Будни студентов аврората

Семь лет назад именно в этот самый день все и началось. Тогда Гарри еще не знал, сколько испытаний выпадет на его долю, сколько всего он преодолеет и... сколько близких людей он потеряет. Сегодня, сидя за большим праздничным столом в окружении своей семьи, мальчик, который выжил, мысленно обращается к каждому из погибших, благодарит их и просит прощения. А также обещает самому себе, что никогда не потеряет связь с теми, кто остался с ним. За столом в такой небольшой Норе собралось поистине огромное число людей: многие из отряда Дамблдора и ордена Феникса, ну и конечно, почти все семейство Уизли, за исключением Джорджа, который после битвы за Хогвартс посвятил всего себя работе. Всем его не хватало, но также все понимали, насколько тяжела его потеря и что ему нужно время. Гарри был согласен с тем, что не стоит пока его трогать, но юноша твердо решил обязательно его навестить в скором времени. — Кстати, — прерывая мысли Гарри, заговорил Рон, — нам в аврорате намекнули, что уже во время обучения надо присматриваться к ребятам и начинать собирать свою команду. А то попадут потом в отряд какие-то бестолковые, — авторитетно заявляет он, уплетая пирог за обе щеки. — Зачем париться, если самый бестолковый там будешь все равно ты, братец? — весело спрашивает его Джинни, и ее звонкий смех разносится по кухне и заражает всех сидящих за столом. На что Рон демонстративно насупливается и грозит Джинни кулаком. А она в ответ лишь беззаботно пожимает плечами, мол, а что такого, правду же сказала. — Главное, чтобы у авроров было не очень много мозгошмыгов, они мешают им работать. Вот у Рона их почти нет, — со знанием дела пытается успокоить всех Луна, но почему-то вызывает еще больший взрыв хохота за столом, и невинно улыбается. — Говорят, — отсмеявшись, вмешивается в беседу Чарли, — что в этом году в аврорат идут многие слизеринцы с вашего выпуска. Это вроде как обязательно для тех, чьи семьи служили Волдеморту. Это правда? За столом становится тихо, и Гарри явно понимает, что всем интересен этот вопрос. — Насколько я знаю, — а Гермиона знает все, поэтому ей можно верить, — не так уж и много ребят будет. Кого-то отправили в Азкабан, кто-то скрылся, остались всего четверо. Но да, им нет других вариантов кроме учебы в аврорате. Кингсли важно кивает, подтверждая правильность слов Гермионы. Хотя в них никто, конечно, и не думал сомневаться. — Все верно, — вытирая губы салфеткой, начинает он, моментально привлекая к себе все внимание. — Было принято решение, что лучший способ очистить запятнанную репутацию множества чистокровных семей — это служение на благо родины в рядах авроров. Хотя до сих пор высказываются сомнения по этому поводу, я, — министр выделил, — я считаю, что это только на пользу. Дисциплина явно не помешает этим изнеженным аристократам. Но, к сожалению, многие семьи успели смыться заграницу сразу после битвы за Хогвартс. Осталось действительно четверо ребят, которых мы обязали отучиться в аврорате: Паркинсон, Нотт, Забини и Малфой. — Да блин! Малфою вообще очень повезло, я считаю, — горячо восклицает Рон. — Благодаря Гарри вся его семья все еще в шоколаде, хотя все знают, что они самые верные последователи Волдеморта! — Шоколад — это громко сказано, — комментирует это министер. — У Малфоев ничего не осталось, Люциусу и Нарциссе запрещено иметь любое имущество, покидать поместье и работать. Они, по сути, сейчас на попечении Малфоя-младшего, на плечи которого легла забота обо всей семье. — А вдобавок его еще и лишили выбора: только аврорат, только искупление грехов. Не похоже на счастливую жизнь, — соглашается с Кингли Билл. — Зато никого из них не поцеловал дементор! — недовольно бормочет Рон, и несколько ребят кивают, явно согласные с его точкой зрения. — Но неважно, — быстро переключается он на другую тему. — Интереснее то, что у нас во время всего обучения будут задания, как у настоящих авроров. Вы представляете?! Всякие вылазки и расследования. Ухх, как не терпится мне поскорее начать! — Уже во