Глава 2
20 ноября 2021 г., 09:05
Знаешь то чувство, когда получаешь тонну мотивации от друзей, фильмов, книг или даже от музыки? Ты загораешься идеей, продолжая дышать ею благодаря мотивации, кричишь речи знакомым, что у них все получится, если стараться и не сдаваться, идя к своей цели. Ты живешь в прекрасном мире ожиданий, представляя, что у тебя все получится. Ты вкладываешься в эту идею, преодолевая трудности, и все идет настолько хорошо, что не верится, и ты продолжаешь бежать к своей цели. Ты полон сил и с тобой все в порядке.
Но нужно лишь начать дышать свободнее, не боясь спугнуть свой успех, как вдруг хрупкий домик, состоящий только из мотивации, разрушается подобно костям человека, упавшего с девятого этажа, у которого давно все рухнуло. Боль нарастает с каждым мгновением, ведь все, что ты так полюбил, чем ты так вдохновился – исчезло в одно мгновение. Ты трясущимися руками пытаешься собрать этот домик обратно, но из осколков ты уже ничего не сложишь, лишь руки изрежешь.
Ты на эмоциях приходишь к другу, у которого, к слову, все получилось благодаря твоим красивым речам, а он повторяет твои же слова. И ты веришь в них. Веришь так, словно слышишь их впервые, пытаясь обмануть себя. Появляется мотивация, которая заставляет тебя встать с колен, и ты даже чувствуешь себя лучше, продолжая обманывать себя. Но все снова рушится, ты снова идешь за советом к другому человеку, и он говорит тебе тоже самое, какое-то дежавю. А ты веришь, и с каждым падением становится все сложнее вставать и поправляться.
После третьего, пятого, десятого падения ты понимаешь, что, продолжая, ты сделаешь только хуже. Закрываясь и переставая всяко двигаться, ты умираешь, но никто этого не видит. Все заняты своей успешной жизнью. А ты это время пересматриваешь свои ценности и то, чему тебя учили всю жизнь. Начинаешь презирать все то, что ценил и почитал совсем недавно. А позже, выходя в люди, тебя никто не понимает, даже странным считают. Ты запираешься еще глубже в свое сознание, много думаешь, читаешь, иногда плачешь. Ты медленно сходишь с ума.
Его никто не понимал, даже любящая мать, которая, казалось, прекрасно понимала в чем дело, но боялась усугубить такое состояние своим появлением. Медленными шажками он закрывался ото всех. Даже от чертового Сасори, который пытался поймать его, но Дейдара все ускользал, подобно песку в руках. А сил оставалось все меньше с каждым днем, с каждым провалом. Каждый прожитый день засыпал могильной землей, а каждое сказанное слово заставляло ненавидеть самого себя, виня в глупости сказанного.
Кажется, Дейдару никогда не понимали в школе, никогда не общались с ним и всегда смеялись над ним. А может ему и казалось, что его ненавидели. В любом случае ему было все равно. Ему было достаточно Сасори, который каждый вечер играл с ним в длинные сюжетные игры на консоли. Иногда они баловались наркотиками, но вещества никогда не привлекали их всерьез. А вот табак покорил сердце блондина раньше, чем это сделал Сасори.
Ему было около пятнадцати, когда он подтаскивал у подростков, с которыми ходил на историю или искусство. Они особо не обращали на него внимания, да и не замечали, что количество сигарет в пачке уменьшалось. Курили они немерено. Хотя это совершенно не его дело, главное, что заветный табак был у него.
Конечно, он читал. Читал всякое. А в последние годы школы все, что только попадалось в библиотеке. Его воображению не было границ, а словарному запасу можно было только позавидовать. Это единственное, что он в себе уважал. Жаль, но зрение он себе посадил и теперь ему приходится носить очки или линзы. Чаще линзы, ведь он всегда пускается в невероятные приключения, которые обычно кончаются синяками или растяжениями. Ни одна оправа ему не нравилась, хотя в конце концов он выбрал круглую, но это совершенно не важно, ведь постоянно находиться скованным в дугах его раздражает, поэтому с ними он мирится только в самых спокойных моментах.
Зато Акасуне нравилось, как парень выглядел в очках. Он ему это постоянно повторял, повторяет и будет повторять. А после того, как они стали встречаться, Дейдара совершенно забыл, что можно надевать линзы дома. Никто, кроме Сасори не знал, что у него проблемы со зрением.
Читатель, ты, наверное, задаешься вопросом, зачем же я все это все рассказываю? Зачем я описываю такие скучные вещи? Я могу этого не делать, но что ты знаешь о них? Мне всегда казалось, что главное в человеке не то, какой он на публике, а какой он в простой жизни, когда никто его не видит. Я хочу тебе представить его как личность, а не как избалованного мальчика с психическими проблемами.
В его жизни много тайн, о которых не знает ни один его знакомый. Например, в четырнадцать лет друг Сасори и Дейдары, который нашел общий язык с первым и понял второго, вскрыл себе вены, пытаясь убежать от проблем в будущем. Для него все исчезло и его душа успокоилась, а вот для парней это было ужасным периодом. Постоянное напоминание о том, что был человек, который стал для тебя не пустым знакомым, а теперь он лежит в гробу, для него все остановилось. Никто не хотел это обсуждать, но и держать в себе тоже было тяжело. Какое удивление было у Акасуны, когда Дейдара заговорил с ним об этой смерти, будто о новом фильме их любимого режиссера.
А о любви блондина к чаю и его глубочайших знаниях в этой области не знал даже Сасори. Когда они съехались, парень заметил, что небольшой ящик полностью забит разновидностями китайского чая. Он постоянно менял свое содержимое. Спустя пару месяцев после находки, он поговорил с Дейдарой насчет огромного количества листьев в таком незаметном ящике.
Подобных историй много и каждую следует рассказать, чтобы прочувствовать характер каждого.
Сейчас, находясь в шумном клубе, он думал только о том, чтобы скорее попасть домой, завалиться в кровать и поскорее умереть. Постоянные кошмары пугали его и заставляли мечтать о смерти, как когда-то его друга. Но он держится ради человека, который стал центром такой огромной вселенной. Это даже не наша вселенная, а его собственная, которую он создал долгими годами одиночества и страха.
Быстрое касание пальцев по включенному экрану телефона и неожиданная вибрация в руках Сасори.
«Слушай, давай свалим пока я не захотел им выстрелить меж глаз ;)».