Такарада-сан, помогите мне!

Лори Такарада не зря занимался шоу-бизнесом. Ведь здесь, помимо яркой, сияющей обложки, разворачивается «закулисная» жизнь, не менее захватывающая и искрометная. И вот пример такой жизни сейчас стоял перед его рабочим столом, мелко дрожа, но все же сверкая решительными янтарными глазками. И казалось, что от стен все еще отражался звонкий крик: - Пожалуйста, Такарада-сан, помогите мне! - Могами-сан, - осторожно окликнул он рыжую, опасаясь, что девушка, сейчас напоминающая испуганного кролика, вот-вот даст дёру подальше отсюда. – В чем вы просите вам помочь? - Вы прекрасно знаете, в чем, - опустила голову Кьеко, мгновенно вспыхнув до самых ушей. - Хм… - наигранно задумался Лори, с интересом наблюдая за реакцией актрисы. – Неужели, это касается Рена? От этого вопроса Могами вздрогнула, чуть не подпрыгнув, и еще сильнее покраснела. Такарада же наблюдал за этим молниеносным созреванием помидора и молчал. Он был немного удивлен таким поворотом событий, но внутренне ликовал. Может, теперь все сдвинется с мертвой точки? - Вы же знаете, что я Рена… как я к нему отношусь, - сбивчиво начала говорить Кьеко, нервно теребя рукава своей униформы. – Хотя я не хотела ему этого говорить. Но сейчас…когда он постоянно в компании такой красивой модели… Боже, я ужасна! - Ты приревновала Рена? – подскочил от радости Лори. - Я знаю, что я не имею на это права! – запричитала рыжая, чуть ли не падая на пол в мольбе о прощении. – Кто он, а кто я! Я не смеююуу… - Так, тихо, тихо, Могами-кун, - замахал руками президент, пытаясь остановить приближающуюся истерику. – Может, Ты и считаешь, что это эгоистично и неправильно, но ревновать любимого мужчину к достойной женщине (или наоборот) вполне нормально. Однако, - тут Такарада сменил тон и, сцепив руки в замок, с хитрым прищуром посмотрел на актрису, - как я понял, ты хочешь, чтобы я устроил тебе возможность объясниться с Реном? - Я не знаю, это такая глупая идея!.. – Кьеко покаянно опустила голову, все еще сохраняя насыщенный алый оттенок. - Не глупая, а смелая! Только воистину смелый человек может достигнуть истинной любви! – мечтательно возвел глаза к потолку Лори. – Но ты сможешь сказать ему в лицо о своих чувствах? - Это… это нереально! – осознав весь масштаб предстоящего подвига, девушка в ужасе схватилась за голову. – А если он не станет меня слушать?! Да я лучше на месте в адском пламени сгорю, чем ему в глаза посмотрю! - Значит, так. Если тебе так трудно признаться, то сделаем это, словно перед очередным кастингом. - Кастингом? – заинтересовано захлопала глазами актриса. - Да. Представь, что это твоя новая роль. И прежде чем выйти на сцену, тебе нужно узнать и почувствовать своего героя, репетируя с хорошим партнером. - Вы предлагаете мне репетировать свое признание с посторонним человеком?! - Не переживай, Могами-кун. Я найду самого надежного человека. Улыбка президента заинтриговала Кьеко, одновременно придав уверенности. - Да, так я быстрее справлюсь… с ролью. - Тогда сегодня можешь идти. Отдыхай и готовься. В ближайшие дни я позову тебя на репетицию. Актриса поклонилась и вышла из кабинета. Хмыкнув, Лори взял телефон и набрал знакомый номер. - Алло, Такарада, это ты? - послышалось на том конце после нескольких длинных гудков. - Куу, ты свободен в ближайшие дни? – сразу перешел к делу президент. - Относительно. А что случилось? - Просто от тебя будут зависеть любовные отношения твоих детей. - Вечером вылетаю! - и разговор прервали короткие гудки. Тихо усмехаясь, Лори вернул телефон на место и, откинувшись на высокую спинку резного кресла, устремил взгляд в окно. «Все должно получиться. Да простит меня Рен… Но если этот мальчишка после всего будет продолжать бездействовать, то я его лично убью. Нет, я лучше его свяжу, повешу красивый бант на шею и отправлю к Кьеко домой. Хотя, со своим воспитанием, она такой подарок не оценит. А жаль…» Для