Сага о Эйрике

Яркий луч света озаряет белоснежный лес с огромными льдинками на вечно зеленых хвойных деревьях. Жар согревает эти края заставляя мороз отступать с этих земель, выставляя на вид пресно-зеленую траву и ростки многочисленных растений, что давно уже полегли от натиска снежинок, дабы потом возродится в облике прекрасных ромашек и одуванчиков. По влажной, как болото и тягучей как жиле дороге, шли два путника на старых конях, один из них был одет в богатую, с золотыми цепями и кольцами одеяния из хлопка высшего качества, и с узорами разных волшебных, удивительных зверей. На поясе у богача был не большой меч бюргера, но из-за отсутствия силы и выносливости, он мог носить сей оружие только как элемент декора, что он кстати и делал. Чистое и опрятное, прям как у младенца лицо и отличный запах духов с лавандой сильно выделяла его от второго путника, что был грязнее первого так в триста раз, учитывая так же его огромные шрамы и мерзкое лицо кретина, с которым он походил на типичного амбала какого-то преступного криминала, даже телосложение было таким же. - ''Эти края прекрасны друг мой, казалось! Обычный лес! Но так живописно и красиво, хочу аж позвать художницу, дабы она нарисовала мне этот прекраснейший пейзаж на память!' - *Сказал Генрих с через-чур наивным и приторным говором'' - Обычный лес после короткой зимы, что тут такого?.- Сглаголил хриплым голосом его телохранитель Рун в длинной. по колен, полу-ржавой кольчуге с большим копьем на спине, чей наконечник был покрыт запекшиеся кровью. - Короткая? Эта зима шла аж год! Год! Что за абсурд?! - Зимы в Хардаре идут обычно дольше года, в этом сезоне нам сильно повезло. - Ты вправду хочешь сказать, что меня могут ждать зимы еще длиннее этой? - Ну-с, наверное месье Генрих - Абсурд! Зачем селится там, где такие долгие и сильные морозы? - Я же вам уже про это рассказывал месье Генрих - Так ещё давай, для урока тебе, дабы ты помнил, почему твой народ так глуп и дик. - Ну-с, скальды говорят, что Боги покинули наши края и... наверное и за этого у нас ничего не растет и болезни бушует чаще обычного. - А почему? - Откуда мне знать? - Потому что вы не верите в апостолов Павезы! Очевидно же! У вас не науки, не культуры! Верите там в богов алкоголя и плодородия. - У них есть имена. - Ты намекаешь на то, что я должен учить эти сложные грубые слова?! - Желательно, некоторые люди могут сильно разгневаться, услышав как вы их зо,.. - Молчать, я сам решаю, что мне делать, а что нет. Я тебе тут плачу, не для советов, а для охраны. Рун покорно смолчал, а Генрих мерзко улыбнувшись, снял с пояса бротху из коровьей шкуры и испил старого сидра, что напоминал больше безвкусный сок из гнилых яблок, чем сладчайший, вкусный напиток сделанный из свежих яблок. Как только солнце опустилось за горизонт, послышался шелест листьев, не особо опытный путник, мог бы подумать, что это кролик или обычный ветерок... Но уши Руна так-же пронзила громкое и усталое дыхание какого-то мужика, а так же шум обуви, что наступает в огромные лужи слякоти и холмики из тягучей земли. - Месье Генрих! Голопом, тут засад... Не успев договорить, как послышался громкий стук топора, а после хруст дерева и огромный гнилой ствол полетел вниз, обмазывая коней и одежду путников слоем грязи и воды. Деревцо преградило им путь, не перепрыгнуть, не обойти... Не успев и обдумать происходящие, как острый наконечник стрелы резко вонзился в голову скакуна Руна, пронзив его череп на сквозь и заставив кровь хлынуть литрами, в итоге лошадки оставалось лишь покорно рухнуть на землю, прям в тягучая лужу из грязи, дергаясь в кольвунсиях перед отправлением в мир мертвых. Телохранитель так же упал, выиграв время для нападающих, а дипломат лишь трусливо ускакал назад, но вот беда, там уже стояли троя бандитов, угрожающе махая свои длинными копьями. Страх овладел кольчужника, но прпокричав ''За Хардар!» резко вскочил, схватив оружие и пронзил лезвием копья, точным ударом в седрца подбегающего врага, что не смог увернутся, из-за увереность в победу, что ослепила его разум не подготовив его к сражению с мастерам-копья. Рун с легкостью вытащил острие, что было покрыто огромный слоем темной крови. Вдруг, стрела вновь полетела, но и за благословения Денглра, наконечник задел лишь ухо, оторвав маленький кусоек плоти. На подмогу подбежал топорник, что резко