oops!

Слэш
NC-17
Завершён
126
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
17 страниц, 1 часть
Описание:
Днём Чанёль встречается с красавицей Бён Бэкхи, а ночью — трахает её не менее красивого брата — Бэкхёна.
Примечания автора:
▼авторская группа: https://vk.com/dis_appear
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
126 Нравится 5 Отзывы 32 В сборник Скачать

i'm in love with your brother. does he know what i do?

Настройки текста
Примечания:
здравствуйте! это disappear. φ(︶▽︶)φ
в тексте присутствуют отсылки (*) к дораме 'истинная красота' (2020). в названии части использованы строки из песни 'pass this on' группы knife. рекомендую послушать и прочитать перевод для лучшего восприятия.
приятного прочтения! я пыталась сделать историю лёгкой, добавив некое подобие юмора, хотя описанная ситуация в реальности была бы гораздо сложнее. если вам понравится, не забудьте поставить лайк. я буду очень рада. а оставленным отзывам — вдвойне! спасибо!
Бэкхён абсолютно точно ненавидит свою сестру-близнеца, потому что она постоянно занимает ванную по утрам, долго не впуская брата, вламывается к нему в комнату, подкалывая за утренний стояк и птичье гнездо на голове, и, что бесит больше всего, встречается с парнем, который ему нравится. С некоторым из этого юноша ещё может смириться, но последнее не даёт ему покоя, ведь именно он должен был заполучить Чанёля, а не Бэкхи. Бён жалеет, что сам познакомил их во время университетского фестиваля, организованного исторической кафедрой. Будь у него возможность повернуть время вспять, он бы отправил сестру восвояси, отдав ей все свои карманные деньги на покупку косметики, а сам провёл бы с Паком весь вечер и предложил встречаться уже на следующий день. Однако у судьбы, как оказалось, есть чувство юмора, ещё и отстойное. Бён с трудом восстановил сбившееся дыхание, когда увидел, как Чанёль переоделся в ханбок и уложил гелем непослушные обесцвеченные волосы, а потом, широко улыбнувшись, протянул ему наряд и указал на освободившуюся примерочную. Тогда у него был шанс признаться, что он уже месяц пускает на Пака слюни и вместо материала лекций рисует в тетради его профиль. Ещё несколько секунд — и он бы выпалил на одном дыхании заветное признание, но в палатку ворвалась Бэкхи, которая сразу обратила внимание на высокого широкоплечего парня с привлекательными чертами лица и забыла, что собиралась отдать брату его портативное зарядное устройство. Чанёль заметил интерес со стороны девушки, игриво подмигнув, и попросил Бёна представить его столь прелестной особе. В каком месте она была прелестной? Самый настоящий дьявол в воздушном платье в горошек! Бэкхён озвучил чужие имена и недовольно сомкнул губы в тонкую линию. Услышав имя Пака, неугомонная Бэкхи тут же обхватила плечо парня своими проворными тонкими пальчиками и начала спускаться ниже к предплечью, громко восхищаясь его хорошей физической формой и говоря, что только такие сильные красавчики могут украсть сердце любой девушки. Пак хитро прищурился и провёл длинными пальцами по девичьей щеке, отчего кожа моментально покраснела, а сама Бён была готова упасть в обморок лишь от одного глубокого взгляда карих глаз. Бэкхён с трудом сдержался, чтобы не выблевать содержимое своего желудка, нарушив начавшийся конфетно-букетный период этой парочки. А ведь это до сих пор продолжается. Уже прошло чуть больше месяца, но Чанёль и Бэкхи постоянно воркуют, сидя за общим обеденным столом или держась за руки во время прогулки, а ночью громко трахаются, пробивая вмятины в старом матрасе и переворачивая несчастный светильник на прикроватной тумбочке. Когда источник освещения с грохотом падает на пол, Бэкхён прикрывает лоб ладонью и думает, почему бы просто его не убрать, если они не могут контролировать движение своих конечностей? Хотя, собственно, о чём это он, если эти двое даже не в состоянии заткнуться? Смартфон постоянно предупреждает Бёна, что он слушает музыку на максимальной громкости и это вредно для слуха, но даже при таких обстоятельствах парень всё равно не может не слышать, что происходит за стеной: его сестра пискляво стонет, как пекинес, а Пак глухо её поддерживает и вбивается до самого основания. Откуда Бэкхён знает, что он любит именно так? Потому что он тоже с ним спит, но у них всё гораздо тише, чтобы не поймали с поличным и не потребовали объяснений. Зачем им лишние проблемы? Ведь Чанёль — ни разу не гей. И Бэкхён вроде как тоже. Если глава семьи Бён, трудящаяся в ресторане до самого утра, возвращается раньше привычного времени, Пак тенью пробирается в комнату брата своей девушки и ныряет под его одеяло, обнимая холодными ногами и тяжело дыша в чужую покрывающуюся мурашками шею. Во время завтрака они говорят, что снова рубились всю ночь в приставку. Ничего особенного. Обычное развлечение. Мальчики просто любят играть. Но вот то, что вместо джойстика Чанёль сжимает член Бэкхёна, пока медленно растягивает его задний проход, матери знать совсем необязательно. Для её же спокойствия. Бён совсем не против подобного расклада, но ему чертовски не нравится, что приходится делить парня с родной сестрой, которая верит в их совместное светлое будущее: свадьба на Бали, двое детей и послушный самоед. А ещё, пожалуйста, никаких кредитов и ипотеки. Выслушав очередные грёзы Бэкхи, юноша усмехается. Мисс Бён разделяет палочками жареную скумбрию на маленькие кусочки, заворачивает их в листья салата и кладёт в тарелки детей. Заботливо погладив близнецов по головам, женщина оставляет их наедине. В кухне она выключает плиту и достаёт противень с ароматно пахнущими черничными кексами. Оба сразу чувствуют приятный запах и тут же бросают друг на друга взгляд истинных соперников, которые готовы убить за лишний кусочек десерта. Как же плохо иметь одинаковый вкус. Что в еде, что на парней. — Тебе больше подойдёт пекинес. У вас даже тембр один и тот же, — язвительно подмечает Бэкхён, тихо перекривляя стоны сестры и издевательски закатывая глаза. Он столько раз просил её быть тише и не устраивать родео-драйв за стенкой, но она только показывала средний