Танцуем под дождём

По телу, словно разряды тока, бегут мурашки. Сердце в грудной клетки стучит под стать моим шагам, точно птица, готовая вырваться из клетки на свободу. Музыка раздаётся по залу, и тело распадается на миллион осколков, сливаясь с музыкой в одно целое. Каждая клетка отзывается на новый аккорд, каждая мышца так и норовит сыграть свою роль, ловя тяжесть нового движения. Тело выгибается, поднимая грудную клетку ввысь, пытаясь дать свободу голосу, который заперт внутри. Крещендо звучит, и я забываю все проблемы. Все моё существо отзывается на этот звук, как на ласку ветра после многолетней жары. Шаг вправо, шаг влево и моя душа откликается на эти метания. Она словно делает глоток воздуха, после того как много лет пролежала под землёй. Дыхание сбивается, отринутые чувства и эмоции так и стремятся вырваться наружу. И я отпускаю их, они звучат в каждой ноте, в каждом моем движении. Два коротких шага и я уже нахожусь в своём обширном мире, где мои движения лёгки, как ветер, а голос свободы обволакивает каждый уголок моей души. Говорят, душа вечна. Но со временем даже самые стойкие сходят с ума и закрываются от всех там, где их практически невозможно найти. Так и душа, по истечении некоторого времени её становится совсем не видно в пучине грусти и отчаяния. Ничто не вечно, как и моя мимолетная свобода. Для кого-то пару минут покажутся ничтожно маленьким сроком, но для меня это целая вечность. Именно в этот период тяжёлый ком спадает, тело становится легкое, как пушинка, моя душа расцветает, а я заново учусь дышать. Из этих мгновений строится вся моя жизнь. Кирпичик за кирпичиком они латают пробоины в моей душе и помогают мне казаться сильной и живой. Выйдя из зала, улица встречает меня солнечными зайчиками лице и суетливой рутиной города. Каждый человек куда-то спешит, даже не обращая внимания на то, что творится вокруг. Несмотря на то что погода сегодня радует, люди омрачают своими угрюмыми лицами и невольно заставляют уйти в свои мысли. Включив музыку на полную громкость, я начинаю обдумать планы на предстоящий день. Так как скоро мне предстоит сдавать единый государственный экзамен, то неплохо будет обновить оставшиеся знания по пройденным темам и пройтись по новому материалу. В этом году решится вся моя дальнейшая жизнь. Либо я поступлю в один из лучших вузов Москвы и начну жить самостоятельной жизнью, либо я останусь сидеть у своих родителей на шее ещё не один год. Что не является выгодным вариантом, как ни для них, так и ни для меня. Развод занимает много времени и нервов, поэтому я должны постараться избавить их хотя бы от такого возбудителя, как я. Придя домой, я не обнаружила ровным счётом никого. Сдаётся мне отец пропивает свои последние крупицы совести и гордости в баре, оставляя мою мама тет-а-тет с документами. Отсутствие в данный момент родителей мне было только на руку. Ссоры, разгорающиеся на весь дом, изрядно мешают моим мыслям собраться воедино. Сидя за письменным столом, я накручивала свои светло-русые пряди волос на ручку, вперив серые глаза в страницы сборника, надеясь, хоть смутно понять о чем здесь идёт речь. Но, как усердно я бы не вглядывалась в данные строчки, они не хотели прогибаться под моим пристальным взором, поэтому мне пришлось заварить себе чай, чтобы успокоиться и позвонить своему другу, который эвентуально поможет мне разобраться с данной неурядицей. На мой предсмертный зов ответили спустя пару гудков, довольно-таки дерзко поинтересовавшись на кой черт друг мне понадобился. — У меня есть некоторые вопросы по поводу проходимого вами материала, когда я болела, и я буду несказанно рада если вы, ваше высочество, поднимите свою королевскую задницу и явитесь ко мне на церемонию познания в отрасли права. — Дайте мне минутку, мне надо свериться со своим графиком. Он знаете ли, очень плотный. Не рассчитывал, я видите ли сегодня, что мне предложит наведаться к ней в гости сама герцогиня Варшавская. Спустя несколько минут переговоров было решено, что Матвей закончит пару своих дел и приедет с конспектами, которые цитирую: «Ни в какое сравнение не вяжутся с этими некомпетентными учебниками» Мы дружим с Матвеем с садика. Сидя в уголке и играя с конструктором, я вызвала