время обучения? — удивляется Невилл, смешно моргая и отпивая из кубка тыквенный сок. — А это не опасно? Вы же еще ничего не знаете и не умеете толком. — Ну, — Рон явно немного поник после слов друга, — вряд ли нам будут давать самые крутые задания, так ерунду всякую. Но все лучше, чем ничего! — И под самыми крутыми заданиями ты имеешь в виду, конечно, самые опасные. Охх, мальчишки... — вздыхает Гермиона, однако Гарри явно видит, что та старательно прячет улыбку. — Гермиона, дорогая, а ты в итоге решила все-таки уехать? — участливо интересуется у девочки миссис Уизли. Гарри буквально чувствует, как его друзья разом напрягаются. Это явно больная тема для них, и Гарри понимает обоих: и Гермиону, желающую уехать в престижный магический университет в Америке; и Рона, который очень сильно не хочет отпускать свою девушку так далеко. — Да, миссис Уизли, — отвечает Гермиона. Возможно, чуть тверже, чем на любой другой вопрос. Но, кажется, за столом, этого никто не замечает. Девушка уже давно все решила и уже жаловалась Гарри, что устала от постоянных попыток ее от этого отговорить. — Ох, ну ты главное, не пропадай, аппарируй к нам почаще. Мы тебе всегда рады! — и женщина, будто пытаясь показать, насколько они все рады Гермионе, начала суетиться вокруг нее и накладывать смущенной девушке добавки. Гарри, поймав направленный на него взгляд Джинни, которая сразу же озорно подмигнула ему, тепло улыбнулся в ответ и задумался о том, что он бы не пережил, если бы его Джинни решила переехать в Америку. Спустя некоторое время мирной болтовни о том о сем миссис Уизли уходит на кухню и через некоторое время выносит оттуда прекрасный торт размером с тумбочку. И тут все одновременно начинают кричать, визжать, топать и свистеть. Со всех сторон слышатся слова поздравлений. Гости перебивают друг друга, хохочут, поднимают бокалы и пускают снопы искр в честь Гарри. Юноша смущается и радуется одновременно. Задув свечи под аплодисменты, именинник кладет огромный кусок себе в тарелку, гадая, а сможет ли он его осилить. Беседа потихоньку льется в обход него, и он спокойно размышляет о своем будущем. Сейчас все видится донельзя просто: учеба, аврорат, женитьба, дети (чем больше, тем лучше!), спокойная и размеренная жизнь. Гарри очень надеется, что хоть теперь-то, после смерти Волдеморта, проблемы перестанут постоянно его находить. Через несколько часов гости начали постепенно расходиться, и, когда последними ушли Билл и Флер, ребята решили, что пора им выдвигаться в Хогвартс. Быстро собравшись, ребята аппарировали в Хогсмит. Первым пунктом плана было навестить Аберфорта, а затем двинуться к Хагриду. Ребят и там и там напоили чаем, поздравили с выбором жизненного пути и пожелали удачи, а Хагрид еще и угостил своими зубодробительными кексами. Довольные, но еле передвигающиеся из-за заполненности желудков, ребята направились в Хогвартс, прямиком к директору Макгонагалл. — Банановый зефир — добравшись до кабинета, Гарри сообщил горгулье пароль, и ребята зашли. Все в кабинете директора выглядело также, как и когда Дамблдор был директором. Даже традиция "сладких" паролей сохранилась. — Добрый день, мистер Поттер, мистер Уизли, мисс Грейнджер. Присаживайтесь. — Минерва Макгонагалл сидит за столом и что-то пишет, но, как только ребята садятся, убирает бумаги и улыбается. — Хотите чаю? — Мерлин, только не это! — восклицает Рон, немного постанывая. Ребята смеются, на что Макгонагалл вздыхает и высказывает все, что она думает о молодом поколении, не уважающем такой благородный напиток. — Нет, что вы, директор, — отсмеявшись, решает объяснить Гермиона, — мы сегодня просто выпили чая на год вперед. — Видимо, до следующего Дня рождения мистера Поттера, — понимающе улыбается Макгонагалл, а Гарри с сожалением отмечает, как сильно ему не хватает лукавого блеска очков-половинок. Еще некоторое время ребята болтают с директором, делятся планами на будущее (третий раз за день) и вспоминают школьные деньки. — Директор Макгонагалл, — внезапно голос Гермионы немного дрожит. Именно