Звездчатый сапфир

«Я хочу сделать заказ.» Ничего необычного. «Кольцо с сапфиром, мне посоветовали вас как прекрасного ювелира. Камень уже есть, вы могли бы приехать в ■■■■■■■?» Это был обыкновенный заказ. Был… Кэйа считал себя одним из лучших ювелиров, считал, что у него есть на то причины. Возможно, это было так. Самостоятельно заниматься всеми этапами производства, не жалея самого себя исполняя самые сложные работы в короткий срок. Иногда он мог забыть сколько дней не видел солнца работая в мастерской над очередным проектом. Но горящие самоцветы, ограненные, в композиции с благородным металлом вдохновляли еще больше. Вид готовых изделий будоражил и тешил самолюбие. Подстегивал браться даже за самую сложную работу. Новое письмо не пролежало долго без ответа, ювелир ответил согласием. Отправив встречное письмо, он взглянул в недра давно пустой кружки, раньше там был кофе. Обреченно вздохнув, Кэйа поднялся, разгибая спину и похрустывая при этом костяшками, подошел к окну и распахнул тяжелые плотные шторы. Вид на восток с утра, когда первый ветер пробирал до костей, заставляя судорожно дрожать всем телом. Солнце совсем не согревало, едва ли контрастируя своим скудным теплом с утренней прохладой. Прекрасное утро, чтобы лечь спать. В грезах сна, укрываясь самым теплым одеялом, он уже видел себя посещающего дом заказчика. Поместье в долине среди гор, туман, бескрайние виноградники… от воображаемой картины разгоралось нетерпение, но усталость и сон были сильнее. ——— За окном самолета было видно невысокие покатые горы, покрытые зеленью, скрытые туманом. Деревьев было мало и лишняя крона не скрывала от взгляда красоты редких каменных обрывов и зеленой долины, где ветра останавливали свой бег. Сюда его отвезут немногим позже из небольшого города рядом, в котором и приземлится самолет. Учтивый и приятный дворецкий в простом, но дорогостоящем костюме — Эльзер, только посмеялся в ответ на вопрос Кэйи. — Неужели профессия дворецкого еще не умерла? Из большого и шумного города, где от постоянного шума звенело в ушах, приехать в такое тихое и спокойное место было слишком резкой переменой. От свежего воздуха даже кружилась голова, словно от вина. Пасмурная погода, прохладные мягкие ветра. Казалось бы, не смотря на обилие зелени вокруг, растениям и винограду могло не хватать солнечных ванн. Но нет виноградники заполонили долину, стройными рядами выстраиваясь вокруг огромного старинного дома. Долинный воздух пьянил еще сильнее, здесь пахло вином. Особенным. В местах, где солнце не обделяет вниманием, а виноград лоснится в его лучах, делают приторно-сладкое вино. От него сводило скулы. От него были без ума женщины, но здесь… на виноградниках «Рассвета» созревало терпкое, жгучее, вино, словно жидкий огонь — насыщенно-алое с золотым проблеском. Будучи экспертом в этом виде алкоголя, Кэйа и не подозревал, что хозяин винокурни тоже подходит под это описание. Дворецкий учтиво открыл дверь автомобиля для гостя. Кэйа отмахивался, не привыкший к таким мелочам. — Вам совсем не стоит так беспокоиться. — Что вы, это моя работа, беспокоиться о гостях мастера Дилюка. Не смотря на доброжелательность и улыбку мужчины, Кэйа нервно рассмеялся. Мрачная погода и не менее мрачный особняк вызывали мурашки, пусть и пьянящий воздух был прекрасен. Ювелир выглядел в этом старинном месте как пришелец. Футболка с глубоким вырезом, френч, джинсы, сумка через плечо, единственное скромное кольцо с голубым камнем. Слишком ярко и не классически для места, где даже бумага для записей на столике у входа была с золотым вычурным вензелем. Но стоило отдать должное хозяину, без современных технологий особняк не обходился и тяжелые монолитные двери особняка открывались и закрывались автоматически без усилий. Пока Кэйа, задрав голову, рассматривал потолок украшенный лепниной и огромную люстру, висящую почти ровно по центру, к вошедшим вышла женщина одетая в платье горничной. Похоже, у владельца винокурни есть особый пункт на соблюдение классического дресс кода