Боевая сцена из "Пути без возврата"

Джен
NC-17
Закончен
0
автор
Размер:
Мини, 5 страниц, 1 часть
Описание:
Место действия: мир собственной разработки, ориентировочно похожий на Средиземье и т.п., большая работа по которому находится в процессе.
Примечания автора:
Главное действующее лицо: Фириэль Фёрринде
Выглядит примерно так: https://cloud.mail.ru/public/PyFX/Vma4N4qHE
Способности: клинковый бой,
исцеляющая магия
(работает не как в играх, мгновенно, а как "в жизни"; зато тут и анестезия, и томография, и остановка крови, дезинфекция и прочее, быстро и без лишних приспособлений)
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
0 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать
Настройки текста
Дорога петляла, по сторонам был негустой лес, заполнявший воздух своими звуками. Иногда, заслышав стук копыт, с колеи взлетали птицы, клевавшие падающие из крон семена, иногда взбегали вверх по стволам буровато-рыжие белки. Вскоре беженцы догнали троих человек в серо-черной одежде, неспешно шедших в ту же сторону. – Мир вам, почтенные! Далеко ль путь держите? – обернувшись, приветливо спросил один из них, невысокий, в черном балахоне с капюшоном, скрывавшим лицо. Голос его был мягок и приятен, чего не скажешь о мрачноватой внешности. Он опирался на гладкий, к навершию слегка загнутый посох и напоминал монаха или волхва. Двое других смахивали на обыкновенных наемников, каких небогатые купцы берут для охраны. У одного из них, высокого, в кожаном нагруднике и наручах, голова была замотана черной чалмой, на перевязи болталась кривая вороненая сабля, а второй носил низкий кожаный шлем с глазницами и наносником, клепаную безрукавку с железными накладками, а также два изогнутых пиратских ножа на широком поясе. – И вам мир, – так же вежливо ответил хозяин. – Едем к морю. Продадим повозку и сядем на корабль на Линдар. – От войны бежите? А вы знаете, чтобы попасть в город, надобно платить. – Кому ещё платить? Мы свободны. Пограничную мы уплатили, а больше пошлин не полагается. Да и денег-то не осталось, – невозмутимо ответил хозяин. Похоже, он имел опыт общения со сборщиками налогов и простыми вымогателями, притворяющимися ими. – Не беспокойтесь, много не возьмем. При этих словах у Фири перехватило дух. Её подозрения сбывались. Не подавая виду, она проверила клинок на поясе. – Мне нечем платить. Дом мой сгорел, и денег у меня нет. Трое остановились, преградив дорогу, тянувший повозку мул встал. Долговязый с черным на голове взял животное под уздцы. Все их внимание было обращено к торговцу и его имуществу; на феарийку они не смотрели, будто не замечали её. – Всего лишь эта старая колымага – много у вас не убудет, да и зачем она вам? До моря-то вон, рукой подать. Вам корабль нужен. А нам – денежки. О-о-чень, – гнусаво протянул длинный, указывая на запад, где должно быть море. – Праильно грю? Его товарищ молча закивал. Они не ждали возражений со стороны жертв. Монах стоял отстраненно, взирая на грабеж, как на игру детей. – Неправильно, – четко, сухо и холодно ответила Фири, неспешно слезая с повозки. Возникло предательское сомнение в своих силах. Их как-никак трое, да странные какие-то… Куда она впуталась? Коротко оглянулась на растерянно ломающего пальцы хозяина и его супругу, на мальчугана, с угрюмым видом тискавшего самодельную игрушку. На них надеяться нечего. Хозяйка подняла глаза на феарийку. В её взгляде смешивались надежда и неуверенность. «Может, не надо? Стоит ли наше благополучие твоего здоровья?!» Худощавого парня уже нигде не было – похоже, тихо смылся. «Ну и правильно сделал, всё равно от него толку никакого», – мельком подумала Фири. Воз и поклажа – последние средства существования семьи. А эти -- скольких уже разорили? Гнев, вздымаясь пламенной волной, сжег всю нерешительность. Бояться гнусных бандитов? Нет уж! Рука под плащом сжала рукоять. – Э? – рассеянно переспросил грабитель, не отпуская узду. – Чево? – Того. У нас ничего нет. Иди своей дорогой, работать наймись – с голоду не помрёшь. А нас оставь в покое! – прищурившись, посоветовала феарийка, делая полшага вперед. – Э, ты чё, не твоё дело, не лезь, пока цела! – возбужденно вступился второй, что пониже, в кожаном шлеме, нарочно растягивая слоги. – А то и тя пригребем. – Я еду с ними. А ты греби-ка подальше от нас, – Фири угрожающе понизила тон. Обескураженные разбойники мгновение медлили. Монах праздно стоял позади. Все трое с повышенным интересом разглядывали феарийку. Низкорослый в шлемчике возмутился: – Ты чё, косоухая, нам тут указывать буешь? Ну чё ты нам сделаешь-то? – А точно, веревку давай – денежек будет больше, ге-ге-ге!.. – Загоготал длинный с замотанной головой и тут же осекся, увидев около своего носа хищное острие клинка. Фири скинула плащ, отцепила ножны и, не сводя глаз с противника, положила на борт повозки. – Эй-ей! – возмущенно крикнул разбойник, хватаясь за свою саблю. Его коллега в кожаном шлеме рванул с пояса ножи. Фири, не дожидаясь, применила простой прием – левой рукой схватила длинного за шиворот, всем весом дёрнула на себя и подсекла. Неловко взмахнув саблей, он спикировал ничком в дорожную пыль, прямо перед носом у компаньона. Монах с посохом куда-то пропал. Оглядываться времени не было – кривые ножи неслись к ней по дуге. Увернувшись от прямого наскока, она пропустила противника мимо себя и сильным ударом ноги в спину добавила ему скорости. Потеряв равновесие, он с разгона врезался макушкой в высокое колесо повозки, прямо перед опешившим хозяином и его семьей, и ошеломлённый, сел на землю. Фири сильно добавила ему эфесом по шлему, отчего бандит свалился набок и затих. Тем временем, рослый разбойник в чалме успел подняться и поднять оружие. Но феерхорнское фехтование ему не по зубам: несколько раз скрестив с феарийкой клинки, он угодил в ловушку. Зубцом перед гардой своего меча она поймала его саблю, отвела в сторону и, резко крутанув, вырвала оружие из руки. Увидев пред собой противницу с двумя клинками, он нелепо взмахнул руками и панически бросился в лес. Взглянув ему вслед, Фири нагнулась к напарнику. Тот был жив, но в отключке. Тогда она подобрала его ножи и шагнула к возу. – За эти железки дадут пару серебренников, – рассудила она. – А им – мало от них пользы. Монаха нигде не было, наверное, сбежал. Впечатленный и безмерно благодарный хозяин воза открыл было рот, но вдруг резко вскинул руку. – Сзади! Никто не видел, куда девался монах, но, главное, откуда возник. Фири не успела и обернуться. Свистнул рассекаемый воздух, и страшный удар посохом вытянул её промеж лопаток, разом лишив способности дышать. Словно кукла, она грянулась грудью о борт повозки. Второй удар справа по рёбрам поверг её наземь. Ошеломлённая, она перекатилась, вскочила, подалась вперед и влево, хватая клинок, и тут же поплатилась левой рукой. Удар по предплечью наградил её тяжкой болью. Развернулась лицом к врагу. Он был уже без балахона, обнажен по пояс, на нем оставались лишь короткие черные штаны, мягкие сапожки и черная обмотка на голове, оставлявшая узкую прорезь для тёмных, грозно блестящих глаз. Легко и быстро, куда ловчее бедовых сотоварищей, он подскочил к феарийке, нанес своим неровным посохом три молниеносных удара, которые она едва парировала, и отпрыгнул на сажень назад. Он вовсе не был напряжён. Наоборот, как будто заинтригован. – Дерево, или сталь? – спросил он спокойно и буднично, будто мастер у заказчика. Фири не поняла, к чему это, да и не могла сейчас думать над чем-то подобным. Каждый вдох и выдох давался с мукой. Поняла лишь, что действительно имеет дело с монахом какого-то культа из южных степей Гвейруна или Приморского Нагорья, вышедшим на большую дорогу, вопреки тому, что все распространённые вероисповедания не приветствуют разбоя. Воспользовавшись паузой, она немного пришла в себя и, не медля, атаковала. Её выпад рассёк пустой воздух, противник немыслимым образом оказался слева и ткнул её торцом посоха в бок, несильно. Феарийка недоумевала и удивлялась той легкости, с которой монах обходит её. Это было, по-видимому, одно из горских боевых искусств. Частые, непредсказуемые удары посыпались хаотичным градом с разных направлений, заставали врасплох, на их парирование уходили все силы. Гибкая и твёрдая лунная сталь оставляла на посохе зарубки и стёсы, только и