sea light

старая деревушка в давно забытом богом месте, единственным источником дохода которой, является рыболовное дело, тэен живет здесь сколько себя помнит. скалистая местность, окруженная синим океаном со всех сторон, редкие лодки с провизией появляются на горизонте один раз в неделю, а иногда и вовсе оставляют немногочисленную деревню питаться лишь морскими обитателями, коих вылавливают местные мужики, пропадая в океанских гладях целыми сутками. это место полно легенд, многие из которых могут показаться бредом сумасшедшего, а некоторые нереалистичной сказкой, коей балуют маленьких ребятишек бабушки в ночь. тэен не верит россказням, да и нет у него на это времени, чтобы слушать старые небылицы, отец проводит все время в море, потому хозяйство и уход за больной матерью падает на него, как и забота о младшей сестре, которой в этом году стукнула лишь первая десятилетка. отец возвращается поздно ночью, а уходит еще до восхода солнца, младший ли всегда встречает и провожает его, понимая, что мать, ослабленная пневмонией даже не может удостовериться, что с любимым мужем все хорошо. его гложет изнутри, когда матери становится хуже, а отец не возвращается из моря вторые сутки, и им всем бы лучше отвезти ее в город, но лодок из него нет уже вторую неделю, а сбережений их семьи вряд ли хватит на то, чтобы оплатить дорогостоящее для всех лечение. тэену приходится бросить сестру с матерью и самому идти с местными мужиками в океан, ведь с пропавшим отцом, пропадает и последний источник доходов в их доме, времени на волнение за его жизнь просто не остается, даже если тот сгинул в морской пучине, или забухал в местком пабе с другими моряками, ли не собирается его искать. любви в этом доме больше не осталось, как бы мать с отцом не пытались показать обратное. местные мужики любят байки, поэтому весь день он слушает рассказы о очередной русалке, что появилась на их утесе, заманивая местных в свои ласковые объятия и утягивая на дно океана. парень слушает их сквозь собственные мысли, но не придает их словам никого значения, в их деревне постоянно «появляются» какие-то русалки, что утаскивают моряков и обычных деревенщин в синие глади, чаруют своим голосом и словами, обещают горы бессметных богатств, на которые ведутся местные простачки. когда он возвращается домой, солнце уже заходит за горизонт, и в целом тут нет ничего удивительного, но на узеньких улочках деревни никого, тишина давит на него, как и усталость, что будто тяжесть скапливается в руках и ногах, затрудняя каждый шаг. и голос, что резко врывается в создание, заставляя оторвать взгляд от изучения, разбитого временем и погодой асфальта, щебень, который крошится лишь стоит наступить на него, дом семьи ли находится чуть выше берега, у которого стоят рыбаловские лодки. выше того самого утеса, о котором местные слагают столько легенд. ноги сами несут его в ту сторону, он пробирается по узкой тропинке, даже местные детишки редко заходят сюда, слишком крутой невысокий обрыв и глубина, которую не осилить даже взрослый человек. дно и вовсе непригодно для плавания в этом месте, острые резцы обрыва могут легко поранить даже опытного пловца. на самом краю утеса кто-то сидит, тэен видит только его спину и слышит голос, который настиг его еще в дороге, юноша, а именно им и является незнакомец, как понимает тэен, хоть хрупкая талия и узкие плечи с бледной кожей, что даже в каком-то роде напоминает морской жемчуг, что собирал когда-то тэен у берега вместе с деревенскими ребятишками, чтобы отнести на рынок, где их за копейки скупали женщины в возрасте, вшивая их в шелковые платки, которые после везли мужики в город на продажу. на те копейки они прямо на рынке покупали домашние конфеты у одного старого дедушки, что приходил на этот рынок только ради того, чтобы порадовать ребятню. и прошло уже почти два десятка лет с того времени, но парень бережно хранил воспоминания о ярком детстве, беззаботном