Спаси меня, Грейнджер. (18+)

— Рывок сделан. Раньше ты видела его — никаких чувств, а теперь? Что теперь? Что он сделал с тобой, Гермиона Грейнджер? Теперь, видя его — ты умираешь. — Если я умру, это будет чудная смерть.

Тусклый свет, сырое помещение, ватные ноги, его руки были связаны, кто-то прижимал их так крепко к его спине, что предплечья уже ныли от боли, а по позвоночнику неустанно пробегался холод. Его буквально тащили с двух сторон два высоких мужчины нестандартной внешности, даже при такой темени Драко сумел разглядеть, что рожи этих амбалов были изуродованы. Люди ли? И где он сейчас? Куда его ведут? И вдруг, он услышал до боли знакомый голос. Секунда. Мандраж по телу. Такой голос перед которым он был готов содрогнуться и упасть на колени, моля о пощаде, моля оставить его в чертовом покое и перестать вселять этот страх, к которому он не привык до сих пор. Слабость и страх перед тем, кто тебя породил — больная фобия. Эта боязнь била молотком по голове. Выкручивала кости. Заставляла замирать сердце. Она приставал ножом к горлу и младший Малфой был обязан повиноваться. — Что… Что ты делаешь, снова?! Я твой сын! — блондин отдернул свои руки и все же сумел вырваться с хватки, но его тут же схватили за плечи и он упал на колени перед своим отцом, не поднимая головы и тяжело дыша, от чего грудная клетка бешено поднималась и опускалась, кровь подступала к вискам, вены набухали на лбу и шее и даже можно было услышать скрежет его зубов. — Подними голову. — сначала был спокойный тон. — ПОДНИМИ ГОЛОВУ, Я СКАЗАЛ! — этот ожесточенный крик, разлетевшийся по всему подземелью, от которого Малфой послушно поднимает голову и смотрит на своего родного отца, нервно сглатывая, смотря на него, как обычно, провинившимся взглядом. — Ты более не смеешь называться моим сыном. С этой минуты. Ты больше не мой сын. Я растил не такого, не знающего себе цену, слабого и сопливого Драко Люциуса Малфоя, который имеет честь носить эту фамилию! Кажется, птенец до сих пор не вылетел из своего гнезда, которое вот - вот развалится от вечных дождей и морозов... Сколько стоило еще ждать зим? Жаль. Жаль, Драко, наблюдать за тем, как ты стремительно падаешь, не в силах раскрыть те могущественные крылья, что были при тебе еще с тех пор, когда ты родился. — Я не понимаю, отец... — Ты не понимаешь, Драко? - Люциус усмехнулся, пошатав отрицательно головой. — Может быть она даст тебе понять, почему тебя так привели ко мне? - мужчина отошел в сторону, указывая рукой на тело лежащей девушки в луже крови. Прищурив глаза, Малфой сумел разглядеть в этом лице со шрамами и кровоподтеками знакомые очертания: небольшой носик, аккуратные брови домиком и тонкие нежные губы. Он не верил в то, что видел. Это не могла быть она. Какое отцу было дело до нее? Найдя в себе силы, Драко чуть ли не ползком пробрался к ней и убрав каштановые волнистые волосы с половины ее лица, он убедился, что это была она. Его Гермиона Джин Грейнджер. — Гермиона.. Гермиона, прошу открой глаза. - лицо аристократа скривилось и поджав нижнюю губу, он зажмурился и взял ее за руку. — Пожалуйста... - он прошептал и раскрыл глаза, когда почувствовал, как она слабо сжала его руку. Посмотрев на нее обеспокоенным взглядом, Малфой был непередаваемо рад, что она услышала его. Шоколадные глазки медленно раскрылись и увидев перед собой того, кого она хотела видеть все это время, Гермиона еще сильнее сжала его руку, смотря на него беспомощным взглядом, который так и говорил ему, чтобы он уходил. — Мне так больно. - она еле как прошептала, стараясь продолжать смотреть на него. Она понимала, что если закроет глаза сейчас, то никогда больше не увидит его. Никогда. — Драко, не смотри на это... Но он не дает ей договорить. Ему было важно, чтобы она ушла отсюда живой. Сейчас. — Тише... Все пройдет, слышишь меня? - он взял ее аккуратно за лицо и посмотрел в ее глаза. То, что с ней сотворили и то, как она сейчас выглядела приносило слизеринцу лишь боль, которая тут же переросла в гнев. — Отец! - Драко подорвался и подошел к Люциусу, бегая своим убийственным взглядом по лицу этого деспота. — Отпусти ее. С нее достаточно. Я прошу тебя, отец, я сделаю, что ты попросишь, но отпусти ее! Так не может больше продолжаться, хватит этой ненависти. Она. Ничего. Не. Сделала. — Нужно было раньше думать, Драко. Если бы ты не связался с грязнокровкой, то ничего бы этого не было, она бы осталась жива. Но... - Люциус перевел взгляд на Грейнджер, когда к ней подошел один из пожирателей и приставил палочку к ее шее. Он