Урок музыки

Было принято решение прогулять физру, поэтому, пока классуха где-то шлялась, парни по-быстрому ускользнули из школы. У Платона даже мысли не было, как можно устранить своего врага, зато у Вани уже был почти проработанный план, которым он хотел поделиться. - У меня есть план, конечно не совсем продуманный, но я думаю вместе мы придумаем что-то стоящее. - Ммм хорошо, и-и каков план?... - Смотри... Я не знаю насколько мы справимся, но есть два варианта, первый, постараться так, чтобы он уволился или его уволили, а второй - упечь его в тюрягу! - Ты чё? Каким образом мы его в тюрягу затащим? - Ну если тебя такой расклад событий не устраивает, то... - Нет, нет, расклад замечательный, просто у меня даже мыслей нет, как мы это сделаем. - Жаль, а я то думал, что мы этот вариант вместе проработаем. У меня конечно есть идея, но я что-то сомневаюсь... - Выкладывай!! - Изнасилование! - ТЫ ЕБАНУТЫЙ? Как тебе это в голову пришло, если насиловать, то только тебя! Я не согласен! - Хорошо, давай тогда подстроим так, чтобы его уволили, и он больше бы не смог работать учителем. - Хорошо, этот вариант намного лучше, а как? - Тебе может опять не понравится, но изнасилование в мягкой форме, то есть, типо он просто кого-то облапал. - Если я в этом "изнасиловании" не участвую, то тогда я согласен. Мальчишки шли и долго обсуждали план действия, но главного героя этой трагедии они так и не выбрали, поэтому было решено отложить обсуждение на следующий день. Платон живёт не возле школы, как и Ваня, поэтому парни пошли на остановку, попрощались, и сели на разные автобусы. Платон долго обдумывал, почему Ваня так яростно хочет ему помочь, ведь до этого он был на стороне его врага, может это какая-то часть их плана, или Ваня тоже хочет избавиться от Семёныча. Погрузившись в свои мысли, Платон и не заметил, как приехал. Дома он выбирал кандидатуру на жертву насилия и понял, что совесть ему не позволяет выбрать кого-то другого кроме себя, хотя он совсем не хотел бы быть на этом месте. Но если не он, тогда кто? Ваня? Навряд ли он согласится. "Ладно, завтра решим этот вопрос, я ужасно устал, хочу спать", - с этой мыслью Платон пошёл в свою мягкую постель. ... - Слушай, Вань, давай ты мне сейчас честно ответишь, нахуя тебе всё это надо? я не понимаю. Зачем ты мне помогаешь, если недавно ты был на другой стороне? Какая у тебя цель? - Да я просто хочу помочь и тебе и себе, мне думаешь круто находится в такой ситуации, когда тебя шантажирует какой-то дед-педофил? нет! Я чувствую себя виноватым и перед собой, и перед тобой, поэтому я принял решения, что я буду жертвой! - Ты хорошо себя чувствуешь? Мне совесть не позволит этого допустить, поэтому буду жертвой я!! - Заткнись, тебе здесь ещё учиться, а я в другую школу всё равно перехожу, тем более хочу загладить свою вину перед тобой. - Переходишь? - Да! Поэтому, действуем как обговорили, а жертвой буду я, усёк? - Угу... ... Это был четверг, уроки уже закончились, в школе было практически пусто, и парни решили приступить к затеянному плану, но сначала они хотели обговорить всё ещё раз, на всякий случай, чтобы не было никаких непредвиденных ситуаций. - Так, давай ещё раз повторим наш план. - Хорошо. - Платон, не забывай пожалуйста свою роль, она очень важна, ты конечно можешь поступить подло по отношению ко мне, но я хочу верить, что ты не сделаешь ничего плохо. Ещё раз извини за тот случай, я правда не знал, что это будешь ты. - Ты так говоришь как-будто кроме меня было еще кандидатов 10 или больше. - Ну типо... Ладно, проехали. Смотри, я стучусь в кабинет, начинаю с ним диалог, но дверь я за собой плотно закрывать не буду. Ты через щель будешь снимать происходящее, может он и приставать не будет, а просто ляпнет что-то лишнее, что не стоит говорить ученику, и тогда по идеи наш план должен сработать. - Ага, а потом запись мы отнесём директору и его уволят! - Именно! - Хорошо, пошли. На этаже было очень тихо, даже как-то не привычно, в основном здесь всегда бегают и кричат маленькие дети из начальных классов. У Платона пробежали мурашки по коже, и появилось лёгкое волнение, за себя и своего друга. Если что-то пойдет не так, им же никто не поможет, весь школьный персонал был на первом этаже. А если он рассекретит их коварный план, что с ними случится? Неизвестность пугала его. Ну вот они и подошли к злосчастному кабинету, страх сделал ноги ватными, сердце бешено билось, а дар речи пропал. Ваня тоже волновался, но в отличии от Платона, он этого не показывал, выглядел самоуверенным и смелым. Платон спрятался за углом, а в это время Иван уже собрался с мыслями и начал стучать. Всё, обратного пути нет, надо действовать чётко и решительно. - Здравствуй, Иван! - Здравствуйте, можно я зайду? - Эм, да, конечно... Ваня, как парни и задумывали, не закрыл за собой дверь до конца. Платон уже начал подходить с телефоном в руках к двери, но не тут то было, прямо перед ним резко захлопывается дверь. "Чёрт!", - прошептал Платон и начал обдумывать, что же делать. Он решил просто хотя бы послушать что там происходит, было слышно замечательно, мальчик улавливал каждый шорох, который происходил за дверью. - Ты один пришёл? - Н-ну да... - Точно? Не дождавшись ответа учитель встал со своего стула и активно зашагал в сторону двери. Платон это услышал и понял, что надо быстрее уходить, а лучше вообще убегать. Он побежал очень быстро, адреналин зашкаливал, если их спалят, то это конец. Дверь распахивается, учитель поворачивает голову, и видит быстро исчезнувшую за угол тень. Он всё понял, он всё, сука, понял, план пошёл по пизде, провал и разочарование. Дверь кабинета опять захлопнулась, но Платон на этот раз не подбежал к двери, чтобы подслушать их разговор, он не мог отдышаться, страх до сих пор окутывал его с ног до головы. "Потом спрошу что было, сейчас не до этого", - подумал испуганный парень, но так как на этаже было очень тихо, можно было всё таки отдалённо что-то услышать. Но он не смог ничего расслышать, дыхание заглушало все их разговоры. Спустя несколько минут Ваня вышел из кабинета, расстроенный и даже немного напуганный. - Ну что? О чём вы говорили? Ваня молчал, как будто у него вырвали язык, он начал спускаться вниз, так ничего и не ответив, он просто молчал, и это пугало ещё больше.