Неожиданный союзник
11 февраля 2021 г., 15:56
Возмутительно кропотливо Арес осознал, что это его отрубленная рука причиняла ему столько мучительной боли. И тоже самое ощущение звенело в голове. Он не мог думать ни о чем, кроме боли. Пахло обгоревшей плотью, а дым от ожогов забивал ноздри, навечно поселяясь на слизистой носа.
«Отцу придётся заплатить за это», — с горечью подумал он. Арес постарался не сосредотачиваться на боли, какой бы сложной ни была эта задача, а только на том, как лучше представить происшествие джедаям.
Он наклонился вперед, чтобы убедиться, что координаты гипердвигателя заданы верно, и сделал это будто бы уже в сотый раз. Арес боялся даже подумать, как ему придётся управлять шаттлом одной рукой, когда тот выпрыгнет из гиперпространства, и как он собирается ориентироваться в городском хаосе, охватывающем планету. Впервые в жизни поблизости не было даже дроидов. Он был совершенно один.
Арес посмотрел на сиденье второго пилота, на которое положил украденный у отца световой меч. Он не мог вспомнить, как ему это удалось или как сумел затащить себя на корабль и улететь. Несомненно, такая подлая вещь, как кража отцовского светового меча, должна была запечатлеться в его разуме, но… нет, ничего. Его память была как в тумане, и он совершенно не знал, что именно произошло.
Единственное доступное ему — это знание того, что он очнулся на полу этого раксиллианского шаттла, а его рука была отрезана, и у него при себе был отцовский световой меч. А ещё Арес чувствовал, что не остановится ни перед чем, как бы то ни было, он отомстит старику. И план только что окончательно созрел в его разуме.
Казалось логичным отправиться к врагам отца, чтобы заручиться поддержкой. Ведь Граф Дуку был слишком могущественен, чтобы сражаться с ним в одиночку. Его искалеченная рука была тому доказательством. Кроме того, враг его врага — по умолчанию его друг.
Корабль вышел из гиперпространства. «Хорошо, что здесь ничего не происходит», — сказал себе юноша, взяв рулевое управление шаттла в свою здоровую руку. К счастью, отец решил отрубить ему не ведущую левую руку.
Корусант был больше, чем он мог бы даже представить. Мало того, что вся планета была одним огромным городом, так ещё и имела несколько уровней глубины. Не проведя здесь и минуты, он уже начинал скучать по комфорту своего родного Раксуса. Даже Серено, отчужденное и густо населённое место, давшее ему имя, не было столь огромным. Добро пожаловать на планету-столицу…
Он поставил корабль в посадочном отсеке возле Храма джедаев. Хотя он всю свою жизнь воспитывался в ненависти к ним и Республике… Он должен был признать, что их Храм прекрасен. Его остановили у главных ворот двое часовых. Их обоюдоострые клинки преградили ему путь.
— Назови свое дело, нарушитель, — сказал один из них.
— Я вряд ли являюсь таковым, если я иду через главные ворота, — ответил он. — Я хочу поговорить с Советом джедаев. Срочно.
— И что же ты должен сказать Совету? — спросил другой часовой.
— Мое дело с ними, а тебя оно не касается, — ответил Арес.
— В настоящее время Совет занят, — отрезал первый.
Арес вздохнул. Бюрократия выматывала.
— Я сын графа Дуку. Как вы думаете, Совет соберется снова ради меня?
Он вынул отцовский световой меч, не зажигая его, показывая лишь рукоять, чтобы доказать истинность своих слов. Так ему удалось попасть внутрь храма и в Высокую башню. Он стоял в центре круглой комнаты в окружении мастеров-джедаев. Мастера Йода, Винду, Ундули, Мунди и Кеноби находились рядом во плоти, тогда как Пло Кун, Секура, Ти, Кот, Фисто, Галлия и Пиелл были голограммами. Его заставили запомнить легендарных врагов своего отца ещё в детстве, чтобы суметь всех их уничтожить в будущем. Забавно, как это обернулось.
— Какие дела у тебя с Советом джедаев, мальчик? — сурово спросил Мейс Винду.
— Меня зовут Арес Серено, я — сын графа Дуку. Я предстал перед вами… Как человек, стремящийся помочь покончить с моим отцом любым доступным мне способом. Вы являетесь теми, кого он желает уничтожить. Мы можем помочь друг другу, — осторожно сказал он, а затем показал им свою отрубленную руку. — Я не ищу ничего, кроме мести. Мой отец отказал мне в том, что мне дорого, и поэтому я хочу забрать у него то, что он любит больше всего: его мечты о галактике под его властью.
— Как мы можем доверять предателю?
— Как мы можем доверять сыну предателя?
— Очевидно, это уловка!