таким он бывает, когда она сталкивается с вопросом, ответ на который не может найти самостоятельно, — а почему на стене нет портрета профессора Снейпа? Разве магия Хогвартса не должна была создать портрет сразу после его смерти? «Возможно, именно поэтому здесь так и уютно», — думает Гарри, усиленно вслушиваясь в разговор. — Охх, мисс Грейнджер, вы как всегда наблюдательны, — Макгонагалл кивает бывшей ученице. — Да, действительно. Мы, честно признаться, сами не понимаем, что происходит. Как я вам уже когда-то говорила, тело профессора Снейпа не было найдено, и даже портрет не появился, хотя, как вы и сказали, должен был — таковы законы Хогвартса. Мы даже вызывали мастера, но он сказал, что не чувствует Северуса среди мертвых. Так что... у нас есть все основания полагать, что он еще жив. Взбудораженные этой новостью ребята завосклицали и начали расспрашивать директора о подробностях. Однако, увы, все, что знала, Макгонагалл уже им рассказала. Правда ли то, что Снейп жив, и если да, то где его искать, не знал никто. Еще некоторое время поговорив с директором, ребята начали собираться домой. — Мистер Поттер, что же это я, — всплескивает руками Макгонагалл. — По случаю вашего Дня рождения у меня есть подарок. — Женщина встает и, подойдя к книжной полке, забирает что-то оттуда, а затем подходит к Гарри. — Это амулет. Он защищает от темной магии, однако сам по себе он довольно слабый. Но если дать его тому, кого вы искренне хотите защитить — он становится сильнее. Вряд ли он сможет защитить от авады, но я все равно хочу отдать его вам, как дополнительное средство защиты. Вы очень многое преодолели, но не думайте, что дальше все будет просто. Еще остались последователи Волдеморта на свободе, да и не все люди, к сожалению, любят героев. Будьте осторожны, мой мальчик. — Спасибо большое, директор! — восклицает Гарри, растроганный таким знакомым ему обращением, надевая подаренный ему амулет. — Можно... Можно еще одну просьбу, директор? — Да, мистер Поттер, что такое? — обеспокоенно спрашивает Макгонагалл. — Тот мастер, что пытался написать портрет Снейпа... Можно его контакты, пожалуйста? Я бы хотел... спросить у него кое-что. Макгонагалл хмурится и пристально вглядывается в лицо Гарри. Спустя несколько мгновений она кивает и произносит: — Мистер Антеон Страусс, у него есть лавка на косой аллее, сразу за ателье мадам Малкин. Там очень неприметная вывеска, но, если задаться целью, найти можно. — Спасибо, — горячо благодарит директора Гарри. И ребята начинаются прощаться с ней. Вернуться обратно они решают с помощью камина. Уставшие, но довольные они усаживаются в комнате Гарри и Рона, и долгое время просто сидят и обмениваются мыслями по поводу посещения Хогвартса, вспоминают свои приключения на первых курсах и много смеются. Потом ребята замолкают, и каждый погружается в свои собственные мысли. — Ребята, — прерывает молчание Гермиона, — я буду по вам очень скучать. И обязательно буду как можно чаще писать вам письма. И по возможности навещать. И вы пишите! И, как обустроюсь, жду вас в гости! — горячо добавляет девушка. — Гермиона, ну мы же еще не расстаемся... — начинает Гарри, но Рон его перебивает. — Ты уверена, что все-таки хочешь жить так далеко? — спрашивает рыжий в очередной раз. Сколько раз они это все уже обсуждали, но он все никак не мог успокоиться. — Да, Рональд, я уверена. Я же тебе уже объясняла! Только там есть возможность заниматься именно тем, чем я хочу! Я смогу разрабатывать новые заклинания, изучать, исследовать! Это настоящая научная работа, но в сфере магии! — восклицает Гермиона, эмоционально размахивая руками. — Я же тебе уже говорила! После этого ребята еще долго молчат. Каждый думает о своем, но, Гарри уверен, все они думают о будущем. В какой-то момент Гермиона, пожелав всем спокойной ночи, уходит к себе, а парни расходятся по своим постелям. До начала учебы остается еще месяц и Гарри блаженно нежится в кровати, мечтая о том, как здорово они его проведут, и думая о делах, которые необходимо успеть сделать.

