Непойманный букет

Дни сменяли ночи, и наоборот. До свадьбы один день. Тревога отпустила Юту, он чувствовал себя спокойно, ведь точно был уверен, что все делает правильно. С Сыченом он сегодня и завтра не видится, так как «работа». Бежать от невесты на ту же «работу» будет слишком странно прям перед свадьбой, поэтому в этот раз он решил соврать Сычену. Это звучит довольно дико, но зато, как есть. От: Сычен 14:13 «Сегодня собираюсь в Пусан на пару дней. Прилетели друзья с Китая, решили поехать к морю. Как ты?»

От: Юта-а 14:15 «Сижу на обеде, милый. Отличной вам поездки, напишу чуть позже»

Пара проводит этот день вместе, разделяя совместное волнение. Такое с ними впервые, но, как хочется думать японцу, не навсегда. Планы на Дуна у того нешуточные, и когда их отношения также достигнут такой точки, он хочет стать его супругом. Так странно думать об этом, когда у тебя завтра свадьба с другим человеком. Японцы встречают прилетевших гостей, общаются с дальними родственниками и давними друзьями. Эта атмосфера кажется им семейной. Если взглянуть на пару впервые, никогда бы не закралась мысль о том, что этот Юта что-то скрывает и собирается оставить всю эту идиллию ради другого человека. Напоминает сюжет какого-то романа, однако это жизнь. Это жизнь Накамото, которую он выбрал сам.

…

День «Икс» настал. Свадьбе быть! С самого утра Юта весь на нервах; казалось, что его ладони начали потеть еще во сне. Парень боялся, что где-то мог просчитаться, он переживал, что что-то упустил или не заказал, и тем самым автоматически испортил всю жизнь последующим ста поколениям. Но все было организовано отлично, почти идеально, но вот волнение никуда не делось. Это абсолютно нормальный предсвадебный мондраж. Через такое все проходят, и Юта пройдет. Его трясет, когда он надевает костюм, он на взводе, когда садится в авто, и, наконец, он на пике стресса, когда приезжает в ресторан. Вокруг него сразу же образовываются толпы знакомых и друзей, подмечающих, насколько хорошо одет жених. Они говорят ему слова поздравления и напутствия, которые, как ни странно, помогают парню отвлечься. Свою невесту Юта еще не видел, по традиции она ночевала сегодня не дома. Если бы с самого начала дня Момо была с ним, то, японец уверен, он волновался бы гораздо меньше, или же вообще не волновался. Но девушки рядом не было, и это вводило парня в некую депрессию. Он отсчитывал минуты до прибытия японки, попивая шампанское и общаясь с родственниками. - Приехала! Момо приехала! – кричит какая-то женщина из толпы. - Дорогие гости, теперь просим вас пройти на свободные места у алтаря. А жених со священником, пожалуйста, за мной,- объявил ведущий в микрофон, оповещая всех присутствующих об их дальнейших действиях. Кажется, церемония вот-вот начнется, и парня заметно отпускает. Он проходит к алтарю первым, любуясь всем, что здесь было приготовлено. Красивые стулья, уйма нежных цветов в вазах и на самой арке, дорожка пастельно-голубого цвета и море, дарящее звуки прибоя. Все было сказочным и нереальным для парня, он не верил, что день, к которому он готовился так долго, настал. Гости потихоньку шли следом, яро обсуждая предстоящую церемонию: кто-то говорил, что здесь подают отменное шампанское, а кто-то, что видел образ невесты и был им очарован. Сам же Юта видел лишь платье на примерке, поэтому он стоял у алтаря и молча ждал, когда Момо появится, и он поймет, чем так восхищены гости их торжества. До заветной встречи оставалось немного, так как приглашенные уже сидели на местах. Оставалось только ждать. И вот она выходит на ковровую дорожку. Из колонок начинает звучать свадебный марш, и гости обращают внимание на Момо. В ее руках букет из белых пионов, обвязанный лазурной лентой, а на голове сияет диадема. Эта девушка выглядела божественно. Настолько, что Юта был готов заплакать. В его голове всплыли воспоминания всех лет, что они провели вместе, от знакомства до сегодняшнего дня. Он чувствовал внутри, что предает ее по-настоящему, но все равно стоит перед украшенной цветами аркой и смотрит ей прямо в глаза. Юта слегка натянуто улыбается, а далее взирает на общую картину: он видит Момо, идущую ему навстречу и сияющую изнутри, нежные декорации, которые выглядят просто идеально, и гостей, что сидят напротив и смотрят с замиранием сердца на молодоженов. Все выглядит так, как надо, вот только Юта обращает внимание на парня в кремовом пиджаке. На секунду он теряется и только потом понимает, что это кто-то из коллег Момо, а пиджак и вовсе другой. Но этого вполне достаточно, чтобы мысли о Сычене появились, затмевая рассудок, в самый неподходящий момент. Накамото вспоминает их первую встречу и то, что он подумал о нем, только познакомившись. Он вспоминает робкие слова о симпатии, вспоминает, как брал его в их первую ночь, нежно и трепетно, как гулял с ним по пляжу в легкой рубашке и притягивал китайца ближе, забирая у того глубокий поцелуй. Он вспоминает о том, что ничего ему не сказал. Он не сказал китайцу о том, что эта свадьба состоится, и что он ничего не отменил, о том, что он даже ничего не рассказал японке, хоть и пытался это сделать. Он не говорил Сычену, что будет бить с двух фронтов только ради него, и что он предает его так же, как и Момо. Его сердце замирает. Девушка уже в полуметре от Юты. Она смотрит на него с трепетом, ведь чувствует, что скоро ее любимый парень станет для нее мужем. В этот момент к японцу приходит осознание, что так жить он не сможет. Он не сможет врать этим людям, как планировал изначально. Кажется, пора делать выбор.

