ГОРИЗОНТ СОБЫТИЙ

Дейв, ещё укладывяя вырубившегося Роба, понял, что они приземлились на Лизандре. Стараясь как можно быстрее завершить все манипуляции с другом, мужчина только и думал о том, что наконец может поговорить с Мэй. Вылетев из комнаты, он бросился в кабину управления "Млечного пути". Всё время после ухода Дейва, Паркер пыталась привести в порядок мысли, убеждая себя, что она, действительно, должна спокойно поговорить с Кингом. Но к моменту совершения посадки на "серой" планете нервы её так разыгрались, что, как только лайнер спикировал, девушка со всех ног кинулась бежать в свою комнату, до которой она по итогу добралась и заперлась. Дейв, влетевший в кабину, не сказать, чтобы сильно удивился, но немного взбесился. Это да. Договаривались же поговорить! Мэй, переведя дыхание и все-таки включив, наконец, мозг, поняла, что она редкостная идиотка — сбежать в свою же комнату, в которой её в первую очередь будут искать — верх тупизма. Точно в подтверждение ее слов раздался увесистый стук в дверь. Мэй максимально дебильно зажала рот рукой, вполне понимая, как это выглядит, но перебороть себя не могла. "Почему, мать твою, ты такая кретинка, а?! Да-да, поговори ещё с собой... Космическая дура на космическом корабле — шутка века!" Дейв тем временем, стоявший под её дверью, начинал терять и так далеко не безграничное терпение. Он чувствовал себя маньяком, но знал, что не уйдёт. Вот чего мужчина не понимал, так это того, как он мог всё эти годы просто молча любить. Это настолько диссонировало с его нынешним состоянием, что казалось, будто то — был не он. Мэй вздрогнула от очередного ряда дроби: — Я знаю, что ты здесь, Мэй. А ты знаешь, что я могу выбить эту дверь. — глухой, вибрирующий, обманчиво-спокойный голос буквально кричал о правдивости его слов. Паркер на секунду зажмурила глаза, опустила сжатые в кулачки ладони и пошла открывать. Дейв, облокотившийся о косяк с обеих сторон руками и опустивший голову, слышал как медленно открывается замок и поднял взгляд на чуть ли не дрожащую в проходе Мэй, которая, поняв, как близко мужчина к ней, остолбенела. — Ты задолжала мне разговор. — спокойным и бесконечно сексуальным баритоном "промурлыкал" он. Чувствуя, как покрывается пятью слоями мурашек от этого голоса, девушка сглотнула. Это и стало последней каплей для все того же небезграничного терпения Кинга. Сделав большой шаг вперёд, он прямо-таки вбивает Мэй в себя, тем самым вталкивая её в каюту и оглушительно захлопывая дверь, впивается в губы страстным поцелуем. Паркер мычит, отвечая столь же горячо, пока её ладошки не упираются в его грудь, слегка отстраняя. — Ты хотел поговорить. — срывающимся голосом шепчет она, мозг уже заволокло дымкой возбуждения. — Ты серьёзно хочешь поговорить, сейчас? — хрипит Дейв, понимая, что долго он не продержится. Мэй ровно секунду смотрит на него, потом резко начинает возвращать поцелуй. Мужчина прижимает девушку к себе еще ближе, словно стараясь впитать ее в себя окончательно, но при этом не сделать больно. "Как, черт возьми, можно быть таким одновременно горячим и нежным?.." — проскочила последняя адекватная мысль в голове Мэй. Дальше всё было, как в тумане, одновременно ощущаясь так ярко, как ничто и никогда до этого. Обжигающие руки Дейва на чувствительной коже. Губы, сминающие её собственные и целующие шею, грудь, возбужденные соски. Когда её форма оказалась не на ней, Мэй не понимала, да и ей было абсолютно плевать. Усаженная на комод у входной двери, она попкой почувствовала контраст прохладной глянцевой поверхности с обжигающими прикосновениями любимого мужчины, что дополнительно срывало ей любые тормоза. Дейв находился в экстазе от всего происходящего. В эту самую секунду он хотел только одного: касаться этой кожи вечно. Больше ничего не нужно. Гладя её бархатные ножки, он медленно поднимался от колен и выше по внутренней стороне бедра, не прекращая целовать ключицы Мэй. Её пальчики так болезненно приятно зарывались в его волосах. Почувствовав её влагу на своих пальцах, Дейв ощутил, что так он скоро придет к финалу, просто касаясь её. Быстро избавившись от своей одежды, он притянул девушку ближе к краю тумбы. Мэй от вида, наконец, раздевшегося мужчины сексуально и до боли закусила нижнюю губу и провела самыми кончиками пальцев от его ключицы по рельефным кубикам, аккуратно зацепив ноготочками эрегированный член. — Господи Боже, осторожней, — почти умоляя, прохрипел Кинг, давясь воздухом от неимоверного возбуждения. Мэй