интерес у рыжего мальчика, который, встав рядом с тем местом, где я собирала дельтоплан, выпучил свои карие глаза, что смотрелось довольно комично, потому что у него они так не были обделены размером. В свою очередь я, уставшая от этого пристального взгляда, решила его сопроводить восвояси. — А ты знаешь, что любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Иди куда шёл. — Не знаю какой там Варваре нос оторвали, но если и дальше будешь делать такие ошибки при конструирование дельтоплана, то себе ты нос 100% сломаешь. — сказав это, он, не стесняясь, сел со мной рядом, и забрав сооружение из моих рук, начал рассказывать, что я сделала неправильно. Так и началась наша дружба, которая продолжается и по сей день. Приехал мой нареченный не только с конспектами, но и с довольно-таки обширным выбором еды. Разбросав все по тарелкам, мы принялись обсуждать конспекты Матвея, которые пестрели не только информацией из учебника и уст учителя, но и комментариями самого автора. Для начала мы начали с основ. — Отрасль права — область системы права, представляющая собой совокупность норм права, регулирующих качественно однородную группу общественных отношений. Отрасль характеризуется своеобразием предмета и метода правового регулирования. В свою очередь отрасль права подразделяется на отдельные взаимосвязанные составляющие, которые называются институтами права. И далее по накатанной. Из Матвея вышел достойный учитель. Весь материал был крепко утрамбован в моей голове и вылететь оттуда не сможет, даже если моя голова будет расквашена пулей. Поэтому, когда мой друг выполнил свой долг доблестного рыцаря, то был добродушно отпущен мной на свидания со своим парнем, с которым он встречается достаточно недавно. Когда они только начали встречаться у меня внутри зародилось, нечто, что давало о себе знать, как только Матвей упоминал о Диме. Оно скреблось и скалилось, как дикая кошка, которой что-то не нравится. Я всегда с подозрением глядела на нового парня Матвея и очень тщательно анализировала его как отрицательные, так и положительные качества. Но со временем, это чувство пропало. Я все чаще видела, как Матвей приходит с горящими глазами ко мне в гости и с упоением рассказывает о Диме. И я просто не могла ни радоваться о своём друге, ведь он выглядел по-настоящему счастливым, что для меня было важнее всего. Таким образом, некоторое время спустя мы даже подружились с Димой, и тогда все сомнения о его ветреной натуре развеялись словно прах над ясным небом. Не так давно после ухода Матвея пришла моя мама, вся истощенная, с красными глазами и чуть трясущимися руками. Мне очень хотелось спросить как у неё дела, но я была уверена, что она лишь отмахнется от меня, как от назойливой мухи. Поэтому я лишь сделала ей чай с ромашкой и наложила остатки плова со вчерашнего дня. Не дождавшись даже взгляда, я ушла в свою комнату, где через полчаса услышала, топот ног и мамины возгласы, которые прекратились на первых же словах песни Марка Ронсона «Nothing breaks like a heart»: This world can hurt you It cuts you deep and leaves a scar Things fall apart, but nothing breaks like a heart Nothing breaks like a heart… Пару месяцев назад мой отец изменил моей маме с какой-то незнакомой девушкой из клуба. Между моими родителями состоялась серьёзная ссора, после которой мама ушла с головой в работу, а папа поехал в бар. У моего отца были проблемы с алкоголем. Он был алкоголиком, а моя мама трудоголиком. Донельзя жизнь ироничная штука. Мама искренне любила отца, хотя и посвящала практически все время работе. Сколько бы ни встречалось препятствий на пути у моей матери, она их всех встречала с поднятой головой, именно этой её чертой характера я восхищалась. Не каждый сможет улыбаться, когда в лицо тебя летят отнюдь не лесные слова, а потом гасить противника одним лишь снисходительным взглядом. Но после этого инцидента мама стала понурой, её плечи, которые обычно были всегда расправлены, сейчас здороваются с полом. А глаза, которые горели огнём, сейчас отражают лишь холод разбитого сердца. Удары в спину, были, есть и будут самыми коварными приёмами. Ничто так не ранит, как предательство любимого человека. Ничто не разбивается так, как сердце.