***

Утром Гарри, вопреки своей любви к поздним подъемам, проснулся необычайно рано — за окном занимался рассвет. Сев в кровати, будущий студент аврората крепко задумался, пытаясь в деталях распланировать день. На сегодня дел было немного, но каждое имело значение. «Срочно нужно идти к мастеру волшебных портретов», — в итоге решил юноша. Наскоро умывшись и одевшись, тихо, стараясь никого не разбудить, Гарри аппарировал на Косую аллею. Несмотря на желание как можно скорее добраться до художника, юноша неспешно шел, вдыхая свежий утренний воздух, по Косой аллее, залитой светом успевшего уже полностью встать солнца. Магазины только-только открываются, а их владельцы жизнерадостно машут спасителю волшебного мира, когда он проходит мимо. В сердце гриффиндорца теплится надежда. Гарри проходит магазин мадам Малкин и останавливается перед неприметной вывеской, сообщающей юноше, что он пришел куда нужно. «Все именно так, как и говорила директор», — проносится в голове у Гарри, и тот пытается отдышаться и унять бешено стучащее сердце. Он несильно толкает дверь и попадает в залитое светом помещение, наполненное запахом краски. За прилавком, скрючившись над ним, сидит грузный мужчина средних лет с невероятно длинными, слегка закрученными, усищами. Ими художник напоминает Гарри таракана. — Мистер Страусс? Добрый день, я хотел бы заказать у вас портрет, — обращается Поттер к мужчине. Тот поднимает голову и смотрит на Гарри, хмурясь. Затем его лицо проясняется, и владелец лавки улыбается. — Доброе утро, мистер Поттер! — голос у мужчины звучный и довольно приятный. Гарри думает о том, что таким голосом нужно читать сказки. — Обычно, я работаю только по записи, сами понимаете, я человек деловой, так сказать, — на этом моменте мастер очень, как кажется гриффиндорцу, по-деловому подкручивает правый ус, — но для вас, конечно, я могу сделать исключение. Чей портрет вы бы хотели заказать? —Моего крестного, Сириуса Блэка, —произносит Гарри и, подумав, добавляет: — Спасибо. — Сначала нужно провести простейшую, так сказать, процедуру: вы должны извлечь воспоминания о человеке и поместить их в этот сосуд, — тут в руках у художника появляется маленькая пробирка, на которой уже виднеется имя Сириуса. — По этому воспоминанию я уже начну рисовать портрет. Думаю, дней за пять управлюсь, хотя зависит, конечно, от размеров и качества материалов… Ну это мы еще, так сказать, обсудим. Так вы готовы? Гарри кивает и подходит к художнику. Уже через несколько мгновений сосуд переливается перламутром, воспоминание извлечено. — Готово, — сразу же после этого довольно сообщает хозяин мастерской, снова склоняя голову к прилавку. Пробирка летит на полку, находящуюся сзади мужчины, и присоединяется к другим таким же. — Так, посмотрим, мистер Поттер. Какого, так сказать, размера вы хотите портрет? Гарри быстро указывает на один из портретов, висящих в мастерской. На нем изображена ужасно неопрятная старушка, волосы которой находятся в еще худшем