Свет

На улице стоит ночь, внизу зажжены фонари, а красивая улица пуста. Луна и звёзды, как всегда, украшают сегодняшний небосвод. Тишина. Это прекрасно. Сяо нравится тишина. На улице идёт снег, который потихоньку собирается на балконе парня. Он похож на падающие звёзды, за этим так красиво наблюдать. А ещё приятнее всего есть. Парень долгое время наблюдает за снегопадом, который в эту ночь набрал новую силу. Внизу уже были целые сугробы. Хоть бери и выбегай сейчас на улицу, чтобы поиграть в снежки. Сяо переводит взгляд на перила своего балкона и долгое время не отводит его. Длинные бледные пальцы касаются снега и берут его. Сяо пропускает его через пальцы. Он рассыпчатый, словно песок. Демон опять берёт снег, только уже сминая его. Пусть у него почти всегда температура полумёртвого человека, в его руках начинает таять снег, благодаря чему он может сформировать небольшой шар. Сяо подносит его ко рту и кусает. Тот в мгновение рассыпается, а позже тает. Нёбо сразу чувствует холод, от чего становится приятно. Парень прикрывает глаза и закидывает остатки шарика полностью в рот. Демон тянется за очередной порцией, но его вдруг прерывают, от чего он вздрагивает. Он должен быть готов в любой момент к нападению, но сейчас его мысли были о другом. — Сяо, привет! Он узнает этот голос из миллиардов живых существ. Сяо переводит взгляд влево и видит на соседнем балконе блондинку, что облачена в свой любимый белый плед. Она частенько, как и Сяо, выходит ночью на балкон потому, что не спится. — Привет, Люмин, — говорит он и сразу же переводит всё своё внимание обратно на кусок снега. Они часто болтают с девушкой в такие моменты. Разговоры с ней, удивительно, приносят удовольствие. Ещё так странно, что после того, как он начал общаться с ней, голоса убитых им людей и существ наконец умолкли. — Ты… Ешь снег? — удивлённо шёпотом спрашивает девушка, ближе подходя к правой части своего балкона. Тот переводит свой спокойный взгляд на неё. — Как видишь, — невозмутимо говорит он и демонстративно кусает его. — Если хочешь, то могу поделиться. — Очень щедро с твоей стороны, но ты же заболеешь! — возмущается Люмин и упирается руками в перила. Кажется, она прямо сейчас преодолеет этот метр между их балконами и будет выбивать из него всю дурь вместе со снегом в его руках. — Демоны не могут заболеть. — Ага, это ты мне завтра утром повторишь, снежный наркоман! Сяо так до конца и не смог понять её резкого беспокойства. Он демон, который уже сотни лет ест снег. И ни разу не болел. Он не слабый человек, который может заболеть из-за таких пустяков. — Ты лучше на себя посмотри. Иди домой, сейчас очень холодно, — произносит Сяо и всё так же продолжает есть снег. — Перестань есть снег, Сяо, это не шутки. Да и к тому же ты сам в одной футболке, или тебе очень жарко? Чего же она так к нему пристала. Ну ест снег и ест. Пусть не мешает ему. — Если тебя это так беспокоит, то я питаюсь только тофу и снегом, как видишь, вполне здоров, — возмущается Сяо, наконец переводя взгляд на её злобное выражение лица. Этот глупый человек действительно так заботится о нём? Это так… Странно. Хотя она часто так делает. Но зачем? Какое ей дело до него? — Я не усну, зная о том, что ты стоишь на балконе в минус 10 в одной футболке и ешь снег, — говорит Люмин. Сяо делает вдох. Видимо это для того, чтобы успокоить себя. — Ладно, я пойду спать. Только тогда ты тоже, — произносит Сяо. — Вот и договорились. Сладких снов, — улыбается девушка и машет рукой на прощание. Очень иронично слышать такое выражение в свой адрес. Сяо бы с удовольствием съел чей-то сладкий сон, но он запретил это делать себе, так как это слишком… Он не хочет думать о том, что было в прошлом. — Доброй ночи, — мягко улыбается он, но она не видит его улыбки в темноте этой ночи и уходит в свою квартиру. Сяо через несколько секунд тоже направляется к себе в постель, пережив жуткое желание съесть ещё снега. Ладно, завтра ещё будет время.