***

Утро понедельника началось с мелодии, ритм который отбивали капли, встречающиеся с моим окном. Я бы даже радовалась такой погоде, если бы недавно не помыла машину. Спустя еще несколько минут я поняла, что могу сильно не спешить, так как первый урок благополучно отменили из-за болезни нашего учителя по физкультуре. Не спеша, я собралась в школу, и уже сидя в машине, повторяла темы контрольной работы. На Toyota Camry я домчалась за 15 минут, но все-равно имела наглость опоздать на историю. До экзамена всего неделя, поэтому нас решили завалить всевозможными работами, чтобы заставить цитирую:"вас, бездельников и лентяев, хоть в предверие экзамена взяться за ум» Отношения у меня с одноклассниками не складывались с самого начала. Одна часть состоит из тех, кто ничего не видит кроме экзамена, другая, кому не знакома фраза «перед смертью не надышишься», а оставшаяся склоняется по школе, как приведения, что некоторые коридоры напоминают улицу Вязов. Просидев все уроки, я направилась домой, чтобы снова оставшийся день гипнотизировать учебники своим взглядом. Спустя неделю настал день х — начало экзаменационной недели, честь возглавление которой отдали, егэ по русскому языку. Чтобы хоть как-то отвлечься от угнетающего ожидания, я решила написать моему коллеге по несчастью. — Еще чуть-чуть и мой мозг взорвется от количества информации, которой я должна держать в голове, закрывая глаза на то, что в будущем я вряд ли ее когда-нибудь вспомню. — В твоем случае Варшавская тебе не о чем переживать. Твой мозг утилизирует всякий хлам с невероятной скоростью, поэтому отыграйся на этом экзамене по полной. Покажи всем мощь и плюсы владения памяти, как у рыбки. — А в твоем случае, Колесников, тебе лучше показать всю мощь сапог — скороходов, как только я сдам экзамен. Только пару минут назад перед моими глазами был статус «печатает», а уже сейчас мои уши загибаются в трубочку от отвратительно звука, доносящегося из уст учительнице, которая со слащавой ухмылочкой желает нам хорошо сдать экзамены. Экзамены отличались друг от друга лишь содержанием. Чувства были одни и те же. Мои органы как-будто кто-то стягивал крепким узлом и переворачивал все с ног на голову. Желудок находился в состояние возмущение так как ела я ничтожно мало, что не пошло на пользу моему и так не шибко здоровому организму. Нервные клетки соединялись в натянутую струну, которая была готова вот вот порваться. Но с непонятно откуда взявшимся усердием, я ее упорно склеивала обратно. С друзьями мы не виделись, так как втроем собирались поступить в один и тот же вуз на бюджет только на разные факультеты. Мои глаза горели мечтой о юридическом факультете, а Дима и Матвей отдавали свои предпочтения журналистики и инженерии. Сохраняя такую рутину, я сдала все экзамены.