палец и говорила, что ему просто завидно. А завидовать, как известно, нужно молча. — Какая разница? Тебе же с ним гулять, оппа, потому что ни одна нормальная девушка не станет с тобой встречаться, бе! Так хоть будешь при деле, а не хикковать в своей комнатушке, — Бэкхи показывает язык и угрожающе клацает палочками перед глазами брата. — Надо было сожрать тебя ещё в утробе, — Бэкхён скрежещет зубами. А его сестра демонстративно откидывает пшеничные волосы назад, словно снимается в каком-нибудь сериале и имеет длинные роскошные локоны вместо кривого каре, которое ей сделала полуслепая парикмахерша из салона в соседнем доме. Убого. Что Чанёль в ней нашёл? Парень медленно опускает взгляд на зону декольте и, отвечая на собственный вопрос, громко хмыкает. Действительно. Пак любит милых девушек с округлыми формами. — Мам, а Бэкхён меня оби... — голосом потерпевшего жалуется сестра. Бэкхён резко закрывает её рот ладонью. — Когда вы уже перестанете цапаться, как кошка с собакой? — мисс Бён возвращается в столовую, неся тарелку с горячими кексами и бросая на детей укоризненный взгляд, велящий, чтобы они немедленно перестали грызться и не портили настроение ни ей, ни друг другу. — Никогда, — заявляет Бэкхи. — Что за девчонка! — мать ставит угощение на стол и слегка ударяет дочь по плечу. — А почему Чанёль не остался на завтрак? Такой хороший мальчик. Вы что, поругались? Близнецы одновременно отрицательно качают головой. — Оппа сказал, что ему надо забежать в клуб и разобраться с аппаратурой. Кто-то сбил все настройки, и музыку было слышно из уличных колонок. Хорошо, что он не работал в эту смену. Там были полицейские, — отвечает девушка и медленно тянется к сладости. Удивительно, но ей удаётся остаться незамеченной: брат задумчиво и, чуть хмурясь, смотрит вдаль, а мама тихо охает и прикрывает лицо морщинистыми ладонями. — Ему нужно сменить место работы. Это опасно. Надеюсь, с Чанёлем всё будет хорошо. Бэкхи, ты уж внимательно за ним следи! — Мам, он диджей, а не агент под прикрытием. Всё нормально, — успокаивает Бэкхён, а самому снова становится не по себе, потому что Чанёль встречается с его сестрой. И нет ни малейшей надежды на то, что он выберет Бёна. Сам же сказал, что они просто развлекаются. Секс без обязательств. Обычное любопытство, чтобы узнать, а как же с парнями? Но в действительности его привлекают только девушки. Чтобы не выглядеть в глазах Пака последним идиотом, Бэкхён тоже заявил, что ему просто интересно. И вообще, он собирается пригласить на свидание ту симпатичную студентку с факультета журналистики, которая постоянно смущается, когда сталкивается с ним в коридоре университета. Ему тоже нравятся только девушки. Определённо. Чёрт подери. Нет. Ему нравится грёбаный Пак Чанёль. И он ни разу не тянет даже на самую стрёмную девчонку. — Хорошо. На выходных мы едем за город. Пригласите Чанёля. Я приготовлю сладкий картофель. А ты, Бэкхи, поможешь мне с глинтвейном, — мисс Бён убирает в сторону грязную посуду. — Бэкхён, а тебе надо съездить в супермаркет за продуктами. — А можно алкогольный, мамуль? — голос девушки раздаётся звонкой трелью, а в глазах загораются огоньки лишь от одной мысли, что можно выпить в компании близких людей и уговорить маму не выгонять Чанёля из её комнаты. Вдруг если родительница будет немного пьяна, то сжалится и позволит молодым уединиться? И парню больше не придётся идти в комнату её братца. — Ну и девчонка! Я знаю, о чём ты думаешь, но Чанёлю хорошо спится с Бэкхёном. — Я уже взрослая! — Взрослая? Ты? Мелочь пузатая. Бэкхи фыркает и закатывает глаза.

***

Стоя напротив зеркала и оценивая свой внешний вид по шкале от «Ужасно» до «Сойдёт», Бэкхён размышляет, зачем вообще решил сходить в клуб и воочию увидеть Чанёля в работе. Когда они обсуждали встречи на территории работодателя Пака, тот всячески отказывался и говорил, что им лучше продолжить видеться в университете и в доме Бёна. Можно было остановиться и на этом, но парню очень хочется посмотреть на диджея и лично пригласить его поехать в загородный дом на выходные. Бэкхи сказала, что бойфренд снова не отвечает на её сообщения, более того — он даже их не читает, а ехать в клуб не особо-то и хочется, когда можно включить телевизор и попасть на показ дорамы, в которой не самая симпатичная героиня становится первой красавицей и цепляет сразу двух шикарных парней. Чем не мечта? Всяко лучше, чем пытаться достучаться до Чанёля, который всегда уходит в работу с головой и буквально отключается от внешнего мира. Перед выходом из дома Бён ещё раз набирает номер Пака, слыша привычные монотонные гудки, хватает ключи с полки и бросает домашним, что скоро вернётся. Дорога до клуба занимает чуть больше получаса, за который Бэкхён снова думает, достаточно ли подходяще оделся. Может, надо было всё-таки выбрать свободную рубашку вместо широкой футболки? А вдруг там сейчас вообще какая-нибудь костюмированная вечеринка? Бэкхён никогда не был в клубе, поэтому совершенно ничего не знает о тамошних правилах поведения. Его знаний, полученных из иностранных сериалов, хватает только на то, чтобы не напиться. Уборные в подобных развлекательных заведениях всегда оставляют желать лучшего. И обниматься с заплёванным фаянсовым троном он не хочет даже в последнюю очередь. Ни при каких обстоятельствах. Добравшись до Хондэ, студент проходит мимо нескольких неоновых вывесок, так и зазывающих зайти внутрь помещения и забыть обо всех проблемах, и останавливается возле массивной железной двери, на которой мигают светодиодные буквы «Blue Sky». Один вдох. Второй. Затем и третий. Нужно просто открыть и зайти. В этом нет ничего страшного. Когда он всё-таки собирается с мыслями, незнакомая девушка выходит из заведения и взглядом предлагает ему проскользнуть сквозь появившееся пространство, пока дверь не прищемила его, очевидно, любопытный нос. В клубе несёт перегаром и сизый дым моментально застилает глаза. Бён тщательно моргает, чтобы привыкнуть, и медленно направляется в сторону барной стойки, попутно выискивая Чанёля среди танцующих подростков, прижимающихся друг к