***

В квартире раздалось громкое чихание, а позже кашель. Сяо сильнее накрывается одеялом и в очередной раз чихает. Сейчас в квартире очень холодно, что странно, потому что он платит в месяц кучу моры за отопление. Он опять кашляет и чувствует, что ему сложно дышать. Нос заложен, а горло першит. — Что э… — он не может договорить фразу вслух, потому что в очередной раз чихает. Он заболел? Что за бред. Сяо пытается подняться, но у него не хватает сил, поэтому он падает обратно. Голова жутко болит, её вновь начали посещать мысли о прошлом. Только недавно стало лучше и вот опять. Он не знает что ему делать. Сяо же даже не знает как лечиться, кроме того, как перевязывать раны. Точно, можно позвонить кому-то. А кому? У него есть только номер Чжун Ли, но вряд ли у Архонта есть время на него. Да и беспокоить по таким пустякам это бред. Ладно, надо хотя бы посмотреть время. Он, скрипя зубами, тянет руку к тумбе и берёт телефон. На часах 12 дня. Так поздно… Шторы завешены, поэтому он даже не мог предположить такого. Парень на всякий случай пролистывает адресную книжку и видит там только один номер. Чудес не бывает. За сотни лет он встречал только два. Его спасение из лап Архонта благодаря Чжун Ли и… Что же второе… Ему стыдно признавать, но это Люмин. Человек вроде неё был действительно чудом. Он в очередной раз чихает и думает, что такие мысли — это последствия болезни. Нужно выбираться из кровати. Но даже если он это и сделает, то что произойдёт? Он может грохнуться по пути к ванной или кухне. У него же даже градусника нет, или как называется эта странная вещь. Что уж там говорить о таблетках. Даже чая никакого нет, чтобы выпить горячего. Сяо берётся за голову. Его мучает странная ноющая боль. Нет, надо подняться. Может позвать Люмин? Но как… Она сейчас сто процентов занята и её нет в квартире. Она всегда уходит рано и возвращается поздно вечером. Сяо видит как она приходит, когда в очередной раз стоит на балконе. Парень до сих пор не может поверить, что заболел от снега. Всю жизнь ел, а тут взял и заболел. Он тяжело вздыхает. Вдруг слышится стук в дверь. Сяо мгновенно захватывает интерес. Кто-то пришёл к нему. Люмин? Быть не может. Она всё-таки сейчас занята. Но кто тогда? Кто-то из других адептов не заметил его? Но он же выбирается на улицу только ночью. Он понял, что человек или не человек, стоявший по ту сторону двери, пока что единственный, кто может помочь ему. Поэтому, поднявшись с кровати, он направляется к двери. Очередной раз звучит стук. — Сяо? Ты слышишь меня? — спрашивает она достаточно громко. Парень уже около двери, поэтому ему достаточно лишь открыть её, но он почему-то замирает. Ему хочется чихнуть, поэтому, чтобы не выдать себя, он с помощью резкого анемо рывка оказывается около кровати и обессиленно падает. До него только дошло, что если ему, демону, плохо, то как же себя будет чувствовать человек. Он может заразить её. Этого нельзя допустить. Он закутывается обратно в одеяло и сильно кашляет, шмыгая носом. Как-нибудь само пройдёт. Его смущало только то, что в таком состоянии на него опять нахлынывают воспоминания о прошлом наполненном кровью и убийствами. Слезами и криками. Он хмурит брови и сжимается. Всё нормально. Это не маска Якши, которая приносит боль в сотню раз больше. Сяо всегда один справлялся со своими проблемами, потому что он создан для того, чтобы решать их. Инструмент, если говорить просто и понятно. Если инструмент ломается, то его не чинят, а заменяют на новый. Вот и Сяо