Забыть всё.

Маленькая светловолосая девушка отдыхала на диване после уборки в квартире, где она жила с соседкой. Нина являлась рипофобом (Автор: Это люди, которые помешаны на чистоте. Когда будете гуглить, не смотрите картинки… Я вас предупреждаю, но вы ведь меня не послушаете и посмотрите. (Бета: Загуглил, среди картинок именно рипофобии ничего такого нет, но поисковик подсказывает "трипофобию", вот это уже слегка стрёмно)) Раздался скрип открывающейся двери. Вошла среднего роста темноволосая девчонка. — Нин, ты дома? — спросила она. — Да, я тут, -ответила Нина. — Как прошёл твой день? — Ужасно! Кералайт опять смеялась надо мной. Ну, вот чем я перед ней провинилась? — рассказала девушка, войдя в комнату. — Ей просто не нравятся люди со странностями. — И какие у меня странности? Я вполне обычная. — Конечно, Симфония, ты совершенно обычная, — с издёвкой ответила Нина. Да, да. Соседку Нины звали Симфония. Родители Сим любили красивые и интересные слова. Поэтому, они и назвали детей немного странными именами. Старшую сестру Сим звали Катастрофа, а младшего брата — Революция. Симфония осмотрела содержимое холодильника и грустно вздохнула. — Нин, а ты в магаз пойдёшь? — спросила Сим. — Я не собиралась. А что, у нас снова мышь в холодильнике повесилась? — Скоро можно целое кладбище открывать, — вперемешку со смехом сказала Симфония. — Сейчас схожу. Когда Нина вернулась из магазина, у неё случился культурный (или не совсем культурный) шок. На полу валялись бумажки, а на столе разлит чай и разбросаны крошки. Симфония сидела на диване и спокойно что-то писала. Пакеты из рук Нины выпали. — Сим, — как можно спокойней позвала девушка. Реакции ноль. — Сим! — громче сказала Нина, пытаясь сдержать агрессию. Снова никакой реакции. — Симфония, блядь, ты оторвёшься от этого ёбаного листка бумаги?! — закричала Нина. Сим и это проигнорировала. И тогда девушка уже не выдержала. Она взяла нож и нанесла несколько ударов в состоянии аффекта. Кровь окрасила пол, диван и листочки. Симфония даже крикнуть не успела. Тело безжизненно упало на пол. Нина стояла с ножом в руках ещё минут пять, пока не поняла, что она натворила. Девушка припрятала тело соседки в ванной и побежала к Алексу. Хорошо, что он жил по-соседству. Алекс помог Нине спрятать труп и очистить место преступления. Ниффти с неким восторгом и радостью рассказывала столь ужасные истории Энджелу. — Мы тогда не были знакомы. Да, и ты с Алексом даже знаком не был. — А как ты умерла? — спросил Энджел. — Следствие через год возобновили. Да, и не последнее это было убийство. В общем, меня казнили. Хаск во время их разговора протирал бокалы. — А ты как умер, Хаск? — спросил Энджи. — От старости, как все нормальные люди, — ответил Хаскер. Интересный разговор прервал голос с лёгкими радиопомехами. — Приветствую вас. — О, Ал, мы тут как раз о нашей догробной жизни говорим, — рассказала Ниф. — О догробной? И что же вы успели поведать? — Почему отрицаешь, что ты — Алекс? — проигнорировав вопрос, спросил Энджел у Аластора. Повисло молчание. — Пойду где-нибудь приберусь, — сказала Ниффти и убежала. — Я загляну к Чарли, — Хаск тоже поспешил удалиться. Энджел и Аластор продолжали прожигать друг друга взглядом. — Ну? — На какой ответ ты надеешься, мой друг? — спросил Аластор. — На честный. — Знаешь, у меня были веские причины. — И какие же? — Веские. — Заебись у тебя ответы. Энджел очень близко подошёл к Алу. — Почему ты скрывал? — Я ожидал от тебя такой реакции. — Какой такой, блядь, реакции?! Я потерял тебя, думал, никогда не увижу больше! А ты был рядом всё это время! Как я должен реагировать?! Как?! — Энджел уже сорвался на крик. — Я не хотел говорить потому, что всё кончено. То, что было между нами при жизни, останется в прошлом. Ответа на это у Энджела не нашлось. — Ты ещё до потери памяти понял, что я — Алекс. Ходил за мной, расспрашивал, подкатывал. И этот разговор уже у нас был. Но ты очень упёртый. Решил и дальше соблазнять. Из-за этой «погони» за мной ты потерял память, упав с лестницы. Энджел уже почти не слушал. Он развернулся и вышел из отеля. Аластор в след что-то кричал, но Энджи уже не слышал его. Даст просто шёл куда-то вперёд. — Энджел, вернись! Через три дня чистка! Энджел! — Аластор пытался остановить Энджела, но бесполезно. Энджел оказался в незнакомом ему месте. Как вернуться в отель он не знал. Да и возвращаться он не хотел. — Мудак, — пробубнил Энджел. Одни серые дома сменялись другими. Дорога всё не кончалась, а мысли со скоростью света сменяли друг друга.