Gingerbread House

— Милая, я дома, — устало проговорил Гарри, бросая ключи на подставку и расшнуровывая ботинки. Он быстро стряхнул с воротника куртки оставшиеся снежинки, покоиевшиеся там из-за сильного снегопада на улице, и повесил верхнюю одежду в гардероб. Сегодня был тяжёлый день — и это был только вечер вторника. Парень вздохнул и хотел уходить в сторону спальни, потому что буквально не чувствовал своих ног. Лана уже успела выйти в коридор в домашнем белом платье в алый цветочек и теперь, радостно улыбаясь, встала на носочки, чтобы поцеловать парня. Он быстро ответил на поцелуй, и тут же направился к лестнице. Девушка с трепетом замерла, разглядывая его внешний вид: белоснежная рубашка, крепко сидящая на широких плечах парня, строгий галстук и пиджак, чёрные брюки. Он выглядел одинаково горячо как в строгих костюмах, так и в потрепанных джинсах в сочетании с какой-нибудь футболкой с логотипом «AC/DC». — Я очень устал сегодня, малышка, ладно? Всё, на что у меня сейчас хватит сил, это дойти до кровати и лечь. — он с сожалением посмотрел в ответ на её восхищенный взгляд, но она лишь согласна кивнула и направилась вслед за Стайлсом. Зайдя в спальню, Гарри действительно просто упал на мягкий матрас, не потрудившись даже снять одежду. Он лежал на спине, бесцельно глядя в потолок, мысли роились в его голове словно пчёлы в улие, и он беспомощно зажмурился, пытаясь прогнать их. Худшая вещь, которая может случиться, когда ты пытаешься отдохнуть — эти чёртовы назойливые мысли. Лана аккуратно села на колени рядом с ним на кровать и склонилась ниже, ослабляя его галстук и начиная расстёгивать пуговицы на рубашке парня. Он тут же открыл глаза и посмотрел на девушку с грустью и толикой насмешки. — Я устал настолько, что не стоит даже пытаться, Лана, — тихий смешок сорвался с его очерченных губ. На мгновение девушка замерла, вглядываясь в его красивое усталое лицо. — Я понимаю, — она мягко кивнула и заставила его сесть, продолжая расстегивать пуговицы, пока не добралась до последней. — Я просто хочу помочь тебе переодеться, ты ведь не собираешься ходить весь вечер в рубашке и брюках, — пояснила она наконец, когда Стайлс уже успел прожечь в ней дыру своим вопросительным взглядом. — Ох, милая, — его лицо смягчилось. Он сделал несколько движений руками, помогая девушке снять с себя предмет одежды. Нервным жестом поправил взлохмаченные темные волосы. Тем временем Лана уже принесла ему обычную чёрную футболку и заботливо натянула её на тело парня. Он с благодарностью обнял её, носом зарываясь в волосы, пахнущие карамелью и солнцем, которого так не хватает холодной зимой, прежде чем переодеть неудобные, сковывающие движения брюки на спортивные штаны. Когда Гарри лёг обратно на кровать, Лана легла рядом, пальцами мягко перебирая его тёмные кудряшки. Другая её рука покоилась на талии парня, отчего ему было неимоверно спокойно и тепло. — Что поможет тебе почувствовать себя лучше? — вдруг спросила девушка, привставая на локте. В её глазах зажглись хитрые огоньки. — Не знаю, — он задумчиво покачал головой. — Может, просто ты? Или ты хотела что-то предложить? — Да, вообще-то, хотела, — она игриво улыбнулась и наклонилась, чтобы оставить быстрый поцелуй на губах парня. Он притянул её к себе обратно и поцеловал гораздо более чувственно, мягко сжимая талию пальцами. Когда они отстранились, парень тяжело дышал, но выглядел будто бы радостнее — её поцелуи всегда были для него чем-то вроде лекарства от любого недомогания. — Кажется, мне уже лучше и я готов послушать твоё предложение, — ухмыльнулся Стайлс. Девушка ничего не ответила, лишь схватила его большую ладонь своей, поменьше, и потянула за собой, заставляя встать с кровати. — Чёрт, нет, если эта идея включает подъем с кровати, я не согласен, — недовольно простонал он, пока девушка радостно тащила его в сторону кухни. Там она вдруг поставила его перед собой и надела на парня чёрный фартук с красным орнаментом в виде новогодних леденцов. Он тихо усмехнулся, осматривая себя. — Итак, у меня есть почти готовое тесто для имбирных пряников в холодильнике и упаковка ингредиентов для глинтвейна, — Лана хлопнула в ладоши, с азартом глядя на Гарри. — С чего начнём? — Ладно, я сдаюсь, — парень тихо засмеялся. — Давай начнём с печенья. Поставим его в духовку и за это время сварим глинтвейн? — Даже когда ты не на работе, планируешь всё до мелочей, — она мягко хлопнула его по плечу с улыбкой, надевая свой фартук. — Что же, тогда приступим! Девушка достала из холодильника прозрачную миску с густым тестом, и кухню сразу заполнил запах имбиря, корицы и кардамона. Гирлянда на стене подмигивала жёлтыми огоньками, добавляя в атмосферу искры праздника. В это время Гарри быстро снял с одной из верхних полочек банку с мукой и формочки. Лана хихикнула, высыпая муку на мраморную поверхность черного стола и начала раскатывать тесто. Стайлс с непритворным удовольствием наблюдал за её плавными действиями, восхищаясь движениями её пальцев, ловкостью, стройной талией и искренней улыбкой. — Ты будешь помогать или так и дальше будешь пялиться на меня? — она тихо усмехнулась, складывая руки на груди, но её щеки покрыл румянец смущения. Гарри виновато улыбнулся, возвращаясь в реальность, и, насыпав немного муки на руки, чтобы тесто не прилипало, начал вырезать человечков. Лана прервалась, опираясь о столешницу, и с улыбкой посмотрела на парня. Он усердно придавал форму будущему печенью, даже его лицо было таким же сосредоточенным, как во время работы, а потом вдруг почувствовал на себе пристально смотрящие глаза и поднял хитрый взгляд на Лану. Уже через секунду он прижимал девушку к себе за талию, накрывая её губы своими. Она со смехом отвечала на поцелуи кудрявого, на время отстраняясь, чтобы подразнить, а потом вновь возвращаясь к его мягким губам. Девушка положила руку ему на грудь, тем самым пачкая не защищённую фартуком часть ткани. Отстранившись, они оба вдруг заметили белый отпечаток пальцев из муки на его черной футболке и засмеялись. Тогда Гарри, нацеленный на месть, насыпал чуть больше муки в ладони, и, так как на девушке была надета светлая одежда, и потому его отпечатки не были бы видны, начал оставлять полоски на коже её лица и голых рук. Парень провёл пальцем по кончику её носа, ухмыляясь. Она со смехом отбивалась, а потом сдалась, и стала пачкать его футболку ещё сильнее, пока на ней почти не осталось чёрного пространства. Стряхнув оставшуюся муку с ладоней, Стайлс накрыл ими скулы девушки и вновь увлек её в теплый поцелуй. Лана отвечала сначала медленно, потом — всё менее целомудренно, пальцами вплетаясь в его мягкие шелковистые волосы. В конце концов Гарри прижимал её к себе за талию так сильно, что каждая часть их тел соприкасалась друг с другом, и они оба чувствовали парящее в воздухе напряжение. Он сжал её бедра в своих больших ладонях, и она издала тихий стон сквозь поцелуй. Мягко отстранившись, Стайлс начал оставлять нежные поцелуи на её шее, спускаясь всё ниже, а потом и вовсе приподнял её, сажая на свободную часть столешницы. На этом моменте девшука со смехом его прервала. — Гарри, давай хотя бы поставим в духовку наше несчастное печенье и продолжим? — её взгляд светился радостью. — Точно, малышка, — он усмехнулся и помог ей спрыгнуть на пол. Быстро выложив вырезанные из теста фигурки на пергаментную бумагу, расстеленную на противне, они установили таймер на духовке, сняли фартуки и устало дали друг другу «пять». — Не расслабляйся, у нас ещё глинтвейн, — Лана весело подмигнула, прерывисто выдыхая. — Эй, ты ведь обещала продолжение, — он обиженно сложил руки на груди. Девушка хитро прищурилась и подошла ближе. — А ты говорил, что очень устал, — её пальцы пробежались вдоль торса парня, пробираясь под футболку к бархатной коже. — Ты, как всегда, вдохнула в меня ещё немного жизни, — Гарри тихо выдохнул, закидывая голову назад, потому что ладони девушки уже гуляли по резинке его штанов. — Ладно, мистер Стайлс, — девушка довольно ухмыльнулась, направляясь к выходу из кухни и подтягивая парня за собой. — У нас есть двадцать минут, потому что я не хочу остаться без глинтвейна! — Хорошо, дорогая, — он тихо усмехнулся, целуя её в висок, потом подхватил за талию, чтобы она обвила его тело ногами, и быстрыми шагами направился за Ланой.