Новые ошибки прошлого

      И снова, знакомое яркое мерцание алых волчьих глаз. Снова Шерлок Холмс со своим верным другом и по совместительству, помощником, Доктором Ватсоном, отправились в прошлое, ради того, что бы обнаружить новые зацепки в деле дома Баскервилей. Ну, или если быть точнее, так думал Ватсон. Шерлок же знал, что в этой локации они собрали все возможные улики, теперь было можно о ней и не вспоминать, но какого-то дьявола, его эмоции и желания велели ему вернуться в это место, в это время, что было крайне не рационально и не поддавалось никакой логике. Как только они оказались в нужном времени и в нужном месте, Доктор не спеша прошёлся по помещению, заново осматривая его и надеясь, что его ума хватит, что бы понять, зачем же Шерлок настоял на возвращении. Последний, в свою очередь, стоял возле сломанного шкафа, наблюдая за этими действиями, время от времени, покуривая свою трубку. В комнате царил сущий кошмар. Зеркало туалетного столика было разбито в дребезги, по нему сверху вниз медленно стекала густая бордовая жидкость, недалеко от него, на полу был брошен женский манекен без некоторых частей тела, который украшали большие и яркие пятна свежей крови. Собственно, большая часть этой комнаты: стены, пол, вещи, всё это было покрыто человеческой кровью, а предметы мебели, совместно со стенами, разодраны когтями ужасного чёрного зверя. Бедная Луиза, адский пёс покончил с ней невероятно жестоко… На стенах комнаты покойной девушки висели белые театральные маски с небольшими красными каплями на них, изображающие различные человеческие эмоции. В одном ряду с ними, на стене находилась та самая, металлическая голова красноглазого волка, при помощи которой они и очутились здесь. Вид этой комнаты действительно ужасал, но не опытных детективов.  — Всё таки не могу понять, зачем же мы вновь вернулись сюда? На сколько я понял, здесь мы сделали всё, что было необходимо, — Задумчиво задал вопрос Ватсон, смотря на темнеющий вечерний лес за большим повреждённым зверем окном.  — Хочу признаться, я настоял на этом не из-за того, что мы что-то забыли в этом месте. — Прояснил детектив, оставив свою трубку в покое на кресле рядом с ним.  — Из-за чего же тогда? — Снова озадаченно спросил доктор.  — Мои личные мотивы… — Загадочно пояснил Холмс, на что получил непонимающий взгляд своего напарника. — Подойдите-ка ко мне. — Кивнув головой, тем самым, показывая на свободное пространство рядом с ним, приказным тоном произнёс он. Ватсон, без лишних вопросов, незамедлительно выполнил эту просьбу. Он доверял своему другу больше, чем кому-либо другому. Холмс оценивающе и с интересом смотрел на своего напарника, который, конечно же, заметил это, благодаря чему, он просто ждал вердикта. Ожидал, что его друг собирается исходя из наблюдений, что-то предъявить Джону. Собственно, он так делал постоянно. Шерлок привел своего друга, не для того, что бы молча стоять, он хотел столько всего рассказать… Раскрыть все свои чувства, но он не мог найти слов для этого, его мозг отказывался переводить его чувства в осознанные предложения, не знал, как это сделать. Всё это казалось ему глупым, а надежда на взаимность была довольно-таки наивна с его стороны. Детектив провёл тыльной стороной ладони по щеке доктора, слегка задевая пальцами его губы. На это он получил непонимающий взгляд, но на удивление, он не заметил осуждения в нём. Возможно, он запросто не подозревал, что предвещают эти действия. Холмс, слабо взяв Ватсона за подбородок, приблизился к его лицу, между ними оставалось расстояние меньше сантиметра, они ощущали дыхание друг друга, внутри груди чувствовалось приятное тепло, как от крепкого алкоголя, бутылку которого выпили залпом. Шерлок осторожно прильнул к губам Джона, который даже не сопротивлялся, даря тому неуверенный поцелуй. Он был нежным, недолгим и невинным, но не смотря на это, он казался чем-то уму непостижимым для них. Им точно это нравилось, но это всё же было столь… неправильным? Сердце предательски быстро забилось, создавая впечатление, будто бы оно пытается сбежать из груди своего хозяина, дабы не быть причастным к его проступкам. Нельзя было сказать, что больше всего сказывалось на учащенном сердцебиении этих двоих: некий страх, волнение, влюблённость, или всё перечисленное в равной степени. Отстранившись от своего объекта воздыханий, Холмс заглянул тому прямо в глаза, не сдерживая свою легкую улыбку, в надежде понять, что чувствует его дорогой друг после подобных действий. Напряжение возрастало, до тех пор, пока Ватсон не отвел взгляд. Доктор явно был смущен этой ситуацией, что выглядело довольно забавно. Легкий румянец на лице взрослого мужчины, который из-за неловкости отводит глаза от своего столь любимого друга. Не часто такое можно увидеть.  — Я люблю вас — Тихо, но уверенно признался виновник неловкости, возникшей между ними, пытаясь выразить хоть часть своих эмоций и чувств в интонации этих простых трёх слов, которые Холмс так давно мечтал сказать.  — Я… — Доктор замешкался, он не ожидал такого развития событий, в его голове было море различных мыслей, которые он не успевал осознать, но чувствовал бурлящие внутри него эмоции, которые у него не было времени понять, — Да, я это понял. — С дуру ляпнул Джон, не успевший даже подумать над этим ответом, о чем он моментально пожалел. Детектив видел волнение и смущение своего партнера, благодаря чему, не удивился такому ответу, ведь в таком состоянии люди всегда несут чушь, не успев её обдумать. Джон так же заметил невозмутимое состояние Холмса, который просто стоял на расстоянии полуметра от него и внимательно наблюдал за реакцией друга, ожидая адекватного ответа на своё признание. Ватсон подошел настолько близко, на сколько это было возможно, утыкаясь лбом в грудь Шерлока, нарушая его личные границы. Хотя он и нарушал то их только потому, что осознавал, что этого сейчас и желает детектив. — Простите меня, надеюсь вы понимаете, что не это я хотел сказать… — Положив руки на плечи детективу пояснил доктор, после чего поднял голову и посмотрел тому прямо в глаза, по которым можно было понять, что внутри него бушует буря эмоций, — Я тоже вас люблю.— Признался Джон под сопровождение громкого стука собственного сердца, после чего, прикрыв глаза, потянулся за новым поцелуем, ответ на который не пришлось ждать ни секунды.