…

В голове Юты эхом отдается гул гостей и звук битого хрусталя. Парень видит перед собой образ разбитой Момо, бросившей свой букет на землю после того, как японец прошептал в слезах тихое «прости». Сердце парня разорвалось на части, и он понимает, что виноват в этом сам. Но Юта верит, что его разбитое сердце смогут собрать по кусочкам. Сейчас Накамото мчит 120 по трассе на другой берег моря, точно зная, что там есть Сычен. Он не ждет его, ведь думает, что тот на работе, но Юта решает абсолютно точно, что расскажет парню обо всем, не утаив не единого слова. Он попросит прощение тысячу раз на коленях, если тот того пожелает. Он сделает все, чтобы Сычен не перестал верить ему. В дороге японец не может найти себе места. Он счастлив, что смог выбраться из оков неопределенности и сделать выбор, но он также подавлен от мысли: «А правильный ли выбор я сделал?» Парень мечется из стороны в сторону, выводя себя на внутренний конфликт. Кажется, будто тот готов биться головой об стену и кричать. Но Юту начинает отпускать, когда он видит приближающийся берег. Он уже выглядывает Винвина среди этих людей и представляет, как подбежит к нему сзади и подбросит того на руки. Резко выйдя в поворот, Юта тормозит почти у края песка и, находя Сычена глазами, расплывается в улыбке. Остаться незамеченным японец не смог, ведь звук заносов колыхнул слух всех присутствующих на пляже и Дуна в том числе. Китаец сразу узнал машину, что подлетела на парковку, и парня, который выпал их нее в черном свадебном костюме. Парень не сомневался, этот костюм был свадебным. Японец выскочил из авто со скоростью света, забывая его закрыть. Юта несся по песку, ловя ртом воздух, так быстро, как только мог. Он должен был скорее все объяснить, не заставляя своего парня долго стоять в непонимании и ужасно тянущем ожидании чего-то неизвестного. Что сейчас думает Сычен, глядя на него? Когда японец оказался перед Вином, второй смотрел на него без грамма удивления. Юта не тратил много времени на отдышку и начал выпаливать все свои мысли прямо в Сычена нескончаемым потоком: - Я приехал, чтобы все тебе объяснить, - все таки парню пришлось отдышаться. – То, что ты видишь, правда. Да, это я в свадебном костюме прилетел к тебе сюда для того, чтобы сказать… - Что ты женился, - Сычен это сказал безвыразительно и сухо. - Нет, я не женился. Я собирался сделать это, но не смог. При виде нее я не мог собраться и обо всем ей рассказать. Я не смог тебе врать, Сычен. Я думал, что смогу сесть на два стула и быть счастливым при таком раскладе дел, но не получилось. Эта двойная ложь убивала меня. Я сделал свой выбор и не собираюсь, слышишь меня, жалеть о нем. Ни на секунду! – последнюю фразу Юта выкрикнул, словно лозунг. – Сычен-а, прости меня за все, прости за то, что ты ничего не знал, и за то… - Я знал. Работа мозга японца дала сбой. Чего?... Что он говорит? З…знал? Поэтому он совсем не удивился, когда тот подбежал к нему, он что, ждал этого?... Почему Дун так спокоен сейчас? Боже, это так пугает… - В смысле, знал? Но… Откуда ты мог это знать? – Накамото был в шоке. Сычен набрал в легкие побольше воздуха, посмотрел в глаза возлюбленного и начал говорить. - Твоя… бывшая невеста. Вчера она звонила мне и снова благодарила за платье. Тогда я понял, что ты ничего ей не сказал. И даже не планировал этого делать, - парень бил каждым своим словом японца прямо вниз живота. – Вчера я думал, что больше никогда не позвоню тебе, забуду все, как страшный сон, заблокирую твой номер и буду пить до того момента, пока раны не затянутся. Юта смотрел на своего парня и плакал изнутри. Его сердце обливали кислотой, и он ничего не мог поделать с этой болью. Он читал на лице своего собеседника слова отчаяния и горя, что тот испытывал все эти сутки. Как же ужасно он чувствовал себя тогда, парень просто не мог себе представить. Он решает, что должен взять ситуацию в свои руки и все исправить. Ему бы подойти сейчас к Сычену и обнять его, успокоить и сказать, что все уже позади. Теперь Юта здесь, он рядом и никогда его не оставит. Да только Накамато делает шаг, как рука напротив останавливает его. - Стой, где стоишь, - словно ядом выплюнул китаец. – Я не закончил. Японец замер на месте, продолжая смотреть Винвину в глаза. Он пытался показать ему свое сожаление и забрать хотя бы часть боли, что причинил своему дорогому парню. Юта стоял и ждал, когда парень снова начнет говорить. - Когда я увидел твою машину на повороте, я был счастлив, Юта. Я не верил до последнего, что это ты, считая, что просто с ума схожу. Ты вылетел из машины и побежал… Ты бежал ко мне, а я, словно Хатико, ждал тебя. Именно в этот момент я понял, - Дун опустил голову вниз и негромко шмыгнул носом, пытая сдерживать слезы, - что этого могло не произойти. Ты мог жениться и продолжать мне врать, или же мог потом просто бросить меня и не вспоминать о том, кто я такой. Накамото хотел его обнять. Он хотел сказать ему все слова о любви на всех языках, что он знал. Лишь бы он не плакал, лишь бы не был несчастен рядом с Ютой. -Вероятность того, что мы будем вместе, вчера была равна нулю, Юта. И до того момента, как ты появился на пляже, она тоже была нулевой. И только в мгновение, когда ты вылез из машины, она начала расти. Просто по щелчку. Ты мог не выбрать меня. И это убивало меня с каждым твоим шагом. По щекам японца давно текли две соленые струи. Он перестал сдерживаться еще на фразе «Я был счастлив, Юта». Парень вытер рукавом своего пиджака слезы и тяжело вздохнул, смотря в небо и думая о том, что он наделал.