— Мы должны задержать его, пока у нас есть шанс!
— Он такой же, как его отец. Одно только его лицо и манеры слишком похожи на Дуку; его хитрость и предательство тоже будут при нём.
— Я чувствую тьму внутри него.
Это были лишь некоторые из фраз, которые уловил Арес среди всей полемики, в которую вступили Мастера по его поводу, но все они замолчали, когда самый старший из них заговорил.
— К свету похвально обратились, не к ситхам, — сказал Магистр Йода. — Но верить тебе, почему мы должны?
— Я бы не стал называть себя ситхом. Я так и не завершил свое обучение, не прошёл тёмного крещения и даже не был в храме ситхов. Мой отец… Мой бывший мастер даже не назвал меня тёмным именем. Вопреки тому, во что может верить ваш орден, стать ситхом нелегко — там длинный список ожиданий, — попытка пошутить не получила никакого отклика и он продолжил. — И я не пытаюсь навязаться, изменить ваши традиции или даже стать членом ордена. Боюсь, что даже обратившись к Совету, уже нанёс вам оскорбление. Я только хочу покончить с Дуку, но не могу сделать это в одиночку. Я пробовал и потерпел неудачу.
— Традиционно ученик ситха убивает своего учителя, чтобы стать лордом, — сказал Кеноби.
— А вы знаток традиций ситхов, магистр Кеноби? Хотя, вы же единственный джедай, убивший ситха за очень долгое время, так что, возможно, так оно и есть. Но, нет, это относится только к Правилу двух, Я хотел бы повторить, что я не ученик ситхов, потому что этот титул зарезервирован за моим отцом. У него есть учитель. Его долгом было бы свергнуть его, и тогда он сам стал лордом ситхов. А я же так и не был посвящен даже в практики, — сказал Арес.
— У графа Дуку есть учитель? — поражённо спросил Пло Кун.
— Да, — сказал Арес. — Хотя, боюсь, я очень мало знаю о нём. Мой отец держал их дела в секрете… По понятным причинам.
— Что побудило его изгнать тебя, мальчик? — спросил Винду.
— Моя память о тех событиях замутнена. Я помню, как был в ярости после того, как узнал ужасную тайну. Моему отцу приказал убить меня его мастер. Мы дрались, и мой собственный световой меч был уничтожен. Очевидно, всё прошло ужасно, — сказал Арес, снова подняв отрубленную руку, чтобы показать им ущерб. — А следующее, что я осознал — это пробуждение на своем корабле с его украденным световым мечом. Сила знает как это вышло. Я совсем не помню подробностей.
— Мы не можем так легко доверять ему, — сказал Пиелл. — Некоторые из нас помнят, что его отец однажды заседал в этом совете, а затем предал нас. Мы не можем так легко доверять сыну предателя.
— Я понимаю, что было бы глупо так быстро доверяться сыну своего врага. Установите для меня любые испытания или ритуалы, которые вам нравятся, мастер джедай. Я смогу доказать, что я отделился от своего отца, и что я ваш союзник, — сказал Арес. — Я надеюсь, что со временем вы будете достаточно доверять мне, чтобы позволить помочь вам в вашем крестовом походе против Конфедерации и ситхов.
— Граф Дуку покинул Орден джедаев 20 лет назад. Сколько тебе лет, мальчик? — спросил Кеноби, внезапно осознав молодость, представшего пред Советом.
— Шестнадцать, магистр, — ответил Арес.
— У тебя есть военный опыт? — спросил Пло Кун.
— Я прошел подготовку как командир армии дроидов. И должен был получить это звание, но мой отец… Передумал, — сказал Арес.
— Чтобы обдумать всё это, время нам нужно, — сказал Йода.
— Я согласен, — сказал Винду.
— Мы пришлем врача нашего Храма, чтобы он залечил твои раны, — добавил Кеноби, осознавая хорошо скрытую боль мальчика. И она напомнила джедаю о ранении, что нанёс Дуку его собственному падавану на Джеонозисе не так уж давно.
«Ситх он или нет, мальчику нужна наша помощь».
Арес уважительно поклонился и ушел вслед за часовыми. Выйдя из комнаты, он с облегчением глубоко вздохнул. Его спокойствие было лишь хорошей маской — на самом деле он был там в ужасе. Ведь они с лёгкостью могли убить его.