развернул резко сына, заламывая ему руки, заставляя смотреть на нее сейчас. — Теперь, ты будешь знать, что за подобные поступки отвечать будешь не ты, а те, кто тебе дорог. Никогда не верил в высказывание, что первая любовь причиняет боль, однако сейчас, Драко, ты узнаешь, что это такое. - прошептал он сыну на ухо сквозь зубы, продолжая крепко держать его и не обращать внимание на его крики и попытки вырваться с сильных ледяных рук. Он не успел даже взглянуть на нее в последних раз, как вдруг глаза молодого аристократа ослепил яркий зеленый свет. Резко подорвавшись с криком и тяжелым дыханием, пожиратель схватился за руку, где была метка и вцепился в нее пальцами, стараясь утихомирить боль. К счастью, он спал в черном худи с длинными рукавами, что скрывали ее. Метка будто сильнее и сильнее въедалась в его кожу, чуть ли не выжигая ее, из-за чего вся рука ныла от сильной боли. Иногда это казалось неким "напоминаем" о том, кем он является и будет являться до конца своих дней. Все его тело дрожало, холодный пот выступил на лбу и он стал подниматься с постели, но внезапно почувствовал теплую руку на плече, которая его останавливала. — Драко? Тебе не хорошо? Кошмар приснился? Этот голос. Черт, он даже забыл, что Грейнджер осталась сегодня с ним, что он сейчас спал с ней в одной постели, обнимал ее, получая перед сном ее сладкие поцелуи и вдыхая аромат ее мягких волос. Память стала быстро возвращаться, когда он повернулся к ней и увидел ее, сейчас она была в порядке, снова то ангельское личико и шоколадные глазки, которые смотрели с тревогой на него. Такая нужная. Такая притягательная. Он не выдерживает и хватает ее за руку, резко притягивая к себе и обнимая за тонкую талию, уткнувшись лицом в ее нежную шею. Малфой тяжело дышал, было сложно сдержать слезы, но он не плакал, да и пообещал себе, что никогда больше не заплачет. О, Мерлин. Жива. — Тише, дыши ровнее, ты уже проснулся, Малфой. - Гермиона тихо говорила, обнимая его в ответ и поглаживая его по волосам одной рукой. — Ты не один. Я рядом, тшш... Откуда она знала, какие сейчас ему были нужны слова? Он и правда не хотел быть один, он хотел, чтобы его обняли и заставили его взять себя в руки. Ему была нужна эта чертова поддержка. Без этого он живой труп. — Драко? - она медленно отстранилась и посмотрела на него, взяв его за подбородок и взглянув в его глаза. — Что бы тебе не приснилось этого никогда не произойдет, на то это и кошмары. Отпусти свой главный страх, ладно? - девушка встала с постели и подошла к столу, наливая ему воды. Перед ним открывался прекрасный вид: голые стройные ножки, коротенькая майка и кружевные трусы, которые немного впились ей в задницу, но это было слишком сексуально, учитывая, что света в комнате было не так много, лишь парочка несчастных свечей. Она подошла к нему, сев перед ним так же, как сидела до этого и протянула ему стакан воды, который он тут же взял в руки и опустошил, прикрыв глаза и глубоко вздохнув. Отставив стакан на тумбочку у кровати, Малфой снова бросил взгляд на ее ноги и взял ее нежно за коленку, поглаживая. — Я просто... Не знаю, я уже привык к кошмарам, но этот был уж слишком реальным. - аристократ поднял глаза на гриффиндорку и сжал губы, раздумывая происходящее в своем сне. — Его и правда хер отличишь от реальности. Не будем об этом. Если бы я после каждого своего кошмара видел полуголую тебя, то жить бы стало намного проще. - Драко рассмеялся в конце и повалил ее на кровать, нависнув сверху и вцепившись глубоким поцелуем в манящие губы. Она обхватила его тело ногами, прижимая к себе сильнее, оттягивая его нижнюю губу и обсасывая язык Малфоя, который блуждал внутри ее рта, как хозяин. Ее действия немного удивляли молодого пожирателя, но потом он лишь рассмеялся ей в губы, понимая, что Гермиона в любом деле быстро учится. Это же Гермиона. Поцелуй с ней каждый раз был, будто первый, да и как только он чувствовал этот вкус, то внутри его запыленной души что-то пробуждалось и это сводило с ума. Она подарила ему пробившийся свет в ту самую запыленную темную душу, подарила ему ту страсть, которую он мечтал чувствовать, и, что самое главное - эмоции, которые были всегда яркими и искренними. То, что она делала с ним было непростительно, он был готов убить ее, лишь бы не ощущать ничего этого. Она пробуждала в нем не то, что надо и это могло привести к катастрофе. Он был действительно болен, раз понимал, что их альянс невозможен, но все равно хотел продолжать врать ей и вкусить ту любовь, хотя бы на одну минуту от вечности.

