Еще один кадр...

— Так, еще пару кадров. Ляг на живот и чуть приподними свои шикарные бедра.       Блондин в золотых украшениях, которые назвал бесполезными висюльками, из сидячего положения перекладывается в следующую, указанную для последних фотографий. Они сидят уже больше трех часов в закрытом помещении с красным фоном и диваном, укрытым постельным бельем того же цвета, что и фон. Практически, обнаженный омега, в роли модели для очередного журнала, и альфа, в роли его фотографа. Никакого другого в роли помощника, это квартира последнего.       Окно немного приоткрыто, чтобы не было душно и чтобы столь прекрасный образ был не испорчен какой-то жалкой сменой температуры. Маленький порыв ветра с осенней, дождливой улицы проник через щелку открытого окна и прошелся по нагому телу, которое немного вздрогнуло и покрылось мурашками. — Давай, еще пару минуток и я тебя согрею, милый. Можешь даже начать вести отсчет.       И омега начал считать назад со ста двадцати секунд, потому что неимоверно устал за сегодняшний день. Сейчас часов девять вечера, наверно, и он не спит с семи. Он точно помнит как друг его поднимал в столь раннее время и готов ему мстить, но только уже хочет передумать, ведь-       Ведь фотографом является альфа, его истинный альфа. Оба это почувствовали при первой встрече неделю назад, а друг и не знает, что отправил задницу друга в приключение с возможной потерей девственности. — Три, два, один, ноль, -пробурчал омега и стал подниматься, — все, я досчитал. Работа закончена. -довольно улыбнулся и сел, свесив ноги. — Работа закончена, да. Неплохие снимки вышли. — В смысле, «неплохие»? Они должны быть наилучшими. Я зря здесь с тобой четыре часа сидел, три из которых с фотозоны выйти не мог?       Омега бушует и возмущается, потому что придрался к одному лишь слову и альфе… это нравится, а еще запах сладковатый. Он ухмыльнулся и, отложив камеру на стол, а на другой включив видеосъемку, подошел и сел к омеге. — Чего же ты к одному слову придираешься, Тэхен-и? — А почему они «неплохие», а не, хотя бы, «лучшие»? — Потому что лучшие и даже наилучшие кадры с тобой я сохраню в своей памяти. -уложил его обратно и навис. — Ты же сразу все понял, как и я, да? -уткнулся носом в основание шеи, вдыхая приятный и любимый аромат. — Да, я сразу же все понял, как и ты, Чонгук-и, а еще у меня- — А еще у тебя течка, которую ты не сможешь скрыть от меня никакими иголками, таблетками и другими лекарствами.       Он поднимается и, протягивая руку парню напротив, помогает вновь подняться и встать на ноги. С внезапно поднявшейся температурой это не так просто, поэтому тот падает на грудную клетку. — Эти кадры точно не для камер и достанутся только нашей общей памяти.       Фотограф поднимает свою драгоценную модель в бесполезных золотых висюльках на руки и уносит в свою спальню, закрывая дверь на замок, словно им может кто-то помешать. А через неопределенное время оттуда начинают доносится несдержанные, громкие стоны.