в классическом особняке. — Доброе утро — светловолосая женщина улыбалась, и пусть возраст уже можно было угадать по паре морщинок, выглядела она очень молодо и приятно. — Я Аделинда, главная горничная, а вы… Кэйа растерялся, он едва ли не подпрыгнул от неожиданности, но быстро смекнул улыбнуться как можно дружелюбнее и в знак этикета, о котором он знал лишь отдаленно, поцеловать руку горничной. Но она не позволила, резко одергивая ладонь, заставляя целовать воздух. — Кэйа, Кэйа Олберич, я ювелир. Ничуть не растерявшись, он выпрямился с той же приятной улыбкой. — Верно, мастер Дилюк говорил, что вы приедете сегодня. Ваша мастерская помещается в такой маленькой сумке? Горничная любопытствовала, ее улыбка казалась странной. — Нет, я прилетел лишь обсудить детали заказа и… — Господин Кэйа, отчего же вы так осторожны. — Аделинда — заговорил Эльзер, направляясь к лестнице на внутренний балкон второго этажа особняка. — Я предупрежу мастера Дилюка. — Мы будем ждать вас. Кэйе было немного не по себе. Словно он добровольно запер себя в клетку. Почему-то в голове начали крутиться варианты причин отказа в заказе и спешном вылете обратно домой. Горничная сопроводила до уютного уголка, где большие окна открывали вид на виноградники. На невероятно удобных диванах здесь хотелось сидеть вечность. Конечно, один такой наверняка стоил целое состояние, так почему бы ему не быть удобным? Пусть этот небольшой уголок и был частью прихожей, убранство всего дома можно было уже определить как — невероятно богатое. Наверняка везде, наверняка во всем. И сейчас к нему спустится старик обвешанный золотом, который захотел себе еще одно украшение к тысяче других. Аделинда исчезала и появлялась рядом так неожиданно, что Кэйа каждый раз подпрыгивал на месте. Пусть это и было милым беспокойством о чае и угощениях, у гостя сосало под ложечкой от тревоги рядом с этой женщиной. — Господин Кэйа, у вас необычные глаза. Это был самый обыденный вопрос который только могли ему задать. Ювелир самодовольно ухмыльнулся, тут же убирая часть челки за ухо, что бы ни что не мешало горничной посмотреть на красивые глаза, что имели разный цвет. Левый, чистый, морозно-голубой, может быть казалось, но в теплом свете огромной люстры, мелькал цвет фиалки. Тогда как правый, как черное ночное небо. Две противоположности. — Все так говорят. Смеялся ювелир, стараясь не замечать пристального взгляда горничной. Он мог бы поклясться, что если бы не шаги на лестнице, эта женщина уже бы схватила нож. Кэйе определено так казалось. — Мастер Дилюк, доброе утро. Аделинда тут же поднялась, подходя ближе к лестнице. Кэйа же в небольшой растерянности не сразу последовал за ней. Со второго этажа спускался молодой мужчина, такой же, как и вино на его винокурне. Красный, горячий, с терпким и цепким взглядом. Бледная кожа не казалась болезненной, да и он сам не походил на щуплых дворянских наследников из книжек, по которым вздыхали маленькие девочки. Совсем нет. Кэйа не мог оторвать глаз. От осанки, взгляда, огненных волос собранных в высокий хвост, от того как мастер Дилюк надевал перчатки из тонкой кожи. Одетый, казалось бы так просто, во все черное, он выглядел как самая драгоценная вещь в этом особняке. Сердце пропускало удар. Больше ему не хотелось сбежать. — Доброе утро, Аделинда. Голос хозяина винокурни, ровный, спокойный, бархатный, с легкой улыбкой, словно бил в сердце ювелира еще одной стрелой. Пораженный, он даже немного приоткрыл рот, совсем не заметив этого. — Принести чай к вам в кабинет? — Нет, мы будем здесь. Кэйа, вы желаете чего-нибудь к чаю? Тебя. И желательно с чем-нибудь покрепче. Кэйа знал о своих пристрастиях уже давно, еще с тех пор как поймал себя на мысли, что совсем не против поцеловать своего друга. А может быть и не только. Но за этим не скрывалось ничего романтического. Лишь влечение. А сейчас, словно в спину влетало копье, пронзая сердце насквозь. Могло показаться, что Кэйа попросту стоял как истукан с открытым ртом и стеклянными глазами, но нет. Он