и полным счастья. возвращаясь к незнакомцу, тэен обратил внимание на влажные черные, как смоль, короткие волосы, в которых блестели какие-то непонятные с расстояния, которое их разделяло, капни или же заколки. парень был обнажен по пояс, его ноги свисали с утеса, и разглядеть его в полный рост не приходилось возможным. ли передернулся, теплое тело уже давно отдало свои провала холодной вьюге осень. кажется, он сделал это незаметно, но юноша перед ним дернулся, оборачиваясь, его голубые глаза застыли в ужасе, а тело будто онемело. сейчас тэену удалось разглядеть его ниже пояса: мутно-зеленый, переливающийся даже в сумерках хвост, вместо ног, плавники, подобные рыбьим, сотканные будто почти из прозрачного шелка. слова песни, что еще секунду назад красивым звуком срывались с розовых нежных губ, застревают в тонком горле. он минуту смотрит на тэена, а тэен на него в ответ, в голове у него смеются те самые моряки, что так часто рассказывали ему байки о русалках. тэен срывается с места, убегая домой, чертыхаясь, кажется он сошел с ума, раз ему такое привиделось. в следующий раз их встреча происходит буквально на следующий день, тэен вновь возвращается домой, кажется матери становится хуже, а отец так и не вернулся домой. маленькая сестра парня проводит весь день рядом с ней, ухаживая за, он понимает, что конец ее близок, а опасность заболеть ему и суен с каждым днем все выше, у них небольшой дом и они даже не могут себе позволить уложить ее в отдельную комнату. песня вновь настигает его, и парень резко двигается к утесу, если это видение, то оно либо говорит о том, что он сходит с ума, либо, что болезнь все же завладела его мозгом. русалка вновь сидит на утесе, но, когда оборачивается, встречаясь своим взглядом с его, удивлённым кажется уже не выглядит. — я ждал тебя, — тихо шепчет он, разрывая повисшую меж ними тишину и осторожно приглашает присесть. тэену кажется, что он сошел с ума, когда опускается на утес близ него, стараясь не касаясь незнакомца, кажется руки начинают трястись от страха., а что, если все эти небылицы, которыми его пичкали с самого детства — правда. русалка кажется не выглядит удивленным, его губы касается мягкая улыбка, а хвост, достающий до воды ударяется о скалы под ними, разбрызгивая морскую пену, — меня зовут тэн. тэен в этот вечер не говорит, зато его новый знакомый не перестает, он рассказывает ему о жизни под водой, о том, что таких, как он очень много, о том, что, увидев парня буквально обомлел от его красоты, ведь человеческие дети никогда не вызывали в нем подобных чувств, что его с детства научили, что красота дарована только им — жителям глубоких вод. тэн не затыкается, пока совсем не вечереет и ему не приходится нырнуть в воду, даже не прощаясь, чтобы вернуться домой. ли отплевывается от брызг, поднятых хвостом, действительно считая, что сошел с ума. они встречаются еще много раз, тэен по-прежнему молчит, отдавая право вести разговор русалке, которая оказывается не только невероятно красивым молодым парнем, но и безумно болтливым, он рассказывает о, кажется, всех секретах, которые не должен делить с человеком, о своем отце, который оказывается одним из правителей океанов и морей, о братьях, что считают, что тэну нужно скорее повзрослеть и перестать искать красоту в людском мире. мире, который погубил тысячу их братьев и сестер, который сделал их отца из того, кто раньше помогал тонущим морякам спастись, в того, кто забирает целые корабли в свои пучины, чтобы насытить свой непрекращающийся голод. он рассказывает, как ему и его братьям, приходится красить с берегов красивых молодых девушек и юношей, чьей судьбой становится либо быть на обед у океанского царя, либо судьба обзавестись хвостом и стать частью их огромной семьи, которая ублажает своего короля. тэена передергивает, ведь в их первую встречу именно о его красоте говорит странный русал. мать издает последние вздохи через