School love affair

      Школа — это место, куда тебя пытаются заманить новыми фломастерами и раскрасками, новыми друзьями и обещаниями о веселье. Школа — это ловушка, из которой выбираешься около десятка лет, это капкан, который может оставить следы или шрамы. Школа — это прививка от адекватности. Как бы там ни было, нам от неё никуда не деться, ну разве что сбежать в лес или в океан. Хотя… И там вас найдут какие-то лешие да русалки и будут уму-разуму учить. Лучше уж по-старинке: в школу.       Наверное, более-менее интересный момент начинается в подростковом возрасте — уже и собственное мнение формируется, и характер крепчает, и с учителями можно суету навести, и родителей заставить понервничать из-за прогулов или более страшных выходок, тёрки, драки, первый алкоголь в тихую с последствиями, а если начнётся ещё и первая симпатия — пиши пропало!       Если бы не хоть какое-то насильное образование, то смело можно было бы называть это заведение дурдомом.       Рассмотрим-ка один из них, школьных дурдомиков (для ошалелых гномиков).

***

      Первый звонок. Уйма людей. Кто в сценарии копается, кто в сумке, а кто в зубах, причём в поиске не застрявшего кусочка пищи, а смысла жизни, ну или хотя бы плана побега накрайняк.       Чимин уже и зубы языком пересчитывал, и глаза выпячивал, и кору несчастного дерева ковырял, а «восхитительный праздник» даже не начался. Спрашивается: нафига было выгонять из дома бедного человека так рано? Их класс только начинает начинать собираться, а Пак на грани забить на всё. Но нужно подождать хотя бы своих дебилоидов, которые по-любому придут в последний момент, а не пораньше, чтобы составить компанию бедолаге.       Ещё десять минут, и на горизонте виднеется белая рубашка и нереально красная шапка, по которой точно кто-то получит — Дебилоид намбе уан. Мин Юнги подходит со своим пофигистически-довольным лицом коварного лисёнка к Чимину, но не успевает поздороваться. — Итить-колыхать, ты за шерсть не переживаешь? — парень начал восторженно ходить вокруг одиннадцатиклассника. — А я когда-нибудь за что-то переживал? — всё так же довольно, с ноткой гордости ответил старший. — Мои ещё не выходили? Твои, вижу, тоже ещё не в сборе.       Пак сжал губы и пожал плечами, но пока их медленно опускал, то успел вдохновиться на плечевой танец. Наконец-то можно быть собой, есть с кем. Настроение поднималось. — Успокойся, абажур! Прибереги силы для дискотеки. В этом году будет новый диджей. — О-о-о, дискотека, — в ход добавились ещё и прыгающие брови. — Да, откроем отдел кадров тебе. — У, Кадриха Закадриловна планирует навестить Чимина? — неожиданно положил руку на плечо младшему Чон Хосок — Дебилоид намбе ту. — Да-а-а, — снова заиграл бровями с ехидно-похотливой улыбкой десятиклассник.       Ожидание группирования своих классов и разговор прервал один экземпляр, своровав внимание всех в один момент. — Хьюстон, у нас проблемы! Этот хмырь уведёт всех наших тёлочек! — обратился младший к Юнги, не отводя взгляда от объекта. — И этот хмырь будет в нашем классе, кажись, — добавил красноволосый. — Сейчас разберусь.       Чёрные джинсы, идеально белая рубашка, чёрный пиджак с золотистыми пуговицами, стильные туфли из нубука с прошивкой белой ниткой были больше похожи на ботинки; изящные наручные часы с кожаным ремешком и серебряное кольцо на большом пальце; андеркат, собранный хвостик; на ушах виднелись серьги-кольца, на одной стороне около пяти проколов; аристократическая внешность с идеальной кожей и красноватыми пухлыми губами, только глаза выдавали то, что человек не чистокровный кореец.       Мин плавно подошёл ближе и учуял древесный аромат парфюма, и видать, дорогого, потому что слышалась нотка ладана. — Кажись, сегодня тебя разденут, — тихим низки голосом сообщил парень новенькому, стоя за спиной. Тот лишь медленно кинул презрительный взгляд. — Я о серьгах. Ну и за парфюм выскажутся. Хотя, к причёске тоже могут придраться, — добавил Юн.       Новенький с недоумением снова косо глянул на Юнги, в глазах читалось «что ты мне сам с красными патлами втираешь?» и отвернулся. Церемония вот-вот должна начаться. Мин посмотрел на друзей, которые стояли вдалеке и мысленно допрашивали что да как там. Одиннадцатиклассник сжал губы, на секунду задумался, а затем пофигистично ущипнул неразговорчивого собеседника за задницу. — Ща как у-у-у-у…еду в глаз! — гаркнул новенький. Высказаться не было возможности из-за учителей. — Ура, рекация, — безэмоционально сказал Юн. — Пофигизм — моя стихия здесь. Так как тебя зовут?       Ответа не было, поэтому парень отправился к друзьям. Те кинулись с расспросами, но максимум, что ответил Шуга, это то, что он будет называть его Саске, потому что тот такой же молчаливый, самовлюблённый красавчик-игнорщик. После этого все разошлись по своим местам. Церемония началась.