другу всем телом и завывающих последние музыкальные хиты. — В первый раз? — спрашивает симпатичный бармен с лисьими раскосыми глазами, чуть наклоняясь к Бэкхёну, чтобы чётко услышать его ответ и последующий заказ. — Это так заметно? — Бён всё ещё оглядывается по сторонам и находит Пака, который прокручивает диски и создаёт резкие ритмичные звуки. Свободной рукой он придерживает наушники, чтобы сначала проиграть композиции у себя, а потом уже включить их для публики. — Я буду виски с колой. — Следи за своим бампером и не напивайся в дрова, если не хочешь уехать в компании какого-нибудь отморозка, — парень хитро улыбается, кидая в стакан несколько кубиков льда и заливая их разбавленным алкоголем. — Я пришёл послушать музыку, — отвечает Бэкхён и снова смотрит на Чанёля. Его слова звучат как-то глупо и немного по-детски, но юноша считает, что этого достаточно, чтобы бармен не причислил его к тем, кто появляется здесь за разовым утешением. У Бэкхёна уже есть постоянное, и оно всегда оставляет болезненный след на одном и том же месте. — Понравился? — в неоновом свете глаза бармена сверкают жидким блеском. Он медленно подталкивает стакан к посетителю и наблюдает, как тот прислоняет его к тонким губам и делает несколько маленьких глотков. Что удивительно, но парень совсем не морщится от горечи выпитого. Наоборот, такое ощущение, что он довольно часто выпивает и имеет иммунитет. Что это? Желание утолить одиночество или успокоить ноющее сердце? — А? — Диджей. Его зовут Чанёль. Очень горячий. Никто и не сомневается, но не признаваться же в этом первому встречному. Бэкхён делает ещё один глоток, прокручивая стакан между длинными пальцами и поглаживая его идеальные холодные грани, а затем зачёсывает тёмные волосы и выдаёт максимально беспристрастное лицо. По крайней мере, ему так кажется. — Нет. Мне нравится музыка. Работник бара громко усмехается. Сколько таких дурачков, которые пытаются обмануть его зоркий взгляд? Конечно, у него нет психологического образования, но за годы работы в этой профессии он научился читать людей, как открытые книги. — Да брось, я бармен, а не твоя мамочка. Можешь не врать. — Что? Забей, — Бэкхён хаотично машет кистью руки, показывая, что ему совсем нет дела. Большой диско-шар в очередной раз вращается вокруг своей оси, отбрасывая линии жемчужного сияния на загорелую кожу Чанёля, который в этом освещении кажется ещё более красивым. Хотя, стоит задуматься, можно ли быть ещё более привлекательным? — Сочувствую. — Почему? — Бён не игнорирует тяжёлый вздох бармена и тут же задаёт вопрос, даже не думая о том, что прямо сейчас успешно палится. Снова посмотрев на Чанёля, парень ловит его раздражённо-тревожный взгляд и быстро отворачивается. Сердце отбивает ритм играющей музыки. Если прислонить руку к груди, можно почувствовать, как сильно оно бьётся между рёбрами и просится вылететь наружу. И дело отнюдь не в качающем хите. — Стопроцентный натурал. На парней вообще не смотрит. Сколько наших ребят вертели перед ним задницей. Бери и прокручивай прямо на барной стойке, а он крутит только диски. Если тебе нужен опытный, я могу подсказать, кого лучше выбрать, — бармен переводит взгляд на крепкого парня, сидящего чуть поодаль Бэкхёна. В ту же секунду незнакомец поднимает руку, чтобы позвать работника и попросить сделать два самых крышесносящих коктейля. — Кстати, меня зовут Минсок. Если ещё забежишь, можем поболтать подольше. А теперь мне пора. Очередной принц жаждет внимания. Бэкхён провожает взглядом ускользающий силуэт Минсока, нервно усмехается и наконец-то осушает стакан, чувствуя, как в голову слегка ударяет вязкое опьянение. Оставив на стойке купюру, он собирается подойти к Чанёлю, чтобы выполнить изначально задуманное и сразу уйти, но рядом появляется тот самый незнакомый парень, который ещё несколько минут назад похотливо пожирал его глазами. В его руках — те самые коктейли, а на губах сверкает хитрая улыбка. Бён вопросительно изгибает бровь. Меньше всего ему хочется разговаривать с кем-нибудь ещё. Он поднимается с мягкого стула и тут же оседает обратно, когда ходячая антиреклама тестостерона нависает над ним грозной тенью и быстро ударяет коленом по бедру. Как будто чисто случайно. Сердце, конечно, не заходится в припадке охватившего страха. Может, из-за выпитого алкоголя и царящей вокруг атмосферы студент не до конца понимает, что происходит. Но всё равно неприятно. — Чего тебе? — вполне уверенно спрашивает он, не собираясь впадать в режим испуганного кролика, которого держат за уши перед облизывающимся лисом. Глупости. Нужно сразу показать, что этому парню здесь ловить абсолютно нечего. — Смотрел на тебя и думал, почему такой красивый и один? Не дело. Как насчёт выпить и познакомиться поближе? — ехидным голосом спрашивает незнакомец. — Я Хан Донвон. А тебя как зовут, принцесса? Это просто ни в какие ворота. Какого чёрта? — Принцесса у тебя между ногами. Я не хочу знакомиться и уже ухожу, — резко отвечает Бэкхён и, оттолкнув Донвона, направляется в сторону выхода. О Чанёле он, конечно, не думает, потому что сейчас совсем не до этого. Хан быстро ставит бокалы на стойку и догоняет Бёна, хватая того за руку и разворачивая к себе. Судя по всему, он совсем не намерен сдаваться, и яд в голосе Бэкхёна его только раззадорил. — Я тебя провожу, — поглаживание по голове против воли человека никогда не срабатывает положительно. Парень напрягается и крепко сжимает руку в кулак, чтобы в случае чего оттолкнуть в грудь и как можно быстрее скрыться. Вот теперь его немного подёргивает. Это уже не просто неприятно. Это мерзко. — Не бойся. Я тебя не обижу. Бэкхён не успевает опомниться, чтобы возразить и отделаться уже как-нибудь от этого навязчивого придурка, как рядом появляется Чанёль, который резко отталкивает Донвона ладонями. От неожиданности тот теряет равновесие и путается в ногах, но достаточно быстро приходит в себя. — Я сам его проведу. Можешь быть свободен, — в голосе Пака сквозит холодная сталь. Он всё так же раздражённо-тревожно смотрит на Бэкхёна и кивком головы велит ему спрятаться за его спину. Бёну