***

Из года в год Хогвартс не менялся в канун Рождества , да и вся эта праздничная суета только радовала глаз и позволяла хоть немного отвлечься от реальности, от которой так сильно хотелось сбежать. После того, как отстранение гриффиндорки и слизеринца подошло к концу, они особо не виделись, пытаясь наверстать упущенное и закрыть все свои долги. Правда, они часто переглядываясь в Большом Зале и это много кто замечал, в особенности змеиный факультет, который был недоволен тем, что их лидер связался с грязнокровкой, которую они не переносили на дух. Лишь близкие друзья ни слова не говорили, решив, что у Малфоя есть своя голова на плечах, да и Забини с Ноттом не верили в то, что у их друга проснулись светлые чувства к Грейнджер. Уж больно он был прихотлив к девушкам. Но у мулата не умирали надежды на то, что с ней его другу становится действительно легче, раньше на него невозможно было смотреть и Блейзу казалось, что гриффиндорка была подобна лекарству для Драко. И даже сейчас, смотря на друга, такого спокойного и с аппетитом, Блейз не смог сдержать улыбки. — Ну так? Ты возвращаешься в Мэнор? - мулат приблизился к другу, взяв его за плечо и смотря на его профиль. — Только не бесись от этого вопроса, он действительно важен. - протараторил Блейз, когда заметил недовольное выражение лица Малфоя. — Провести Рождество в Малфой-Мэноре, ты издеваешься, Блейз? Ты ведь знаешь, что там происходит. Да и мама... - Драко тяжело вздохнул и прикрыл глаза, приложив два пальца к переносице. Всякий раз, когда ему стоило заговорить о матери у него раскалывалась голова и все тело чуть ли не дрожало, хоть он и пытался скрыть это, но знал, что Блейз привык. Драко переживал за нее и оставлять родную мать с пожирателями - поступок не очень хорошего сына, даже если среди тех убийц была ее родная сестра и муж. Аристократ убрал руку от своего лица и ударил по столу, повернув голову к Блейзу. Он прожигал его взглядом, прекрасно понимая, что ему стоило бы вернуться в замок, но сейчас было слишком рано. — Я не могу туда прийти, она так сказала. Лучше мне не соваться, пока дело не решится до конца. — С одной стороны тебе повезло, Драко. - Блейз пожал плечами и отложил кусочек недоеденного огурца в свою тарелку. — Повезло? С чем это? — Ты можешь провести Рождество в Лондоне, я знаю, что ты не очень любишь магглов и уж точно не горишь желанием находится в компании обычных людишек, не стоящих даже одного твоего аристократского паль... — Заебал. — Ладно-ладно, договариваю. - Блейз тихо посмеялся и поднял руки, сдаваясь. — У меня отличная идея, я собираюсь после полуночи провести время в неплохом клубе "Красный дом" , там намечается грандиозная вечеринка, нереальная атмосфера, ты просто представь: много девушек, алкоголя, музыки, тебе это точно понравится и развеет. Что думаешь? - мулат пихнул слегка друга локтем, от чего Малфой недовольно сжал губы и посмотрел на него. — Лондон, Красный дом, девочки, мальчики, алкоголь - это не для меня, это для тебя, Блейз. - последовал тяжелый вздох и Малфой заметил умоляющий взгляд Забини, поэтому закатил глаза и начал вставать со скамьи. — Чтобы я приехал туда после полуночи и ты не был вдрыск, друг. Я предупредил. - пригрозив ему пальцем, аристократ стал покидать Большой Зал, усмехаясь радостным воплям Блейза, которые он слышал даже за пределами зала. Признаться, Малфой любил такое времяпрепровождение, в особенности с друзьями, но в связи с последними событиями в его жизни у него не было этого желания из-за депрессии, панических атак и постоянных переживаний за себя и свою семью. Он не думал о Хогвартсе, не думал о Поттере и о том, что Темный Лорд собирался с ним сделать, да, черт возьми, его это не волновало. Он был готов убивать Поттера сотни раз своими руками, лишь бы Нарцисса не пострадала, поэтому Драко был готов защищать и своего отца, даже если осознавал, что тот заслуживал наказания, однако, мать любила его и не перенесла бы потери мужа. Страх не покидал молодого аристократа даже на минуту, лишь с одним человеком он мог забыться и это была грязнокровка. Это была чертова грязнокровка. Всезнайка, которую он терпеть не мог с начальных курсов, не только потому, что та была дочерью обычных дантистов, а потому, что училась лучше, чем он. Это выводило из себя, но со временем Драко понял ее и ему было сложно признать тот факт, что