состоянии, чем его, Гарри, собственные. Старушка улыбается и одобрительно кивает, мол, да, это самый удобный размер. — Ага, понятно, — что-то записывая, быстро произносит мастер, — у нас есть обычные краски, которые периодически надо обновлять. Есть также улучшенные, никакого выцветания до 10 лет. Еще есть... — Можно, пожалуйста, все самое лучшее, — спешно перебивает мужчину Гарри, понимая, что разбираться в красках он совсем не хочет. Тот кивает и продолжает что-то черкать в своем пергаменте. — Отлично, мистер Поттер, в течение недели ваш заказ будет готов. Осталось обсудить последний вопрос. 120 галлеонов. Вы согласны на такую сумму? — Да-да, конечно. Спасибо вам большое! — на радостях Гарри хватает мастера за руку и крепко ее жмет. — До свидания, мистер Поттер, я пришлю вам сову, как только заказ будет готов, — на прощание говорит юноше мастер, после чего Гарри выходит из лавки на залитую светом аллею. Улица встретила Гарри все той же утренней свежестью, хотя на магической улочке и появились первые посетители, а воздух стал явно теплее. Еще немного постояв под солнышком, Гарри решил, что настало время заняться следующим делом и наконец-то привести дом Сириуса в нормальный вид. Однако ремонтом он заниматься точно не умел, в бытовых заклинаниях был плох, а в дизайне и того хуже. Да и его желудок уже отчаянно пытался привлечь внимания хозяина, показывая, что идея не завтракать с утра была не самой блестящей в его арсенале и так обычно глупых идей.

***

— Ого, Гарри, ты откуда так рано возвращаешься? Ты не здесь ночевал? — Когда Гарри вернулся в нору, за столом уже сидела Джинни и пила чай с бутербродами, которые пахли просто обалденно. Желудок юноши весь скрутился в узел и предательски заурчал на всю кухню. — Ты голодный? — Я ходил в магазин. — Почему-то сейчас Гарри не хотел кому-либо говорить о портрете Сириуса. Девушка недоверчиво на него посмотрела и хмыкнула, однако расспрашивать его не стала, за что Гарри был признателен. Напротив, девушка приготовила ему бутерброды и заварила чай. Юноша благодарно кивнул и быстро накинулся на еду. — Круто, Джин. Спасибо. Очень вкусно. Я вот в бытовых чарах вообще чайник какой-то. Может быть, ты знаешь какие-то заклинания для ремонта? Пришло время наконец-то облагородить дом Блэков, но я не знаю, как, — спросил гриффиндорец после того, как умял все бутерброды. — Ооо, я очень много чего знаю, Гарри Поттер, — кокетливо улыбнулась Джинни. — С ремонтом вряд ли могу помочь. Но я знаю, кто может. Кричер же стал к тебе лучше относиться, да? А лучше домовика в перепланировке дома не может быть никого. —Точно, Джин, да ты просто гений! — воскликнул Гарри, сжимая ее руку в своей. — А ты поможешь мне? Ну, чтоб красиво было? — Конечно, Гарри, — девушка улыбнулась и в ответ погладила его руку. — Ты планируешь начать сегодня? Гарри кивнул. Все равно, пока мастер волшебных портретов с ним не свяжется, думать о чем-то другом Гарри вряд ли сможет. Поэтому юноше нужно было отвлечься. Девушка, чмокнув