с такой же мыслью уже хоронит себя от простуды. Хотя, всё ли так плохо? Это отличный способ умереть. У него нет ничего и никого рядом для того, чтобы ему стало легче. Это не маска Якши, последствия которой он может устранить. С этими мыслями он закутывается больше в одеяло. Его никогда не волновали климатические условия, но сейчас ему почему-то холодно. Сяо закрывает глаза. Нос заложен, горло болит. Ему хочется уснуть и не проснуться. Пусть эти измученные голоса заберут его с собой. Умереть в муках или нет, ему без разницы. Каждый день для него очередная мука. Правда всё больше и больше он перестаёт думать об этом. Почему-то в ночные встречи с Люмин на балконе ему становится хорошо. На душе спокойно, в голове тихо. Она не боится его. Её глаза светятся радостью, невинностью. Такой взгляд у ребёнка, что не видел человеческой жизни. Если он умрёт, то кто будет её защищать? Она сильная, он знает. Но… Ему так хочется просто быть рядом с ней. А если он умрёт, то встретится с ней не скоро. И встретится ли. Это всё из-за простуды. Его накрывает бред. Бесполезный. Никчёмный. Ему противно от себя. Он посмел думать, что достоин смерти, хотя не исполнил свой долг. Его битва будет длиться вечно, во что ему не хочется верить, но отрицать верное бесполезно. Сяо корит себя, тонет в темноте. Вдруг глаза видят появившийся свет. Откуда? Галлюцинации? Нет, у него не бывает таких. Сяо открывает глаза и достаёт голову из-под одеяла. Шторы раскрыты. Он точно находится в бреду. — Как я и думала, — девушка шепчет это и со странным взглядом смотрит на него. Чувства для Сяо — сложная вещь. Поэтому он не понимает, почему её взгляд такой испуганный и взволнованный. Он сейчас выглядит слишком жалко? Парень на автомате рычит, потому что забывает о том, что у него обычная простуда, а не маска Якши. Люмин подходит к нему. — Ты зачем вломилась в мой дом через балкон? — тихо говорит он, смотря на неё своим мутным взглядом. — А ты зачем ел снег ночью? Сяо хочет что-то ответить, но вдруг рука Люмин оказывается на его лбу. Возможно это из-за болезни, но он вдруг чувствует, что щёки стали пылать ещё сильнее. — Ты… Что делаешь? — дрожащим голосом говорит он и в очередной раз кашляет. — Ужас. Всё ещё хуже, чем я думала, — проговаривает Люмин и отходит от него. Сяо не понимает о чём она. Он выглядит жалко? Ну да, это правда. Никчёмный. Девушка раскрывает свой рюкзак. Сяо уже действительно сложно задавать какие-то вопросы, поэтому он просто переодически чихает, пока смотрит на то, как Люмин роется в рюкзаке. Она подходит к нему. Девушка включает светильник на тумбе и садится на край кровати. Сяо жмурится от света, но зато Люмин теперь видно последствия его болезни. Щёки красные, глаза слегка приоткрыты, Люмин видит кое-что ещё в них, они почти потухли. — Уйди… — он прерывается на кашель, — от меня. — Сяо, болезнь это не шутки. Да и к тому же если ты болеешь впервые, — говорит она. — Уйди, просто уйди. Я справлюсь сам, — он отворачивается на другую сторону. Ему не хочется, чтобы она возилась с кем-то вроде него. Она могла заболеть, этого нельзя допустить. Нахождение рядом с ним опасно. Так же карма Якши может перейти на неё, его тело слишком слабо сейчас для того, чтобы сдерживать её. Люмин делает глубокий вдох и выдох. Она обходит кровать и суёт градусник Сяо, вставляя его под подмышку, преодолевая разные преграды в виде одеяла. Он сразу же начинает копошиться, Люмин видит его наигранный злой взгляд. — Не возись со мной, это не твои проблемы. И