***
Часовые отвели мальчика в медпункт, где его уже ожидали. — Приветствую, молодой человек. Я доктор Нема. Совет велел мне помочь с твоими травмами. — Да, спасибо, — сказал Арес, протягивая ей руку. — Итак, срез чистый. Это хорошо, — сказала она, приступая к своей работе. — А как тебя зовут? — Арес, — ответил он. — Я дам тебе несколько болеутоляющих, — сказала она, прежде чем воткнуть шприц ему в шею. Он ничего не почувствовал. — Скоро у тебя будет новая рука. К счастью, это моя специальность. А теперь ложись. Арес подчинился и отвернулся, не желая видеть операцию. Он вздохнул. — Могу я закрыть глаза, чтобы отдохнуть? Это был очень долгий день. — Готова поспорить, что да. Отдыхай, — сказал доктор. В течение следующих пары часов доктор и её помощники-дроиды прооперировали его, пока он спал. Его мучили кошмары, в которых метались молнии и наплывала тьма, поэтому доктор разбудила его и дала немного теплого чая, который он с благодарностью принял. — Как это выглядит, док? — Почти идеально, и если я так говорю, то так оно и есть. Осталось провести сенсорный тест, — сообщила она ему и поманила к себе дроида. Острой иглой дроид ткнул мальчика в каждый палец, и тот в ответ дёрнулся, как и было положено. — Ой! Я почувствовал это! — сказал он, прежде чем осознал собственную реакцию. — Я почувствовал это! Удивительно, рука как новенькая! И он осмотрел конечность. Она была серебристой, тяжелой и… чужеродной на вид, но он чувствовал обычные ощущения и мог двигать всеми пальцами по своему желанию, без каких-либо болезненных импульсов. — Спасибо, доктор Нема! Это великолепная работа! — Было удовольствием работать с тобой, Арес, — сказала она, ласково улыбаясь ему. — Теперь попробуй использовать Силу. Арес протянул руку вперёд и поднял ящик, полный медикаментов, и затем осторожно опустил его. — Она будет работать и под водой. А если возникнут проблемы, приходи прямо ко мне. — Я постараюсь не потерять её, — шутливо сказал Арес. — Хорошо, что у тебя осталось чувство юмора, — сказала она и уже собирала свои вещи, когда мастера-джедаи вошли в помещение. Отец Ареса учил его, что когда джедаи были юнцами, у каждого обычно была одна доминирующая способность Силы, развитая сильнее всех прочих. Так джедаи составляли списки будущих новобранцев. Сейчас он вспомнил об этом потому, что его врожденным даром было считывание эмоций. Они были для него открытой книгой, даже самые потаённые. Нельзя сказать, конечно, что эмоции не были сложными, но у Ареса просто была естественная предрасположенность искать их, даже подсознательно. А чувства этих джедаев были омрачены неодобрением и неуверенностью, но всё же в этой толпе Арес мог почувствовать проблеск надежды. — Не беспокойтесь, доктор. Нам нужно, чтобы вы провели ещё несколько тестов на нашем госте, — сказал Винду. — Каких тестов? — спросил Арес. — Сыворотка правды, чтобы убедиться, что ты не лжёшь. Полное сканирование тела, чтобы увидеть, не имплантировали ли сепаратисты какие-либо шпионские устройства в тебя. Сканирование мозга. А затем испытание очищения, — сказал Кеноби. — И если ты сможешь пройти через всё это, мы также попросим тебя принести присягу Республике и Ордену джедаев. — Что такое испытание очищения? — спросил Арес. — Ритуал джедаев, обычно используемый для очищения джедаев от их духовных проступков. Это испытание для ищущих искупления. Мы считаем, что если то, что ты говоришь, правда, оно принесёт тебе большую пользу, — сказал Мунди. — Но меня не интересует искупление. Моё единственное желание — отомстить, — поправил Арес. — Воспринимай это как жест доброй воли и подчинение нашему приказу. Наши товарищи мастера-джедаи почувствовали бы себя более непринужденно, если бы им не приходилось иметь дела с практиком тёмных искусств, — сказал Кеноби. — Хорошо. Если это приблизит меня к моим целям, тогда давайте начнем, — сказал Арес.***