он действительно понял намерения Грейнджер. Он считал, что та "поселилась" в библиотеке по той причине, что она не заслуживала магии и, в чем Малфой был стопроцентно уверен, она пыталась доказать, что станет достойной волшебницей, не смотря на то, что она является дочерью магглов. И у нее это, черт возьми, получалось. И Малфой даже не был удивлен. Мне бы твою упертость и терпение , Грейнджер. По всему коридору раздался жалобный, но знакомый голос и Драко сразу же узнал его, подняв глаза и посмотрев вперед, остановившись. — Профессор Снейп, вы не можете не принять мои конспекты, я прошу вас! - темноволосый буквально вытолкнул Грейнджер за дверь и собирался закрывать ее, чтобы наконец-то не видеть тетрадку с какими-то рыбками, которой ученица размахивалась перед носом декана. Но не тут то было, Гермиона успела просунуть ногу и слегка скривилась, когда дверь зажала ее. — Профессор, прошу извините, что я запоздала и не принесла вам их на полчаса раньше, но вы так много задали, пришлось писать ночью и... Снейп тут же изменился в лице и его голос стал крайне раздражительным, он перебил ее. — Гермиона Грейнджер! Не страшно, что вы принесете мне эти конспекты после каникул, отправляйтесь на отдых и прекратите отбирать мое личное время. Вы, наверное, не подумали, но рождество придумали не только для детей, а еще и для взрослых, что хотят отдохнуть. Счастливого Рождества! - он аккуратно взял ее за плечо и отпихнул от двери, которая тут же захлопнулась и закрылась на все три замка. Драко убрал руки в карманы и усмехнулся, когда увидел, как Грейнджер вытаращилась на дубовую дверь, будто она взглядом сможет пробить там дырку и закинуть свои конспекты в кабинет декана, чтобы он все же проверил их поставил ей высокую отметку, да и закрыл ее пропуски, о которых она переживала больше всего. И снова она топнула ногой и с какой-то безнадежностью посмотрела на свою тетрадь, учащенно задышав от злости. Аристократ был уверен, что она сейчас была красная, как помидор, она всегда краснела, когда злилась и ему нравились эти "злые" щеки и, как она считала, ее "убийственный" или "затыкающий" взгляд, но на самом деле она выглядела, как ребенок у которого отобрали конфету. Он любил в ней эти детские черты лица и не представлял ее взрослой и серьезной женщиной с хорошим карьерным ростом, мужем и детьми. Если бы можно было остановить время. Прямо в эту самую секунду. — Я говорил, что Снейп ждет каникул больше, чем сами дети Хогвартса? Гермиона резко обернулась, когда услышала его и ее глаза полезли на лоб при виде его наглой и высокомерной, но привлекательной мордашки. — Мерлин, Драко! Я думала, что ты давно уже покинул Хогвартс. Аристократ не сдержался и подошел к ней ближе, сохраняя ухмылочку и продолжая пялиться на Гермиону, он знал, что ее это смущает, а он обожал наблюдать за ее эмоциями, которые ей было довольно трудно скрывать, особенно с ним. — Будто мне есть куда идти, не смеши меня, Грейнджер. Гермиона нахмурила брови, от чего между них образовались морщинки и приподняла подбородок, смотря на него непонимающе. Малфою некуда идти? По - моему это я лишилась друзей всего за один день, а родители вовсе не подозревали, что я приеду в этом году. — Я последние два года проводила Рождество в Норе и... — Меня не интересуют подробности, как ты развлекалась с рыжим ошметком и очкастым придурком. И да, больше ты там проводить Рождество не будешь, понимаешь? Эти неблагодарные гриффиндорцы, которым ты спасала задницу, рискуя своей жизнью, даже не смогли принять твой выбор. Вот и вся благодарность, Гермиона - неуважение к своей лучшей подруге и ее чувствам. — Хватит! Ты постоянно будешь мне об этом напоминать? Я все увидела своими глазами и без твоей помощи, да и... Гарри передо мной ни в чем не виноват, это я виновата перед ним. - Гермиона опустила глаза, грустно нахмурившись и отвернула голову слегка в сторону, тяжело выдохнув. Конечно, она чувствовала вину перед Гарри и будет чувствовать ее еще очень долго, ведь она предпочла ему Малфоя - заклятого врага с детства. Что с тобой, Гермиона, не так? Я могла быть счастлива с Гарри Поттером, но нет же, мне обязательно надо было пойти сложным путем, стерпеть на своем сердце бушующий океан, что я видела в глазах того, кого выбрала и принимать удары от последствий, что принесут эти отношения. А Малфой думает? Он вообще думает, к