ещё больше становится не по себе. Он никогда не видел Чанёля таким разъярённым. Во рту резко пересыхает, а сердце начинает бешено стучать в груди. — А что, если я хочу его провести и сделаю это? Что ты предпримешь? — Хан подходит ближе и резко вздёргивает подбородок, хватая Пака за грудки и намереваясь показать, что он не собирается отступать. Чанёль усмехается чужим попыткам, но его взгляд остаётся таким же пугающим и пробирающим до костей. — Рискни и узнаешь. Бэкхён нервно сглатывает и резко становится между парнями. Взглядом просит Чанёля не делать ничего серьёзного, чтобы у него не было проблем, но тот напрочь его игнорирует и угрожающе сверкает глазами, когда Хан крепче сжимает его бомбер. — Хватит, — твёрдо говорит Бён. Когда он ставит обе руки напротив сцепившихся, чтобы те разошлись и не устраивали бессмысленный шум, позади них появляются двое других парней, которые моментально их разнимают. Хан получает предупреждение, потому что нельзя размахивать кулаками на территории клуба и уж тем более — приставать к другим посетителям без их явного согласия. Минсок удивлённо наблюдает за происходящим и улыбается себе под нос, понимая, что сказал охране об этом случае в самый подходящий момент. Уж очень интересно ему было посмотреть за реакцией Пака, который вдруг бросил место работы, оставив включённый плей-лист, и ринулся к парню, хотя обычно и бровью не ведёт. Это странно. Чанёль выводит Бэкхёна из клуба, крепко держа за руку, хотя хочется схватить его за шкирку и отчитать, как нашкодившего котёнка. Следующие несколько метров они не разговаривают. Бён плетётся позади, чувствуя, как сжимающие запястье пальцы становятся слабыми и вскоре его отпускают. Он судорожно думает о том, что сказать и стоит ли вообще вспоминать произошедшее. Язык прилипает к нёбу. Слова застревают где-то в глотке. Бессмысленно. Пак разворачивается и, подавляя тяжёлое дыхание, смотрит прямо сквозь парня, заставляя того покоситься и заметно напрячься. Они стоят в полуосвещённом переулке, где почти нет людей. А если и есть, то им всё равно, что происходит. Из динамиков других заведений доносится какая-то отстойная музыка. Чанёль подбирает в разы лучше, а за этот ужас даже стыдно. — Поэтому я и говорил тебе не приходить. Здесь много обмудков. Может, так и есть, но Чанёль — тоже обмудок, потому что спит с близнецами и не может выбрать одного. Хоть он и говорит, что встречается с Бэкхи, а с Бэкхёном они просто играют, это едва ли можно назвать правдой. Иначе он бы не стал заступаться за Бёна и смотреть на него этим особенным взглядом. Бэкхёна так и тянет спросить, не является ли Пак самым главным обмудком, но он глотает вопрос и тяжело вздыхает. — Может, тогда надо отвечать, чтобы не приходилось тебя искать? — язвит парень. Он благодарен Чанёлю, но язык не поворачивается выразить своё признание. Не один Чанёль на пределе. — И вообще, я не просил тебя помогать. — Значит, надо было просто смотреть, как этот урод тебя домогается? — в порыве злости выплёвывает Чанёль, пряча руки в карманы бомбера, чтобы не показывать своё нервное напряжение и побелевшие костяшки пальцев. Бэкхён со своим ядом ни разу не способствует тому, чтобы он успокоился. Чёрт подери. Может, действительно стоило забить? Нет. — А тебе какое дело? Верно. Вообще никакое. Чанёль грубо пинает лежащий рядом камень, что тот отлетает на пару метров и исчезает в груде мусорных пакетов, и вплотную подходит к Бёну, испытывая непреодолимое желание заткнуть его рот. Как угодно. Усилиями воли он старается не смотреть на его губы. Только не на них, иначе будут сложности и придётся объяснять, почему он не придумал ничего более умного, чем заставить Бэкхёна замолчать с помощью поцелуя. Это так глупо и годится лишь для романтических дорам, которые, кстати, любит смотреть Бэкхи, а не её брат. — Мне плевать. В следующий раз забью, — Пак кладёт широкую ладонь на плечо парня, чуть сминая его пальцами, и это кажется ему достойной заменой поцелуя. — А следующего раза не будет, — Бэкхён дёргает плечом и резко стряхивает чужую руку. Чёрт подери. Ему обязательно что-то говорить? Это желание обладать последним словом? Чанёль ничего не отвечает. Он закрывает глаза на несколько секунд, чтобы окончательно успокоиться. Или хотя бы попытаться, если Бэкхён не выкинет очередной манёвр. Этого не происходит, но зато в памяти всплывает то, как тот мудак прикасался к парню и загонял его в угол. Стоит вернуться и отыскать его. Определённо. Но почему это так сильно злит Пака? Разве ему не должно быть всё равно? Он не может найти ни одного здравого объяснения, почему буквально трясётся от злости и сдерживается, чтобы не сказать Бэкхёну ничего более обидного. Он уже достаточно сказал в прошлом, когда заявил, что не воспринимает его всерьёз и вообще интересуется только девушками. И он достаточно сделал, когда первым поцеловал Бэкхёна в его постели, в очередной раз скрываясь от мисс Бён, а потом резко отстранился и перевёл произошедшее в обычную шутку. Если это действительно шутка, то у него тоже отстойное чувство юмора. Но это всё равно не помешало Бёну продолжить их странные отношения. — Зачем ты меня искал? — уже спокойно спрашивает Пак. Он видит, как Бэкхён, замёрзнув, обнимает себя руками и тихо шмыгает носом. Через несколько секунд тёплый бомбер уже накрывает его плечи. — Мама приглашает тебя поехать с нами за город на выходные, — тихим голосом отвечает Бён. Губы всё ещё немного подрагивают от холода, но чужая вещь достаточно быстро его согревает. — Ты был вне зоны доступа, поэтому я решил приехать и лично сообщить. — Хорошо, — выдыхает Пак. — Иди домой. В кармане есть деньги на такси. После этого он разворачивается и быстрым шагом направляется в клуб, чтобы доработать оставшиеся часы смены. Разговор с Бэкхёном остаётся неприятным осадком в горле. Хочется хорошенько прокашляться и выплюнуть его, но не получается. Бён снова смотрит ему вслед, больно закусывая губу и вдыхая приятный аромат чужого парфюма, исходящий от бомбера. В носоглотке немного жжёт, но терпимо. Гораздо больше волнует то, что между ними происходит.