Гарри в щеку, пошла наверх собираться. Юноша блаженно облокотился о стул и задумался о том, как же ему повезло с Джинни. Он и представить себе не мог, что было бы, если бы он вовремя не осознал свои чувства к ней и упустил ее. Когда Джинни спустилась, она уже была в простой, но симпатичной мантии. Вместе они, воспользовавшись камином, перенеслись в дом на площади Гриммо. — Кричер, — первым делом позвал Гарри домовика. — Иди сюда. — Молодой хозяин, подаривший Кричеру украшение хозяина Регулуса! — с хлопком материализовался тот рядом с ребятами. — Вы что-то хотели? Кричер всегда готов служить вам, и… — домовой эльф перевел обожающий взгляд с Гарри на Джинни и изменился в лице, — и дочери предателей крови. — Кричер! Не называй так Джинни, она гость в этом доме, относись к ней с уважением, — жестко произнес Гарри, прекрасно понимая, что вряд ли что-то изменится в поведении Кричера. Но тот лишь кивнул и вопросительно посмотрел на юношу. — Мы хотим навести порядок в доме, а также сделать ремонт. Ты можешь нам в этом помочь? — Он сжал руку девушки, пытаясь поддержать, но та, кажется, даже не обратила внимания на оскорбления Кричера. — Но, молодой хозяин, как можно великий дом семьи Блэков переделывать? Разве вам не нравится, как тут все сделано сейчас? Молодой хозяин? — Нет, мне, конечно, нравится, — решил не спорить с домовиком Гарри, — но кое-что все-таки хотелось бы изменить. Не радикально, нет. Так, по мелочи. — О, я понял вас, молодой хозяин. Тогда Кричер вам поможет. Кричер готов приступить прямо сейчас! — довольная улыбка осветила лицо домовика. Несколько часов прошли в отдирании обоев и половиц, отколупывании краски и клея и объяснении Кричеру, что все это, дескать, мелочи, капитально никто ничего переделывать не собирается. Домовик отчаянно завывал, когда Гарри отдавал новые распоряжения, однако все исправно выполнял, хотя, кажется, уже понял, что его обманули. В середине дня он подал ребятам вкуснейший обед, а позже приготовил чай с печеньями.

***

На следующий день, позавтракав, и собрав все нужное, Гарри с Джинни отправились в строительный магазин Репаро. Там Гарри безучастно стоял, по большей части дав Джинни полную свободу действий, что девушку, по-видимому, только радовало, и она с энтузиазмом выбирала предметы интерьера. Ремонт находился в полном разгаре, когда в окно неожиданно стучится клюв незнакомой Гарри совы. Быстро забрав у птицы записку и ознакомившись с ее содержанием, гриффиндорец чувственно обнимает стоящую рядом Джинни и прижимает к себе. Его сердце ликует. Он знал. Всегда знал. — Гарри, что случилось? — весело спрашивает его Джинни, прижимаясь к гриффиндорцу еще сильней. Юноша, раздираемый эмоциями, сдерживается от того, чтобы рассказать все прямо здесь и сейчас, и просит: — Давай мы переместимся в Нору? У меня для всех вас есть новость. — Хорошо, — соглашается Джинни и целует его в щеку. Уже когда подходит к камину, она обеспокоенно уточняет: — Хорошая же новость? — Отличная!