чему это приведет? Один из нас будет страдать и, я почему-то уверена, что это буду я, а не он. Он ведь пользуется моей слабостью, но я не в силах противостоять своим чувствам к нему. Удивительно, я понимаю и вижу всю картину происходящего, но все равно не схожу с этой дороги под названием "разбитое сердце". Слизеринец приподнял брови и дернул уголком губ, а после с его уст вырвался нервный смешок. — Все - таки, я был прав, верно? Он влюблен в тебя. - Драко посмотрел в сторону и закусил нижнюю губу, выглядел он нервным. Он не особо сейчас понимал, что действительно ревнует и боится, что Грейнджер может передумать. Сейчас он думал лишь о том, как уничтожить в Поттере надежды на то, что у Гермионы появится хотя бы мысть возвращаться в золотое трио. — Перспектива быть с Поттером намного лучше, чем быть со мной. Тут не поспоришь. — Ты... Он положил указательный палец на ее губы и посмотрел на нее исподлобья угрожающе. — Ты думаешь, я позволю ему хотя бы пальцем прикоснуться к тебе? Не поспорить с тем, что общество и меня отвергнет, когда узнает о тебе, но каждый должен чем-то жертвовать, верно? Тебе было бы с ним спокойнее, но ты и капли не испытаешь с ним того, что испытаешь со мной. - он убрал палец с ее губ и его взгляд изменился, стал более нежным и даже добрым. Невероятно, выражение лица, глаза и голос Малфоя всегда менялись в нужный момент, если ему хотелось подстроить ситуацию под себя. Когда он хотел вызвать в ком-то страх, то ему стоило лишь делать голос спокойным и тихим, но угрожающим, а глаза в такие моменты становились во сто крат холоднее и вовсе не блестели, показывая всю темноту его души. Однако, когда Драко был чем-то заинтересован и старался получить нужные для него эмоции от человека, на его лице всегда была самоуверенность и высокомерная ухмылка, глаза загорались, будто бы в них были тысячи аквамаринов. Такие драгоценные глаза, такой несравненный момент, легко ощущаемая сердечность от этого слизеринца, а этот голос, ох уж этот голос, когда Драко забывает о все проблемах и становится самим собой. Точнее таким, каким бы ему хотелось быть. — Какой ты самоуверенный, некоторым этого так не хватает, Мерлин упаси. - Гермиона сложила руки на груди и усмехнулась, приподняв брови. — Неужели мне именно это в тебе и понравилось - твоя решимость? — Тебе понравилось это, - он указал рукой на свое лицо, усмехнувшись, а затем опустил руку ниже в зону паха. - , а в скором времени тебе еще и это понравится. - слизеринец посмеялся, когда она все же опустила туда глаза и резко отвернулась от него, тихо хихикнув. — Более эмоционального человека я в своей жизни не встречал, Грейнджер. А если я трусы сниму, ты что, запищишь от радости? - он сделал к ней шаг и убрал медленно ее волосы на одну сторону, открывая себе вид на ее тонкую шею. — Скорее от ужаса. - она прикрыла рот тетрадкой, еле сдерживая смех, который не был никак оправдан, ей просто было забавно. — Ужаса? - он прошептал ей на ухо и резко прижал ее задницу к себе, слегка сдавливая ее талию. Услышав ее громкий вздох, он еще шире улыбнулся, смотря на ее профиль боковым зрением, заметив, как она прикрыла глаза и сжала губы, чувствуя власть над собой. — Смотри, как бы тебе потом не пришлось пожалеть о сказанном сейчас, Грейнджер. — А что ты сделаешь? - она прошептала и облизнула нижнюю губу, специально дразня его. Проклятье, но она действительно хотела слышать это. Хотела слышать, как он должным образом накажет ее за такие язвительные слова в его сторону. Никто не смел так разговаривать с ним в его мире и она это знала. Как девственница может быть такой похотливой сукой? Драко резко развернул ее обратно к себе и осмотрел ее оценивающим взглядом, медленно поглаживая ее талию и опуская руку ниже. Подушечками пальцев он провел по ее голым бедрам, позволяя себе лишь это в школьном коридоре, нервно сглотнув, он посмотрел на ее лицо, убеждаясь уже который раз, она нереально красивая. Для него. Дикий контраст между ними, но как это было, черт, как же это было прекрасно - он и она. И заметил он это еще с той колдографии в пророке, сделанной в магазине «Дэрвиш и Бэнгз» после которого они по сей день чувствуют душевное волнение вперемешку с влечением друг к другу. — Не-а, не прокатит, Грейнджер. Во второй раз я не куплюсь на твои уловки. Любая девушка бы мечтала услышать от меня такие грязные