всего. Фири теперь лишь защищалась и отступала. На пределе своих возможностей. И вскоре поняла, что вымоталась. Пропущенный болезненный удар по ребрам заставил ахнуть. Она отразила выпад снизу, выпад слева, а от мгновенного удара справа уйти не успела. Бедро вспыхнуло болью. Ещё немного, и враг просто забьет её палкой, как бешеную собаку. Но монах-бандит, диктовавший темп боя, снова взял паузу, отскочил. Вероятно, он тоже устал. Фири очень надеялась на это. Дыша часто-часто, шагнула назад, увеличила расстояние. Но враг не дал ей передышки, налетел опять. Она решила больше не подпускать его близко, закрутила клинком, окружив себя сверкающим вихрем. А монах не атаковал, он поступил умнее. Он обходил её, готовый ударить в любой миг, и ждал, когда она попусту растратит силы. И она с горечью поняла, что просчиталась опять. Что проиграет бой – это дело лишь времени, скорого. Это вместо того, чтобы выполнить свою задачу и вернуться к Эрахилу и команде. Вспомнив вдобавок о перспективах рабства, она ощутила растущую ненависть. «Нет у меня на это права. Нет права на поражение! – сказала себе Фириэль. – Биться насмерть!!!» Унижение и боль возбудили в ней дикую, отчаянную ярость, замутившую сознание, но мобилизовавшую последние силы. Словно хищник, загнанный в угол, феарийка ожесточенно защищалась от нового града атак, постоянно отступая по кривой, не давая противнику приблизиться. "На износ, насмерть!!" Она больше не останавливалась, огрызаясь короткими ответными выпадами вдогонку взмахам посоха. Вошла в бешеный ритм, её лезвие мелькало рядом с торсом врага, ограничивая ему сближение. Не пропустила ни одного удара, что уже обнадеживало. Неожиданно для него, отбив выпад, отпрыгнула на два шага назад. Монах стал пружинисто приближаться, выбирая момент. – Дерево вечно! – нараспев возгласил он. – Возобновляемо, как и Истинное Начало, как Тоха! Познай его силу перед смертью! Смерть и забвение – кара тебе от Тоха! Но сначала боль – моя тебе кара! – Ха-а!! – крикнула в ответ феарийка, сделала молниеносный колющий выпад, и тут же отскочила ещё на полшага назад. Все её тело горело, как металл в плавильне, и пятна боли тонули в пылу. Противник увернулся и контратаковал. Его удары краем траектории достали цель, но она их не ощутила. И ударила навстречу, мощно, с полуоборота, по длинной дуге. Теперь просчитался монах. Он хотел отразить посохом середину клинка, но вынес его чуть раньше, и лезвие попало концом, наискось рассекло древко между сжимавших его рук. – Как бы ни так! – прорычала Фириэль, скалясь и задыхаясь. – Не хочешь ли отведать стали?! Боевой раж заставлял сердце биться, как барабан. Она выставила клинок, и ждала, хватая воздух, реакции противника. Заметила по изменившимся движениям монаха, что он колеблется. Однако, феарийка слишком увлеклась. И не успела ни среагировать, ни пожалеть об этом. Тяжёлый и твердый удар вышиб весь мир из её головы. Всё ярко вспыхнуло и померкло. Она тяжко рухнула на колени, не слыша собственного горького стона, выпуская клинок из руки. Краем темнеющего поля зрения заметила позади себя длинного с внушительным плотницким рубанком в руках. Незаметно вынутым из воза. Тут же последовал пинок под ребра, её бросило набок, от боли она скорчилась клубком. Врезавшийся в позвоночник носок сапога заставил снова распрямиться, перекатиться по земле с глухим криком. В глазах пульсировал мутный мрак, сознание тонуло в круговерти... Перевернувшись на спину, она увидела, как старик спускается с воза, держа наперевес четырехзубые вилы, его супруга сжимает в своих натруженных руках топор. Даже их маленький сын держал уже не игрушку, а камень, замахиваясь для броска в длинного. Беженцы, воодушевленные храбростью феарийки, видя её фиаско, решились тоже стоять до конца. Не за имущество, за честь. Сбоку на маячившего рядом монаха с отчаянным воплем налетел белобрысый парень, опуская корявую дубину. «Так вот зачем он в лес побежал!» Но монах поднырнул под удар, и, оказавшись позади парня, лихо крутанулся на месте. Парень с выпученными, как у рыбы, глазами и раскрытым в спазме ртом, пролетел мимо Фири и шлёпнулся немного в стороне. Из