Переплетено

Атсуму ненавидел то, что он видел и в его жизни все шло не так, как он хотел. Красные нити вызывали тошноту и оставляли на сердце рваные раны. Он постоянно смотрел, как они переплетаются между собой у других людей и в груди кололо невыносимо больно. Потому что все вокруг были счастливы, их судьбы сплетались с чужими и превращались в одну на двоих. У Атсуму судьбы не было. И ночами он совсем не хотел рыдать, забившись в кровать, словно ребенок, и со скрежетом в зубах стискивая подушки. Но он рыдал, с чистым презрением к себе и злобной ненавистью к остальным. Глотал слезы и давился воздухом, пока Осаму сидел рядом и сжимал плечо родного брата. Атсуму был проклятым. Без собственной судьбы, но видящим чужие. Он ощущал, как его пронзает током каждый раз, как кто-то находит своего человека и он мечтал, чтобы когда-нибудь это закончилось. Навсегда. Он столько раз хотел все изменить. Это было наваждением, которое ломало ему кости и перекрывало путь к воздуху, которое заставляло желать тепло родного человека и ощущать себя кому-то нужным. И Мия ненавидел это. Ненавидел и фальшивую улыбку Хинаты Шое, но в которую из раза в раз влюблялся все сильнее. Этот парень был отвратительно фальшивым, так казалось Атсуму. Эта его нить, которая тянется куда-то вдаль, но не к нему, бесила слишком сильно. А эти его волосы? Они такие же фальшивые, ярко-рыжие, словно мандариновая долька. В них так и хотелось зарыться носом, вдыхать запах. Какой же он лживый. Улыбка, от которой веяло теплом и заботой. Атсуму уверен, что Шое такой двуличный, весь из себя прогнивший и не настоящий. Бесит. Он не может перестать смотреть на это лицемерие, как этот парень улыбается всем, просит пасы и поднимает своей команде дух. Наигранно. Разве можно быть таким? И смех у него тоже фальшивый. И он совсем-совсем не пронзает связующему сердце и не заставляет трепетать, что за глупости. Он даже в простых человеческих радостях умудряется лгать. Как мерзко. У Мии руки к нему тянутся, ну разве можно быть таким безобразно фальшивым и притягивать к себе людей, словно веревкой. А эта нить, которая еще не переплетена? Для своей судьбы он тоже будет ненастоящим? В Хинате Шое все лживое, он всюду лжет, даже его чарующие глаза ядовитые. Атсуму не влюблен. И спустя года он повторяет это как мантру, когда у Шое, уже его лучшего друга и сокомандника — переплетенная нить. У всех вокруг все переплетено, кроме него самого. Он так жалеет, что все это видит. Атсуму терпеть не может нити судьбы. Они до одури тошнотворные и лживые, прямо как Хината. «Атсуму не влюблен» — оказывается самой настоящей ложью. Он очень, очень даже влюблен в этого настоящего Шое, который нигде и никогда не был фальшивым. И совершенно не знает, что с этим делать. Потому что ему судьбой предначертано быть в одиночестве, а Хинате быть со своей красивой девушкой, миленькой милашкой с розовыми щечками. И Атсуму видит, как сильно его напарник ее любит и в этом нет ни капли лжи. Мия хочет его себе, полностью, чтобы его несуществующая нить сплеталась с другой. Чтобы обнимать и целовать когда захочется, и встречать вместе закаты. Блондин рыдает и презирает себя, как раньше. Ему нельзя любить Хинату Шое, просто нельзя. Руки себе царапает и сжимает в ладонях фотокарточки, где они вместе. Яркое-яркое солнце перестает освещать путь, но для всех он делает вид, что просто ждет, когда и его ниточка пронзится током. И все верят. Атсуму притворяется. Какой же он фальшивый. И эти нити, чертовы нити, которые сплетаются у всех, кроме него. Как же он не может это терпеть, все вокруг такое мерзкое. Он отдает пасы, приходит на их чертову свадьбу и возится с детьми, смеется вместе с ними и фальшиво улыбается счастливой паре. Они такие хорошенькие вместе. Хината Шое, в отличии от Атсуму Мии, не был лживым. И было очень больно смотреть, как чужие судьбы навсегда становятся единым целым. Атсуму ненавидел то, что он видел и в его жизни все шло не так, как он хотел. Но менять что-то нет смысла.