вещи, которые я той ночью шептал на ушко тебе. Помнится, ты мне отказала. - Драко улыбнулся своей белоснежной улыбкой и Гермиона знала, что он не старался разозлить ее, но шутка была смешная лишь для него, если это можно было назвать шуткой. Повисла тишина и они просто смотрели друг на друга, Гермиона с приоткрытым ртом, а Драко, как обычно с ухмылкой. Один, два, три... — Я отказала!? - протяжно спросила она и тут же вскипела , не сдержавшись. — Я лишь сказала.. А.. Ты.. Кхм. Да ты сам знаешь, что я сказала! - ударив его по груди, она закатила глаза и посмотрела в сторону Большого Зала, заметив, что все потихоньку начали покидать его. — Заткнись. - приказной тон Малфоя. — Что? - Гермиона вернула на него взгляд, но более изумленный. Иногда его грубость переходила все черты, но она и предположить не могла, что в следующую секунду почувствует вкус ментоловой вишни, которая приятно отдавала холодком на ее нижней губе. Извинения? Или он просто хотел поцеловать ее? В любом случае она тут же расслабилась и нежно ответила на короткий поцелуй, который закончился также быстро, как и начался. Ну и правильно, они же в школе. Чертов Малфой убивал в ней все ее принципы, ведь раньше она обещала себе, что если в школе у нее и будут отношения, то точно не показушные и никто даже предположить не сможет с кем она делится своей чистой любовью. — Эх, почему же ты такой? Все должно быть по-твоему, м? — Пять в дневник за сообразительность, Грейнджер. - Малфой подмигнул ей и собрался уходить, погладив на прощание ее вздернутый подбородок. Не успел он сделать пару шагов, как увидел на своем пути Поттера, он был уверен, еще бы чуть - чуть и он ударился подбородком об его шрамированный лоб. Мерзость. — О, какая НЕприятная встреча. Снова наблюдал за нами? Давай мы потом сделаем пару колдографий тебе, чтобы ты смог наслаждаться нашими поцелуями? Прислать Филина после Рождества? Нашими... Нами. Кем нами? Мной и Гермионой? Ты готов говорить все, что угодно, Драко, лишь бы видеть тусклую рожу своего соперника? — Я не к тебе подошел поговорить, Малфой. И тем более, канун Рождества, постарайся хоть в этот день не травить меня своим змеиным ядом. И говоря о колдографиях, думаю, всем и одной достаточно, особенно тем, кто живет в Уилтшире. — Гермиона, - Драко слегка повернул голову в ее сторону, не отрывая взгляд от Поттера. — сейчас этот камень был не в мой, а в твой огород, заметь это. Очкастый считает, что ты не достойна чистокровного волшебника. - и вновь его самодовольная улыбка, он сделал пару шагов назад и встал сзади Гермионы, наблюдая за тем, как ее дыхание с каждой секундой ускорялось, он понимал, что ей надоели перепалки между ним и Поттером. — Напротив, Малфой, ты не достоин такой девушки, как Гермиона. - Гарри поправил очки и натянуто улыбнулся, посмотрев на слизеринца. — Если ты печешься о том, что будут говорить люди о нас, то не стоит, потому что мне плевать, Поттер. А если говорить, кто достоин, а кто нет, то в списке достойных и тебя не наблюдается, хлюпик. - слизеринец специально выделил последнее слово, покривлявшись и сделав голос намного ниже. — Ооох, хватит! Мерлин, Малфой, - гриффиндорка посмотрела вначале на него, а после перевела свой взгляд на друга и ее голос стал значительнее мягче, чем секунду ранее и это разозлило Малфоя и такую тотальную разницу только дурак бы не заметил. — Гарри, если у тебя что-то важное, то говори сейчас, нам всем уже пора собирать вещи и покинуть Хогвартс. — Да, ты как обычно права. В общем, я знаю, что ты не горишь желанием проводить Рождество у родителей, поэтому я поговорил с ребятами, точнее они поговорили со мной и мы.. точнее они сошлись на общем мнении, что неправильно с тобой поступили. Им не стоило так остро реагировать на сложившеюся ситуацию с ним. - Гарри бросил взгляд на нахмуренного Малфоя и отрицательно пошатал головой, не понимая, что Гермиона могла в нем найти, кроме внешности, конечно. Но Гермиона не была из тех, кто гоняется за красавчиками, значит, было что-то иное, что Драко не скрывал только от нее. И что же это было? Гарри не переставал ломать себе голову, потому что был убежден, что будь все отрицательные качества человека видны на его лице, то Малфой выглядел бы хуже гоблина. Поттер мог поклясться Мерлином, все было бы именно так. — Я, несомненно, рада, что вы сошлись на таком мнении. Но я