середины его спины торчал обрубок посоха. Она истошно закричала, взметнулась вихрем, ведомая неистовой силой аффекта, дернувшей её кверху. В прыжке схватила монаха за конец тряпки, скрывавшей голову, потянула дальше, разматывая, свалила с ног и тоже растянулась в пыли. Саданула кулаком по твёрдому и круглому – голове, раз, и ещё раз, чувствуя, как разбивает себе пальцы. Перекатилась, вырвала из пробитого тела кровавую деревяшку и, не глядя, с размаха, всадила её туда, где находился враг. Всем весом надавила. Куда попала, не видела, но ощутила, как твёрдое дерево неприятно пронзает мягкое и плотное -- живую плоть... Красная боль, травма, полостное кровотечение... Неуправляемые чувства целителя вывернули её собственное нутро наизнанку. «Познай силу его перед смертью»... Феарийка скрючилась в приступе сухой рвоты, стала отползать прочь. Сзади донеслись крики, лязг и грязные ругательства. Краем глаза она заметила занесенную саблю, при попытке вскочить споткнулась о труп и упала. Сабля вжикнула мимо. Фири нащупала дубину погибшего парня и заслонилась ею; но сил биться больше не было. Сабля обрушилась с опрокидывающей мощью, и Фири рухнула на спину, испуская мучительный крик. В голове потемнело, лёгкие отказались вдыхать, но деревяшка в руках удержала смерть в четверти локтя. Рядом оказался ещё кто-то. Над Фири мелькнули зубья вил. – Я тебя, вражина! – прохрипел голос хозяина. – А ну!! Лязгнуло железо... Но тут со стороны донесся вопль бандита в шлеме: – Эй, брось, мотаем! Едут!! Еду-ут!!! Рявкнула брань, зачастил топот, и все затихло. Кто-то тихо воззвал к Господу, послышался детский голос... Силы оставили феарийку. Огонь в ней догорел. Липкая тяжесть придавила щеку к прохладному песку. Разум пульсировал между сумраком и чернотой с ударами сердца, едва понимая, что происходит. Где-то отдалённо раздались возгласы. То был купеческий караван, с охраной. Спасение. Кругом были голоса людей, деловитые и дружественные. Появилось ощущение защиты: любые невзгоды просто боятся таких голосов. Но звучали они смутно и далеко, под пеленой, за туманом. Фири лежала недвижно, в неудобной, болезненной позе. Кто-то склонился над ней, чьи-то руки коснулись её, попытались повернуть на бок – это отозвалось раскатами боли. Подложили что-то под голову, обтерли лицо влажной прохладой. Прохлала потекла по щеке. Люди стояли рядом, толпились в нерешительности, смотрели, вздыхали, разговаривали. – Сам Господь послал нам Кали, – прозвучал голос хозяина. -- Если бы не она, ободрали б как липку! – Она ранена? – спросил кто-то. – Да на ней живого места нет, – отрезал кто-то решительный. – Скорее надо ехать в деревню, к лекарю! – Конечно, езжайте вперёд. А мы позаботимся о покое павшего. – Благодарю, любезный, -- отвечал хозяин, -- сами управимся. А вы езжайте и везите пилигримку к лекарю скорее. Возьмите её вещи. Где-то рядом простучали шаги копыт, проскрипели колёса, грохнул открываемый борт фуры. Её взяли множеством рук, подняли, и боль ответила удушающими раскатами. Она невольно издала стон, вокруг засуетились, и тут же её тело оказалось на чем-то гораздо более приятном, чем пыльная земля. Вместо бледного неба перед глазами темнел тент фургона. Разговоры отдалились. – А это что за тип? – Погодите-ка... таххак, по виду. -- Боже ж мой! -- Не видал раньше в этих краях. С ним было всего двое? Разбежались? Да, видать, орда и таких гонит; нелегкие приходят времена... Она лежала в тряском товарном фургоне, и боль плескалась в теле, как вода в бурдюке. Невозможно шевельнуться, и расслабиться тоже больно. Кроме того, её мучили тошнота и головокружение. А ведь ещё предполагалось идти, до устья залива. Но пока Фири отдыхала, а купеческий караван приближал её к морю. Теперь она повидала смерть. Привычка целителя оценивать людей как организм, сложный и чувствительный, теперь была порушена варварскими жестами убийства. «Нет, не может быть!» – противилось сознание; «это выглядит так» – гласили образы, четкие и страшные, и призраки ощущений умирающих рядом. Вся сложная гамма чувств, как своих, так и прочитанных в чужом теле.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты