Твои глаза с кристаллами слёз

Сложно быть омегой вожака стаи, на которого ложатся все вопросы. Сложно быть беременным омегой вожака стаи, на которого падают все проблемы. Это большая ответственность, малое количество времени для уединения, постоянный стресс и многое другое, о чём волчица пока думать не хочет.

✨

Чонгук вновь просыпается один. Другая часть постели уже холодная, что говорит о том, что альфа ушёл давно. Чон тихо скулит, подгибая немного ноги и обнимая себя за большой живот. Ему до родов осталось всего пару месяцев, а его альфа пропадает где-то, где не здесь. Волчица внутри омеги грустно скулит, ощущая одиночество и безвыходность. Чонгук понимает, что его волку нужно решать проблемы стаи, быть всегда начеку и прочее, но он не может не обижаться, когда в очередной раз остаётся один. Омега начал привыкать к тому, что засыпает он в холодной постели, всё ещё хранящей слабый запах мирта, и просыпается он в той же самой постели. Только на другой половине простынь чуть смята. Чонгук не видит Тэхёна днём, скучает по нему и не может не обидеться. Снова. Чону до слёз в глазах неприятно от того, что Ким уделяет время стае, а про своего мужа забывает. Он знал, что конец года будет сложным, но Гуку плохо уже на физическом уровне. Омега стал постоянным посетителем лекаря, о чём Тэхён, конечно же, не знает. Чонгук встаёт с постели под разочарованный скулёж своей волчицы, которая свернулась клубком и спрятала нос в своей шерсти на брюхе. Чон хотел бы сделать так же, но он идёт к шкафу, забирая оттуда футболку альфы, чтобы ощущать хотя бы мнимое его присутствие в жизни омеги. Младший не видел Тэхёна почти неделю, замечая его волка лишь мельком пару раз в день. А он скучает, вообще-то. Ему тоже хочется внимания Кима, но альфе, кажется, вообще это не интересно. Чонгуку неприятно. Чон забирает с полки старшего три футболки, отправляя их на кровать, и сам плетётся туда же. С большим и тяжёлым животом сложно передвигаться быстро, поэтому некогда утончённая волчица, которой завидовали многие омеги, сейчас была больше похожа на пингвина. Гук с трудом забирается в постель, прижимаясь носом к футболкам и кутаясь в одеяло сильнее. Его знобит, потому что Тэхёна хочется нюхать и обнимать вместо кусков безжизненной холодной ткани. Слёзы непроизвольно текут по щекам. Обеспокоенные состоянием доминантной волчицы омеги спрашивают по стайной связи, всё ли хорошо, переживают, и Чонгук впервые не может им что-то рассказать. Он лишь отнекивается, что опять шалят гормоны, сам мысленно умоляя Тэхёна хоть в этот раз появиться дома и проявить беспокойство о своём муже. Но Ким не появляется на пороге спальни ни через десять минут, ни через двадцать, ни через час. Истерика накрывает Чонгука с головой, когда стрелки на часах медленно подбегают к десяти вечера. Альфы опять нет дома, его запах становится всё более эфемерным, а образ становится лишь видением, и омега серьёзно начинает думать, что его супруг ему приснился. Слёзы бурным потоком скатывается по щекам, пока Чон чуть ли не до скрипа сжимает в руках проклятые футболки. Чонгуку безумно мало аромата мирта, его хочется больше, но альфа даже не думает приходить домой. Опять. Ребёнок в животе начинает пинаться активнее, чувствуя состояние папы, волчица жалостливо скулит, прося человека успокоиться, и омега срывается на крик. Он впервые позволяет себе кричать, потому что сил для существования без Тэхёна у него уже нет. Омега не верит, что сейчас Ким зайдёт в спальню и успокоит его переживания, обнимет, поцелует так нежно, как умеет только он, скажет, что никакая другая омега ему не нужна. Сердце Чонгука разрывается вдребезги. Он закрыл стайную связь, не отвечает на вопросы мужа о состоянии, игнорирует всех, кого подсылает альфа. Чонгук лежит на кровати и смотрит в одну точку, поглаживая себя по животу. Омега ощущает ножку, которая появляется в разных местах, невольно улыбается и оглаживает места слабого удара. Чон закутался в одеяло по самые уши, словно он замёрз. Ему действительно холодно без своего альфы, который так и не соизволил явиться. Омега сильный, он переживёт. Гук сам не понимает, как снимает с пальца обручальное кольцо и начинает его рассматривать, впервые задумываясь о том, чтобы покинуть стаю. Он чувствует себя здесь так одиноко, ощущает себя таким чужим, никому не нужным, даже собственному мужу, что отчаяние накатывает с новой силой. Ему так хочется ощутить тепло и нежность чужих рук, мягкий запах мирта, низкий голос с приятной хрипотцой и тепло, согревающее тело и душу. Но омега опять засыпает один, даже не ощущая, как рядом проминается матрас под весом тяжёлой туши волка. Тэхён привык видеть своего омегу спящим, когда он приходит и уходит. У него стая, он - вожак, который не может просто всё оставить. Альфа чувствует себя виноватым перед своим омегой, который постоянно в грустном состоянии. Волк сердито рычит на человека, когда тот в очередной раз игнорирует проходящего мимо него Чонгука. А глаза у него такие грустные, под глазами залегли тени, и животик уже такой большой. Тэхён хочет его всего расцеловать, извиниться, показать, как сильно любит, но не может, вновь возвращаясь к решению вопросов по подготовке к зиме. Сегодня он знал, что его омега плачет, слышал надрывный крик из окон дома, который напугал всех членов стаи, а вожака чуть до инфаркта не довёл. Он чувствовал боль Чонгука, находясь далеко за пределами стаи. Ему нужно было достать мясо, чтобы волки не голодали зимой. Альфа сотни раз просил прощения мысленно у своего омеги, обещая, что скоро всё уладит и отдаст всего себя на растерзание Чона. Сегодня он решил последние дела, отдал управление стаей Хосоку и вернулся домой до полуночи, всё равно заставая младшего уже спящим. В его руках он находит свои вещи, от чего волк внутри сильнее рычит на человека, заставляя испытывать нереальную вину. Тэхён аккуратно достаёт ткань из рук Чонгука, позволяя тому обнять себя. Омега во сне жмётся теснее к горячему телу, скулит тихо и плачет, когда перестаёт ощущать тёплые ладони на болящей пояснице. Альфа лишь улыбается, целуя Чона в макушку, пока волк внутри сыто рокочет. Он уже укутал собой волчицу, тычась носом ей в запаховую железу. Тэхён кладёт ладони на чужой живот и засыпает, ощущая ладонями своё.