по-лисьи улыбнулась и притянула мужчину к себе, одновременно ощущая, как он заполняет её полностью. Протяжный, чувственный стон вырвался из горла брюнетки, от чего по телу Дейва табуном прошлись мурашки. Он начинает глубоко двигаться в ней, то замедляясь, то увеличивая темп. Ладони Мэй побелевшими костяшками вцепились в поверхность, на которой она сидит и изгибается, подмахивая движениям мужчины. Осознав, что не продержится долго, Дейв максимально ускоряется. Они одинаково сходят с ума в этом бешеном ритме, пока Мэй не взрывается безумным оргазмом. Дейв мощно кончает следом, утыкаясь своим лбом в её. Они рвано дышат, мягко касаясь губами друг друга. — Люблю тебя... — выдыхает Дейв, теперь, кажется, способный, действительно, поговорить. От этих слов Мэй резко вскидывает голову, чувствуя, как ещё не восстановившееся дыхание снова перехватывает. — Что? — выдавливает она из себя, боясь, что ей просто показалось. — Я. Тебя. Люблю. — Кинг мягко берет её лицо в свои ладони, убирая упавшую прядь за ухо, — Очень давно люблю, Мэй. Если быть точнее, с первой встречи... Мэй долго молчит и всматривается в каждую черточку лица Дейва, пытаясь обработать поступившую информацию. И в этот самый момент она в миллионный раз ощущает себя кретинкой из-за двух диаметрально противоположных чувств, которые поднимаются в ней. Первое — это непозволительное, необъятное счастье, заполнившее всё её существо и, кажется, выходящее за его пределы. Казалось, что НАСТОЛЬКО счастливой быть просто невозможно... Второе — дикое раздражение. С первого дня и все эти годы?! И не разу не показал свою заинтересованность?! Сейчас, смотря на него, она решала, что сделать: поцеловать или ударить? Кинг, застывший и ожидающий её вердикта, казалось, не дышал все это время. Сколько? Пятнадцать секунд? Минута? Три часа? Не дышал и готовился к худшему. Она его отвергнет. "Конечно, нахера ей я?! У неё ж, блядь, есть жених! Как его там?! Ричард?! Имя — откровенное говно!" — уже в полугневном состоянии думалось Дейву. Ещё чуть-чуть и мужчина похоронил бы даже не начавшиеся отношения, но слава всем Богам, Мэй отмерла вовремя. Притянув его к себе, она стала нежно касаться своими губами его подбородка, щёк, губ. Дейв зажмурился от теперь и его настигшего состояния абсолютного счастья, чувствуя влажные прикосновения её губ и соль на своих. Она плачет. — Что... — начал было он, но девушка перебила. — Идиот... Господи, какой же ты идиот... — она продолжала свое дело, перемежая слова с поцелуями, и только последние не давали Дейву полностью утонуть в мыслях о том, что она его отвергает, — А я — кретинка. Столько лет... Мы потеряли столько лет... — она окончательно разрыдалась, обвивая его всеми конечностями, утыкаясь лицом ему в шею и продолжая её целовать. — Милая... — он начинал чувствовать снова накатывающее возбуждение от столь близкого контакта с её голой кожей, прочистив горло, продолжил, — Это значит я могу рассчитывать на взаимность? Тебе лучше прямо сказать, любимая, ты же знаешь, я идиот. Она счастливо рассмеялась сквозь слезы, поднимая голову и смотря на мужчину заплаканными и безумно светящимися глазами. — Я люблю тебя, Дейв Кинг. Безумно сильно люблю. Очень давно. — она наблюдала за ним. За тем, как глаза его начинают лихорадочно блестеть от испытываемого счастья, точно как у неё самой, и Мэй даже на секунду показалось, от стоявших в них слез. За улыбкой. Это была самая красивая в мире улыбка для неё, такая широкая, что по количеству зубов напоминала акулью. Теперь Кинг притянул девушку к себе, покрывая каждый миллиметр любимого лица поцелуями, думая, что он, кажется, умирает от испытываемой эйфории. В какой-то момент Мэй утянула его в чувственный, безумно нежный и долгий поцелуй. — Подожди, — говорит Дейв сквозь поцелуи, — А Ричард? — Паркер смотрит, как он неприязненно морщится, произнося это имя. — А что Ричард? — её забавляет эта ситуация, — Он на Земле. А я здесь. С тобой. — шепчет девушка и закусывает губу, чтобы глупая улыбка не расползлась на всё лицо. — Ты же понимаешь, что я тебя больше не отпущу? — Кингу не нравится то, что она говорит. — У тебя уже не получится от меня избавиться, любимый. Помолвка расторгнута. — она снова невесомо целует его подбородок и щеки, игнорируя губы. — Повтори... — хрипит мужчина, и Мэй подчиняется, сразу понимая, о чем он. — Любимый... Дейв рычит и, стаскивая девушку с уже ставшего таким родным комода, несет её к кровати. Ночь будет длинной, но такой короткой...