Одна случайная встреча

Сегодня одна девушка из рядов Огненного Дракона выдала пророчество о Наследнике Дракона. О том, как он принесёт мир во всем мире Первородных. И войны между Тёмными и Светлыми Первородными больше не будут идти. А сам Наследник навечно застынет между светом и тьмой. У Огненного Дракона весь день были странные ощущения. И он сам не мог их объяснить. Это пророчество его сильно шокировало, но одновременно и заинтриговало. Ведь такого никогда не было. Рано или поздно война между светлыми и тёмными началась бы. Это просто вопрос времени. Дракон был уверен, что это предсказание о Тимофее Звереве. Других наследников он не планировал в ближайшее время. Хотя перед тем, как сбудется предсказание, могут пройти годы, столетия и даже тысячелетия. И Огненный Дракон об этом прекрасно знал. Ведь сам когда-то стал жертвой пророчества, которому было несколько тысячелетий. Зверев больше всех был похож на него в молодости. Внешность, характер, манера говорить, походка, мимика. Всё это было так знакомо Адаму, но так чуждо Огненному Дракону. Тимофей Зверев был необычным. Особенно он выделялся среди остальных наследников Дракона. Слишком гордый, смелый и добрый. Остальные были злобные и трусливые. Они были готовы преклоняться перед своим отцом. Готовы были стоять перед ним на коленях. Тимофей же не при каком предлоге на это не согласится. Никогда и ни за что. А ведь и Огненный Дракон когда-то был таким. Но это было настолько давно, что об этом никто не помнил, а потом это стёрлось из памяти людей. Практически все, кто знал и видел собственными глазами его доброту, давно погибли или забыли об этом. Буквально пара людей, которые ещё были живы, помнили об Адаме. Добром, светлом и готовым помочь друзьям. Да они и не знали, что Адам и Огненный Дракон — один и тот же человек. Хотя Адам был человеком, а Огненный Дракон был существом. Сейчас было невозможно увидеть в нём того мужчину. Человека, который когда-то был членом Королевского Зодиака. Можно сказать, что он был одним из его создателей. А в итоге уже несколько тысячелетий сражается против них. Но сейчас главное сделать так, чтобы Тимофей перешёл на темную сторону. По своей воле. Ведь если это пророчество действительно о нём… Надо убедиться, что Наследник захочет исполнять его. Даже Огненному Дракону надоели эти бесконечные войны. Вот только возникает один вопрос. Как это сделать? Это же практически невозможно. Как говорилось ранее он не готов преклоняться. Зато умеет показывать ослиное упрямство в самый неподходящий момент. Прямо как Огненный Дракон когда-то. Поняв, что Дракон не найдёт сегодня ответы на свои вопросы, он углубился в давние воспоминания. Воспоминания, которые были счастливые в его длинной жизни, но одновременно с этим и самые жуткие. Но через некоторое время его прервали. И нельзя сказать, что этот человек был ему неприятен.