***

— Мы можем обратиться к Кингсли. Я думаю, он нам не откажет, — задумчиво произнесла Гермиона. Гарри видит, что ее глаза блестят, как обычно, когда она сталкивается со сложной задачкой. И Поттер благодарит Мерлина за то, что у него есть такие замечательные друзья. Связавшись с Кингсли по каминной связи и получив одобрение на перемещение в его кабинет, Гарри и ребята начали по очереди перемещаться. Гарри попал в кабинет министра последним и, сразу же как отряхнулся от пепла, волнуясь, произнес: — Господин министр, простите, что отвлекаем. Но это очень срочно! Сириус жив! На некоторое время в кабинете воцаряется молчание. Гарри улавливает отчетливый запах бумаги и чернил, вспоминая библиотеку Хогвартса. «Интересно, а есть в аврорате такая библиотека для студентов», — неподходящая к ситуации мысль проносится в голове юноши, и он ее отгоняет. — Так. Давайте так, — прерывает тишину Кингсли, черкая что-то на пергаменте, который через секунду превращается в самолетик и вылетает из кабинета, — я не буду вас ни о чем спрашивать. Просто направляйтесь на девятый уровень, там вас встретит молодой человек. Его я предупредил о вашем визите. Поговорите об этом с ним, хорошо? — Но… — Нет времени на ваши расследования, — сурово произносит Кингсли, садясь за стол. — Позже мы об этом поговорим. Но не сейчас. Идите. Приунывшие гриффиндорцы, поблагодарив министра, вышли в коридор и направились к лифту. По пути им встретился младший Малфой, который сухим кивком поздоровался с ними и, по-видимому, направился в кабинет министра. — Че он там забыл? — в лифте поинтересовался у ребят Рон. — Небось пришел вымаливать деньги своей семьи. Барахтается там сейчас на коленях, и… — Мне не кажется, — вмешалась Джинни, — что это похоже на Малфоя. Да, он гнусный тип, но у всей их семьи есть гордость. Возможно, именно она и является причиной многих их гнусных поступков. В ответ на это Рон лишь закатил глаза, но с сестрой спорить не стал. В коридоре, который Гарри так часто видел в своих снах, ребят встречает худой парнишка примерно их возраста с крайне недовольным лицом. — Министер Кингсли предупредил меня о вашем прибытии, господа, — чопорно начинает он. — Я уже подготовил материалы по арке, однако, как вы понимаете, они имеет некоторый статус секретности, не позволяющий выносить их за пределы отдела тайн. Поэтому будет проще, если я перескажу вам все, что известно об этом артефакте, благо материалов не так уж и много, — переведя дыхание он продолжает. —Итак, происхождение и первоначальная цель этого артефакта — неизвестны. Однако, мы можем предположить, что работает он не так как задумывали этот артефакт создатели, иначе его бы не бросили прямо в лаборатории — месте, где арка была изобретена. Зафиксирована два случая попадания в нее людей, однако ни один из них скорее всего не покажется вам интересным. Дальнейшая судьба этих людей — неизвестна. Любые магические манипуляции над аркой запрещены из-за риска вызвать реакцию. На этом все, больше ничем не может вам помочь, вряд ли вы узнаете что-то новое о ней. — И это все? — возмущенно поинтересовалась Гермиона. — У вас в отделе находится артефакт, о котором вы ничего не знаете, и вы даже не пытаетесь его изучить? — Девушка, — вздохнул молодой человек, чье лицо стало еще более недовольным, — у нас тут каждый третий артефакт такой. Мы не можем рисковать, возможно в будущем мы ее изучим. Но на данный момент… ничем не можем вам помочь, — повторил он. Возвращение в Нору было мрачным. Ребята пытались поддержать Гарри, но он почти не откликался на их слова и был погружен в собственные мысли. Знать, что Сириус не умер, и не иметь возможности его спасти… это было слишком для Гарри. На душе у гриффиндорца скребли кошки, а мысли скакали как бешеные. Ему казалось, что вот-вот он найдет решение, но оно никак не находилось. — Давай продолжим с ремонтом дома Сириуса, — предложила ему Джинни в надежде отвлечь его. Гарри согласился, понимая, что сейчас они вряд ли что-то придумают. «Может быть, утром Гермиона предложит отличный план, и они спасут Сириуса?» — теплилась призрачная надежда. В доме на площади Гриммо отчаяние еще больше затопило Гарри, делать не хотелось абсолютно ничего. Сев на свежепостеленный паркет и прислонившись к стене, Гарри прикрыл глаза и уснул с мыслью о том, что завтра все будет лучше.