✨

Когда Чонгук просыпается, то не верит себе же, ощущая тепло альфы. Он тут, не ушёл и не оставил, притягивает к себе ближе во сне и невесомо лижет чужую шею, оставляя свой запах. Омега всё ещё обижен, но волчица счастливо скулит, вылизывая морду серого сонного волка. Чон хотел бы тоже обнять своего альфу, но он не может ему простить то одиночество, в котором мужчина его оставил. Омега выбирается из тёплых объятий, отодвигаясь подальше от только проснувшегося и явно недовольного таким положением дел альфы. Он смотрит на Чонгука, такого злого и сердитого, что невозможно сдержать улыбку. -Малыш, прости меня. Прости, что посмел оставить тебя одного, беременного и нуждающегося во мне. Извини, я такой дурак, что игнорировал тебя и твою потребность в альфе. Я так виноват перед тобой, детка. Омега словно и не слышит, пытаясь поверить в реальность того, что видит. Он отвык от присутствия альфы в его жизни, привык к его холодности и отстранённости. Привык к одиночеству. Чонгук сам не замечает, как придвигается ближе к альфе и трогает кончиками пальцев похудевшее лицо. Волк довольно рокочет, ластясь к тёплой руке. Ему так не хватало этих прикосновений, что сейчас он чувствует жизненную необходимость вылизать всего омегу и искупать того в любви. -Ты... Ты правда тут, Тэ? В карих глазах копятся слёзы, что заставляет альфу смотреть так виновато на своего мужа. Он заставил плакать омегу, который под сердцем носит их щенка. Тэхён укладывает широкую ладонь на большой живот, приближаясь к лицу Чона и целуя его. Нежно, трепетно и так аккуратно, что младший замирает на мгновение. Он так скучал по этому. -Да, детка. И никуда не уйду больше. Чонгук мгновенно попадает в крепкие руки, обвивает шею своего мужчины и плачет, выливая эмоции. С плеч словно камень упал, когда омега услышал заветные слова. Он берёт в ладошки лицо своего альфы и целует, целует, целует, пока тот негромко смеётся. Волк тоже скучал по своим малышам. -Я люблю тебя - звучит в унисон, и губы сталкиваются в жадном поцелуе, руки прижимают ближе к себе, а сердце ускоряет своё биение. Это лучшее утро, в котором они оба нуждались.