***

По дороге в загородный дом Чанёль и Бэкхён не разговаривают. Вернее — первый пытается как-то начать беседу, но второй демонстративно его игнорирует и садится на переднее сидение, не объясняя своё паршивое настроение ни матери, ни сестре. Мисс Бён списывает его состояние на приближающиеся экзамены, но, если честно, её сын клал на них огромный болт. Он выучил весь необходимый материл и щёлкал теорию, как орешки, поэтому мог запросто заткнуть любого преподавателя, даже самого придирчивого. Надо же было как-то отвлечься после произошедшего в клубе инцидента. А исторические даты грузили голову не хуже алкоголя. Чанёль и Бэкхи удобно устраиваются на пассажирском сидении. Девушка закидывает стройные ноги на колени своего парня и шепчет ему прямо на ухо какие-то непристойности. Бэкхён может только догадываться, о чём именно она говорит, но по одному выражению лица Пака видно, что ему нравится: он приподнимает уголки губ и хитро суживает глаза. Хорошо, что хотя бы не кладёт руку на девичье колено и не тянется поцеловать. Хотя, может, дело только в матери, которая периодически посматривает в зеркало заднего вида? Точно. Так бы они уже давно смачно лобызались в дёсны. Бэкхён тихо фыркает и приоткрывает окно, впуская в салон весенний воздух, отдающий цветущей вишней и лёгкой утренней прохладой. Он чуть наклоняет голову, прислоняясь лбом к холодному стеклу, и полной грудью вдыхает приятный аромат свежести. Солнце, медленно ползущее в зенит, играет сияющими бликами на бледной коже и слегка слепит в глаза, заставляя периодически жмуриться. Бён, подняв руку, рассматривает свои пальцы и пытается словить хотя бы один солнечный луч, но тот ускользает жидким золотом. Так красиво и неуловимо. — Неужели здесь до сих пор идёт ремонт дороги, — удивлённо и в то же время недовольно подмечает женщина, стараясь аккуратно объехать вмятины, но в итоге всё равно угождает в одну из них. Автомобиль слегка подпрыгивает, а вместе с ним и пассажиры. Бэкхёна заносит в левую сторону, а через мгновение он уже готовится удариться головой о стекло, но Чанёль резко подставляет свою ладонь, не дав парню получить шишку. — Ты в порядке? Не поранился? — взволнованным тоном спрашивает Пак. Если бы можно было выйти из салона и осмотреть сидящего на переднем сидении, он бы так и поступил, но в имеющихся условиях просто убрал с себя чужие ноги и чуть приподнялся, чтобы убедиться, что с Бёном ничего не произошло. — Извините, дети. С вами всё нормально? — Ага. Жить будем, — отвечает Бэкхи и переводит взгляд на своего парня, видя, как он тревожно осматривает её брата. Задумчиво закусив губу, она шумно откидывается на спинку сидения и достаёт из кармана джинсов упаковку клубничной жвачки. — Кто хочет снять стресс из-за маминого вождения? — Ты ещё на меня в суд подай. — Мамуль, если бы только можно было свидетельствовать против близких родственников. В другой ситуации Бэкхён бы непременно ввязался в разговор и нашёл несколько контраргументов против сестры, но внутренний голос отчаянно вопит о том, что широкая тёплая ладонь всё ещё придерживает его за голову. Под кожей вновь ползут колючие мурашки, и дыхание предательски сбивается. Как же глупо. Неужели он всегда будет так реагировать на прикосновения Чанёля? — Всё нормально, отвали, — отвечает Бён и всеми силами пытается показать, что он не нуждается в заботе Пака и тому лучше приберечь свои приёмы для Бэкхи. Чанёль улыбается и убирает руку. До самого приезда они снова не разговаривают. Бэкхён пытается утихомирить своё сердце, мысленно повторяя, что парень просто снова водит его за нос своей заботой. А Пак не сводит глаз с чужого затылка, рассматривая крохотную родинку на самой косточке и думая, почему из всех людей его угораздило втрескаться именно в Бёна. Пак осознал свои чувства после той встречи в клубе, проведя в раздумьях всю ночь и пытаясь найти им достойное объяснение, но ничего более логичного и правдивого, кроме того, что он бесповоротно попал, не нашлось. Значит, больше нет смысла убегать, но и кидаться на парня с повинной будет как-то неуместно. Особенно тогда, когда он его игнорирует и всячески отталкивает. Оказывается, это очень неприятно. Гораздо неприятнее, чем все те случаи, когда Чанёль проигрывал в играх или получал отворот-поворот от какой-нибудь сексуальной красотки. Но в случае с Бэкхёном он не мог проиграть. Остановившись напротив небольшого двухэтажного кирпичного дома, мисс Бён велит мальчишкам быстро обустроиться в комнате Бэкхёна, а потом спуститься и вытащить из подвала вкусные закрутки. Бэкхи недовольно кривится и игриво подмигивает своему парню, намекая, что ждёт его ночью у себя в постели, но тот и глазом не моргает. Он пристально смотрит на Бэкхёна и тихо усмехается, после чего, словно резко опомнившись, подбегает к тётушке и забирает из её рук тяжёлые пакеты, которые она достала из багажника машины. — Давайте я помогу. — Чанёль, что бы мы без тебя делали. Ты такой добрый, красивый и заботливый. Я очень рада, что ты встречаешься с моей дочерью, хотя до сих пор не понимаю, что ты нашёл в этой непослушной девчонке, — женщина сжимает руки парня и ободряюще хлопает его по плечу. Бэкхён усмехается, выпячивая нижнюю губу, и мысленно желает этому всеобщему объекту любви треснуть от подобных комплиментов. Его телепатии хватает на то, чтобы Пак покосился и состроил хитрую гримасу. — Но что с твоими руками? Где ты поранился? Сильно болит? Бэкхён переводит взгляд на руки Пака, обнаруживая покраснение и мелкие ссадины на костяшках. И почему он раньше не заметил? Наверное, слишком сильно старался игнорировать всё, что так или иначе связано с парнем сестры. — Ничего серьёзного, — отвечает Чанёль. Бэкхёна такой ответ совсем не устраивает, но он решает не спрашивать, что именно произошло, потому что в таком случае покажет свою взволнованность. Мисс Бён тяжело вздыхает. — Мама! — восклицает Бэкхи и только хочет схватить своего бойфренда за руку, как тот показывает ей, что занят. — Что «мама»? Пак вежливо улыбается и заносит пакеты на кухню. Бэкхён оставляет на него всю тяжёлую работу и быстро поднимается по ступенькам, думая о том, как ему пережить целую ночь в компании Чанёля. Раньше подобные мысли не возникали. Наоборот, ему было очень приятно, когда знакомая макушка мелькала тенью в дверном проёме, но теперь он не знал, о чём с Паком разговаривать и стоит ли вообще это делать. Может, лучше расстелить ему на полу, швырнув подушку и одеяло, а самому завернуться в пододеяльник и притвориться спящим? Точно. Хотя… обойдётся и без одеяла. Весь оставшийся день Бён избегал Чанёля. Всякий раз, когда тот подходил ближе и предлагал помочь с нарезкой овощей или сушкой дров для домашнего камина, он отбегал в сторону, как от огня, и