неделю, тэен чувствует, как глаза застилают слезы, ему хватает только сил обнять маленькую сестру и отправить ту в соседский домик, к их тетке, которая приходилась двоюродной сестрой их отцу. на парня обрушивается понимание, что из взрослых остался только он, а накопленные деньги больше никому не нужны. он и сам не понимает, что тянет его на тот самый утес, все произошедшее с ним за неделю кажется сказкой, глупой небылицей, сном, который оставляет после себя неприятное чувство в груди. тэену никогда не нравились парни, но при виде русалки у него разве что сердце не падает куда-то в пятки, тэн вспоминает их разговор накануне, тэн как всегда беспечен, рассказывая очередную тайну морских глубин, его голос играет звонким колокольчиком, пока тэен лежит рядом, почти не вслушиваясь в слова. морское существо смеется: — знаешь, у нас есть поверье: если человеческий сын уходит с русалкой добровольно, влюбившись в него, а их губы касаются друг друга, то человеку больше нет места на земле и русалка забирает его на дно морское., но прежде русалка должна исполнить одно желание этого человека. и он снова смеется, хотя совсем недавно говорил, что под водой нет жизни человеку, и лишь некоторые удостаиваются чести стать сыновьями морского царя. внутри вновь все дрожит, а слезы застилают взгляд, и он почти поскальзывается на скалистой местности, пока тверда рука не ловит его, сжимая в мягкий объятиях, тэн ничего не говорит, ему крайне чужды человеческие эмоции и чувства, но он видел, как однажды на берегу так успокаивала маленькую девочку, что потеряла красивую ракушку ее мама, нежно поглаживая по волосам, как и русал сейчас, что сжимает пальцами жесткий загривок. — тэн, — тэен впервые произносит его имя, он лишь однажды говорил с ним, назвал собственное, дань вежливости, которой обучила его любящая мать. «ты обязан представлять и здороваться, тэени, ты ведь хочешь, чтобы все считали тебя хорошим мальчиком» — причитала она, воркуя над пятилетним малышом. он хотел быть хорошим мальчиком, тогда уж, точно, — это правда, что говорят про русалок? — про то, что мы можем исполнять человеческие желания? — тэн догадывается без объяснений, а парень лишь кивает в ответ, кривая улыбка касается губ русалки, он и в самом деле надеялся, что этот парень будет отличаться от тех, кому ранее ему приходилось встречать, от моряков, пытающихся получить золото, да блага и обмануть русалку, да молодых девушек, мечтающих о вечной красоте и молодости, решающих взять его истериками и подкупом. — моя мама, она умерла, тэн, — говорит ему собеседник, и тэн в самом деле удивляется, ожидавший, как минимум, запрос на миллионы долларов, и квартиру где-то в сердцах европы, — и я хочу, чтобы моя сестра была счастлива. она совсем маленькая, и я не уверен, что могу стать тем, кто станет ее опорой в этой жизни. не в этом месте. тэн кивает, будто понимая, хотя на деле, не смыслит вовсе, отдать свою жизнь во благо другого человека, пусть и родной сестры, тэен и в самом деле, полон сюрпризов. и даже при взгляде на него, его сердце как-то странно ноет, а чувство, которое люди называют сожалением касается его души. он наклоняет голову, а его рука скользит по чужой щеке, собирая соленые, как морская вода слезы. — я сделаю, что могу, но взамен… он не заканчивает предложение, но тэен понимает его и без этого и двигается ближе, жесткой рукой стирая последние капли слез на горящих щеках. он полон решимости, как, пожалуй, никогда. он вновь смотрит на русалку и кажется не испытывал ничего похожее на отвращение, когда его губы касаются влажных губ, напротив. в голову вновь лезет мысль, что тэн действительно очень красивый и хрупкий, когда пальцы ли смыкаются на тонкой талии, у него действительно мягкая кожа, а также шея, в которую он утыкается, отрываясь. тэн кивает на морскую гладь, тэен прослеживает его взгляд и кивает. всплеск воды единственное, что напоминает о том, что ранее тут кто-то был.