ты можешь пострадать. — Ещё раз так скажешь и в жизни не увидишь снега, — говорит строго она и поднимается с кровати. Сяо тяжело дышит, а позже смотрит на Люмин непонимающим взглядом. — Ты куда? — он приподнимает голову. — Не поднимайся, — говорит девушка. — Я сейчас приду, не волнуйся. Вот это она шутница. Волноваться ему, что она куда-то уходит. Это не шутка. Он ничего не спрашивает, потому что доверяет. Парень хочет верить в то, что она вернётся. Сяо правда разрывался между тем, чтобы прогнать её из дома и тем, чтобы принять эту заботу. Какой же он бесполезный и жалкий. Люмин возвращается быстро. Сяо так и не смог предположить зачем она уходила. — Как я и предполагала, — вздыхает глубоко она и подходит обратно к парню. Он вопросительно смотрит на неё, щуря глаза. — Давай градусник, — говорит девушка, протягивая руку. Сяо повинуется и даёт его девушке. — У тебя совсем нет лекарств. Но, не беда. Позже она наконец поднимает градусник и видит ужасную цифру. — Тридцать восемь и восемь… — испуганно говорит она. Сяо чувствует, что её дыхание учащается, а он не понимает в чём дело. Его температура тела примерно равна тридцати четырём градусам. Поэтому сейчас его температура сравнима с сорока одним градусом у обычного человека. Удивительно, что он может держаться. Люмин быстро достаёт из рюкзака таблетки, которые купила ещё утром и кладёт на тумбу. Девушка опять отходит и возвращается с кувшином, который наполнен водой, а так же стаканом. Спасибо, что у Сяо есть такая посуда, так как у него абсолютно пусты все шкафы. Ни еды, ни лекарств. Будто здесь никто не живёт. Люмин чувствовала пустоту. Здесь нет уюта. Здесь нет радости. Ничего. Лишь давящие стены. А ведь Сяо живёт здесь. Почему ему так плевать на это? Это неправильно. Это ужасно. — Не надо… Таблетки, — он опять сильно кашляет. — Уйди от меня, ты заразишься. Люмин достаёт жаропонижающую таблетку из упаковки и берёт стакан воды. — Выпей, — голос звучит тихо, но убедительно. Золотые глаза Сяо неодобрительно смотрят на это и он уже хочет отвернуться. — Сяо, выпей это. Ты должен сделать это. Должен. Должен. Он обязан выполнить приказ, подчиниться. Нет, только не снова. Пожалуйста, нет. Ты ничего не сделал. Ты бесполезен. Ты не смог спасти нас. Ты убил, дал уйти. Ты ничтожен. Мучайся же до самого конца. Сяо схватывается руками за голову, жмурится. Нет, только не это. Только не снова. Пожалуйста. Пожалуйста, остановитесь. — Я всё сделаю… Я сделаю, как приказывают, да… — шепчет в агонии он. Люмин видит, как его золотые глаза светятся в темноте. Она начинает сильно волноваться, когда видит Сяо таким. Девушка сразу подскакивает к нему на кровать. Она крепко обнимает его. Сейчас ей плевать на то, что он может оттолкнуть её, причинить боль в таком состоянии. Ему плохо. Она впервые увидела его такого. Настоящего. Люмин прямо сейчас видит какая тьма его поглощает и мешает стать самим собой. Ей кажется, что если бы не эта болезнь, Сяо бы никогда не позволил ей увидеть его таким. Парень вечно холоден. Он не грубит ей, но всё равно инициативы для близких отношений у него никогда не было. У него не было друзей, приятелей. Сяо вечно сидел дома и занимался неизвестно чем. — Сяо, это не приказ, — быстро говорит Люмин, — это то, что поможет тебе избавиться от боли. Тебе не надо никому причинять боли. Ты должен помочь сейчас себе. Она чувствует как его тело дрожит, он будто в ином мире. Кажется, он не слышит её слов. Сердце Люмин сжимается от этого. — Нет… Нет… Пожалуйста, я