отрицательно мотал головой. Мать близнецов не замечала каких-либо изменений, так как была занята приготовлением пищи для завтрашнего пикника на природе, а Бэкхи, внимательно следившая за этими двумя, задумчиво надувала губы и складывала в уме все самые очевидные вещи, который ей удалось подметить. Парни точно повздорили. Но один из них поднял белый флаг, а другой продолжает держать оборону. Странно. Ведь именно так выглядели знакомые парочки, пускающие друг в друга стрелы негодования, но всё равно готовые кинуться на помощь, забыв обо всех обидах. Если это то, о чём она подозревает, получается весьма комичная ситуация. Можно попробовать спросить их напрямую, но вряд ли девушка получит честный и исчерпывающий ответ. Скорее всего, её непутёвый братец отведёт взгляд и пробурчит, что всё в порядке, а Пак его поддержит и попытается якобы дружески приобнять, но получит толчок в бок. Исключено. Остаётся только наблюдать. Когда наступает ночь, Бэкхён пулей несётся в комнату, чтобы улечься на кровати и заставить Пака расположиться на полу. Ведь если он уже будет спать, тот, возможно, не станет его дёргать. Однако его идеальный план — развалиться в форме звёздочки, заняв всё свободное место, — терпит поражение. Чанёль слегка толкает его стопой по голени и улыбается тому, как парень нелепо пытается убедить его в том, что уже видит десятый сон и совсем не намерен им жертвовать ради пробуждения. Тогда он аккуратно присаживается на самый край и медленно двигает Бёна в сторону. Тот, разумеется, пытается сопротивляться, но не может сделать это в полной мере, потому что спящие априори не обладают такими масштабами сознательной силы. — Эй, Бэкхён! — Пол… пол такой удобный и тёплый… да, точно, — словно во сне говорит парень. Это так глупо. Чанёль ведь не поверит. Тогда что ещё можно придумать? Пока Бён придумывает запасной вариант, исключая самый верный — просто сказать о своём желании, Пак оказывается рядом и по-хозяйски закидывает руку на его талию, сжимая края рубашки между длинными грубоватыми пальцами. Бэкхён ойкает от неожиданности и, почувствовав чужое горячее прикосновение, замирает в безуспешной попытке угомонить гулко бьющееся сердце. Кого он пытается обмануть? Его всё так же пробирает дрожью, когда Чанёль находится в такой запредельной близости. Чёрт подери. Он не спешит открывать глаза и только потягивается, делая вид, что просыпается после короткого сна, но, когда наконец-то сталкивается с тёплым, окутанным полумраком взглядом Пака, громко сглатывает и напрочь забывает всё, что хотел сделать. — Чего не идёшь к ней? — это самое верное, что приходит на ум. Бэкхён считает, что лучше сразу выпроводить Пака, чем и дальше бороться с аномалиями своего организма, который сходит с ума лишь от одного его присутствия. — А ты меня прогоняешь? — одними губами спрашивает Чанёль. Это специально, чтобы бы Бэкхён обратил на них внимание? Нечестно. Не смотреть. Только не смотреть. — Не беси. Проваливай отсюда, — выплёвывает Бён, уверенный в том, что этих слов будет достаточно, но как же он ошибается, когда Чанёль стискивает его в объятиях и утыкается кончиком носа в зону шеи, где бешено бьётся сонная артерия. — Отпусти. — Сначала выслушай, а потом я уйду, если ты всё ещё будешь этого хотеть, — от ответа Пака, сказанного горячим дыханием, кожа предательски покрывается мурашками и становится немного щекотно. Он знает, куда и как надавить, что Бэкхён больше не смог и слова вставить. Так несправедливо. — Ты мне понравился. По мере того, как мы сближались, я постоянно ловил себя на мысли, что не отношусь к тебе, как к обычному приятелю. Мне хотелось чаще тебя видеть, и я не мог логически объяснить своё желание. Я был напуган, ведь раньше никогда не чувствовал ничего подобного к парням. А потом появилась Бэкхи, твоя женская копия, и я подумал, что это мой шанс избавиться от странных чувств. От неожиданного признания Бэкхён громко сглатывает и задерживает дыхание. Если честно, ему хочется попросить Чанёля повторить, чтобы записать на диктофон, и убедить себя в собственном здравомыслии. Ведь ему не могло послышаться! Он не мог это выдумать. А сердце не может так безумно биться просто так! Хотя этому органу вообще не стоит доверять: только всячески подводит и выбирает самые запретные варианты. Бэкхён не должен был связываться с парнем своей сестры, но, прислушавшись к этому негодяю в грудной клетке, не смог отказаться от чувств и решил им поддаться. — Но эти, как ты выразился, странные чувства не помешали тебе трахаться со мной, — не бросаться же сразу на шею с ответным признанием. Бёну хочется немного помучить Пака, задеть за живое и выудить чуть больше объяснений. — Бэкхён, — Чанёль тяжело вздыхает, надеясь, что сказанных слов будет достаточно хотя бы для того, чтобы парень его услышал и перестал сторониться. — Я был мудилой. Прости меня. Но ты мне нравишься, и я хочу, чтобы ты дал мне шанс всё исправить. Бён прячет лицо в ладонях. Его дыхание становится замедленным, но сердце всё ещё не даёт покоя. — И что теперь? — Я хочу быть с тобой, если ты позволишь. Не могу перестать думать о тебе. Куда бы я ни пошёл и чем бы ни занимался. Ты везде, — Чанёль чувствует, что весь его крутой образ даёт одну огромную трещину, потому что он прямо сейчас признается, что его захлёстывает чувствами лишь от одного вида Бэкхёна. Его тонкие поджатые губы, длинные худые пальцы, стройная фигура, привычка наматывать отросшие пряди волос на палец, спорить с преподавателями и доводить их до белого каления, детская неприязнь к огурцам, пристрастие к острой пище и абсолютное неумение скрывать свои чувства. Он прекрасен в каждой детали. И Чанёль с уверенностью заявляет самому себе, что, помимо девушек, предпочитает и парней. Нет, он предпочитает именно Бэкхёна. — Это по-настоящему? — тихо спрашивает Бён. — Конечно. Оба громко и облегченно выдыхают. — О моих чувствах ты и так знаешь. Я тоже лгал, когда говорил, что мне нравятся девушки. Это не так. Мне нравишься ты. И на девушку ты совсем не тянешь, — слова Бэкхёна заставляют Чанёля рассмеяться. От его басистого смеха по коже пробегает приятная щекотка. Бён мог бы слушать этот голос вечно. Чанёль приближается, сокращая расстояние до минимума, вопросительно смотрит прямо в глаза, прося разрешение, а затем целует Бэкхёна. Сначала медленно обводит языком контур его губ, запоминая каждую трещинку, и только после этого мягко проникает языком в чужой рот. Обоим становится жарко и дышать почти нечем, но они не отрываются друг от друга, с каждой секундой углубляя поцелуй и пытаясь вдоволь насытиться чувством полной взаимности, когда могут быть максимально открыты друг перед другом и также максимально влюблены. Чанёль плавно обхватывает чужую поясницу и скользит