Исследование с помощью сыворотки правды не дало Совету никакой новой информации. Арес ответил на все их вопросы, даже о секретах сепаратистов, насколько ему было известно. Он назвал им членов Сената, которые были гостями на обеде в доме Дуку, таких как Раш Хлодвиг, и имена членов сепаратистского парламента. Он дал Совету всё, что, как ему казалось, могло быть полезно, в дополнение ко всему, что они просили. Полное сканирование тела показало, что в нем не было устройств, которые могли бы представлять угрозу. В этом плане Арес был чист. У него была необычная активность коры головного мозга, ответственной за память и эмоции, но доктор заверил джедаев, что это нормально для кого-то после травмы, и может объяснить, почему он не мог чётко вспомнить недавние события. Мальчик говорил правду обо всем. Это было изумительно, а ещё поразительнее было то, что он страстно ожидал очищения. Арес всю свою жизнь изучал тёмные искусства, но никогда не видел чисто джедайских практик. Он должен был раздеться до исподнего, а затем войти в бассейн с кристально чистой водой в самом центре храма. Мастера-джедаи тогда же использовали Силу, чтобы… Ну, они не уточняли, что будут делать. Он просто должен был им довериться. Итак, когда мальчик погрузился в бассейн, у него просто не было другого выбора. Мысль о том, что он беспрекословно доверяется им была неприятной, поэтому он сосредоточился на своей новой руке и на наблюдении за тем, действительно ли, она будет работать в воде так же хорошо, как на суше. — Арес Серено, — сказал Йода, заставляя его сосредоточиться и перестать отвлекаться. — Прошлые проступки свои признаёшь ты, м? Арес подумал, что это было немного излишне. Что он сделал не так? Родился? Слушался отца в детстве? Было ли это грехом? Он даже не был назначен командиром отряда дроидов, так что за ним не числилось никаких военных преступлений, за которые он был бы виноват. — Что в этом плохого, мастер Йода? — Пути темной стороны познать ты успел, — пояснил Йода. Арес вздохнул. Но это тоже не было его выбором. Он был ребёнком, послушным сыном и не знал ничего другого. Важнее всего был выбор, который он сделал, чтобы вырваться на свободу. — Я признаю, что изучал их, и мне даже понравилось эти исследования, но так же я не верю, что это был недостаток. — Хотите от ситхов очиститься вы? «Это же просто вода», — подумал Арес, а вслух сказал: — Я стремлюсь уничтожить двух лордов ситхов: моего отца и его мастера, кем бы он ни был, — и эти слова были истиной правдой. — Теперь погрузись под воду. Если действительно ты честен в своих намерениях, знай, что мы поймём и примем это, — сказал Йода. И Арес сделал, как ему было велено. Глубоко вздохнув, он почувствовал, как вода принимает его в свои недра. Бассейн оказался глубже, чем он ожидал. Но Арес ощутил Силу вокруг и внутри него самого. А затем она проникла в него из вне, и юноше показалось, что кто-то стремится задушить его, и он принялся метаться под водой. Нет, не задыхаясь… Было больше похоже на невидимую руку протянувшуюся внутрь его горла, чтобы вытащить… Он не знал что именно. Но темная дымчатая тень с красными глазами выделилась из его легких. Она издала устрашающий рев, вся рокочущая мощь которого была поглощена водой, а затем и вовсе исчезла, как будто этой тени и не было. В прозрачной жидкости бассейна, окруженный лучом света, излучаемый недрами водоёма, Ареса выплыл, скорее даже вырвался из воды, задыхаясь и пытаясь найти хоть какую опору под ногами. — Что это было?! — воскликнул он. — Очищенный ты был. Позаботься о том, чтобы оставаться таким, — сказал Йода. — Выходить теперь можешь ты. — Это была не просто вода! Но должна была быть… — разочарование и перенапряжение давали о себе знать. — Так и было, — сказал Винду. — Одевайся, увидимся в Высокой башне. Он вылез из бассейна и пошел за своей одеждой. А мельком взглянув на себя в зеркало, он попятился от отражения. Ритуал изменил его. Его волосы теперь приобрели ледяной белый цвет, хотя его родные угольно-черные корни были заметны под новым оттенком. Кожа сияла внутренним светом, но эффект начинал исчезать, чем дальше он отходил от воды. Его глаза так и остались карими, но теперь имели золотые блики на радужке. Он не только выглядел по-другому, он и чувствовал себя иначе… легче, жизнерадостнее… свободнее? Да и вес тела казался другим. Он не мог это точно описать. — Это… Странно, — сказал он, выискивая новые черты своей внешности. Он быстро оделся и покинул помещение. Примечательно, что теперь часовые отсутствовали, и найти путь к Высокой Башне Аресу предстояло самостоятельно. Когда он добрался до места назначения, то там его уже ждали. Джедаи вели дискуссию, которая прекратилась, когда он вошёл в помещение. — Шаг вперед, Арес Серено, — сказал Кеноби. — Ты дал нашему Совету обширную тему для обсуждения, — сказал Пло Кун. — И мы всесторонне рассмотрели этот вопрос, но в Совете много разногласий по этому поводу, — сказала