Непойманный букет

Прибыв в салон Дуна, глаза пары полезли на лоб: у Момо – от восторга, у Юты – от ценников. Но парень сразу рассчитывал, что ради любимой отдаст даже последние недырявые носки. Японец видел в глазах девушки счастье и слышал в свой адрес слова благодарности, а это – самое главное. Салон выглядел по-настоящему роскошно: наряды на манекенах и вешалках сияли и очаровывали. Казалось, будто пара находится в самой настоящей сказке, а этот китайский модельер никто иной, как реальный волшебник и творец. Гости метались от стеллажа к стеллажу, рассматривая различные вещи. Девушка, в отличие от своего парня, буквально порхала по бутику, стреляя в Юту своими бесконечными улыбками. Накамото же не спеша прогуливался по магазину, как по парку, и просто оценивал наряды по шкале «красиво» и «за что такие бабки отдавать». Когда японка дошла до середины салона, её мысленное восхищение прервал незнакомый голос с интересным акцентом. - Я полагаю, Вы та девушка, ради которой я летел из Китая? – Момо повернулась к источнику звука и увидела перед собой худощавого, но милого юношу, в котором она узнала своего кумира в мире моды. Жених тоже услышал голос с веселеньким произношением, однако смешно ему от этого не стало. Увидев улыбку на лице своей девушки и порядком приревновав её к этому модному индюку, Юта двинулся в сторону Сычена, стоящего к парню спиной. -Да, мой парень, точнее, будущий муж, сделал мне подарок и пригласил Вас, – японка не могла сдерживать эмоций, которые переполняли её, поэтому прикрывала лицо руками и нервно хихикала. - Да, об этом я знаю, – парень ухмыльнулся и начал смотреть по сторонам. – А где же сам Ваш парень, с которым вел переговоры мой ассистент? - Прямо за Вами, – Юта сказал это довольно грозным и глубоким голосом. Кутюрье развернулся на 180 градусов и встретился взглядом с японцем. В тот момент Юта подметил, насколько же дорого и ухоженно выглядел этот юноша: китаец был одет очень изыскано, но в тоже время не пафосно и не слишком броско, а нотки парфюма, что Накамото смог почувствовать, играли какой-то явно лимитированной коллекцией Тома Форда. Юта всегда считал, что понятие «ухоженный мужчина» создано для модных мальчиков, однако, увидев Дуна, он понял настоящее значение этого словосочетания. - Вы и есть Юта Накамото? Рад нашей личной встрече, – китаец протянул руку для приветствия. Юта, будто прочитав в глазах модельера, что между ним и Момо не может быть и дружбы, протянул парню руку, сжимая её в крепком рукопожатии.

- Ладони этого Дуна не такие нежные, как у этих моднявых белоручек

- Взаимно, господин Дун, – вывел Юта после анализа ряда своих мыслей. Сычен смотрел на парня почти безэмоцианально. Он своим видом вообще не выражал какое-либо отношение к Юте, он просто смотрел на него так, что японцу было холодно и в то же время очень горячо от интриги, что успела разжечься в его сердце. Когда парень только начал привыкать к взгляду кутюрье, Дун резко переключился на невесту и начал задавать ей вопросы сугубо касаемо платья: примерный фасон, материал, цвет, длина и многое другое, заставляющее Юту засыпать стоя. Парень очень пытался помочь девушке с выбором, но он не понимал в словах Сычена абсолютно ничего. То ли акцент парня был настолько ломаным, то ли японец просто завис и не вникал, но своими мыслями по поводу свадебного наряда он поделился только о том, что платье должно быть белое, и на голове должна висеть фата. Сычен окинул парня мертвым взглядом, давая понять японцу, что его слова явно что-то сделали не так. На лбу Накамото почти выступил пот от такого осуждающего взора, но китаец отвернулся от него, лишь бросив короткое: «Мы примем решение сами». Далее Юта опешил и принял сидячее положение.

- Что себе позволяет этот модняшка? Он что, и вправду такой надменный?

Китаец повел девушку к соседним стойкам и начал показывать ей всевозможные варианты для её наряда. Люди были так увлечены обсуждением, что Юта завис, смотря на них. Он не отводил глаз от Момо, каждый раз прокручивая в голове мысль о том, как той идет сосредоточенный вид, но также он и обращал внимание на модельера, который за делом выглядел как-то… непонятно. Странно отмечать про себя, что какой-то иностранный парень выглядит привлекательно во время своей работы, поэтому Юта предпочел назвать это «непонятным». Сычен был расслабленным и спокойным, он профессионал своего дела, и это видно. Парень выдавал по 2-3 ответа на каждый вопрос Момо за считанные секунды, и это Юту определенно подковывало: своим профессионализмом он почти заслужил доверие японца, несмотря на то, что по сею секунду смотрел на того немного презрительно. Все обсуждения длились вечность, и, в конце концов, Юта понял, что не может долго оставаться в стороне при выборе платья для его же девушки на его же свадьбу, поэтому он встал и медленно подошел к японке. Парень встал позади неё и стал слушать то, что объяснял китаец. Накамото начал (пытался) вникать в суть его слов и понял, что это не так трудно, как он думал. Ловя почти сосредоточенный вид, Сычен стал обращаться и к жениху тоже, чем загонял того в неловкое положение. - Вы ведь жених, разве Вам не важно, как будет выглядеть Ваша будущая жена на вашем празднике? – после очередного невнятного ответа не выдержал Дун и окликнул японца довольно неприятным для Юты тоном. - Мне, определенно, не всё равно, в чем моя девушка будет выходить за меня замуж, но я не могу ей посоветовать слишком много. Для меня главное, чтобы она была довольна, тогда и я буду, – японец отвечал резко и местами тихо, чтобы придать своей речи едва уловимую негативную окраску. - Вы не советуете много, потому что Вам нечего советовать, господин Накамото. Ваш скучающий вид и при этом заинтересованные глаза говорят мне о многом. -Например?! – Юта почти рявкнул на китайца. Он был готов продолжать с ним перепалку, так как тот был явно не против, но рука Момо, что легла на плечо парня, отрезвила его: - Милый, ты чего? Не злись на господина Дуна, он прекрасный человек, просто он хотел добиться твоего участия в моем выборе, – девушка окинула взглядом обоих парней и улыбнулась своему. В тот момент сердце японца оттаяло, но ненадолго. Дун едва заметно закатил глаза и повернулся к паре спиной. Он помолчал пару мгновений и выпалил ясное: «Именно так».

- Бебебе, имина так

Китаец пошарился в своей сумке и вытащил оттуда визитку. Он протянул её девушке и, ни разу не медлив, сказал: - Позвоните мне завтра вечером. Мы доведем наше обсуждение до конца. Сегодня нам говорить уже не о чем, – лицо Сычена было, ну, без преувеличений, никаким. Оно было ни грустным, ни радостным, ни злым. Оно не выражало абсолютное гигантское ничего, которое выводило Юту из себя.

- Он, блять, это нарочно делает? Почему он так смотрит? И почему так говорит со мной? С виду такой аристократ в дорогих ботинках, а на деле – гандон. Что происходит вообще?

- К сожалению, мне пора идти, и я должен закрыть салон. Госпожа Хираи, буду ждать Вашего звонка, – кутюрье сказал это, думая о чем-то своем, а после указал паре на выход. – Всего хорошего. Дверь салона закрылась со слабозаметным звуком. Тишина, царившая за дверями этого места, била молотком по голове Юты, заставляя его думать о сегодняшней ситуации слишком много.