***

Большая комната находилась в полумраке и, казалось, что по всему помещению находятся жуткие тени. А полную картину создавали фарфоровые куклы, некоторые из них были страшными и уродливыми. Но больше всего внимания к себе приковывал зеркальный трельяж, перед которым стояли чёрные свечи. Такими обычно пользуются для магических ритуалов. Они были зажжены. А перед всём этим великолепием сидела женщина лет 35-40. Она была прекрасна! Её ярко-зелёные глаза сверкали, а в глубине их было отражение огня. Неестественно седые волосы были аккуратно уложены в низкий пучок. Сама она была одета в один из своих многочисленных нарядов. А губы Ангелины Зверевой негромко шептали слова на латыни. Ритуал призыва был для неё довольно лёгким. За последние шестнадцать лет у Ангелины появилось много опыта в подобном. В последнее время она призывала Огненного Дракона всё чаще и чаще. Началось это несколько месяцев назад, когда Алексей Бирулин захотел узнать — кто отец её сына. А потом проблем становилось всё больше и больше. А Ангелина могла высказаться только одному существу, от которого можно было ничего не скрывать. И который всегда готов выслушать её. За шестнадцать лет она сама и не заметила, как он стал для неё важен, а то, что она думала о нём почти каждый день, начало пугать её. Но когда она призналась в этом ему, то он успокоил её и спросил: почему она из-за этого так сильно переживает. Когда Ангелина не смогла ответить, он сказал подумать над этим. Она действительно задумалась. И спустя почти месяц так и не смогла найти ответ. Закончив шептать, Ангелина Зверева уставилась на зеркало. Она заметно начала нервничать. Когда в зеркале появились змеиные глаза, она занервничала ещё больше. — Ангелина, ты что-то хотела? — Не совсем… Помнишь, ты спросил меня месяц назад, почему я так переживаю о том, что думаю о тебе почти каждый день? И просил ещё подумать над этим. — Допустим. Так ты подумала? — Ангелина молча кивнула. — И к какому же выводу ты пришла? — Я… Я так и не поняла почему. Я думала об этом каждый день, но так и не поняла. И поскольку я уже устала думать, то требую от тебя ответа на этот вопрос. — А с чего ты думаешь, что я сам знаю ответ? Я не могу знать, почему ты так переживаешь. — Да, не можешь. Но ты сам не раз хвастался тем, какой ты умный и сообразительный. Поэтому ты сам прекрасно додумался. А значит можешь рассказать то, что сама я не могу узнать. Так скажешь? — спросила женщина, приподнимая бровь. — Ну, если ты так хочешь… — глаза Огненного Дракона прищурились и исчезли с зеркальной глади. Зато другое зеркало в полный рост вдруг начало плыть. А из него начал выходить привлекательный мужчина лет сорока, с тёмно-серыми волосами и голубыми глазами. — Не может быть. Ты теперь можешь выходить из зеркала? Но… Но как? — Ангелина шокировано встала на ноги и начала подходить к мужчине, который улыбался, довольный произведённым эффектом. — После того, как мы подстроили твою смерть и убрали печать с гроба, я уже был довольно сильным. А когда Змееносец убил ещё одну жертву, я и вовсе смог выходить из зеркала, — Огненный Дракон усмехнулся, — но сейчас не об этом. Позволь ответить на вопрос, — мужчина замолчал. — Ну, и какой ответ? — от нетерпения Ангелина чуть не схватила его за руку, но вовремя сдержалась. Зато Огненный Дракон не сдерживался. Он подошёл ещё ближе и положил свои руки на талию женщины. — Me amas et etiam negare non potes*, — и Огненный Дракон поцеловал Ангелину прежде, чем она поняла смысл этих слов. Но когда она поняла их, то широко раскрыла глаза, но на поцелуй ответила. Все-таки хорошо, что отец заставлял её учить латынь с детства. Когда они отстранились, то Огненный Дракон сказал: — Да. Дело определённо в этом. А не ты ли мне говорила, что никогда не полюбишь Огненного Дракона? — мужчина усмехнулся и поднял одну бровь. — Тебе показалось тогда, — всё наконец-то встало на свои места. — Ага, конечно. А теперь прошу. Нам надо идти. Все-таки особняк я выбрал тебе классный, согласись. — Да, но мне интересно. А чей он? — Он принадлежал одному из моих многочисленных сыновей. И был предпоследним, если считать Тима. Он жил в этом доме двести лет тому назад вместе со своими другом из Ягужино. Но потом он умер, а его друг начал путешествовать. И я забрал дом себе. А что? — Уже нельзя поинтересоваться? — Можно. Почему нет, — с этими словами они вошли в зеркало и отправились в особняк на другом конце мира. И никто из этих двоих так и не заметил, что их подслушивают. Когда хрустальный перезвон окончательно прекратился, то из шкафа с разными штуками со съёмок медленно вылезли Егор Зверев и Владимир Дружинин. Они ошарашенно переглянулись и одновременно сказали: — Что это только что было?! Егору Звереву срочно нужны были документы, которые находились в квартире покойной Ангелины Зверевой. Он решил поехать за ними вместе со своим другом. Но когда находились в спальне, в которой хранили документы, то услышали шаги и поэтому начали судорожно искать куда спрятаться, но оба выбрали большой шкаф. И, прижимаясь друг к другу, они вдвоём простояли там почти час. И узнали много нового. Ангелина Зверева, которая считалась мёртвой, оказалась живой. Да и, возможно, выжить ей помог сам Огненный Дракон. Который теперь может выходить из зеркала. Больше смахивает на бред сумасшедших. У Ангелины и Дракона, возможно, бурный роман. — И что мы будем делать со всём этим? — всё ещё находясь в шоке, спросил Владимир. — Заберём документы и свалим отсюда! Тимофею не скажем, что его мать жива. Во-первых, он нам не поверит без доказательств, которых у нас нет. Во-вторых, я почти полностью уверен, что Ангелина не могла перейти на сторону Дракона. Тимофей для неё превыше всего. Если он не на стороне Огненного Дракона, то и она. Ангелина может любить его, но в итоге выберет сына. В этом я точно уверен, — Егор Зверев был полностью уверен в своих словах, хотя ещё не полностью отошёл от шока. — Ладно. Бери и поехали обратно в Клыково.