Шаак Ти. — Не лёгкий путь ты себе выбрал, молодой человек. — Я не ожидал иного, мастер джедай, — ответил Арес. — Все мы рождены для трудных путей. — Совет решил объявить тебе амнистию по делу с сепаратистами, — сказал Винду. — Когда тебя призовут, ты станешь советником в этом вопросе, а так же попадёшь под опеку магистра Кеноби. — Чтобы я мог следить за тобой, молодой человек, — сказал Кеноби. — И поскольку ты будешь проводить со мной много времени, а я часто буду на поле боя, тебе присвоено почетное звание капитана Великой армии Республики и прикрепление к 212-му штурмовому батальону. — Я очень благодарен Совету, — сказал Арес. Честно говоря, Арес даже не подозревал, что его план сработает. Он ожидал, что к этому моменту будет уже мёртв, не получив даже убежища. — Но мы также решили, что не будем завершать твоё обучение. Мастеру Кеноби и любым другим джедаям категорически запрещено это, — сказал Пло Кун. — …Понятно, — сказал Арес. Кеноби поднялся со своего места и подошел к молодому человеку. — Я надеюсь, что это начало великого сотрудничества, Арес Серено, — сказал он и вернул мальчику изогнутую рукоять светового меча его отца. — Я тоже на это надеюсь, магистр Кеноби, — сказал Арес. — А теперь склонись перед этим Советом и принеси клятву Республике и Ордену джедаев, — сказал Винду, явно желая увидеть, как перед ним склоняется тот, кто был рождён, чтобы уничтожить Орден. — Какую клятву? — спросил Арес. — Мы решили, что, поскольку ты будешь служить солдатом, тебе будет уместно принести военную присягу, ту, которую дают наши клоны. Мы изменили некоторые слова, чтобы они больше соответствовали нынешней ситуации, — сказал Кеноби, давая Аресу табличку со словами присяги. Арес глубоко вздохнул и опустился на одно колено. Он зажег красное лезвие и поднял световой меч над головой, чтобы поклясться им. — В дни войны и ночи смертных часов, навсегда подчиняюсь Республике я, с синим и красным в качестве знаков, я отвечаю перед Орденом джедаев, сражаюсь я за справедливость и безопасность! — он встал и, деактивировав световой меч, повесил его на пояс. — Добро пожаловать, юноша, — сказал Кеноби и пожал ему руку.***
— Это будут твои апартаменты, пока ты живешь на Корусанте, — сказал Кеноби, подводя его к спальням. Комната была простой: кровать, окно, ниша для медитации и какая-то книга об Ордене джедаев. Там же нашлась смена одежды с республиканскими знаками различия, за что он был благодарен, потому что его собственная одежда была вся сплошь в подпаленах и крови. — Мы отправляемся на службу через несколько дней, так что слишком не расслабляйся. Вот тебе несколько кредитов. У тебя есть вопросы? — Я ведь не ваш падаван… Просто чтобы прояснить ситуацию, — уточнил Арес. — Я знаю, и это верно, — сказал Кеноби. — Но если ты действительно хочешь узнать кое-что об этом мире, держись ближе и держи уши в остро, капитан. У Кеноби была теплая отеческая улыбка. Это было классно. Арес не мог вспомнить, когда в последний раз его собственный отец так улыбался ему. — Будет сделано, генерал. Арес собирался уединиться до вечера, когда услышал недовольный голос Кеноби и оглянулся посмотреть в чём дело. — Энакин, а ты что здесь делаешь? Арес повернулся и увидел идущего к ним того самого знаменитого Избранного. В этом человеке было что-то до боли очень знакомое, и дело не только в его военных заслугах. Арес чувствовал, что откуда-то лично знал его. — Слышал, у тебя новый падаван. Пришел, чтобы поздороваться с моей заменой, — сказал Энакин. Он явно не узнал Ареса. Так откуда же он сам знал его? Связь ощущалась слишком сильной, чтобы можно было просто закрыть на неё глаза… — Не падаван, а наказание, — «твоё или его?» — хотел спросить Энакин, но Кеноби опередил его, сменив тему разговора. — Арес, этот незаменимый человек — Энакин Скайуокер, мой бывший падаван. — Так ты — отродье Дуку? — спросил Энакин у юноши обвиняющим тоном. — К сожалению, — ответил Арес, скрестив руки на груди оборонительным жестом. Избранный выглядел так, как будто желал вступить в схватку прямо здесь и сейчас. Арес окинул его внимательным взглядом. По трезвому размышлению шансов выйти победителем у юноши было маловато. Скайуокер всё понял и ухмыльнулся. — Действительно очень похож на него. — И я мало что могу с этим поделать, правда? — сказал Арес. — Уничтожить его — вот моя главная цель. — Хм, вступай в клуб, — хмыкнул Скайуокер. — Я