***

— Ты можешь поверить в то, что уже сегодня все начнется? Офигеть, вот это круто! — Рон явно был взбудоражен предстоящим началом учебы в аврорате. Последнюю неделю он только об этом и говорил, доставая всех вокруг теми немногими подробностями предстоящего обучения, о которых он знал. Мальчики сидели за столом в Норе, в которой кроме них никого не было. Гермиона уже больше недели находилась в Америке, а Джинни с родителями отправились на вокзал. Юные студенты аврората неспешно завтракали, обсуждая то, как пройдет их первый день, какими будут их преподаватели и однокурсники. Намазывая джем на тост, Гарри слушал, как его друг в десятый раз пересказывал ему то, что они оба уже слышали от Кингсли, и кивал, попутно пытаясь припомнить, все ли вещи он сложил. Признаться честно, Гарри был в не меньшем предвкушении, чем Рон, и даже немного волновался. Закончив с трапезой и похватав свои сумки, ребята переместились с помощью камина в здание министерства и отправились на поиски нужного им помещения. В письме, которое каждый из них получил неделю назад, говорилось, что аудитория 103 находится в южной части аврората на цокольном этаже. Проблем с проходом в аврорат у ребят не возникло — сотрудники уже были готовы к наплыву новых студентов и спокойно пропустили гриффиндорцев; а вот с поиском аудитории все было не так гладко. Попав в, судя по всему, нужный им коридор, ребята столкнулись с проблемой. — Сто второй кабинет есть. Сто четвертый — тоже. Между ними ничего. Где-то я это уже видел, — пробормотал рыжий, косясь на Гарри. — Ну что? С разбега в стену? Или есть идеи получше? — Можно, конечно, попробовать, — Гарри сомневался, — но... Мне кажется, ну, прикинь, зачем здесь такая защита? Магглов тут не бывает, только свои. Не успел он окончить предложение, как вдали показались четыре фигуры, в которых явно узнавались их бывшие, да и нынешние на самом деле тоже, однокурсники. Слизеринцы уверенно шли в направлении ребят, видимо, тоже ища нужный кабинет. Как и гриффиндорцы они прошли немного вперед, и не найдя нужной двери, вернулись к ребятам. — О, парни, привет, — обратился к ним Забини, словно к старым друзьям. — Загадка с самого начала? Другого я и не ждал от аврората, — весело произнес тот, улыбаясь. — Похоже на то, — согласился Гарри, удивляясь дружелюбию слизеринцов. — Есть идеи? Однако дружеской атмосферой тут, конечно, и не пахло. Рон и остальные слизеринцы молчали, делая вид, будто представителей другого факультета просто не существует. Малфой, облокотившись сверлил взглядом место, где по идее должна была быть нужная дверь. Паркинсон и Нотт вообще стояли немного в отдалении о чем-то тихо перешептываясь. — Вряд ли в первый же день нам дадут что-то сложное. Можно попробовать заклинание на поиск скрытого, — предложил Забини и, улыбнувшись пуще прежнего, продолжил: — Если нет других предложений, конечно. Гарри пожал плечами и взглянул на друга. Тот, повторив его жест, махнул рукой, мол, валяй, главное хуже не сделай. — Реквизитио! — Взмах волшебной палочкой — и белый огонек начал свой путь по коридору. Пройдя все помещение, тот растворился, а прямо перед ребятами начала медленно появляться дверь. — Ай да Блейз, ай да молодец! — похвалила его Паркинсон и первая пошла по направлению ко входу в аудиторию. — Учитесь, гриффиндорцы, — усмехнулась она, открывая только появившуюся дверь. Однако войти она не успела. Громкий взрыв, сопровождавшийся яркой вспышкой света, откинул девушку к противоположной стене. — Это что еще за фокусы? — противно взвизгнула слизеринка, вскакивая на ноги и доставая палочку. — Будем учиться на твоих ошибках, Паркинсон, — фыркнул Рон и достал палочку вслед за девушкой. — Перикулум! Светлый огонек сканирующего заклинания оповестил всех о том, что опасности нет, можно продолжать свой путь, и Гарри вслед за Роном зашел в аудиторию, гадая, что же несет им их первый урок в аврорате.

***

— Какого хуя ты здесь? — Будь добр, заткнись. — Какого. Мать. Твою. Хуя? Я даже после смерти вынужден лицезреть твою рожу? — Два технических замечания. Во-первых, ты и не видишь. Во-вторых, ты не умер. — Какого хуя...