пальцами под рубашку, нащупывая острые позвонки и нежную кожу, покрывшуюся лёгкой испариной. Бэкхён чуть выгибается и испускает короткий стон, понимая, что этого ему будет недостаточно. Он припадает губами к чужому уху и сладко шепчет: — Мы можем сделать это? Чанёль выразительно ведёт бровью, всё ещё держа парня в своих руках, и замечает, что его слова только ещё больше возбуждают, но ведь они не одни и не должны попасться. Когда-то им всё равно придётся раскрыть свои отношения и уж лучше они сами об этом скажут, чем так глупо поймаются. — Но твоя мама. — Брось. Мама спит, как в танке. Её даже пушкой не разбудить. А Бэкхи, ты знаешь, такая же. — Любишь острые ощущения? — Разве это не было понятно ещё тогда, когда мы начали тайно заниматься сексом? Чанёль ухмыляется и резко нависает над Бэкхёном, закидывая его руки за голову и цепляясь пальцами за резинку домашних шорт, которую тут же натягивает и быстро отпускает. Она больно шлёпает по чувствительной коже, и Бэкхён кривится, тихо выругиваясь, но, когда рука Пака стягивает с него нижнее белье, он забрасывает голову назад и закусывает губу. Под одеждой он уже влажный и горячий, а без неё ещё и бесстыжий, потому что смотрит на Чанёля голодным взглядом и тихо молит, чтобы тот как можно скорее позволил себя почувствовать. Так приятно, что голова идёт кругом. Бэкхён тяжело дышит и почти не следит за процессом: он всецело тонет в прикосновениях Пака, отдающих острыми мурашками на каждом участке теле. Невообразимо. Парень выливает вязкую смазку на пальцы и прислоняет их к пульсирующей точке. От влажного прохладного прикосновения Бэкхён вздрагивает. Он не успевает опомниться, как Чанёль вводит в него сначала средний палец, а затем и безымянный, чтобы тщательнее растянуть узкую дырочку. У него давно не было секса. Ощущения такие же острые, как и в первый раз. Агония разливается по венам, заставляя Бэкхёна закусывать губы и поджимать пальцы на ногах, чтобы хоть как-нибудь отвлечься от боли. Чанёль осторожно двигается, раздвигая плотные чувствительные стенки, и наклоняется, чтобы поцеловать парня во взмокший лоб. Он тихо шепчет, что надо немного потерпеть, и извиняется за доставленные неудобства, а потом легонько кусает за мочку уха и тут же зализывает место укуса, и это одно из лучших ощущений, которые Бён когда-либо испытывал. Это тревожная забота и томящаяся нежность. Тяжело выдохнув и покрепче обхватив Пака ногами, Бэкхён кивает, показывая, что готов и ему больше не нужно медлить. В предвкушении он срывается на стон, но, опомнившись, громко сглатывает и, чуть приподнявшись, впивается зубами в плечо Чанёля, когда тот, надев на член презерватив, входит в него до самого основания. Бэкхёна скручивает от приятного ощущения наполненности. Он выгибается в спине, его живот, напрягаясь до предела, вжимается в острый позвоночник, и слышится короткий хруст костей. Когда Чанёль начинает медленно двигаться, Бэкхён буквально хнычет от удовольствия и закатывает глаза, запрокидывая голову и ведя пальцами ног по чужому бедру. Пак хитро скалится и резко поднимает его ногу, закидывая себе на плечо, как раз то самое, которое несколько минут назад Бён пометил своими зубами. — Пожалуйста... Быстрее. — Закуси, — Чанёль прикладывает ко рту Бэкхёна собственное запястье, но тот его отталкивает и впивается зубами в рукав своей рубашки, чтобы хоть как-то сдержать рвущиеся наружу стоны. Пак до конца стягивает свои шорты и упирается ладонями в основание кровати, чтобы сохранить равновесие. Подперев ягодицы коленями, Чанёль чуть приподнимает парня и ускоряет ритм, вбивая его в матрас. Комната заполняется тяжёлым горячим дыханием и звонкими шлепками разгорячённых вспотевших тел. Так пошло и в то же время так естественно. Бэкхён всеми силами старается на закричать от охватившей эйфории, ведь тогда на его зов вполне могут сбежаться домашние. Ему трудно. Рукав рубашки уже совсем мокрый и никуда не годится. Ворсинки неприятно прилипают ко внутренней стороне губ, заставляя периодически отплёвываться. Он чувствует, что ещё немного — и точно сорвётся. И как раз в этот момент Чанёль, резко вырвав испорченный кусок ткани, впивается в губы Бёна страстным и до одури голодным поцелуем. Его язык проникает глубже, исследуя каждый изгиб между зубами, и сплетается воедино с чужим, сливаясь в танце. Они кончают почти одновременно, после чего падают на постель и позволяют себе ещё немного полежать в объятиях. Потом Чанёль заметает все следы и смачивает холодной водой трепещущий укус, оставленный Бэкхёном, который уже обнимает одеяло и грезит сладкими снами о Чанёле и о том, что между ними всё серьёзно и навсегда. Как и в реальности. По крайней мере, он в это верит. И Чанёль тоже. Утро наступает слишком быстро. Бэкхи как обычно не стучится. За время совместного проживания Бэкхён привык к её нежданным появлениям, но напрочь потерял голову из-за Чанёля и его признания. Когда дверь резко распахивается от удара ногой, а девушка готовится выдать очередную шутку про внешний вид брата, парочка резко подскакивает и ошарашенно смотрит на виновницу пробуждения. — Упс! — Бэкхи сначала хмурится, а потом неожиданно для всех расплывается в искренней улыбке. — Вы чего такие зашуганные? А-а, расслабьтесь. Я давно догадывалась, — задумчиво прислоняет пальчик с длинным розовым ногтем к пухлой нижней губе. — Значит, свадьба на Бали и пекинес — это для вас. Жду приглашение! — Бэкхи! — Оппа, ты такой стрёмный по утрам. А стояка нет? Или это уже уладили? А, чего это я, конечно. Чанёль — профессионал. Бэкхён закипает и собирается запустить в сестру подушку или что-нибудь потяжелее, но Пак мягко берёт парня за руку и переплетает его пальцы со своими. Прикосновение Чанёля мгновенно успокаивает. Бён даже на мгновение забывает, что хотел сделать, а его сестра продолжает хихикать о том, сколько денег получит, если пригрозит, что сдаст их маме и нескольким граммофонам из университета. Им только дай повод для сплетен. Они быстро выполнят своё предназначение, и уже на следующий день о Чанёле и Бэкхёне будет знать весь Сеул. Впрочем, это всего лишь планы. Но весьма неплохие и прибыльные. — Бэкхи, спасибо, — благодарит Чанёль. Он не думал о том, что всё так легко решится. Наоборот, предвкушал скандальное расставание, но спокойствию Бён можно только позавидовать. — С тебя должок: познакомишь меня со своим другом-красавчиком. Кажется, его зовут О Сехун? Такой душка, хорошо учится и воспитанный, — девушка тихо рассуждает, что Ли Сухо не такая уж плохая замена Хан Соджуну. Чанёль не понимает её шифр и вопросительно смотрит на Бэкхёна, который шипит, что сестра со своими дорамами* совсем поехала. — Подъём! Пойдёмте кушать, мама уже зовёт! У вас три минуты. Не успеете — я всё съем!