буквально только что сделал это, — чуть улыбнулся уголком губ Арес. — Хорошо. Приятно знать, что по крайней мере у некоторых из «пешек» Дуку есть здравый смысл, — сказал Скайуокер, а Арес впился в него взглядом. Раздраженный вздох прервал словесную пикировку между этими двумя. Арес поглядел в сторону звука, и в поле его зрения попала молодая девушка-тогрута примерно его возраста. Худощавая, но, явно, крепкая и хорошо сложенная. К лекку у неё была привязана коса падавана, а на поясе висел световой меч. И она, определенно, была хорошенькой. Арес вопросительно приподнял бровь, глядя на неё. — Арес, это падаван Энакина, Асока Тано, — сказал Оби-Ван. — У меня такое чувство, что вы двое будете часто встречаться друг с другом. Энакин и я часто сходимся и ссоримся на поле боя вместе. — Приятно познакомиться, — радушно сказал Арес. — Привет, — ответила она с такой же недоверчивой интонацией, как и её мастер. — Может, Асока проведет экскурсию по Храму для нашего нового товарища? — вежливо предложил Оби-Ван. — Мне с Энакином нужно обсудить кое-что. Асока смерила Оби-Вана затравленным взглядом, в котором явно читалось ощущение предательства, а затем вздохнула и поманила Ареса за собой. — Погнали, товарищ, — ухмыльнулся Арес, он предчувствовал, что экскурсия ему понравится.***
Энакин скрестил руки на груди и выжидающе посмотрел на Кеноби. — И как только эта дурная затея получила зелёный свет от Совета? — Оби-Ван закатил глаза и жестом пригласил своего бывшего ученика пройтись с ним. — О, ты можешь быть спокоен. Мальчишка только что потерял свою семью, дом и всех союзников. Он обратился к Совету джедаев за помощью, рискуя быть казненным или заключенным в тюрьму за военные преступления. Нам нравится злиться на Сепаратистов за то, что они не ищут искупления, поэтому, когда кто-то все-таки приходит к нам, мы начинаем оспаривать его мотивы и раздумывать об изгнании, — Кеноби сделал паузу. — Это примерно та речь, которую я произнес перед Советом, чтобы убедить их. — Но что, если он предатель или шпион?! Что, если он предаст нас? И вы только что дали ему чин, который дает ему доступ к нашим военным данным… — Отец отрезал ему руку. Я не думаю, что в ближайшее время он захочет оказать какую-либо помощь сепаратистам, — сказал Оби-Ван. — Он обучался исключительно путям тёмной стороны. Как вы это стерпели? — Возможно, но это только потому, что у него не было другого выбора. Мы провели очищение. И он вышел изменённым. Теперь у него есть надежда, — сказал Кеноби. — Оби-Ван, ты… Ты совершаешь ошибку! — отчаянно заметил Энакин. — Я так не думаю. И впредь будь с ним вежлив. Он всего лишь мальчик, — настоял на своём Кеноби.***
— Я собираюсь применить свои невероятные способности в дедукции и предположить, что тебе не по себе, — сказал Арес, когда они уходили от двух рыцарей-джедаев. — Поправь меня, если я ошибаюсь. — Здорово, — невозмутимо сказала Асока. — Что заставило тебя думать так? — А я думал, что гнев — это не путь джедаев, — заметил Арес. — Что случилось? — Ты сепаратист и, скорее всего, ситх. Вот в чем дело, — ответила Асока. — Эй, я сбежал, — отмёл её предположение Арес. — Я… Очистился, дал клятву и всё такое прочее. — Я поверю в это, когда увижу, — сказала Асока. — Сепаратисты — все лжецы. — Вряд ли я виноват в том, что родился сыном главы правительства Конфедерации. Может ты хотя бы это признаешь? — Арес одарил её обаятельной улыбкой, от которой она только ещё больше невзлюбила его в данный момент. Если бы Арес был сыном другого человека, его, скорее всего, привели бы в Храм, как и её. И они бы выросли вместе. Их близкий возраст означал, что они могли быть в одной падаванской группе. Могли бы тренироваться и учиться вместе и отправиться на Иллум, чтобы найти свои кристаллы для меча. Всё это могло бы быть, если бы обстоятельства были другими. — Прекрасно, — признала она. — Но это не заставит меня доверять тебе больше. — Это хорошо, — он усмехнулся. — Важно, что это не заставляет тебя меньше доверять мне. Асока непроизвольно фыркнула: — Почему ты так раздражаешь? — Раздражать девочек, пока они не потеряют самообладание, — мое излюбленное хобби. А теперь пошли, мне же обещали экскурсию. Каков маршрут? Асока внезапно осознала, что у него очень заразительная улыбка, что лишь усилило её раздражение. — Я отведу тебя в «Зал тысячи фонтанов», — прорычала она. — Мы начнем там и переместимся по Храму к