улыбался, в своей обычной манере, стараясь выглядеть милым, но при этом не в силах спрятать свою язвительную натуру. — Нет, госпожа Аделинда уже угостила меня, пока мы ждали вас, мастер Дилюк. Они даже не заметили, как начали говорить без представления. Словно им это было не нужно и лишь обременяло. Формальности, которые забивали время. Так это видел Кэйа, в романтическом свете. О чем думал Дилюк, оставалось лишь догадываться. Вдвоем они прошли к камину, в стороне от лестницы, где удобно устроившись в креслах, Дилюк первым начал разговор. — Я рад, что вы отозвались на мой заказ. — Я еще не согласился. — Не думаю, что вы откажетесь. Он достал из нагрудного кармана рубашки самородок сапфира, уже обладающего глубинным синим цветом. Такого самородка было достаточно не для одного кольца и если он не окажется хрупким внутри, это был настоящим сокровищем стоимостью в много тысяч условных единиц. Тут же проснувшийся рабочий азарт, заставил Кэйю вырваться из мыслей о хозяине камня. Открыв сумку с инструментами, ювелир изучал камень, который все еще был немного теплым, проводя как можно более точные измерения, бормоча себе под нос, что-то о включениях металлов, проценте прозрачности и прочих вещах, что были интересны лишь профессионалам. Дилюку же было интересно молча наблюдать за этим творческим порывом. Аделинда так же стояла рядом, наблюдая за профессионалом. Она то и дело хотела открыть рот и что-то спросить, но мастер Дилюк приподнимал руку, жестом останавливая ее. Горничная же смотря на своего господина, покорно молчала, довольно подмечая, насколько он оказался заинтересован вещью, которую совсем не понимает. Обычно бросая все бытовые дела на слуг или профессионалов, Дилюк поспешно удалялся, чтобы не отвечать на лишние вопросы или не мешать. Но сейчас, может быть, его так сильно волновало кольцо? — Да, вы правы, от такого не отказываются. Дилюк перевел взгляд с камня на глаза ювелира. Не меняясь в лице, но заставляя Кэйю снова испытывать копье купидона в спину. Чтоб его черти сожрали, крылатого прохвоста. — Когда вы сможете приступить к работе? Кэйа старался снова углубиться мыслями в работу. Это получалось со скрипом, так как он чувствовал взгляд Дилюка на себе. — На само кольцо недели две, максимум три, добавить только пару дней перелетов туда-обратно, но я не думаю, что это сильно повлияет на срок. — Перелетов? Вы не привезли мастерскую с собой? — Что? Нет, нет конечно, это большое количество хрупкой техники и материалов. — Я оплачу доставку. — Мастер Дилюк, вы должно быть шутите… Кэйа совершенно не видел в этом смысла, сплошное беспокойство. Но если что-то придет в негодность при перевозке, он заставит этого винного магната все оплатить. Все еще будучи ошарашенным требованиями, он лишь слушал. — Я хочу контролировать процесс и видеть результат, деньги не проблема. Пространства для вашей мастерской будет достаточно. Как скоро можно организовать переезд? Чем быстрее тем лучше. Кэйа слышал вопрос, но не знал как ответить. Он отмахнулся рукой, размышляя о том, как все это провернуть. Дилюк лишь ждал. — Я могу попросить друга, чтобы он к вечеру собрал все и доставил, но это действительно так необходимо? — Да. Я неясно выразился? Это действительно очень срочная работа. Тогда почему бы просто не отпустить в родную мастерскую. У Кэйи появлялось желание врезать этому самодуру несмотря на давящее чувство влечения к нему. Удушающее. На момент размышлений, его милая улыбка пропала и он выглядел равнодушным, но за секунду, все вернулось на круги своя. — Что ж, как вы пожелаете. Я сделаю звонок. — Я закажу билеты вашему другу на самолет, семь вечера. Дилюк поднялся из кресла, уходя вглубь особняка. Его лишь проводили взглядом, весьма недовольным и даже осуждающим. Но как только на звонок ответили, Кэйа переменился, став даже слишком дружелюбным, пусть и в его случае любое светлое чувство было с подвохом. — Алоха? — ответили на той стороне звонка. — Аякс, я знаю, ты точно ничем сегодня не занят, у меня есть к тебе дело.