больше не хочу забирать чужие сны и убивать кого-то… Нет, пожалуйста, не надо, — говорит парень. Люмин понимает, что Сяо говорит это не ей. Перед его глазами предстал чей-то иной образ. Девушка берёт его голову двумя руками и подставляет свой лоб к его, смотря прямо в золотые глаза, которые наполнены слезами. Эта болезнь действует на него хуже, чем маска Якши. Люмин даже представить не могла, что Сяо настолько плохо от его прошлого. — Сяо, это я — Люмин, — шепчет она. Её янтарные глаза пытаются заглянуть прямо в душу. Сяо смотрит будто сквозь неё, но через несколько секунд осознаёт кто перед ним. — Люмин… — шепчет он, а его глаза наполняются жалостью, и Сяо закрывает их. Он такой жалкий. Даже не смог сдержать себя. Сейчас она отвергнет его, как и всё в этом мире. Уже поздно что-то менять, она увидела его страх. Он просто сломался. Инструмента больше нет. Каждой тьме нужен свой свет. — Сяо, я правда не знаю что ты вспомнил, но я буду рядом с тобой. Поэтому оставь все те воспоминания в прошлом, пожалуйста, — шепчет Люмин, не отрывая взгляда. Сяо смотрит на неё, пытается разглядеть ложь. Но видит лишь обеспокоенный взгляд. Она просто не знает, что он убил множество людей, разрушил их мечты, какой он ничтожный. Сяо может сделать то же самое с ней. Он хочет отвернуться, но не успевает. — Если в твоём прошлом множество пролитой крови, это не изменит мое мнение о тебе. У всех свои скелеты в шкафу. Я не хочу, чтобы тебе было плохо, — говорит она и почти срывается на плач. Неужели ей действительно плохо из-за его боли? Действительно ли бывает такое? Хотя он чувствовал себя бы точно так же, скорее всего. Люмин винит себя. Она невероятно зла, не на Сяо, на себя. Потому что не может переубедить его. Но руки раньше времени опускать она не собирается. Парень не знает что сказать, он не может оторвать своего взгляда от неё. Он хочет верить в её слова, хочет, чтобы они были правдой. — …Спасибо. Люмин улыбается. — Выпей эти таблетки и подожди немного, — говорит Люмин, отстраняясь от него. Она достаёт из другой упаковки две капсулы. Девушка протягивает три таблетки и стакан воды. Сяо залпом выпивает воду с таблетками. Сухость в горле приятно прошла. — Полежи пока, постарайся не уснуть. Таблетки нельзя принимать на голодный желудок. После этих слов она идёт на кухню, не дав Сяо возмутиться. А он и не хотел. Его мысли были заняты другим. Он точно не оттолкнул Люмин? Сяо знал, что для неё было лучшим решением уйти, но сам он этого не хотел. Сейчас, когда его опять затянули эти воспоминания, и он не может держать их под контролем, рядом с ней стало спокойно. Её медовые глаза были наполнены сочувствием и нежностью. И… Объятия… С ним произошло такое впервые. Его никто и никогда не обнимал. Оказывается, это так приятно делать с человеком, что дорог тебе. Осознавая, что он принимает тебя со всеми твоими огромными недостатками. После этого голова стала постепенно проходить, мысли становились яснее. Только кашель не унимался. В любом случае, ему действительно стало лучше. Она вернулась через некоторое время. Он не знает сколько точно прошло, не то, чтобы он думал, он пытался осознать произошедшее. Да и вообще, ждать несколько минут или несколько сотен лет — ему всё равно. Время для него ничто. — Съешь всё, иначе таблетки не помогут, — говорит Люмин. Сяо оборачивается и видит тарелку в её руках. Так она хозяйничала на его кухне без спросу… Хочется, чтобы так было всегда. Чтобы он знал, что она не за стеной в другой квартире, а