спокойно - Нервы - Мосты - Rauf & Faik - Я сошла с ума - tatu !

Hi. I‘m James. And I‘m pretty sure imma psycopath.*

Привет. Я Кира Гетман, ученица десятого класса средней школы провинциального города Тольятти. Многие даже не знают, где это находится, а я живу тут с рождения. Это старинный город, основанный во времена Петра I. Он находится в тысяче километрах от Москвы, и здесь очень красиво. Церкви, парки, художественные музеи с вековой историей... Мне 16. И я хочу рассказать вам о своей жизни. Нет, не подумайте, я не хочу жалости или сочувствия, это заставляет меня чувствовать себя униженной. Возможно, кто-то скажет, что я не права, и это не так, но пока я придерживаюсь такой позиции. На самом деле мне просто некому больше об этом рассказывать. В школе меня постоянно дразнят за так называемую ненормальность. Мне кажется, они просто злятся, что я не такая, как все. Не серая масса, к которой они принадлежат. Но мне все равно. Я их просто игнорирую. -Уродка.... -Эй, заучка ненормальная, дай списать домашку!... -Смотри, как мы можем! Аххахахаха!...

-Прошу вас, не надо, не трогайте!...

И это все я слышу в школе от одноклассников каждый день. Ну, кроме воскресенья. Никто не ходит в школу в этот день, хотя я бы ходила с огромным удовольствием. Кто-то спросит: «А почему твои родители не заступаются за тебя? Или у тебя их нет?» Я уже давно не обижаюсь на такое. Родители, по крайней мере, мать, у меня есть. Отец, как она говорит, ушёл из дома когда я ещё не родилась, и меня воспитывали мама и бабушка. Бабушка умерла, когда мне было семь лет, я очень любила ее. В детстве она часто с любовью рассказывала мне интересную легенду. Легенду о Смерти. Она говорила, что Смерть существует, она красива, как сочетание дня и ночи. Инь и янь в лучших своих проявлениях собираются в ней, создавая так называемую убийственную красоту, а ее взгляд затуманивает разум. Смерть следит за нами, за каждым из нас, смотрит за нашими деяниями и забирает наши души, когда приходит время. К кому-то она приходит в облике прекрасной девы, к кому-то - вековой старухой, а к кому-то - скелетом с косой, облаченным в темные одеяния. И никому, ни единому человеку не удавалось описать ее. Маленькая Я по глупости всегда хотела увидеть ее, поговорить с ней, вдохновлённая бабушкиными историями. Тогда я не знала, что для этого есть один путь. Умереть. Я пыталась рисовать ее, изобразить на бумаге такой, какой она мне представлялась. Наверное, именно тогда и поэтому у меня появились проблемы с моей матерью. Однажды в детстве, я помню, мне было десять лет, я представила Её на бумаге и принесла показать маме. Она с улыбкой взглянула на рисунок и спросила: -А кто это, солнышко? Я улыбнулась в ответ и ответила: -Это Смерть, мамочка . Мне бабушка про неё рассказывала. Красиво, правда? И в миг выражение ее лица сменилось на гневное. В тот день она первый раз в сердцах ударила меня. Наотмашь, по по-детски пухловатой щеке, оставляя красный отпечаток. Сказала, чтобы я не несла чепуху и пошла немедленно делать уроки. С тех пор она считала меня сатанисткой и какой-то сектанткой. И мой возраст ни о чем ей не говорил. Да, моя семья была очень странной, и это ещё мягко сказано. Тот день можно было назвать роковым. Если до этого моя мама заботилась обо мне, любила проводить время вместе и заниматься со мной, то теперь она не только ограничивалась лишь банальными родительскими обязанностями, но и частенько поднимала на меня руку с поводом и без. Ей не нравилось все: «немытая» посуда, слово, сказанное поперёк «ее правильного мнения», мое молчания в ответ на оскорбления. Иногда всё заканчивается на подзатыльниках. Иногда приходится замазывать синяки, оставшиеся от пощёчин