Сладкая

      Звук текущей воды слышен в тёмной спальне. Полоса света разрезает пол комнаты, проходя почти по середине. Без людей помещение выглядит совсем пустым, будто номер отеля. Мужчина открывает входную дверь, и теперь ещё и тусклый свет коридорных светильников попадает в тёмное помещение.       Сол никогда не стучится, заходя к ней. Это не нравится женщине от слова совсем, но она не закрывает дверь, снова и снова ожидая, что он придёт.       Лёгкий шлейф её духов чувствуется сразу. Аромат настолько сладкий, что ты не сразу определишь хозяйку столь слащавого парфюма и, скорее всего, не поверишь, когда узнаешь. Брюнет с уверенностью может сказать, что она — его единственная сладость, ведь он уже давно не ест конфеты, леденцы и шоколад. Зарываясь носом в её волосы, он вспоминает детство, вспоминает, как болели зубы, и улыбается своим мыслям. С ней мужчина чувствует себя легко и свободно. Он называет её лишь по имени, но в голове вертиться куча прозвищ, связанных с кондитерскими изделиями.       Пройдя внутрь, Сильва, наконец, закрывает дверь. Темнота режет взгляд, какое-то время он привыкает к ней, осторожно ступая к полосе света. Слышит, как отключается вода, однако позже опять включается. Тихий довольный смешок срывается с его губ от осознания, что Фара поняла, кто пришёл к ней в гости, и ничего не сделала. Она не захлопнула дверь в ванную комнату, что для неё было проще простого, и не сказала ему ничего. Такому доверию можно позавидовать.       Мало кто мог предположить, однако они правда на столько близки, что она может спокойно пустить его в своё личное пространство. И личное настолько, когда обнажённое тело не играет особой роли. Однако от этого их отношения не становятся понятней. Ночами топят проблемы в бокалах с вином и в объятиях друг друга, а днями ведут себя, как друзья-товарищи, так, будто это не они в порыве страсти отдавались друг другу несколько часов назад. «Друзья с привилегиями» — так это называется, но это так грубо звучит и совсем не состыкуется со слезами в футболку, нежными прикосновениями и невесомыми поцелуями в лоб и щёки. Кажется, что в голове уже должно было сложиться два плюс два, но всё ещё почему-то выходит пять. Они не хотят усложнять, а получается наоборот.       Сол встаёт прямо на светлую полосу на полу и поворачивает голову. Глаз, только что привыкший к темноте, ослепляет фиолетоватый свет. Он жмурится, но продолжает смотреть и встречается взглядом с хозяйкой, что сидит в центре ванны, наполненной горячей водой, видны лишь её плечи. Они смотрят друг на друга спокойно, не разрывая зрительную связь, и тогда светлоглазый в один шаг оказывается рядом с приоткрытой дверью, раскрывает её и, неторопясь, заходит. Выражение лица не меняется, словно он делает это каждый день.       Вода ещё льётся из крана, и создаётся впечатление, что Даулинг хочет чтобы она переполнила ванну и потекла по полу, как будто ей попросту всё равно. Запотевшее зеркало, белая раковина, шкафчики со средствами гигиены — всё это наполняло светлое помещение с голубоватой плиткой на полу и светлыми стенами. Сильва здесь не первый раз, поэтому знает, что в шкафчике под раковиной обычно стоит земляничный гель для душа, однако сейчас он на металлической подставке, что прикреплена к стене рядом с ванной для удобства.       Не торопясь, мужчина преодолевает расстояние между дверным косяком и акрилом ванны. Фара внимательно смотрит на него, ожидает каких-то слов и действий, и они не заставляют себя долго ждать. Сол аккуратно садится на колени рядом, чтобы их лица были на одном уровне. Он ещё сильнее ощущает тепло и чувствует её приятный ягодный аромат. Он кладёт руку на край ванны и улыбается, когда она накрывает её своей мокрой ладонью. Брюнет указывает взглядом на включённый кран, и светловолосая останавливает воду, не прикасаясь к серебристоиу вентилю, лишь глаза её на секунду изменились в цвете. Она вновь посмотрела на своего «друга», и тогда он заговорил:       — Как ты?       Его хриплый голос разрезал тишину слишком неожиданно, однако она даже не подала виду, что мурашки пробежали по её спине.       — Пока держусь, — проговорила Даулинг, опуская взгляд на своё тело, в воду.       Сильва проследил за направлением её взора и закусил губу, когда глаза зацепились за очертания груди. Конечно, чтобы не смущать женщину, он отвёл взгляд, но она уже всё почувствовала, не смотря, и уже обрадовалась своей маленькой победе. Сейчас в её возрасте так приятно ощущать заинтересованность мужского взгляда. Она снова чувствует себя молодой, и ей это очень нравится.       