библиотеке и арене для спаррингов. — Отлично. Рад, что ты всё ещё думаешь о гостеприимстве, — ухмыльнулся он. — Итак, как давно ты уже падаван? Асока знала заранее, к чему приведет этот разговор. Он собирался прокомментировать, насколько молодой она была для падавана. Она слышала это множество раз, и даже проговаривала в своей голове. И всегда боялась этого аргумента. — Всего несколько недель, — с трепетом ответила она. — Интересно. Это и был предел твоих мечтаний? — спросил Арес. — Разве джедаи не привели тебя в Храм в раннем детстве? Ты, выходит, долго ждала такой возможности. Вопрос удивил Асоку потому, что это было необычное замечание. Он улыбнулся её удивлению, и это заставило тогруту нахмуриться ещё больше. — Да. Служить Ордену джедаев — мечта всей моей жизни, — просто сказала она. — А ты никогда не чувствуешь себя… Отчужденной? У тебя могла бы быть семья и другая жизнь, если бы ты не стала джедаем, верно? — спросил он, и в его голосе на этот раз не было насмешки. Асока восприняла это как искреннее любопытство. — Возможно, но… Сила повела меня по пути джедая, — сказала она. — Стало быть стать… Лордом ситхов мечта всей твоей жизни? Он пожал плечами. — Я… Не знаю. Может ли это быть мечтой всей жизни, если я не знал ничего другого? Я знаю, что мой отец мечтает свергнуть своего мастера и увидел во мне оружие, чтобы достигнуть этой цели. Ну… Я и ещё одна ученица, убийца по имени Ассаж Вентресс, — запасная, как говорится. Я подозреваю, что он уже послал её, чтобы добить меня, — сказал Арес, глядя на свой протез. Было странно, что его рука теперь стала такой тяжелой. — Если ты пытаешься разжалобить меня, то у тебя не выйдет, — резко сказала Асока. — Ой, падаван Тано, разве сострадание не путь джедаев? — насмешливо сказал Арес. — Не говори о вещах, о которых не понимаешь, и не насмехайтесь над ними, — надзирательно сказала она. — Мы прибыли в Зал тысячи фонтанов. Асока начала свою экскурсию с объяснения истории и важности значимых достопримечательностей Храма. Арес продолжал бросать нахальные, раздражающие замечания, от которых она горела затаённой яростью. Одно такое замечание Асоку особенно рассердило. — Итак, джедаям запрещены привязанности, верно? Они приносят обет безбрачия? Вопрос заставил её покраснеть против воли. Смущение тогруты выразилось в потемнии полос на лекку и монтралах. И она надеялась, что он не знает подробностей об особенностях физиологии её вида, потому что зарделась она до непристойного темно-синего оттенка. — Мне просто любопытно, — сказал он, успешно изображая невиновность. — Не… Явно, но это подразумевается… Привязанность ведет к ревности, к гневу, а затем к ненависти и тёмной стороне, — ответила Асока. — Ха, буквально никаких привязанностей, — сказал Арес, совершенно безразличный к своим словам, от чего Асока ещё сильнее смутилась. — Мы можем перестать говорить об этом? — спросила Асока сквозь стиснутые зубы. — Это заставляет меня чувствовать себя некомфортно. — Больная тема? — спросил Арес и посмотрел прямо на неё. — Ты выглядишь немного взвинченой. Но ладно, даже ты должна признать, что это глупое правило. Как ты можешь не формировать привязанность… Эмоциональную, по крайней мере, если не ту самую? — Почему вы, мальчики, всегда думаете только об одном? — устало спросила Асока. — Я уверен, что большинство девочек тоже думают об этом, — сказал Арес. — Они просто менее откровенны. А я, по крайней мере, честен в своих желаниях. — Тысячи лет и поколений джедаев жили без привязанностей, что доказывает, что это возможно, и я намерена следовать этому правилу, — объяснила Асока. Арес ухмыльнулся, как будто знал что-то такое, что было невдомёк ей. Абсолютно всё в Аресе раздражало Асоку. — Но я подозреваю, что, по крайней мере, некоторые из джедаев могли немного отклониться от вашего драгоценного кодекса. Асока посмотрела на него так. словно он оскорбил и покоробил нечто крайне важное для неё. — И на этой захватывающей моральной ноте мы приходим в Библиотеку, — сказала она и толкнула двери в Архив. Арес заявил, что жаждет знаний, и решил представиться библиотекарю. Асока смотрела, скрестив руки, как он в одну секунду превратился в очаровательного аристократа, который целовал ручки и покорял старушек. — Готово? — спросила Асока, когда он вернулся к ней. — Правило номер один: всегда дружи с библиотекарем, — сказал Арес. — Правило номер один для чего? Как поставить себя