на моей бледной коже. Я уже устала от этого. Это, м-м-м, неприятно. Но в конечном итоге я смирилась. У моей матери была, да и есть мания контроля. Она пытается контролировать все и вся. Выходя из дома даже в школу, я должна каждые пятнадцать минут писать, где я и что делаю. А мне, между прочим, уже 16 лет... Она постоянно проверяет мой мобильный, пресекала и продолжает пресекать все попытки общения с мальчиками, читает личные переписки с подругами и выпытывает все о наших разговорах и моих тайнах. Я учусь на отлично, изредка получая четверки и тройки, но ей мало и этого. Сама мама была хорошисткой, но из меня поставила цель взрастить идеальную дочь, нормальную, «изгнать бесов из меня», как она говорила. Все, что по ее мнению было ненормально, предавалось порицанию и жестким запретам. Иногда у меня складывается ощущение, что я живу в большой клетке, дверь которой открыта, а выйти нельзя. Самый большой скандал, после того рисунка, разумеется, произошёл на тему людей нетрадиционной ориентации. Это было два года назад. Она смотрела какой-то сюжет по телевизору и услышала прозрачный намёк о гомосексуалистах. Мама начала яро распаляться о том, что таких людей надо сдавать в психушку и не подпускать к «нормальным» людям, таким, как она. Я выразила несогласие с ее мнением и поддержала таких людей. Я никогда их не презирала, наоборот, находила очень милыми и любила. Конечно, моей матери это не понравилось, и это ещё мягко сказано. Она начала кричать о том, что я такая же ненормальная, и постоянно спрашивала, действительно ли я лесбиянка. После того, как я поспешила заверить ее в обратном, она отправила меня готовиться к экзаменом с наказом даже не приходить домой, если я солгала. Тогда я даже не думала, что лгу, нет. Я была абсолютно уверена в своей ориентации, пока не встретила Её. Она пришла в наш класс, когда я перешла в девятый. Переехала из Самары. Ее звали Тая, Тая Свечникова. Она была невысокой, но очень красивой. Чёрные волосы, подстриженные под каре, бледная, будто бы фарфоровая кожа, ярко-голубые глаза, напоминающие море, и прекрасный вкус в одежде. Она чередовала чёрный стиль, который подходил ее запоминающейся внешности, с классическим бежевым. Сначала я хотела просто попробовать подружиться с ней, ведь другие в классе даже смотреть в мою сторону без усмешки или презрения не хотели. Мы начали хорошо общаться, дружили, гуляли вместе, делали домашние задания и ходили друг к другу в гости. Ни о чем ином я и помыслить не могла. Но однажды, когда мы были у неё дома... Мы смотрели фильм, ели сладости, а потом я внезапно почувствовала вишневый вкус ее сладких пухлых губ и не смогла от этого отказаться. Во время того поцелуя я держалась за ее худые плечи как за последний оплот надежды. Никто из нас не мог сказать точно, как и почему все произошло, но никто ни о чем не жалел. Мы встречаемся уже больше полутора лет, и моя мама, разумеется, об этом не знает. Но мне кажется, нет, я уверена, что моя мама начала о чём-то догадываться. Она особенно тщательно смотрит телефон, подозрительно следит за мной пронзительным взглядом... Родители Таи очень милы, они приняли меня как родную, когда мы признались им. Мне никогда не говорили столько тёплых слов взрослые люди. Я даже немножко завидую ей. В хорошем смысле, конечно. Я понимаю, что не смогу быть с Таей вместе. Моя консервативная мать просто не примет этого, она выгонит меня из дома или ещё чего хуже. Но я даже не хочу об этом думать. Я не хочу делать моему любимому человеку больно потом. Я хочу, чтобы она была счастлива, а со мной этого не будет. Я приношу только несчастье в жизни людей, так говорила мама. И пусть я не верю многим ее словам, здесь она права.