Кьеко это был ужасный день. Уже который подряд. И когда все началось? Может, тогда, когда она увидела тайно любимого Тсуругу в обществе красивой европейской модели? Или когда она поймала себя на собственнических мыслях по отношению к обожаемому семпаю? Все эти неправильные и эгоистичные чувства не давали ей покоя вот уже на протяжении второй недели. А ведь как им не появиться, если всегда такой внимательный к ней Рен вдруг с головой погрузился в общение с прекрасной европейкой! Пусть актриса мысленно и казнила себя всеми самыми изощренными способами, но чувство ревности никуда не уходило. Вот она, совсем отчаявшись, и прибегла к помощи президента. Может, это все зря? Ведь пережитые страдания не шли ни в какое сравнение с предстоящим адом, на который она самостоятельно подписалась. Но, как бы то ни было, актриса целый день, после разговора с Такарадой, жалась к стенам и двигалась исключительно из угла в угол, дабы, не дай Бог, не наткнуться на объект своей ненавистной любви. Еще ее сильно напрягали слова президента. Кто поможет ей с предстоящей «ролью»? Ведь единственным таким человеком мог быть только ее семпай. Но тут его кандидатура снималась сама собой. А кто еще может оказать ей поддержку в таком тонком деле, Кьеко не знала. Вот так и прошел весь следующий день, состоявший из метания от одной стены к другой и потерей нервных клеток, пока не позвонил Такарада. «Ну что, Могами-сан, ты еще полна решимости?» - по безобидному, казалось бы, тону можно было понять, что пусть девушка только попробует сказать «нет», и пощады не будет. - Д-да… - обреченно выдохнула Кьеко. «Тогда иди в залы для репетиций. Тебя уже ждут», - и президент отключился. Теряясь в догадках, девушка почти ползком, по-пластунски, добралась до нужного этажа. Сделав серию упражнений «вздох-выдох», она открыла необходимую дверь. В просторном зале никого не было, а закулисную зону охватывал мягкий полумрак. - Есть тут кто-нибудь? – неуверенно крикнула актриса. В дальнем углу послышалось тихое шуршание, и на освещенную сцену вышел стройный мужской силуэт. - Папа?! – пораженно выдохнула Могами. - Здравствуй, дочка, - радостно улыбнулся Куу. - Что вы здесь делаете?! - Тебе помогать прилетел, - заботливо потрепал ее по голове Хизури. – По поводу Тсуруги. - Откуда… вы знаете? – шокировано распахнула глаза Кьеко, невольно отшатываясь назад. - Такарада сказал. И попросил тебе помочь с репетицией. Надеюсь, я смогу придать тебе сил в таком нелегком деле, - по-доброму улыбнулся актер. - Пожалуйста, позаботьтесь обо мне! – склонилась в поклоне рыжеволосая, борясь с подкатывающими на глаза слезами. Теперь у нее в душе зародилась крохотная надежда о благополучном исходе принятого ею решения. Все-таки, с ней согласился репетировать сам великий Куу Хизури. Это же должно чего-то стоить? - Медленно выдохни, расслабься. Представь, что перед тобой стоит твой любимый человек, - лился по залу вкрадчивый голос. - Хорошо, - Кьеко подняла испуганно-смущенные глаза на светловолосого мужчину и замерла, не в силах даже вздохнуть. Аристократичная осанка блондина, отстраненно-вежливое выражение лица, проникновенный взгляд светлых глаз – все это не принадлежало Куу Хизури. Перед ней стоял Тсуруга Рен. - Могами-сан, вы что-то хотели мне сказать? – знакомый бархатный тон голоса заставил все нутро перевернуться. - Я хотела сказать, что я… - сглотнув, актриса посмотрела в такие неожиданно похожие глаза. – Что я вас... Простите меня, простите! – закрыв лицо руками, она отвернулась, стыдясь своей слабости. - Кьеко, все хорошо, - голос Куу вновь стал прежним. – Если так тяжело, то закрой глаза и представь его. И потом открой свое сердце. Могами кивнула и послушно закрыла глаза. Первые секунды ничего не происходило. Но затем воображение начало плести свои загадочные узоры, вырисовывая в памяти любимый образ. - Тсуруга-сан… - невольно сорвалось с губ. Воссозданный образ высокого брюнета начал обретать черту за чертой, запомнить которые дано лишь самым близким. Вот всем знакомая вежливая маска разлетелась на куски, являя истинное лицо актера, который с удивлением и затаенной нежностью смотрел на свою кохай. И, чуть приподняв уголки губ в едва заметной улыбке, будто спрашивал: «Что-то случилось, Могами-сан?» Это истинный Он. Такой Он выслушает ее и поймет… - Рен… - нежно улыбнулась Кьеко, чувствуя, как теплая рука охватывает ее ладонь, осторожно сжимая ее. «Как его руки… большие, теплые,нежные. Но он так редко прикасался ко мне…» Сделав вздох, девушка обратилась к пригрезившемуся образу семпая. - Я люблю тебя, Рен. Больше, чем кого-либо еще, - словно отпуская сердце, выдохнула она. «У меня получилось?» - задалась вопросом она, вслушиваясь в тишину. Недоуменно приподняв брови, актриса медленно открыла глаза. На нее, пронзая серым взглядом, смотрел Тсуруга Рен. «Я настолько все ярко представила?» - нахмурилась она, на секунду зажмурившись. Но образ брюнета никуда не исчез. «Что за?..» - тут ее пронзила страшная догадка. - Тсуруга-сан? – испуганно пискнула она, признав физическое присутствие актера. Хотелось сбежать и закопаться где-нибудь до скончания веков, но сильная рука Рена крепко сжимала ее ладонь, лишая шанса вырваться. Осмелев от паники, Могами взглянула ему в лицо. Маска невозмутимости явно дала трещину, столько эмоций играло на его лице: удивление, потрясение, неверие, но никакого осуждения. Вместо него была радость… Радость? Или даже ликование?.. В голове крутилось немыслимое число вопросов, мешающих анализировать увиденное. Но один вопрос был явно четче и громче всех. «Откуда здесь взялся Тсуруга-сан?!» - Где папа? – только и смогла произнести Кьеко из всего мысленного сбивчивого монолога. - Я за него, - ответил брюнет. – Вернее, это он был на моем месте, не так ли, Могами-сан? - Но… - предательское сердце было готово выпрыгнуть из груди, а от волнения все плыло перед глазами. - Вы думали, что я позволю кому-то постороннему услышать слова, которые предназначались мне? – голос семпая стал сладким, словно мед. - Это… это все Такарада-сан! – закричала актриса, делая отчаянную попытку вырваться, но тщетно. Наоборот, это послужило сигналом для Рена. Резко дернув девушку на себя, он прижал к груди стройную фигурку, надежно сцепив вокруг тонкой талии руки. - Нет уж, - промурлыкал он. – Теперь-то я точно никуда тебя не отпущу, Кьеко. « И снова я виноват! Так и помогай после этого всяким влюбленным!» - мысленно ворчал Лори, бесшумно выходя за дверь. Все-таки, первый поцелуй –слишком личная и интимная вещь, которая касается только двух влюбленных. В коридоре с ноги на ногу переминался нервничающий Куу. Ему не верилось, что план сработал. Довольно ухмыльнувшись, Такарада показал ему большой палец, как знак, что все в порядке. - Как хорошо, что Куон правильно отреагировал, - облегченно вздохнув, полушепотом произнес Хизури, чтобы, не дай Бог, не потревожить новоиспеченную парочку. - Еще бы он посмел по-другому отреагировать! – недобро прищурился президент. – Зря я что ли ему все съемки отменил и сюда пол дня заманивал… Но главное, план удался! Пошли, выпьем за это! - Я бы не отказался от хорошего ужина, - вставил свое слово Куу. - Только вот чем бы мне теперь заниматься, раз этих двух благородных тугодумов свели? – задумчиво протянул Лори. - Неужели, у тебя закончились кандидаты? – скептически покосился на него блондин. - Точно! – просиял Такарада. – У меня же еще есть два сотрудника отдела «Люби меня», да и менеджера Яширо неплохо было бы устроить… - Несчастные люди… - пробормотал себе под нос актер, но чуть громче добавил. – Ну, будет тебе, чем заняться. А теперь, ужин! И двое мужчин удалились праздновать долгожданное событие, пока их никто не опередил. Ведь, кто знает, возможно, уже завтра весь LME, а после и вся пресса, будет бурно обсуждать историю любви двух актеров.