сомневаюсь, что Рон или Джинни признали свои ошибки. - Гермиона глубоко вздохнула и прикрыла на секунду глаза, стараясь сейчас не перейти на крик и продолжать говорить с Гарри спокойно. — Ладно, допустим. И что ты хотел этим сказать, Гарри? — Было бы неплохо, если бы мы все провели Рождество в Норе. — Мечтай, блять. - резко выпалил Малфой, чего Гермиона не ожидала и посмотрела на него, уловив на себе его нахмуренный, но растерянный взгляд, да он и сам не ожидал, что будет в такой день так выражаться. — Слушай, Поттер, мы с ней отлично проведем время сегодня в Лондоне. Не стоит беспокоиться, что она останется одна или с дант... родителями. — В Лондоне? - Гермиона впервые слышала об этом, ведь минуту назад он собирался куда-то уходить, скорее всего собирать вещи, но он и слова не проронил о Лондоне и о том, что он будет проводить последнюю ночь года именно там. Стало ясно, Драко бы не пригласил ее, если бы Гарри не сказал о Норе, поэтому она сразу поникла и опустила глаза. Чем бы он занимался? Ах, да, Блейз. Я слышала, что этот слизеринец обожает ночные клубы Лондона и легкодоступных маггловских девушек. Драко, ты никогда не изменишься и твои друзья тоже дохлый номер. — Это был сюрприз. - странно, но Малфой не солгал, он собирался забрать ее у родителей ночью и плевать, как бы он нашел адрес, все равно бы нашел, где бы она не была. — Спасибо, Поттер, ты как обычно испортил все. — Лондон? - Гарри беззвучно посмеялся. — Оставишь своего папочку без подарка под елкой в Малфой-Мэноре? Удар ниже пояса. Поттер попал прямо в яблочко. Он знал куда бить. Кажется, знал. — Думаю, он привыкнет, да и мне кажется, Поттер, что проводить Рождество не в кругу семьи иногда полезно, хотя... Откуда тебе знать, верно? - ответный удар. — У меня есть семья и уж поверь, она намного крепче и любви в ней больше, чем в твоей кровной. - словно ветром сдуло улыбку с лица Поттера и он посмотрел на Гермиону. — Так, ты будешь в Лондоне? — Я буду в Лондоне. Драко победно улыбнулся. — Но не с тобой, Драко. - и вот ветром сдуло и улыбку Малфоя, причем резко. — А с кем? - глупый вопрос, но все же ему было интересно, вдруг он ошибался. — С семьей. И все-таки, он не ошибался. Зря спросил, за что наказывал себя сейчас. — Счастливого Рождества, Гермиона. - Гарри не терял надежды вернуть ее и это было очевидно, он не станет долго сидеть, как обиженный мальчик и ничего не предпринимать. Неужели только поэтому он сейчас взял и обнял Грейнджер прямо на глазах у слизеринца, так еще и посмотрев на него своими четырьмя глазами? В этот раз никто не проиграл и это злило Малфоя еще больше, если бы она выбирала между Норой и ним, было бы куда проще принять ее решение, а сейчас Драко был в замешательстве. И что думать? Она действительно так дорожить дружбой с Поттером или, как она сказала раньше, чувствует вину перед ним? В любом случае, ни одна из этих составляющих не устраивала слизеринца и он был намерен сделать так, чтобы Гермиона совсем не думала о золотом трио. — О, и тебе, Гарри. - она слегка погладила плечо друга и отстранилась от него, слабо улыбнувшись. Поттер сразу же их покинул. Слава Мерлину. Гермиона простояла к слизеринцу спиной еще несколько секунд, провожая уходящую спину Гарри, но потом все же удосужилась повернуться и встретилась не с самым добрым его лицом. — Знаешь, сказал бы ты мне раньше, я бы не обещала матери о отцу, что на Рождество буду дома. Они готовят большой праздник, ты можешь присоединится... — Исключено, Грейнджер. - он прервал ее и опустил взгляд на девушку. — Я итак не в восторге, что буду проводить этот чертов праздник в кругу чертовых магглов. - сказал, как отрезал, но сейчас он был не в настроении выстраивать для Грейнджер вежливые ответы. — Чертовых магглов, хах. - Гермиона улыбнулась, сквозь боль, но улыбнулась. — Счастливого Рождества, Драко. Надеюсь, вы с Блейзом проведете его незабываемо. - она пожала плечами, ее дурацкая привычка, и пошла дальше по коридору, точно уже не думая о тех конспектах, что она не успела сдать по защите от темных искусств. Малфой мог предположить, что она была сильно обижена тем, что Драко отказал ей провести время с ее родителями, но это был Драко, он с детства был приучен к тому, что с магглами не стоит общаться и что это дается не каждому волшебнику из-за разных интересов и предпочтений. Она хотела пустить меня в свой мир?