***

Isn‘t it lovely, All alone? Heart made of glass, My mind of stone. Tear me to pieces. Skin to bones. Hello. Welcome home. Billie Eilish & Khalid - lovely

Сегодня я рассталась с ней. Говорила в лицо отвратительные слова, с величайшим трудом глядя на поблескивающие в уголках ее голубых глаз бисеринки слез. Говорила, зная, что так нужно. Говорила, отрывая от себя часть себя, своей души. Не дождавшись конца реплики, она развернулась и ушла, не дослушав. Как всегда, с гордо поднятой головой. Проводив ее глазами, я прижалась спиной к стене дома и скатилась вниз, утирая рукой соленые дорожки на щеках. Слёзы все набегали, а я лишь шептала: -Прости меня, милая, прости... Будь счастлива... Мне было все равно, что она обо мне подумает, что скажет родителям. Она была сильной, я знала это. Она сможет переступить через меня, забыть как самый страшный кошмар в своей жизни. Я любила ее больше собственной жизни, ведь в ней не было счастья, а она принесла с собой лучик солнечного света, смысл, чтобы жить. И я была готова сделать все, чтобы этот смысл жил и дальше. Но теперь у меня этого смысла нет. Я встала с холодной осенней земли и, пошатываясь, зашла в свой подъезд. Поднявшись на нужный этаж, я дрожащими пальцами провернула ключ в замке и открыла дверь. Скинув с себя верхнюю одежду, я направилась в ванную, прихватив листок бумаги и простой карандаш. Я включила свет и стала раздеваться. Брюки, свитер, носки... Я не могу жить без неё. Она мой кислород, источник жизни. Все ещё подрагивающими пальцами я взяла карандаш и написала: «Прости меня, Тая. Я очень тебя люблю и хочу, чтобы ты была счастлива. Забудь меня и иди вперёд. Я люблю тебя...» Бумага была отложена на тумбочку в ванной, а я включила тёплую, слегка горячеватую воду на полную мощность, наполняя ванну до краев. Когда вода достигла передела, я выключила ее, взяла заранее приготовленное лезвие из шкафа и забралась внутрь. Было немного страшно. Я думала о том, больно ли это, но отступать не собиралась. Мне уже нечего терять. Миг - и все. Нет боли и страха. Нет пути назад. Тепло, нет, жар алой крови расползается по руке. На меня накатывает облегчение, на губах расцветает вымученная и последняя улыбка. Теплая вода стремительно окрашивается в красный, даруя мышцам и организму необходимое расслабление. Что ж, Смерть, вот я иду к тебе. Надеюсь, я смогу поговорить с тобой? Будет забавно, если моя детская мечта исполнится вот так, сейчас. Перед глазами проносились спутанные образы животных, людей... Моменты из жизни. Вот бабушка рассказывает истории. Вот моя мать первый раз ударила меня. А это наш с Таей первый поцелуй. Неловкий, неумелый, но такой сладкий... Но вскоре все прекратилось. Перед глазами на миг предстала тьма. Впрочем, она быстро сменилась полу меным тоннелем, внутри которого был свет. А я стояла на ногах. Стояла так, как будто это не я минуту назад лежала в ванне с кровью. Я пошла на свет, вперёд. Ведь я умерла, что ещё терять-то? В конце тоннеля стоял силуэт. Подойдя поближе, я узнала в нем девушку, похожую на ту самую, с моего детского рисунка. Она обернулась и молча протянула руку, ничего не произнося. С десять секунд я вглядывалась в ее лицо, пытаясь что-то понять, но потом выдавила улыбку и смело вложила в ее руку свою ладонь.

***

Люди говорят - «Истина в Смерти». Что ж, может, и я смогу добраться до неё?

***

*-фраза взята из сериала «Конец ***ного мира» от Netflix. 1 сезон 1 серия.