полетел на него, крича во весь голос и махая топором. Игнорируя боль, телохранитель резко пронзил лезвием ногу врага, круша берцовую кость, заставляя рейдера закричать от агонии и упасть лицом в грязь. Уронив топор, бандит поднял головушку и начал жалобно молить о пощаде, но Рун проигнорировал его, пройдя мимо, дабы успеть сохранить жизнь своему нанимателю. - Копье на землю! Или Павезец умрет! - *Бешено крикнул главарь всей шайки, держа ржавый кинжал у горла дипломата, пока тот жалобно смотрел в глаза Руна. - Он Дипломат мать твою! По правилам всего Хардара, он неприкасаем! Он может блять нести письмо с перемирием! - Серьезно? Перемирие?! Его народ уже ведёт с нами войну пятнадцать лет! Они вешают мирных людей, убивают детей, грабят города и сжигают поселения! - Как и на всех войнах! На всех! Ты же сам понимаешь, что если ты его убьешь, то на тебе объявят охоту не только солдаты Павезы, но и твой же дом! Его нельзя трогать! - Ты убил Джорка и сильно ранил Эдва, да ещё и служишь этим уродом! Каким надо быть идиотам, чтоб считать, что после всего этого, обычный разговор, может спасти тебя и твоего ''Дипломата''? - Тогда давай так, за него ты сможешь получить не плохой такой выкуп. - Я воевал с ними семь лет и знаю, что Павезцы не выкупают дипломатов, у них их как грязи! - Но... Вдруг стрела резко вонзилась в голову Рона, тот сразу же рухнул как тряпичная кукла пока из его раны текла струя красной жидкости. Главарь ехидно улыбнувшись, убрал клинок с горла Генриха и толкнул его, подзывая своих парней. - Отлично, ещё один ублюдок отправится в чертоги тьмы.- *Сказал он, крепко сжав стальную рукоять кинжала и приказав своим, чтоб те поймали коня Генриха с дешёвым седлом и такой-же дешёвой уздечкой. - Я... я дипломат! У меня поручение, я должен прислать в город Кординг пиьсмо о перемирие! - Нервно сказал он, вставая на ноги и доставая меч бюргера. - Перемирие... Город ткачей... Твои наниматели блять, сожгли заживо моих детей и жену в моей же доме! Твой народ несет лишь смерть и разрушение! Даже наши кланы такое себе не позволяли! - Я... кем, мне... мне жаль, но если вы позволите мне доставить письмо... Я обещаю, что вам дадут деньги и... кхм, войны больше не будет! - А во как... Ну тогда скажи уебок! Какого хрена такое важное письмо, несет дипломат на старой кляче с одним бедным копейщикам в охране? - Нам... на дипломатах экономят. -*Заглотнув огромный слюнявый ком в горле, встал в нелепую боевую стойку, тряся руками так и от страха, так и от тяжести меча. - Значит такая важный личность, что несёт нам спасение от войны, держит меч как баба баклерцов?- *Разбойники громко рассмеялись, при этом злобна смотря на Генриха* - - Я... За меня дадут не плохой выкуп! - Во как, давай тогда такую сделку, я возьму твоего коня, одежду и деньги, и отправлю голым с письмом в Кординг, но только если в письме будет написано о перемирие. Согласен? - Но... С меня же содрут кожу заживо! Там печать! Прошу вас! Отпустите! Умоляю. -*Жалобно сказал он, пока с его глаз стекали струйки соленой воды - - Поверь,наша смерть будет на много хуже! - Я... я не могу. - Эй парни! Несите ржавую пилу и веревки! Генрих ужаснулся от этих слов и понимая безвыходность ситуации, покорно снимает с пояса свиток из дешого пергамента и отдает его бандиту. Тот ломая печать, читает текст, а после гневно кидает его в лужу, крича во весь голос и так топча землю, что грязь долетает аж до его лица. - Сдаться?! Сдаться сука?! Вы захватили лишь шесть городов из одиннадцати! ОДИННАДЦАТИ! ДА ВЫ ОХУЕЛИ! СДАТЬСЯ?! НИКОГДА! ЛУЧШЕ МЕНЯ РАСЧЛЕНЯТ, ЧЕМ ОТДАМ МОЮ РОДИНУ ТАКИМ УБЛЮДКАМ КАК ВЫ! - Я... я не знал. - Не знал, что вы такой патриот Рогник - *Вдруг сказал бандит слева, что уже был готов проткнуть горло Пазевцу* - Мы же грабим наших же торговцев. - Торговцы не люди, их цель, разорять крестьян и солдат. Они торгуют даже с нашими врагами! Ни чести ни совести! - Думаете наши цены гуманнее? - Лучше мы продадим хлеб нашим за три серебряка, чем они за пять. - А что с ним? - Убить, продать одежду и золото, а труп отдать болотникам. - Понял! Лезвие резко полетело в Генриха, но тот резко отскочил, но так не уклюжо, что рухнул в лужу, обмазав своё одеяние и лицо огромным слоем тягучей земли. Не успев и встать, как в его глотку пролетел очередной удар острия копья, но на это раз, он увернутся уже не смог.