***

Ночной клуб "Красный дом" Композиция: Loco - (feat. M.I.M.E.) 2Scratch Черные лоферы перешагнули порог заведения и в нос аристократа сразу же ударил запах алкоголя и сигарет, не сказать, что он был отвратительным, даже в какой-то степени расслаблял. Молодой парень шел, как в замедленной съемке, чувствуя на себе взгляды молодых девиц и даже парней, что у него вызывало легкую улыбку. Конечно, было понятно почему практически все взгляды были прокованы к нему, ведь выглядел он как всегда элегантно: на нем был черный удлиненный жакет с серебристыми пуговицами, а под низом черная водолазка, волосы не были уложены как обычно, наоборот были слегка взъерошены, но так он выглядел намного лучше, а его дорогой парфюм от Dior оставлял за собой приятный и манящий шлейф, который напоминал бергамот с нотками лаванды, ванили и мускатного ореха. — Мой дорогой друг! - Блейз буквально подлетел к блондину и обнял его, демонстрируя его девушкам, что сразу же стали строить ему глазки. — Девочки, смотрите, какого я белоснежного зайца однажды повстречал в запретном ле.. - аристократ резко закрыл ему рот, чтобы Блейз ничего не наговорил про Хогвартс и про тот запретный лес, где они впервые в детстве познакомились. Забини злобно посмеялся ему в руку и медленно убрал дав ему текилу. — Начнем с легкого, а? - по мулату было заметно, он вдрыск, кто бы сомневался. Шатался во всю, или же это было одним из видов его "пьяных" танцев, хотя Блейз, как любой темнокожий имел хорошие навыки в этом деле, правда не тогда, когда вливал в себя пару десяток текилы. — Для тебя текила уже легкая? - Драко поставил ее обратно на стол и посмотрел на официантку, что подошла к ним. — Мне двойной виски и приносите, пока я отсюда не уйду. - аристократ сел около Тео, что даже внимание на него не обратил, кокетничая с каким-то парнем. Даже смотреть на это не хотелось, хотя это всегда было забавно, тот становился более мягким, даже голос менялся, а манера поведения это вообще другая история. Драко был готов поставить все свое богатство на то, что каким бы Тео не казался опасным и храбрым парнем, он все равно занимал роль пассива, в этом можно было не сомневаться, уж слишком хорошо он знал своих друзей. — Слушай, Блейз, - Драко наклонился к другу и подхватил его за плечо, ибо тот собирался падать ему лицом прямо в пах. — Мое лицо здесь, друг! - он помог ему сесть ровнее и отодвинул от него алкоголь подальше, ему стоило передохнуть. — Я правда ненадолго, у меня еще дела в Лондоне. — Пффф, - Блейз повернулся к нему и случайно плюнул ему в лицо, не заметив этого, хотя Драко сразу же схватил салфетку, чтобы вытереть глаз и нос от слюней. — У тебя? Дела? В Лондоне? Не спеши мои черные яйца, умоляю тебя. Щи аск фор э герл тхо, скрр, скрр, ай сей ноу ноу. - мулат стал сидя пританцовывать, стараясь расшевелить как-то Малфоя. — Давай, ты же знаешь эту песню. - он пихнул его плечо, когда Драко собрался отпить принесенное ему виски и закатил глаза, поставив медленно стакан на стол за стеклом которого были живые, мать его, рыбки, а Драко заметил это только сейчас. Сразу же вспомнилась Грейнджер со своими конспектами. Мне нужно к ней. — Я не слушаю этих ганста-реперов, Блейз. — А что ваша светлость желает? Я сейчас же попрошу того несчастного мужика за пультом включить Баха или Штрауса, только чтобы вам понравилось, мой господин. - Забини положил руку на сердце и склонил голову, еле сдерживая смех. — А чего не Вагнер "Танго смерти", м? - Драко все же посмеялся и вздернул бровями, когда они с другом встретились взглядами. Блейз аж икнул. — Не надо нам сегодня никакой смерти, забудь все к чертовой матери, слышишь? Расслабься нахрен, пока я тебе твою кислую морду не набил, Драко. - он пододвинул к Малфою его стакан с виски. — Штрафная. Пьешь до дна. - Забини указал рукой и выжидающе посмотрел на друга. Блейз как обычно глаголил истину - нужно было расслабиться, поэтому аристократ без колебаний опустошил свой первый стакан, осознавая, что все кончится не очень хорошо, если ему взбредет в голову пойти к Грейнджер, учитывая тот факт, что адрес он ее уже узнал. Драко понимал, что с Блейзом дело не завершится на одном стакане виски и он был чертовски прав и уже спустя какое-то время их стол был захламлен алкоголем и холодными закусками, того "аквариума" даже и видно не было. — У меня дела в Лондоне... бля. - наверное, Драко повторял это уже раз десятый, но мулат постоянно пропускал это мимо ушей. Опрокинув голову на спинку дивана, он тяжело вздохнул и посмотрел на Забини, что танцевал с двумя молодыми девушками, при этом что-то шепча им на ухо. Одна из них подошла к Драко и схватила его за руку, потянув на себя, чтобы потанцевать, это была уже... он сбился со счета, но эта девушка была даже не двадцатой, что подходила к Малфою за сегодня. — Ты, обалдеть, какая привлекательная девушка, но у меня дела в Лондоне. - полупьяным голосом произнес он и не заметил, как та повернулась к нему задницей, которой терлась об его член, приобнимая его за талию. Слишком она была аппетитная и он не сумел сдержаться, поэтому его руки тут же расположились на пухлой груди. Тяжелое дыхание девушки сводило с ума, но когда она к нему повернулась лицом, Драко убрал свои руки. — Дела в Лондоне? Ты итак в Лондоне, малыш. Он не слышал девушку, когда посмотрел вперед и уж точно он не ожидал увидеть здесь ее. Драко был готов провалиться сквозь землю, когда увидел впереди знакомое ошеломленное детское лицо. Стало ясно - она все видела, даже больше, чем могла. Сколько она здесь стояла? И почему она такая растрепанная? Она пьяная? Что за девушка рядом с ней, уж больно похожая на нее саму, лишь волосы были темноваты? И самый главный вопрос, как ее вообще сюда отпустили родители? Они строгие, как я помню.