***

Чанёль пишет Бэкхёну в мессенджере, что сегодня освободится пораньше, так как заменяет коллегу на несколько часов, и просит своего парня зайти к нему на работу. Он планирует прогуляться вместе с ним по ночному городу, посмотреть на фейерверки у реки Хан и поваляться на газоне, рассматривая бескрайнее звёздное небо. Подобный план свидания был выложен одним известным блогером на Naver. Чанёль сразу его заметил, когда вбил в поисковик: «Как организовать свидание?». С предыдущими партнёрами у него почти не было полноценных свиданий. Только походы в торговые центры и мотели. Скучно. А с Бэкхёном хотелось чего-то особенного. Бён присаживается на место, предварительно бросив Паку подмигивающий взгляд, и разворачивается к подошедшему бармену, который уже готов заглотнуть наживку. Если честно, все остальные посетители не могут похвастаться столь интересной историей любви. У них только скучные расставания, когда пассия пытается отобрать имущество или выставить настоящим придурком в глазах потенциальной пары. А брошенные парни вообще перегибают палку: выслеживают и отправляют письма с угрозами, что сделают с собой что-нибудь, если благоверная не вернётся обратно. Минсок на таких историях откровенно зевает. — Что, снова виски с колой? — Нет, давай что-нибудь поинтереснее. — Тогда держись, я наливаю, — Ким смешивает напиток и выжидающе посматривает на гостя. — А твой парень не будет против? — Что... Откуда ты знаешь? — сначала Бэкхён смотрит на него округлившимися глазами, а потом сам себя отдёргивает, понимая, что от зоркого взгляда этого парнишки ничего не ускользнёт. Глупо скрывать. Он же видит людей насквозь. — Скажем так, у меня много чувствительных местечек, и одно указало, что вы друг другу не чужие. К тому же Пак так сильно разозлился: влетел пулей в зал и нашёл того симпатичного, но абсолютно безалаберного медвежонка, который тебя лапал. А потом они вышли на улицу и уж явно не для того, чтобы пропустить партию в шахматы. Смекаешь? — Значит, тогда... неужели, — Бэкхён вспоминает ссадины на руках Чанёля и складывает в голове пазлы. Так вот откуда у него были ушибы. И ведь всё это время молчал. — Вот и я о том же. Тащится он от тебя. Видишь, как прожигает взглядом? Настоящий хищник. Так бы напал и сожрал, — Минсок медленно пододвигает гостю бокал с голубой жидкостью, трубочкой и долькой лимона. — Ты всегда такой... — Проницательный? Ага, — улыбается бармен. — Будь начеку. Теперь не только булки надо крепче сжимать, но и челюсть. А ещё — нервные клеточки. Наши мальчики тут очень шумные и ненасытные. Если узнают, что вы с Паком мутите, м-м-м. — Пускай только попробуют, — Бэкхён недовольно скрежещет зубами и готовится поставить на место любого, кто позарится на его парня. Теперь-то он может полноправно предъявлять на него права и разгонять всех, кто попытается в этом усомниться. — А ты заметно осмелел. Чудеса и только. Ладно, мне ещё остальным наливать, — после этих слов Ким сладко подмигивает, отправляя воздушный поцелуй, и танцующей походкой направляется к новому посетителю, у которого на лице так и написано, что ему побольше и покрепче. Бэкхён зажимает трубочку между губами и, растягивая удовольствие, медленно попивает коктейль. На кончике языка слегка горчит, но послевкусие сладкое и немного вязкое. Отличный напиток. Парень кивает в такт играющей музыке, но, услышав чужие голоса, отвлекается на источник шума. Незнакомые танцоры, работающие в этом клубе и разукрашенные так, что родная мать не узнает, обсуждают Чанёля. — Прикинь, я говорю ему в туалете: «Если некуда деть энергию, можешь в меня», — незнакомец говорит с такой неприятной интонацией, что для завершения картины ему не хватает только сигареты между пальцами и двух штампов о разводе в паспорте. — А он? — Сбрил, — лёгким движением указательного пальца парень поправляет накладные ресницы и тяжело вздыхает. Бэкхён оставляет коктейль на барной стойке и незаметно подходит к танцорам, чтобы дослушать, чем же всё-таки закончится их разговор. — Серьёзно? Ты же здесь самый бомбический танцор, — второй смотрит щенячьим взглядом и искренне не понимает, почему его сонбэ отвергли. — Именно. — Может, у него кто-то есть? — Мне плевать. Я всё равно буду крутиться рядом и мозолить ему глаза, пока он не поймёт, насколько я офигенный. Сейчас перерыв. Пойду приглашу его потанцевать. Можешь не желать удачи, оставь её тупым неудачникам. Когда парень уже собирается отправиться к Чанёлю, Бэкхён останавливает его, преграждая путь и складывая руки на груди. Он мило растягивает губы в улыбке, но глаза сверкают совсем недоброжелательно. Оба незнакомца не понимают, что происходит, и принимают Бёна за очередного придурка, который перебрал с алкоголем и решил пристать к первому попавшемуся, но их заблуждение длится ровно несколько секунд. — Это мой мужик, и я его танцую, — заявляет Бэкхён. В этот момент за его спиной появляется Чанёль, который улавливает суть происходящего и, не скрывая усмешку, приобнимает Бёна за талию. — О, а ты давно здесь? — Я закончил. Пойдём на свидание? Кажется, что на миг даже музыка становится тише. Танцор вскидывает бровями и охает, чувствуя себя уязвлёнными и облажавшимся. Его коллега задумчиво поджимает губы и легонько хлопает парня по плечу, чтобы пришёл в себя и не забыл о том, что сегодня у них в программе несколько сложных партий. Минсок, наблюдающий за происходящим издалека, довольно улыбается и возвращается к работе, смешивая самому отчаянному гостю самый крышнесносящий напиток, чтобы у него даже не осталось сил набрать номер бывшей. А Чанёль крепче сжимает руку Бэкхёна и легонько тянет его за щеку, говоря, что всецело принадлежит ему одному и больше ни в ком не заинтересован.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты