Отдай свое сердце

— Отдайте же! — недовольно крикнул Эрен, ошалело летящий на УПМ. Не успел было Ривай ему ответить, как тут же был сбит с ног негодяем, со свистом рассекающим воздух. — Эрен… — проскрежетал зубами Аккерман, прибитый к земле тяжело навалившейся на него шатеновой бестией. — Каков подлец, в захват меня взять удумал? — заревел Ривай, резко изменяя свое положение жертвы, крепким торсом налегая на виновника своего разбитого носа. Парень пытался было сопротивляться, дёргая ногами в попытках задеть капрала, но тем самым сделал хуже лишь себе. Аккерман цыкнул, одной рукой поправляя растрепавшуюся смоль густых волос, а другой удерживая руки несносного мальчишки. Но тот не сдавался. Лодочкой колыхаясь на земле и будто бы русалочьим хвостом поднимая пыль, Эрен что-то промычал, но тут же его рот благополучно был закрыт свободной рукой Ривая. — Какой же ты несносный, — процедил капрал, с отвращением глядя на свою запачканную форму. Внезапная боль заставила Ривая отдернуть руки, высвобождая негодника. — Укусил, мерзавец, — проворчал он, осматривая поврежденную руку. Эрен же с некоторой злобой и нетерпением уставился на капрала, будто бы чего-то выжидая. — Ну, чего ты вылупился на меня, паршивец? — проскрипел пострадавший, уже было занесший руку для оплеухи, но она тут же была перехвачена — атака заблокирована. Не отпуская свою жертву, Эрен водрузил ее на спину, попутно зализав оставленную рану на руке. — Пусти, Йегер, — буркнул Ривай, что еще никак не смирился с поражением. И тут Эрена как прошибло. Он резко расслабил хватку, отчего Аккерман в свободном полете рухнул наземь, поднимая новый столб пыли. — Оскорблять-то оскорбляйте, а вот по фамилии не называйте. Некрасиво как-то, — возмутился Эрен, отряхиваясь от налетевшей грязи. От такой наглости у капрала аж глаз задергался. Поспешно приняв вертикальное положение, Ривай срезал: — Да я тебя сейчас… — но юный Йегер уже куда-то испарился. ********** Легион разведки точно по часам собрался в столовой, дабы полакомиться обедом. В сегодняшнем меню была оленина, и обезумевшая Саша, как и в прошлые разы, была привязана к столбу, а то утащила бы весь запас целиком. Командование разведки расположилось за отдельным столом, с интересом наблюдая за своим отрядом: пускающая слюни Саша была готова разрыдаться от невозможности вкусить прекрасную вырезку и заесть ее печеной картошечкой, Жан и Конни откровенно угорали над какими-то только им понятными приколами, Армин и Энни о чем-то мило ворковали, позабыв об остывающем обеде, а Микаса же в трапезничала в одиночестве, глазами выискивая Эрена. Кстати, а, собственно, где он? Ривая также интересовал факт отсутствия Эрена в столовой, но ответ на вопрос о его нахождении не заставил себя долго ждать: парень уверенной поступью приближался к столу, где и расположилось командование. Ещё секунда — и порция Аккермана уже была в руках у мальчишки. От потрясения весь гул стола в одночасье прекратился, и все с интересом уставились на парочку. У Ханджи аж очки от восторга заблестели. — Отдай немедленно, — без дрожи в голосе выдал капрал. — Теперь понимаете, каково это? — оттарабанил Эрен, крепче вжавшись в тарелку. — Сначала Вы отдайте, а потом уже я! От холодного взгляда Ривая всем показалось, что кто-то отключил отопление, и оттого, озябши, принялись стучать зубами. — Олух ты тупоголовый, Йегер… — Ну я же просил вас не называть меня этой фамилией! — тяфкнул Эрен, щенячьими глазками глядя на Ривая. Тот же негромко хмыкнул, иронизируя: — Чьей же фамилией мне тебя называть, несчастье? — Вашей, сэр! — без раздумий выпалил тот. И тут Ханджи уже не выдержала и прыснула едким разразительным смехом, хватаясь за живот. За это та сразу же получила оплеуху от Ривая. — Отдайте мне вашу фамилию, сэр! — отчеканил Эрен, отчего глаза заблестели пуще прежнего. Ривай буравил его своим ледяным взглядом, выжигая невидимые дыры. Вдруг он резко вскочил из-за стола, схватил Эрена за ухо и потянул прочь из столовой. — Так ему, Ривайчик, задай ему жару! — улюлюкала Зоэ, все никак не успокоившись. Отойдя подальше от посторонних глаз, Аккерман наконец выдохнул и отпустил мальчишку. — Сначала я отдал тебе свое сердце, теперь ты хочешь и фамилию, балбес?.. — прошептал он ему прямо в губы, накрыв их жарким и страстным поцелуем…