Фара проводит свободной ладонью по противоположному плечу и под размеренное дыхание брюнета погружается в свои мысли. Рядом с ним она постоянно задаётся вопросом: «Что я чувствую к нему?», но оставляет его риторическим. Возможно, она знает ответ, просто не хочет оглашать его самой себе, ей кажется, что это сродни вынести себе приговор о смертной казни. Ведь на сколько любовь прекрасна, на столько же и пагубна. Она непроизвольно сжимает его руку сильнее и возвращает свой взор на его лицо.       Встреча глазами свершается снова. Сол видит в её взгляде какую-то печаль, кладёт свою руку поверх её, что всё ещё покоится на его предплечье, и, чтобы поднять ей настроение, тихо произносит:       — Как же я хотел тебя увидеть…       — Но мы виделись пару часов назад, — проговаривает она, одаривая его лёгкой улыбкой.       Его мотивы настолько прозрачны, что Даулинг ощущает их всем телом. Приятная теплота наполняет её изнутри, и глаза начинают блестеть, как будто он сделал ей самый лучший комплимент, что она когда-либо слышала. Как же она любит такие моменты, когда Сол так близко, и она чувствует все его эмоции, даже знает, что он скажет. Хотя, скорее всего, она просто его хорошо знает. Вдоль и поперёк.       — Я знаю, — говорит он и тоже не может сдержать улыбку.       Они смотрят друг на друга, как на самое прекрасное, самое дорогое. А ведь так и есть.       Мужчина перемещает свою ладонь с её пальцев на шею, забираясь под влажные волосы. Прохлада его пальцев снова оживила её. Она тоже переместила свои руки и поменяла позицию в ванной, повернувшись к нему всем телом и приподнявшись на коленях. Теперь вода ей лишь по пояс. Его рука всё ещё в её волосах, а взгляд перемещается с глаз на губы, и Фара не медлит. В один момент она приближается к нему и скоро вовлекает в поцелуй. Это происходит так быстро, что Сильва лишь вскользь успевает почувствовать, как её мокрые ладони буквально пролетают по его шее и притягивают к себе. Он инстинктивно сразу отвечает на поцелуй, обхаватывая её талию руками, и тоже приподнимается на коленях. Не церемонясь, женщина приоткрывает его рот губами, проникает языком внутрь и издаёт сдавленный стон, когда он проделывает тоже самое. Влага с её грудной клетки уже давно осталась на его серой футболке, и они ощущают друг друга очень близко.       Её губы, кажется, для него самые желанные, и не нужен сахар, чтобы с уверенностью назвать их сладкими. Она всегда так страстна, и от этого каждый раз, как в первый. Даулинг проводит по его скулам и шее пальцами и цепляется за футболку так крепко, будто за спасательный круг. Они ни на секунду не отрываются друг от друга. Влажный поцелуй прерывается лишь неосторожными покусываниями и облизываниями. Конечно, воздух в лёгких не бесконечен, а коротких вздохов не хватает, но пара пытается растянуть момент. Сердцебиение учащается в геометрической прогрессии, а дыхание замедляется в арифметической, и они всё же отстраняются друг от друга, сразу пытаясь восстановить его.       Фара вновь опускается в воду, но не отрывает глаз от его лица. Жар окутывает её тело, а внизу живота приятно тянет, но она решила, что момент интимной близости может подождать. Сол приводит своё дыхание в более размеренное состояние и облизывает свою же губу, будто пытаясь найти частицы «сладкой» женщины на них, но позже прижимает к лицу кисть, вытирая остатки влажности с лица. Её прожигающий взгляд волнует кровь, и он поднимается с пола. Вот он снова смотрит на неё сверху вниз. Ещё не востановленное дыхание даёт о себе знать, её грудь всё ещё плавно вздымается, а плечи расслаблены.       — Я жду тебя, — томно проговаривает он, чуть нагнувшись к ней.       Берёт её ладонь и целует аккуратные пальчики, затем осторожно отпускает её и, сделав несколько шагов назад, поворачивается и направляется к двери. Выходит почти бесшумно, только звук поворота дверной ручки немного неприятен слуху в такой прекрасной тишине.       «Какая же она всё-таки приторная», — проносится у мужчины в голове, когда он садится на кровать директрисы. Он улыбается этим мыслям и невзначай, взяв в руки подушку, утукается в неё носом. Сильнее ощущает сладость её аромата, вспоминая как прикасается к её драгоценной коже и вглядывается в её шоколадные глаза, Сильва снова наполняет душу самыми тёплыми эмоциями. Ему с ней лучше некуда.       В это время Даулинг аккуратно касается своих губ, глупо улыбаясь. Она проводит ладонями по своему телу там, где он касался её совсем недавно, вспоминает трепетные движения его рук по своей спине, нежный взгляд. Когда они наедине, он совсем другой. Как же ей нравится чувствовать себя особенной, это обжигающе приятно, и каждая клеточка тела ощущает эту теплоту, исходящую из сердца.       Она рядом с ним просто расцветает, и кажется, что большего не надо…