***

Раз, по моему телу поползли мурашки. Два, стук сердца отдается глухо в ушах. Три, в теле словно образовался шар, который так и норовит лопнуть, обрушив на меня лавину эмоций. Я чувствовала это каждой нервной клеткой, оно словно обволакивала их, восстанавливала и дарила тепло. Мои мысли складывались только в два слова и не могли больше молвить ничего. Мне казалось, что я сойду с ума. И вот, этот шар лопнул. На меня хлынул поток нескончаемой радости. По голосовым связкам он пробирался из душевного омута, окрашивая мою душу в цвет свободы, он разносился по самым укромным уголка моего существа, неся всего лишь два таких коротких, но неимоверно важных и судьбоносных слова «Я поступила» Когда слова слетели с моего языка, я Колесников и Лапин сидели в кафе. Поэтому моя новость раздалась для них обоих, словно гром среди ясного неба. И реакция не заставила себя долго ждать. Матвей вылил себе на штаны не меньше половины кружки кофе, а Дима после того как наконец-то откашлялся, то сгреб меня в медвежьи объятия, к которым через несколько секунд присоединился и Колесников. Мы ждали моих результатов неделю, после того как мои друзья получили положительный ответ. Ещё тогда мы обговорили наши планы, когда ответ придёт, а именно: мы решили напиться в дребедень.

***

Музыка, словно сладкое вино, разливаясь по венам, мутит мой разум. Она мягко и воздушно приглашает мое тело ответить на её зов и раствориться в танцы. Звучат первые аккорды и мир вокруг меня исчезает. Есть только я и пьянящая музыка. Плавные движения бёдер отражают ритм, тело словно змея извивается под скользящими по телу руками, которые задирают и так неприлично короткое красное платье. Струящаяся волнами юбка двигается в такт движения тела. Танец представляет собой совокупность мягких, но точных па. Удар, два чётких движения бедра перетекают в волну. Удар, плавная восьмёрка бёдрами и резкий разворот. Удар, руки поднимаются вверх, а тело изгибается дугой назад. Весь танец построен на контрастах, как и я. Только в танце я могу совмещать оба моих настроения. Могу спорить и соглашаться, ненавидеть и любить. От одного до другого всего один шаг, но он кажется так ментально далек, что чисто физически его вряд ли кто-то сможет сделать. Иногда, очень важно не то насколько ты физически силен, а насколько ты сможешь совладать со своим разумом, когда это будет нужно. Мысли не всегда смогут прибывать в идеальном порядке, очень много того, что их будет выбивать из привычной колеи и именно в такие моменты очень часто разум прогибается, под давлением голоса чувств. Спустя пару треков мой танец прервал высокий блондин с зелёными глазами, имя которому Дмитрий. Схватив за запястье, он повел меня к стойке. Где начал повествование о том, что в трезвом виде я сегодня никуда не уйду. — Ви, ты представляешь?! Это наверное последний раз, когда мы тусуемся в этом клубе. Через пару дней мы уедем в Москву и будем покорять местные танцполы. Поэтому ты просто обязана напиться сегодня в хлам и оставить неизгладимое впечатление здесь о себе. — Ну во-первых, Дим, мы здесь не последний раз, а крайний, а во-вторых, ты прекрасно знаешь, как на меня влияет большое количество алкоголя. — закончить мне мою тираду не дали и снова начали вываливать на меня аргументы совершенно не в мою пользу. — Вот поэтому, Варшавская, ты должна потерять контроль именно там, куда ты вряд ли вернёшься. Представь, как будет обидно, если из-за твоего неумение пить нас выпрут из шикарного клуба в Москве. — он это говорил с такой нахальной улыбочкой, которую так и хотелось стереть с его лица, но сделать этого мне не дал Матвей, который появился, как черт из табакерки. — Вивьен, ты должна расслабиться хотя бы сегодня. Потом у тебя вряд ли будет на это время. Зная тебя и твою любовь к юриспруденции, ты будешь корпеть над учебниками, не покладая рук, что приведёт к ужасающим последствиям. — здесь он выждал паузу для пущего эффекта. — я начну называть тебя ужасной зубрилой. Поэтому давай сегодня просто забудем, кто мы есть и кем мы были и выпьем за начало новой жизни. — после такой речи, я не знала то ли я хочу его убить, то ли принять его приглашение. Но все-таки я выбрала второе. — За новую жизнь. — подняв шот, сказала я. — За новое будущее. — подхватили ребята.