Острая китайская лапша быстрого приготовления

У Перидот впереди экзамены. Какой олух, спрашивается, придумал их проводить в конце первого курса? И какой олух придумал синдром отличника, от которого блондинка который год не может избавиться? Уже две недели мелкая по утрам нервно пьет кофе с учебником в руках, каждое утро разным: геометрия, физика. Иногда даже справочник по С++. Одевается, все так же пялясь в учебник. Выучила ведь все — но совершенно не может успокоиться. Ляпис приходит готовить уже не каждый день. Кулинарных навыков Пери пока что хватает, чтобы хоть как-то питаться. Девчонка ей даже немного завидует: на третьем курсе у Лазули экзаменов нет. Спустя неделю после последней совместной готовки Ляпис наконец решает, что пора приготовить что-то посложнее — и на этот раз это бисквитные пирожные. Конечно, миксера у Хризолит нет, поэтому готовят в квартирке синеволосой. Вот только Перидот клюет носом, пока проверяет её домашку, и это заметно. — Пери, — негромко произносит девушка, внимательно наблюдая за устроившейся в кресле блондинкой. У той круглые очки почти совсем съехали с носа. — Пе-ри-дот. Девчонка мгновенно открывает глаза, поправляет очки и снова как ни в чем не бывало смотрит в тетрадку Ляпис. — Пери, тебе необязательно проверять это, помнишь? — мягко спрашивает Лазули. — Скажи лучше, что случилось? Ты на себя не похожа. Мелкая устало снимает очки и не глядя протирает их краем футболки. — У меня экзамены на носу, и я… почти не сплю. Синеволосая откладывает венчик, подходит к Хризолит и решительно забирает у неё черновик, а потом достает плед. — Давай ты поспишь хоть сейчас, пока я готовлю? — Но я не все проверила! — протестует Перидот — впрочем, без особого энтузиазма. Ляпис снисходительно улыбается и укрывает её пледом. — Спи, я разбужу, как будет готово. — Спасибо, — бубнит блондинка, уже проваливаясь в сон. Лазули почти по привычке целует её в лоб, отведя белокурую челку в сторону. *** С бисквитом Ляпис возится, конечно, долго — вдвоем это заняло бы куда меньше времени. Девушка разливает остатки теста по формочкам и отправляет последнюю партию в духовку. Засекает время и усаживается на пол перед сопящей соседкой. Та очаровательна во сне: волосы разметались, очков нет, и можно полюбоваться на её светлые ресницы. Лазули давно уже знает, что каждое утро обладательница этой красоты нещадно покрывает их толстым слоем туши, а ещё красит темными тенями брови, чтобы их хотя бы было видно. «И как же зря, — думает синеволосая. — Такой ангел.» У Хризолит на щеках крошечные веснушки, как маленькие звезды, а рядом с правым ухом родинка. Ляпис смотрит — и не может насмотреться. Но пора будить мелкую. Хорошо, что сегодня они тусуются у Лазули: можно будет оставить её на ночевку. Девушка осторожно гладит Перидот по плечу. Та недовольно ворочается, не открывая глаз, и все еще сонно спрашивает: — Уже готово? — Да, — смеется Ляпис. — Можешь тут сидеть, я тебе чай принесу. Пирожные вышли на ура — зайчики, мишки и лисички. Откуда ни возьмись прибежала Тыковка, из-за которой Лазули чуть не проливает чай. Пери почти перестает думать об экзаменах и в полудремоте пьет чай из огромной кружки. Ляпис что-то рассказывает и смеётся сама себе. «Здорово, когда она радуется», — внезапно появляется мысль и тут же исчезает. После чая мелкая снова клюет носом. Лазули отправляет её спать в гостиную на диван, предварительно снабдив подушкой и пледом. Перидот спросонья обижается на Тыковку, которая пожелала остаться с синеволосой, но почти сразу же засыпает. Ляпис обнимает собаку и думает, что нужно больше следить за состоянием блондинки. Если та не может даже уделить время сну, все совсем плохо.