в неловкое положение перед новыми коллегами? — саркастично спросила Асока. Арес весело усмехнулся, но внезапно его взгляд не уловил нечто, что покоробило его взор: бюст графа Дуку. Лицо Ареса помрачнело при виде изваяния. — Почему эта пакость всё ещё здесь? — спросил Арес. Асока тоже подошла ближе. — Однажды он был важным членом ордена. Мадам Джокаста всегда нежно отзывалась о нем до войны. Я не знаю, почему он всё ещё здесь. Возможно, как предупреждение… — Художник дал плохое представление. Он совсем не похож, — сказал он. Асока посмотрела на бюст. Однако он был похож на графа Дуку, которого она видела на голограммах и плакатах. На скульптуре присутствовало сильное лицо с проницательными глазами и гордым подбородком, но она решила не противоречить мальчику. Возможно, сверхъестественное сходство сына с отцом, заставило Ареса отшатнуться. Глаза Асоки нашарили протез вместо руки юноши. — Мы предадим его правосудию, Арес. Джедаи не позволят ему долго оставаться на свободе, — сказала она. — Будем надеяться, — пробормотал Арес, следуя за ней, пока она уводила его из библиотеки. — Вот общежития для мальчиков. Надеюсь, отсюда ты найдешь дорогу, — сказала Асока. — Видишь, что я имею в виду? Моя теория подтверждается с каждым поворотом. Они разделили спальни для мальчиков и девочек, потому что ожидали, что кто-нибудь нарушит это правило… Они ожидают, что ты впадешь в искушение, — ухмыльнулся Арес. Асока отвернулась, и её глаза вспыхнули, но Арес этого не мог заметить. — Не обольщайся. Не так уж ты и соблазнителен. — Нет? — теперь он уже явно издевался над тогрутой. — Ты не находишь меня привлекательным? А притягательным? Успокоившись, она оглядела его с головы до ног. Сложно было не признать, что он действительно красив. Его острые скулы и карие глаза были идеальными. А белые волосы на голове заставляли выглядеть старше своего возраста, что, к удивлению, делало его лишь привлекательнее. Гармонично развитое тело и подходящий рост… От него даже пахло приятно: мускусный, дымный, мужской аромат, хотя, вероятно, это были просто феромоны в его волосах. «Человеческие волосы так бесят», — подумала Асока. — Нет, вряд-ли, — наконец ответила она, сознательно солгав. — Я считаю тебя смешным и высокомерным, а ещё воображалой, но никак не привлекательным. — Какая жалость. А я нахожу тебя очень привлекательной, — сказал он, ухмыляясь, затем повернулся и ушел в свою спальню. — Спокойной ночи, Асока. Его голос эхом разнесся по помещению и заметался между стен. Асока ещё некоторое время, ошарашенная, стояла на месте. Она этого совсем не ожидала. Излишне говорить, что она провела всю ночь ворочаясь в постели, терзаемая мыслями об Аресе.***
Дарт Сидиус только что получил свой ежедневный отчет от Совета джедаев. Несмотря на его настойчивые рекомендации, они предоставили убежище сыну графа Дуку. Они утверждали, что это внутреннее дело джедаев, и что мальчик будет под опекой и контролем Ордена. У него не было выбора, кроме как прислушаться к пожеланиям Совета, не выглядя слишком отчаявшимся. Он связался со своим учеником. — Лорд Тираннус, произошли непредвиденные события. — Милорд? — смущенно спросила фигура в капюшоне. — Похоже, мальчик прибыл на Корусант. И присоединился к джедаям в попытках уничтожить вас, — сказал Сидиус. Дуку выглядел ошеломленным. Это было новостью для него. — Я… Должен признаться, я удивлен таким поведением. Я всегда учил его презирать Орден джедаев. — Похоже, ты потерпел неудачу, — сказал Сидиус. — Ты создал союзника для наших врагов — Я сомневаюсь в этом, господин, — сказал Дуку. — Мальчик слишком настроен на тёмную сторону, чтобы оставаться союзником джедаям надолго. — Что он знает о наших планах? — спросил Сидиус. — Ничего, — быстро ответил Дуку. — Я ничего ему не сказал. Он ещё ребенок. Его обучение даже не завершено. — Хорошо. Хотя его присутствие не влияет на мои планы, его непослушание и предательство… Отвратительны, — сила Сидиуса схватила Дуку за горло через голограмму. Граф инстинктивно боролся, но затем беспомощно ахнул. — Его своевольный индивидуализм и быстрый союз с Орденом не менее отвратительны. — Клянусь, он не нарушит наши планы, господин, — сказал, тяжело дыша, Дуку. — Отправь дочь. Пусть она выберет между тобой и мальчиком: отцом и братом. Посмотри, чего на самом деле стоит её преданность, — сказал Сидиус. — Немедленно, милорд, — сказал Дуку, низко поклонившись.