тут, рядом с ним. Нет ни войны, ни убийств. Только они. С ней спокойно. В руках её тофу. Она знает, что это единственная еда, которую он любит есть. И ему действительно приятно знать, что она помнит. — Съешь всё до конца и ложись отдыхать. А я пойду, — говорит Люмин, ставя тарелку на тумбу. От неё веет вкусным ароматом. Сяо вылезает из одеяла и приподнимается. Глаза с непониманием смотрят на неё. В смысле уходит? Она провела с ним столько времени и сейчас просто уйдёт? Не она ли говорила, что останется рядом? Взгляд становится обычным. — Почему? — осмеливается спросить он. Люмин замирает и оборачивается. — Я помню, что ты любишь есть в одиночестве. Поэтому, не буду надоедать. Вернусь вечером, как выспишься, — говорит она. Так вот оно что… Кажется, что она действительно сделает всё ради того, чтобы ему было хорошо. Есть ли смысл в этом? Сяо хочет получать такую заботу от неё постоянно. Взамен он будет жить ради неё и защищать. Просто в момент, когда она обняла его, в груди стало так легко, по телу прошлась дрожь. Он почувствовал себя умиротворённо. Он колеблется, но в итоге тихо, стараясь сделать так, чтобы его не услышали, говорит: — Не уходи… У девушки отличный слух, поэтому она удивлённо смотрит на его опущенную голову. — Побудь рядом, — всё так же продолжает шептать он. Люмин подходит к нему и протягивает тарелку тофу. — Хорошо, — лучезарно улыбается она, когда он поднимает на неё свой золотой взгляд. На её улыбку хочется ответить, что он и делает. Она сдержанная, но теперь видна ей. Девушка садится рядом на стул, который подвинула к кровати совсем недавно и наблюдает за тем, как Сяо ест. На его лице видно удовольствие. И Люмин радуется, что ему становится лучше. Сяо наслаждается вкусом тофу. Оно приготовлено великолепно, как и всегда. Этот вкус сладок и нежен. Это точно вкуснее снега. Когда Сяо доедает, Люмин говорит ему: — Ложись спать, я никуда не уйду, — мягко говорит она. В каждом её слове чувствуется нежность и забота, от этого у Сяо по всему телу разливается тепло. Она впервые так долго и близко рядом с ним. — Ты так будешь сидеть несколько часов? Люмин о чём-то задумывается, а потом легко отвечает. — Да. Не переживай за меня. Сяо почему-то отворачивается. На самом деле его лицо сейчас невероятно смущённое. Это видно по его ушам. — Л… Ложись рядом! — выпаливает он. Девушка становится красная, как вишня. — Ты уверен? — Тебе тоже нужно спать. Я не буду повторять дважды, — говорит Сяо. Люмин поняла, что судя по его манере речи, вот эта язвительность будет с ним всегда. Но ей она не мешает. Девушка забирается на кровать и ложится с другого края, дальше от парня, чтобы ему не мешать. Тот укладывается обратно и видит, что между ним и Люмин слишком большое расстояние. И его это не устраивает. Пусть он и болен, у него хватает сил обнять Люмин и притянуть к себе, а позже укрыть одеялом. — С-сяо?! Он чувствует как по её телу прошли мурашки. Ему не ясно, чьё сердце стучит так быстро. Его собственное или её. В груди становится так легко, от чего он выдыхает и утыкается в её макушку. Почему-то её слова о том, что с ней ничего не случится, звучали так убедительно, что он позволил себе слишком много. Такое чувство, будто он опьянел, но на самом деле это просто болезнь. — Давай спать так. Вместе, — шепчет он. Люмин вместо ответа поднимает свою руку к груди и сплетает её с рукой парня. Сяо бормочет что-то невнятное. Кажется, у него сегодня произошёл передоз эмоциями. Надо почаще ему болеть, думают Люмин и Сяо.