- Это конец?... Три… -Прошу, не молчи, скажи мне Два… - Я сделаю все ради тебя, Сычен-а, только скажи Один.

- Юта, я не могу каждый раз разбиваться о скалы, а потом воскресать, если это удастся. Если появится вероятность воскреснуть и жить дальше.

-Скажи, что ты любишь меня.

Они стоят в метре друг от друга и заливаются слезами. Им больно, но каждому по-своему. Да, они любят, но этого недостаточно, чтобы все исправить. Иногда такое честное «прости» не спасает ситуацию и не совершает чуда. Вот и сейчас этого не произошло. - Я переживу это, Юта, - продолжает китаец. – И ты тоже переживешь. - Не уверен, что не разобьюсь по пути в Сеул, - японец еле заметно ухмыльнулся; это действие било его током, но перед Сыченом он не мог быть слабым. Если Вин сказал, что Юта сможет, значит он сделает для этого все. - По пути домой подумай о том, как научиться шутить. Накамото рассмеялся. Это было больше похоже на истерику. Он упал на колени и уткнулся лицом в песок, продолжая громко смеяться. Песок приглушал этот звук, но Сычен точно слышал – он кричал. Он кричал от бессилия. Точно так же, как Дун вчера. - Прошу, вставай, песок может попасть тебе в глаза, - китаец наклонился к уху парня и произнес это дрожащим, тихим голосом. Он вцепился в руку Юты и попытался его поднять, но тот просто рухнул на песок вниз спиной и заглох. Он посмотрел на облака. На его лице высыхали слезы вместе с размазанной тушью от свадебного макияжа. Он выглядел таким же, как Сычен в их первый день – никаким. Не было не единой эмоции и даже намека на нее. Только в его глазах Винвин видел, как Накамото угасал. Глаза ведь зеркало души?... - Я не жалею о своем выборе, - хрипло прошептал Юта, будто мучается от жажды. – И я точно знаю, я никогда не выбрал бы не тебя.